home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



8. Небо и земля

  

   В ноябре 1953 года обсуждалась ещё более серьёзная проблема - безопасность воздушного пространства СССР. В период с 1950 по 1953 год произошло не менее 11 случаев нарушения воздушных границ СССР американскими боевыми и разведывательными самолётами. В ряде случаев американцы не ограничивались разведкой, а по-настоящему атаковали советские самолёты и наземные объекты.

   Самый вопиющий случай произошёл 8 октября 1950 года в районе Владивостока. Два истребителя F-80 "Shooting Star" атаковали советский военный аэродром Сухая речка и штурмовым ударом повредили 9 советских истребителей 821 истребительного авиаполка. (ленд-лизовские P-61 "Kingcobra"). Последовал дипломатический скандал, командира полка сняли с должности, а американцы ограничились запретом своим лётчикам заниматься "опасной самодеятельностью"

   Пока в инцидентах участвовали самолёты с поршневыми двигателями, советские истребители благополучно справлялись с их перехватом, сбив 3 B-29 и 2 B-50. Американцы сбили 4 сентября 1950 г над Жёлтым морем наш разведчик А-20, базировавшийся в Порт-Артуре, 3 члена экипажа погибли. 27 июля 1953 года американские истребители сбили над территорией КНР наш Ил-12, шедший из Порт-Артура во Владивосток. При этом погибли 6 членов экипажа и 15 пассажиров.

   Корейская война добавила опасности в непростую ситуацию на Дальнем Востоке. 18 ноября 4 МиГ-15 из 781 ИАП схлестнулись с группой F-9F "Panther" с авианосца "Принстон" возле Владивостока. Хорошо обученные, имевшие боевой опыт американские палубные лётчики сбили 2 МиГа и повредили третий, который упал на обратном пути. 3 советских лётчика погибли. Американцы потерь не имели.

   Появление скоростных высотных реактивных бомбардировщиков и разведчиков полностью изменило ситуацию в пользу противника. Теперь советские истребители не имели преимущества ни в скорости, ни в высоте полёта. На скоростях около 900 км/ч простейший маневр курсом позволял нарушителю оставить преследующий его перехватчик далеко позади. Пока истребитель снова догонял нарушителя, тот успевал выскользнуть за пределы воздушного пространства СССР.

   Так 17-18 апреля 1952г. три РБ-45, стартовав из Англии, пилотировавшиеся английскими и американскими летчиками, вторглись в воздушное пространство СССР и прошли по трем маршрутам через Прибалтику, Белоруссию и Украину. Полеты проходили на высоте 12 тыс.м. достигли рубежа Псков-Смоленск-Харьков. Советские РЛС следили за этими самолетами, но истребители и зенитная артиллерия не могли их сбить.

   В такой непростой обстановке правительством СССР было принято решение о разработке мобильного зенитно-ракетного комплекса объектовой ПВО, позволяющего перехватывать цели на высотах не менее 20 тысяч метров.

   Опыта разработки подобных мобильных систем ни в одной стране ещё не было, да и стационарные системы на тот момент можно было пересчитать по пальцам одной руки. В СССР в это время испытывалась система С-25 "Беркут" ПВО Москвы. Немцы в войну разрабатывали зенитные ракеты "Вассерфаль" и "Рейнтохтер". Американцы делали для защиты от камикадзе корабельный зенитно-ракетный комплекс "Lark", но на корабли он реально не устанавливался.

   Хрущёв собрал в Кремле основных действующих лиц: начальника ПВО Москвы Кирилла Семеновича Москаленко в качестве представителя заказчика, министра оборонной промышленности Дмитрия Фёдоровича Устинова, главного конструктора комплекса Александра Андреевича Расплетина, разработчика ракеты Петра Дмитриевича Грушина. Также Хрущёв пригласил на обсуждение академика Сергея Алексеевича Лебедева - как главного на тот момент специалиста по ЭВМ.

   Командующий ПВО маршал Леонид Александрович Говоров на совещании не присутствовал - после случившегося летом инсульта его решили не беспокоить.

   - Товарищи, стране необходим передвижной зенитно-ракетный комплекс, позволяющий в короткое время осуществлять перегруппировку и сосредоточение сил и средств ПВО на угрожаемых направлениях, - сказал Москаленко, ставя задачу конструкторам. - Пусть он будет уступать по своим возможностям стационарной системе, такой как С-25, но мы должны иметь возможность быстро перебрасывать отдельные комплексы или подразделения, прикрывая объекты и направления по необходимости.

   Расплетин и Грушин уже приготовили для обсуждения плакаты и таблицы предэскизной проработки.

   Конструкторы и военные начали обсуждать предполагаемые характеристики комплекса. Хрущёв до поры слушал, не перебивая. Улучив момент, когда они ненадолго примолкли, Никита Сергеевич сказал:

   - Товарищи, я, со своей стороны, чуть-чуть добавлю. Прежде всего, предлагаю пусковые установки сделать не прицепными, а установить на самоходном шасси. Это, конечно, удорожает комплекс, зато позволит в боевой обстановке быстро менять позицию, и ускорит маневрирование.

   Конструкторы переглянулись. Москаленко на секунду задумался, затем одобрительно кивнул.

   - Далее, в комплекс необходимо уже сейчас закладывать максимальные возможности модернизации, - продолжил Хрущёв. - Прежде всего - предусмотреть возможность легкой замены аппаратуры наведения на ракете. Противник не останется в долгу и начнёт разрабатывать меры противодействия. Нам придётся в будущем к ним приспосабливаться и находить наши собственные контрмеры. Я специально пригласил академика Лебедева, он познакомит вас с новейшими разработками в части электронной элементной базы и вычислительной техники. Держите с ним постоянную связь.

   - Вам, Александр Андреевич, - обратился он к Расплетину, - очень рекомендую найти в Ленинградском электротехническом институте Юрия Яковлевича Юрова. Он работает над созданием антенны с электрическим сканированием. (Ю.Я. Юров разработал первую антенну с электрическим сканированием в 1955 году) Это позволит увеличить быстродействие комплекса и обнаруживать быстролетящие цели на малых высотах.

   Заинтересованный Расплетин кивнул и записал фамилию Юрова себе в блокнот.

   - Сейчас основная задача - сделать как можно быстрее первую, пусть даже ограниченную по возможностям модификацию комплекса, - подытожил Хрущёв. - А потом уже можно будет его совершенствовать, наращивая возможности.

   - Вам, Кирилл Семёнович, - сказал он Москаленко, - необходимо создать рабочую группу, которая будет отрабатывать вопросы тактического использования комплекса. Рекомендую не ограничиваться узкими задачами объектовой ПВО. Мы постоянно сталкиваемся с нарушителями воздушного пространства. Полагаю, что скоро они будут пытаться проникать на нашу территорию всё глубже и глубже. Подумайте, как можно эти полёты пресекать. Например, можно использовать тактику ракетных засад на пути следования нарушителей.

   - Понял, Никита Сергеич... - слегка удивлённо ответил Москаленко. - Подумаем. Обязательно подумаем...

   20 ноября 1953 года было принято Постановление Совета Министров СССР 2838/1201 "О создании передвижной системы зенитного управляемого ракетного оружия для борьбы с авиацией противника".

  

   Идею распахать целинные земли в Казахстанской степи, как неожиданно узнал Сергей, его отец вынашивал уже достаточно давно. И его, разумеется, весьма интересовало, что в итоге из этого вышло.

   Ознакомившись с подготовленной Сергеем запиской по результатам выполнения решений, принятых на сентябрьском Пленуме 1953 года, Никита Сергеевич ещё раз, в полной мере оценил важность информации, в буквальной мере свалившейся на него из будущего. И поручил Сергею подготовить более подробную записку по результатам освоения целины, попросив сосредоточиться, прежде всего, на неудачах и их причинах.

   Собственно, Хрущёв и сам достаточно хорошо представлял себе "подводные камни" своего проекта. Северный Казахстан был зоной рискованного земледелия, зависевшей от капризов погоды. В ровной, как стол, степи одной из главных проблем было выветривание почв. К тому же, достаточно большие площади были заняты солончаками, на которых пшеница не росла. Всё это Хрущёв знал. Сельским хозяйством он занимался на Украине ещё до войны.

   Но сейчас страна, в результате нескольких десятилетий ведения сельского хозяйства примитивными, зачастую антинаучными методами, была на пороге голода. Народ надо было накормить, и быстро. Никита Сергеевич понимал, что идёт ва-банк, но других вариантов у него не было. Быстро поднять урожайность на имевшихся землях могли только удобрения, а их в СССР пока производили слишком мало.

   Готовя своё предложение в Президиум ЦК, Хрущёв собрал подробную информацию о регионе, его климате, почвах, методах ее обработки. К информационному обеспечению своего проекта он привлёк Госплан в лице С. Демидова, министра сельского хозяйства Бенедиктова, министра заготовок Корнийца, министра совхозов -- Ф. Козлова, и его первого заместителя В. В. Мацкевича, а также ученых: профессора М. Г. Чижевского, полевода Т. С. Мальцева и академика Т. Д. Лысенко.

   И вот, уже с этим информационным багажом, Никита Сергеевич получил подготовленную Сергеем записку. Прочитав её, Хрущёв-старший помрачнел, крякнул, и бросил исписанные листы на кухонный стол.

   В наступившей тишине слышался лишь доносившийся из кабинета приглушённый треск пишущей машинки - там люди из ведомства Серова распечатывали документы с компьютера. Сергей молча ждал.

   - Н-да-а... - Никита Сергеевич яростно почесал в затылке. - Вроде и неплохо было поначалу. Но подготовились отвратительно. Делали всё, чтобы красиво отрапортовать, а не для того, чтобы дело правильно сделать. И моя вина есть. Привыкли мы всё решать штурмовщиной, комсомольским порывом, всенародными стройками... Твою ж мать... Давай, Серёга, думать, как нам в эту жопу не упасть, и народ при этом накормить. Ты, пока писал, может, придумал чего?

   - Ну... - Сергей замялся. - Пап, я ж не агроном. Как я понял, там основные проблемы поначалу были с вывозом хлеба. Распахали много, урожай в первый год получили большой, а вывезти и сохранить не смогли, в результате много зерна сгнило. Потом распахали очень много солончаков, там ничего не растёт, а солёную пыль с них несёт на хорошие, плодородные поля. А самая большая проблема - пыльные бури 62-63 года. Что мы с этим можем сделать, это же стихия?

   - Стихия, о которой мы знаем заранее, - поправил Никита Сергеевич. - И чиновные дураки, о которых мы тоже теперь знаем заранее.

   - А может, вообще не трогать эту целину? - спросил Сергей. - Можем мы как-то поднять урожайность на уже обрабатываемых землях?

   - Удобрения нужны. А их нет, - ответил Хрущёв-старший. - Закупить за границей - не на что. Без распашки целины народ голодать будет, Серёга. Уже голодает. Это в Москве да в Питере снабжение ещё более-менее приличное, а на местах - полная жопа.

   - Понял, - кивнул Сергей.

   - Так. Давай думать по порядку. Первые год урожай будет очень большой. Это хорошо, но его надо сохранить. Нужны зернохранилища и транспорт. Если урожай будет слишком большой, зерно пропадёт. Какая примерно ожидается урожайность, мы знаем. Емкость имеющихся зернохранилищ - тоже знаем. Отсюда вычисляется, во-первых, площадь, которую можно распахать без потери зерна, а, во-вторых, количество автомобилей и вагонов для вывоза зерна в хранилища. Больше, чем можем вывезти, сеять не будем, следовательно, и пахать не будем.

   - Тут в документах полезная информация попалась. - сказал Сергей. - Можно делать вот такие быстровозводимые зернохранилища.

   - Ну-ка, ну-ка... - Хрущёв-старший с интересом рассматривал картинку.

   После истории с хлореллой он относился к информационным находкам сына предельно внимательно.

   - А что, дельно! - одобрил он. - Мне нравится. И защита от грызунов есть...

   - Тут ещё одна подсказка, - сказал Сергей. - Чтобы уменьшить потери зерна при перевозке, надо не сыпать зерно в кузов машины, да ещё с горкой, а засыпать зерно в полиэтиленовый рукав, который потом запаивается или плотно завязывается. Полиэтилен недорогой, а зерна спасёт много. Тут написано, что зерно в таком рукаве может храниться два-три года. А если выкачать оттуда воздух и заполнить рукав азотом, так и дольше пролежит. Вот, смотри, тут картинка есть.

   - Серёга, так это же то, что надо! - обрадовался Хрущёв. - Завтра же распоряжусь!

   - Ещё можно в первую очередь пахать землю поближе к железной дороге, - предложил Сергей. - Такой широкой полосой вдоль путей. Чтобы сократить дорогу, не возить очень далеко на машинах. Это я так, упрощённо.

   - Упрощённо, но идея понятна, - кивнул Никита Сергеевич. - На самом деле мысль дельная. А по мере постройки дополнительных хранилищ можно будет расширяться в стороны. Дальше. Сколько надо распахать - знаем. И сверх этой нормы - ни гектара! Чтобы никакой штурмовщины, никакого перевыполнения плана. А то знаю я наших партийных работников на местах. Им говоришь - надо вспахать тыщу гектаров, а они тебе встречный план - а мы десять тыщ гектаров вспахали и засеяли, всё для Родины. А куда потом Родина этот урожай на хранение закладывать будет, их не волнует, они за это не отвечают.

   - А можно сделать, чтобы один человек отвечал за весь процесс от пахоты до закладки урожая в хранилища? - спросил Сергей. - Чтобы он координировал всю цепочку и всеми на местах руководил?

   - Есть такой человек, сынок, - буркнул Никита Сергеевич. - Это я.

   - Нет, па! У тебя других дел много. Тут нужен грамотный экономист, который будет заниматься только этим и больше ничем, - возразил Сергей.

   - Дельно, - одобрил Хрущёв-старший. - Подумаем, кому это можно поручить. Давай дальше. В 55 году ожидается засуха. Как там у тебя написано? На полях, вспаханных неглубоко, как предлагал Мальцев, урожай хоть и плохонький, но был, а где была глубокая вспашка, как предлагает Лысенко, всё выгорело. Так?

   - Да, - кивнул Сергей.

   - Умён Терентий Семенович, ничего не скажешь, молодец, - Никита Сергеевич задумался. - Значит, так. В первый год пашем глубоко, как предлагает Лысенко, чтобы целинную траву запахать и от сорняков избавиться. А со следующего года пашем поверхностно, по методу Мальцева, и следим за этим очень строго, наказывая за самодеятельность. И про Лысенко, Серёга, подготовь мне отдельную записку, не спеша, не срочно, но подробно. Все его достижения с точки зрения будущих поколений надо рассмотреть подробно. А по результату буду решать, не пора ли вместо него более грамотного человека поставить...

   - Па, насчёт Лысенко, и пшеницы, - вставил Сергей. - Какая у нас урожайность пшеницы? Ну, средняя...

   - Около 8 центнеров с гектара. 7,7 если точно, - по памяти ответил Никита Сергеевич. - А что? Нарыл что-нибудь?

   - Кажется, да, - Сергей повернул к отцу экран ноутбука, на котором виднелась какая-то длинная таблица. - Это таблица урожайности пшеницы в 1995-2006 годах в сравнении по странам.

   - Ну-ка, ну-ка... - Никита Сергеевич заинтересованно заглянул в экран и ... - Ско-о-олько-о???

   Сергей ещё ни разу не видел отца таким ошеломлённым.

   - Дания?! Крохотная Дания - 75 центнеров с гектара?!! - Хрущёв-старший побагровел. - Ирландия - от 82 до 99 центнеров?! Нидерланды... это Голландия, что ли? 86 - 89 центнеров??! Это как??!! Это, бл#дь, как??!! Ирландия - 99 центнеров??!! Как??? У них там эти... как их там... друиды колдуют, что ли??

   - Пап, тут фотка есть, - Сергей переключился на фотографию.

   Никита Сергеевич вытаращил глаза. Таких колосьев, как на фотографии, он никогда не видел. Длинные, с ладонь, четырёхгранные, а то и шестигранные колосья, полные крупных спелых зёрен, были совсем не похожи на худосочные двухрядные колоски, которые он привык видеть на полях.

   - Так вот оно что!!! - рассмеялся от облегчения Хрущёв-старший. - У них селекционеры знатно постарались. Ты смотри, какой могучий колос! А у нас... Та-ак!... - Никита Сергеевич снова побагровел и схватился за телефон. - Андрей Степанович!

   Сергей понял, что отец звонит своему помощнику по сельскому хозяйству Андрею Степановичу Шевченко.

   - Андрей Степанович, завтра прямо с утра бери своего любимого Лысенко, - продолжил Никита Сергеевич, - и пулей ко мне в Кремль. И мешок прихвати, да побольше!... Зачем мешок?.. Пи#дюли складывать будете!! Агрономы, вашу мать... Вот завтра и узнаете!

   - Пап, успокойся! - Сергей постарался угомонить не на шутку разошедшегося отца. - Там всё не так просто... Сам подумай. Самая большая урожайность, похоже, в приморских странах, где не слишком жарко, но влажно. Ирландия, Англия, Нидерланды, Дания... А вот в Португалии тепло, но сухо, и урожайность там - 12-17 центнеров.

   - Серёга, да нам бы хотя бы 12-17 центнеров вместо наших семи-восьми! При наших-то посевных площадях! Мы бы страну хлебом завалили и ещё полмира в придачу! - Никита Сергеевич вытер вспотевший лоб. - Ладно. Давай, что там дальше?

   - Дальше - ветровая эрозия. С пыльными бурями что будем делать? - спросил Сергей.

   - Тут один рецепт - узкие поля, разделённые лесополосами, - пояснил Никита Сергеевич. - Но лесополосы за год-два не вырастут. А за 8-9 лет - уже вполне. К 62 году, когда самые сильные бури ожидаются, мы уже будем готовы.

   - Надо ещё определить преобладающее направление ветра для этой местности, - предложил Сергей. - И сажать лесополосы поперёк.

   - Годится, - одобрил Хрущёв. - Надо ещё карту солончаков составить. Поручу почвоведам. Чтобы эти земли объявить запретными для распашки. И если кто их распашет, за Полярный круг пахать поедет! Лично прослежу, мать их! Вот видишь, Серёга, как ты мне помог! Спасибо. А теперь поручу специалистам составить подробный план, с экономическим обоснованием, сметой... Как будто завод строим. И за отступление от плана будем наказывать.

   Намеченными мерами Никита Сергеевич не ограничился. Понимая, что они не снимают риска земледелия в степной зоне, подверженной ветровой эрозии, он задумывался и о способах поднятия урожайности на уже используемых землях в нечернозёмных регионах в центре и на северо-западе. Для этого были необходимы химические удобрения. По инициативе Хрущёва ЦК КПСС и правительство приняли постановление "О развитии производства удобрений для нужд сельского хозяйства", которое предусматривало строительство в каждом регионе нескольких заводов по производству удобрений.

   Первые несколько комплектов оборудования для этих заводов были закуплены за границей. А затем Государственный Институт Прикладной Химии получил задание разработать аналогичное оборудование отечественного производства.

  

  


7. Подсказки из будущего | Трамплин для прыжка | 9. "... на 38 комнаток всего одна уборная"