home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



60 секунд

А уходя на эшафот, слова толпы:

«Так вам и надо!» —

Услышав, друг мой, не грусти,

Хоть и печальна серенада.

Твой страх и ужас позади,

Конец известен и бесславен,

Не бойся, просто посмотри

В глаза, кем будешь обезглавлен.

Смотри, своих не отводя.

Пусть души каменея стынут

У тех, кто руки занося,

Топор обрушит нам на выю!

Пока же солнышку дивясь,

В его лучах последних каясь,

Всех тех, кого припомнишь, злясь,

Прости, молитве отдаваясь.

Сам грешен. Может, Бог простит?!

Как хорошо, семья не видит:

Отрезан ворот, ножниц скрип

Мурашкой к кадыку подходит!

Щекой на плахе, воздух — рёв,

Чего тянуть, визжи железо!..

Вдруг барабаны резко — стоп!

А я смотрю на всё тверезо:

Вступая чинно на помост,

Глашатай возвращает к жизни —

Вдыхая жадно, в полный рост,

По-детски радуясь новизне.

Помилован — какой вираж!

Рожденный заново — как мило!

Пусть бывшее сейчас — мираж,

Как лопнувший пузырь от мыла!

Всё заново: врагов простил,

Друзья же сократились сами

И для меня лишь ты — весь мир,

Пусть и с сгоревшими краями.

Всего-то шестьдесят секунд,

Перевернув мировозренье,

Освободив от стольких пут,

Открыли к Истине стремленье!

Написано 24 сентября 2008 года за час до вынесения и оглашения вердикта.

…Но вот и зал. Людей больше, чем всегда, тёплые, обнадёживающие улыбки родственников, трёх друзей, один из которых даже с супругой и моей крестницей, адвокаты… И напряжённые лица присяжных заседателей. Сегодня их день…

Несколько часов ожидания, и присяжные заседатели в своём полном составе, в большинстве почему-то улыбаясь мне, занимают свои места, старшина коллегии присяжных заседателей подходит с листочками к судье и передаёт написанное. Внимательно прочитанные, листы возвращаются обратно с твёрдой просьбой кое-каких исправлений. Присяжные удаляются, оставляя недоумён-ные взгляды, передающиеся нам в души. Так происходит два раза, и то ли ошибки, то ли действительно необходимость, задержавшая на какое-то время то, что ожидалось почти три года, наконец-то разрывается словами одного и повторяется голосом другого, откликаясь и отражаясь от всех стен, наконец-то проникая в подкорку головного мозга и впитываясь с наслаждением разумом — СНИСХОЖДЕНИЕ!

Произошедшее гарантировало срок не более 16 лет и семи месяцев, с чем поздравляли все, кто это понимал, даже пришедшие поздравить в тюрьму следователи и опера МУРа (думаю они были в изоляторе по своим служебным делам, но все же посчитали необходимым поздравить меня с моей спасенной жизнью), сами не ожидавшие такого исхода.

Но обвинитель запросил 24 года, хотя в кулуарах было известно, что собирался просить только 18. Что-то поменялось с утра, но не настолько плохо, чтобы жизнь не смогла этого впоследствии поправить.

Я знаю имя человека, влиявшего на изменение цифры в бумагах прокурора, наверное, он имел на это моральное право, я не в обиде и не в претензии. К тому же, произнеся это число, судья выносил приговор на основе вердикта присяжных, определив строгий режим, не лишив ни офицерского звания, ни наград, что на самом деле для меня очень важно. С позиции сегодняшнего дня, я прекрасно понимаю, что 23 года-для меня самый минимальный срок, который мог быть тогда, и я бесконечно этому рад.

Один процент быть задержанным обернулся именно арестом, также, как и один процент избежать пожизненного заключения стал явью. Столько же я бы положил на предположение, будучи офицером, что стану «чистильщиком», а став последним, проживу до сегодняшних дней. Итого — 2:2. Что дальше?


Вердикт — новый отсчёт | Ликвидатор. Книга вторая. Пройти через невозможное. Исповедь легендарного киллера | Эпилог