home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



24 октября 1982 года

Статья Артура Вагорски «НАКАНУНЕ» в газете «Дейли ньюс».

«Итак, финал рядом. Хочется сказать — завтра. Финал исторической драмы, разыгранной в Московском Кремле и на Старой площади, автор которой и постановщик — Юрий Андропов, герой моих последних публикаций в «Дейли ньюс».

К сожалению, я — как и мои коллеги из других западных газет, журналов, телекомпаний, которые аккредитованы в Москве,— не обладаю никакой информацией о том, что здесь произошло полтора месяца назад, 10 сентября 1982 года. Источников нет, только слухи. А они таковы: якобы в этот день была сделана попытка арестовать Андропова, обвинив его в «государственной измене»(?). Повторяю: это только слухи, и, похоже, скорее всего ложные, потому что после этого дня никаких изменений, перестановок, смещений в верхних эшелонах власти Советского Союза не произошло.

Но есть один знаменательный факт: именно после 10 сентября в советских средствах массовой информации стали мелькать сообщения, пока краткие, не всегда внятные, о том, что глава государства Леонид Ильич Брежнев «по состоянию здоровья», возможно, скоро покинет все свои посты и уйдет на заслуженный отдых. Ему воздадут все возможные в этой стране высшие почести «за выдающиеся заслуги перед партией и народом». И с каждым днем таких заявлений в прессе, на телевидении и радио становится все больше, хотя чаще всего они произносятся вскользь, между другими новостями, как бы более важными. Пока… Что же из этого следует? Только одно: общественное мнение России начинают готовить к уходу Брежнева на пенсию, то есть к отстранению его от власти. И кто за этим стоит, кто организует «вынос тела» из Кремля — догадаться нетрудно. Об этом сейчас в Москве и стране говорят все, хотя, естественно, с оглядкой: люди и ждут ухода маразматического лидера, ставшего давно позором государства, и в то же время боятся перемен, наученные своим горьким историческим опытом: у большинства нет сомнений, что преемником Брежнева станет Юрий Андропов, пятнадцать лет возглавлявший самую страшную организацию Советского Союза — Комитет государственной безопасности.

Кстати, замечу: я убежден, что эта кампания в прессе, на радио и телевидении началась после 10 сентября не случайно. Что-то в тот день все-таки произошло, ускорив, подтолкнув события, и я подозреваю, что главное действующее лицо в них — бывший многолетний Председатель КГБ. Хотя вряд ли мы когда-нибудь узнаем, что именно случилось: продвижение к власти моего героя достаточно часто происходит в глубокой тайне, в темноте. Но то, что мы наблюдаем финал противостояния Брежнева и Андропова,— очевидно. Повторяю: развязка рядом.

И вот вам самый свежий советский анекдот: Леонида Брежнева вытаскивают на очередную трибуну, выступить перед соотечественниками. Он достает заготовленные листки с речью и начинает читать: «Невосполнимую утрату понесла наша партия, общество, все мировое коммунистическое движение… Ушел из жизни верный ленинец, вождь советского народа товарищ Брежнев…» Спохватывается, осматривает себя и говорит: «Ой! Извините! Опять по ошибке пиджак Андропова надел…» Согласитесь, грустный, даже зловещий анекдот.

Теперь я прошу своих читателей обратить внимание на следующее, весьма интригующее обстоятельство. В последнее время на телевидении глава Советского государства предстал перед своими согражданами в несколько новом свете. Запад привык к этому образу Брежнева: изможденный, неадекватный старик, на официальных церемониях во время зарубежных визитов с ним постоянно что-то случается — он спотыкается, с трудом идет, поддерживаемый телохранителями, не может самостоятельно подняться по трапу самолета, лицо окаменевшее, с застывшими чертами и морщинами, будто вылепленными из воска, не лицо, а маска мумии; он с трудом, невнятно говорит, едва шевеля непослушными губами… Горькое, печальное, страшное зрелище. Таким своего вождя до последнего времени, за редчайшим исключением, советские люди на экранах телевизоров не видели: телекамеры стыдливо и поспешно отворачивались, когда с ним что-то случалось, избегали крупных планов, которые, как известно, самое беспощадное зеркало. Никогда в эфир не шли прямые репортажи с места событий, отснятый материал тщательно редактировался, производился, судя по всему, сложнейший монтаж, который могли осуществить только величайшие мастера своего дела, и в конечном счете страна лицезрела своего руководителя хотя и не в лучшем виде — все скрыть невозможно, для этого нужен двойник,— но все же в достойном виде. И вот все разом изменилось: теперь граждане Советского Союза каждодневно с ужасом и жалостью наблюдают на своих экранах Леонида Ильича Брежнева таким, каков он есть на самом деле. Более того: создается впечатление, что специально подчеркиваются, смакуются, подаются крупным планом все казусы, которые с ним случаются, все его физические недостатки, вся старческая беспомощность и… трагизм этого человека, возглавляющего сверхдержаву, военного монстра, перед которым трепещет весь мир. От этих телевизионных шоу страна все быстрее приближается к состоянию шока.

И еще одна перемена последнего времени в формировании нового образа Леонида Ильича Брежнева: и внутри страны, и во всем мире ТАСС распространил целую галерею фотоснимков главы государства, которых до сих пор никто никогда не видел. Эти фотографии — не официальные портреты, а фотосюжеты камерные, даже интимные — появляются в советских и западных газетах и журналах, мелькают в телевизионных передачах. Брежнев в летней рубашке-безрукавке под большим зонтом, защитой от солнца, читает газету; на втором плане Черное море в белых барашках волн. Брежнев на даче: скамейка, за ней цветущая сирень, на руках дедушки внучка, он что-то рассказывает ей, веселое,— девочка смеется. Брежнев с многочисленными домочадцами, и рядом с ним супруга, Виктория Петровна (очевидно, на этом снимке советские граждане впервые увидели жену своего вождя — ведь в Советском Союзе нет статуса первой леди). Брежнев на берегу идиллической речки — туман над водой, знаменитые плакучие ивы, присел старец на пенек, смотрит, задумавшись, в бесконечность родимых далей, которые раскинулись на том берегу, уходя к горизонту,— есть что вспомнить… Словом, образ старика, пенсионера, достойно прожившего свою жизнь, и вот впереди — заслуженный отдых.

И теперь я задаю себе — и вам, мои внимательные читатели,— жестокий вопрос: что выгоднее, предпочтительнее для Юрия Андропова: насильственная отправка Брежнева на пенсию или его смерть? Высказываю свое предположение: смерть. Вы спросите: почему? Отвечаю. Конечно, Леонид Ильич Брежнев на пенсии — уже победа. Но он — жив и на отдыхе остается центром, вокруг которого могут объединиться люди высшей советской номенклатуры, которые сейчас ненавидят и боятся Андропова. Эта ненависть и жажда реванша многократно возрастут, когда Юрий Андропов займет место отправленного на отдых лидера страны. А он его займет, теперь на этот счет у меня не осталось никаких сомнений. Так не головная ли боль для Андропова — пусть полутруп, но все-таки живой Брежнев, консолидатор всех антагонистов нового главы государства?

Другое дело — смерть.

И не поэтому ли, задумываюсь я, уже несколько последних месяцев для больного, немощного Леонида Брежнева составлен напряженный график работы — почти еженедельные поездки, и близкие и дальние, выступления, выступления… Наверное, ему говорят: так надо, вы первое лицо государства, народ и мировое сообщество ждут вашего слова. Не всякий здоровый человек выдержит такую рабочую нагрузку. Не присутствует ли здесь дьявольский замысел: ускорить «естественный» уход «вождя» в мир иной?

В этой связи расскажу вам о событии, которое сейчас в Москве — новость номер один. И это уже не слухи. За достоверность ручаюсь — сведения из первых рук.

Хорошо известно — в западной прессе на этот счет было немало публикаций,— что уже несколько лет помимо официальных советских врачей во главе с академиком Чазовым здоровьем Леонида Брежнева занималась знаменитая целительница Джуна Давиташвили. Да, эманация, биоэнергия, карма, лечение сначала души, а уже потом тела,— словом, все то, что здесь, в России, пренебрежительно называют «нетрадиционной медициной». Эта удивительная, уникальная женщина, которую знают далеко за пределами Советского Союза,— и это уже по слухам — несколько раз вытаскивала Брежнева в прямом смысле слова с того света. Кстати, услугами Джуны пользовались и другие члены Политбюро, пользуются и знаменитости советского искусства. В Джуне Давиташвили Леонид Брежнев видел свою последнюю надежду, он очень верил в сверхчеловеческие возможности этой женщины. И вот, примерно месяц назад, Джуну отлучили от безнадежно больного главы СССР. Как объяснили это старику, который достаточно часто находится в состоянии комы, не знаю, информация на этот счет ниоткуда не просочилась. Но факт остается фактом: Джуна больше не появляется в доме Леонида Брежнева. Согласитесь, есть почва для подтверждения вышесказанного: если выбирать между уходом на пенсию и смертью — предпочтительнее смерть.

А теперь я возвращаюсь к своему главному герою — и, перед тем как сделать заключительный вывод, один весьма любопытный эпизод, и, представьте, из литературной жизни России.

Зададимся вопросом: есть ли сегодня у Юрия Андропова реальный конкурент в борьбе за брежневское наследие? Есть, отвечают некоторые западные советологи. Это Константин Устинович Черненко. В России, особенно в среде политической и интеллектуальной элиты, этот человек не пользуется абсолютно никакой популярностью и авторитетом. Более того — к нему там отрицательное, даже пренебрежительное отношение. Но Черненко — «первый друг» Брежнева, его «правая рука». И, главное, вокруг него группируется так называемая «днепропетровская мафия» (политическая карьера Черненко, как и Брежнева, начиналась в Днепропетровске на Украине, хотя познакомились и сблизились они в Молдавии), ее самый верхний эшелон. Уж эти-то люди хотят видеть в кресле главы государства только Черненко, для них Андропов на этом посту — гибель, если не физическая, то наверняка политическая и материальная. Вот они-то и сделали несколько отчаянных попыток продвинуть на вершину власти своего Константина Черненко. И одна из них,— у людей этого сорта и морали для достижения цели все средства хороши,— литературная.

Дело в том, что Леонид Брежнев в последние два года стал «писателем». Верноподданные литераторы даже приняли новый талант в свой Союз писателей. Ему вручили членский билет № 1. Все очень просто: Леонид Брежнев в промежутках между своими политическими и прочими трудами написал мемуары, целую трилогию, которые частями печатались в журнале «Новый мир». И вот в октябрьском номере этого «самого прогрессивного и либерального органа» должна была появиться последняя, заключительная часть мемуаров вождя страны, где повествование завершается нашими днями,— и не появилась[3].

Почему? — спросите вы. Естественный вопрос. Шедевр создавался бригадой литературных поденщиков, товарищ Брежнев лишь невнятно наговаривал на магнитофонную ленту свои воспоминания, из которых мастерам — и разбойникам — пера предстояло вылепить удобоваримую литературную фигуру. Тем не менее ближайшие соратники и друзья советовали новоиспеченному писателю, какие политические цели ставить перед собой в масштабных мемуарах, «которыми,— утверждали они,— будет зачитываться все прогрессивное человечество». И в последней части воспоминаний появилось своеобразное «политическое завещание» увядающего советского руководителя.

Спешу, уважаемые читатели, удовлетворить ваше любопытство. Да, октябрьский номер журнала «Новый мир» вышел без заключительной части «блистательных» — как пишет советская критика — брежневских мемуаров. Их по неизвестной — литературной и всей остальной общественности страны — причине задержала цензура, а Цензурный комитет — это, как говорят в России, и ежу понятно — структура, неотъемлемая от КГБ.

Но тем не менее, тем не менее… Совсем недавно я держал в руках — и, естественно, внимательно прочитал — ксерокопию верстки, не попавшей пока в журнал, третьей части воспоминаний вождя советского народа. Там-то я и обнаружил «политическое завещание» Леонида Брежнева. Там он дает всем своим соратникам по Политбюро характеристики, как бы на каждого из них примеряя свою шапку Мономаха. И Юрий Андропов удостоен несколькими словами, автор его «высоко оценил»: скромен, человечен, обладает деловыми качествами. Не густо… Зато Константин Черненко охарактеризован более подробно и весомо: он человек, «умеющий убеждать и находить правильные организационные формы» (Каково!), он «непреклонный борец, чуткий к мнению товарищей, но беспощадный к самому себе». Что тут сказать? Снимем шляпу, джентльмены, дамы и господа. Перед нами — достойный преемник. Не волнуйтесь, он продолжит дело Леонида Брежнева.

Не думаю, что Юрий Андропов серьезно опасается конкуренции Черненко. Скорее всего, цензурная акция, о которой я рассказал,— превентивная мера, профилактика. На всякий случай. Уж такой человек будущий глава Советского Союза.

Подведу итоги. Создан новый образ Леонида Брежнева — делается все для отправки его на пенсию. Не исключено, что предпринимаются и другие шаги — для другого ухода с политической арены главы Советского государства. Но пусть все-таки это остается моим предположением.

Надо сказать, что создан или, правильнее сказать, дорисован новый образ и моего основного героя. Здесь потрудились не столько советские журналисты — они немногословны, почти немы, когда берутся писать об Андропове,— сколько западные. Прежде всего я имею в виду серию очерков о теперь уже нашем общем персонаже Жозефа Рафта, которые опубликованы в журнале «Нью-йоркер»: Юрий Андропов — политик новой формации, скрытый либерал, сторонник постепенного сближения с Западом, будущий реформатор, интеллектуал, интеллигент, увлекающийся литературой, живописью, современной музыкой, почти друг венгерского народа, которому он подарил «отца венгерских реформ» Яноша Кадара… И так далее и тому подобное. (В одной из ближайших статей я намерен поспорить со своим коллегой Жозефом Рафтом.)

К этому новому — и неожиданному — портрету Юрия Андропова полтора месяца назад он сам добавил несколько штрихов, совершив молниеносную поездку в три социалистические страны Восточной Европы. Кстати, об этих кратких визитах в советских средствах массовой информации не сообщалось. Так вот. Оказывается, мой таинственный герой на кремлевском Олимпе в своих реформаторских и демократических устремлениях одинок, у него много врагов. И чтобы начать преобразования, ему нужна фора — минимум два года. Не ждите от него в эти два года решительных кардинальных преобразований ни внутри страны, ни во внешней политике (например, в проблеме вывода советских войск из Афганистана), дайте закрепить победу, удержать власть. Все это переводится одной фразой: Андропов ждет от Запада односторонних уступок, ничего не собираясь сразу менять в России. Надо признать — сильный ход!

Итак, занавес поднят! Последний акт в московской исторической драме начинается. На сцене два основных персонажа — антиподы в новых костюмах.

Мы накануне развязки. Она рядом. Грядут величайшие, потрясающие события, которые могут изменить судьбу не только России, но и всего мира».


12 сентября 1982 года | Бездна (Миф о Юрии Андропове) | 4 ноября 1982 года