home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава двадцать восьмая

— Феликс Роуч погиб!

Гарри рывком подскочила с постели и опустила босые ноги на пол.

— Что?!

— Сегодня ночью его квартира сгорела дотла, и он вместе с ней. — Джуд говорил приглушенно, будто опасаясь, что его могут подслушать. — У нас тут уже побывала полиция. Я пока не упоминал ваше имя, хотя это и не так-то просто. Чертов детектив словно кот: все высматривает, выжидает, когда проболтаешься.

Блин. В животе у Гарри зашевелилась тошнота, она с трудом сглотнула.

— Это был несчастный случай?

— Пока все придерживаются именно этой версии. Но мне уже успели задать кучу вопросов.

Черт, черт, черт! Гарри зажмурилась и обняла себя руками за плечи. Как же так? Ведь она и Джуд разговаривали с Роучем всего несколько часов назад!

— Гарри! Вы меня слышите?

— Мм-гмм.

Она ссутулилась и стала раскачиваться взад-вперед, как от приступа острой боли. Вчера Феликс заявил Пророку, что знает его настоящее имя. Сегодня Феликс уже мертв.

Гарри представила себе Феликса: толстого, одышливого, неприятного. Она не питала к нему никаких нежных чувств, но отнюдь не желала ему смерти. И ей отчаянно нужно было с ним поговорить.

Внезапно она перестала раскачиваться.

— Я звонила ему сегодня ночью.

Джуд отозвался не сразу.

— Что?..

— Было уже поздно, часа два. Я никак не могла заснуть. — Гарри вспомнила, как в кромешной темноте сидела на краю постели и слушала длинные гудки, отчаянно моля, чтобы Феликс взял трубку.

— И что? — спросил Джуд.

— Ничего. Он так и не ответил. — Гарри почувствовала неприятную дрожь в ногах, футболка на ней казалась холодной и мокрой. Ползучая тошнота в животе набирала силу. — Как вы думаете, он был тогда уже мертв?

— Бог его знает. Во всяком случае, вы с ним не говорили.

— Жаль. Он знал, кто такой Пророк.

— Похоже, чем больше узна'eшь про этого Пророка, тем большей опасности себя подвергаешь. — Голос Джуда стал резким. — Я бы на вашем месте держался от него подальше.

Интонация, с какой он это произнес, заставила Гарри нахмуриться. Тирнан беспокоится за ее жизнь или угрожает ей? Она покачала головой и глубоко задышала через нос. Господи, но ведь Джуд так выручил ее вчера вечером! Он сильно рисковал, сливая Роучу по телефону инсайдерскую информацию. Это ставило его в зависимость от Феликса. Гарри посмотрела на пальцы ног. Если, конечно, Джуд заранее не знал, что через несколько часов Феликс будет мертв.

— Вы будете говорить с полицией? — спросил Джуд. Его голос был каким-то… деревянно-непроницаемым.

— Только не о моем отце. Не могу. — Внезапно ей стало трудно говорить. Во рту так пересохло, что казалось, будто вместо слов с губ срывается сухой стрекот.

— Не поздновато ли беспокоиться об отце? И вообще, вам-то что? Я думал, вы его ненавидите.

— Я его не ненавижу.

— Да неужели?

— Как бы там ни было, он мой отец.

— Даже если он причастен к убийству?

Гарри покачнулась. На миг ей показалось, что она вот-вот упадет в обморок. Выронив трубку, она помчалась в ванную — как раз вовремя. Ее рвало в раковину до тех пор, пока горло не начало саднить. Наконец, содрогнувшись всем телом, Гарри прижалась к холодной эмалированной раковине. Затем она плеснула водой себе в лицо и заковыляла к кровати. Укрывшись с головой пуховым одеялом, она подняла трубку, но было уже поздно: Джуд отсоединился.

Что дальше? Зацепок для расследования больше нет. Единственный человек, знавший настоящее имя Пророка, мертв. К тому же у нее появилось отчетливое ощущение, что следующей жертвой станет она сама.

Гарри свернулась в позе эмбриона и подула на руки, чтобы их согреть. От недосыпания все ее тело будто налилось свинцом. Прошлой ночью, после телефонного звонка Феликсу, она села за свой ноутбук и прощупала защиту anon.obfusc — анонимного римейлера, которым пользовался Пророк. Час за часом она тыкалась и пробовала, сканировала и экспериментировала, но внешняя защита сервера была неприступна. Об авантюрах «социальной инженерии» не могло быть и речи. Команда римейлера — матерые спецы в программной безопасности и вряд ли могут купиться на ее уловки. К половине седьмого утра Гарри пришла к выводу, что у Феликса, видимо, был близкий знакомый в этой компании — человек, который слил ему информацию напрямую. Эта мысль привела ее в уныние. Римейлер действовал из нескольких разных стран. Идентифицировать и взломать Феликсова «крота» было практически невозможно.

Гарри затихла под одеялом. Дневной свет пробивался сквозь шторы. Она смежила веки. Почему инсайдерский круг не может просто забрать свои чертовы деньги и оставить ее в покое? Она отдала бы их не моргнув глазом, лишь бы все вернулось на круги своя.

Гарри встрепенулась, мысль четко оформилась в мозгу. Отдать деньги. Почему нет? Как только Пророк получит деньги, он оставит ее в покое, разве не так? В конце концов, она не знает, кто он такой, и не представляет для него угрозы.

Она рывком уселась на кровати. Тошнота прошла, липкий пот мигом испарился. Она сбросила одеяло на пол и по короткому коридорчику пробежала в свою рабочую комнату. Ноутбук был все еще раскрыт с прошедшей ночи, и Гарри уселась перед ним, разминая пальцы.

Главное — найти для письма правильный тон. Нужно, чтобы казалось, будто она держит ситуацию под контролем и точно знает, что делает. Пока Гарри набрасывала черновик, ее грудь высоко поднималась и опускалась. Составляя письмо, она использовала несколько попыток, однако осталась не вполне довольна финальным вариантом — хотя, в общем-то, он должен был сойти. Она в последний раз перечитала письмо.

Ваши 12 млн евро у меня. Скажите, куда их переслать, — и они ваши. Одно условие: отзовите своих головорезов и не стойте у меня на пути. Я вам не угроза: обращаться в полицию едва ли в интересах моего отца. А предоставить полиции мой труп — вряд ли в ваших интересах.

Гарри Мартинес

Жаль, что письмо вышло не таким язвительным, как ей хотелось бы, но, если честно, ее нынешняя позиция была для этого попросту недостаточно сильна. Как только она отдаст деньги, у нее не останется никаких рычагов воздействия.

Гарри набрала адрес римейлера Пророка, немного помедлила и нажала кнопку «Отправить».

Затем она откинулась на спинку кресла и протяжно выдохнула. Впервые за несколько дней она почувствовала себя уверенно.

Зазвонил телефон, и она схватила трубку.

— Алло?

— Эй!

Это был Диллон. Она обняла себя рукой за талию:

— Привет.

— Ты в норме?

— Да, все в порядке. — Гарри чувствовала, что ее словам явно недостает убедительности. Проклятие! Куда подевались ее лицедейские таланты, в которых она так нуждалась?

— Что-то непохоже.

— Не волнуйся. — Она быстро взглянула на свое письмо. — Только мне, наверное, придется взять отгул на пару дней… Если можно, конечно.

— Не стоит спрашивать, Гарри, ты же сама знаешь. — Голос Диллона звучал ласково. — Забудь про офис. Имоджин отослала отчет по «Шеридану». Они там на седьмом небе от счастья, никаких перепроверок, так что бери столько отгулов, сколько нужно.

Гарри задумчиво нахмурилась. Никаких перепроверок. Что-то неуклюже заворочалось в ее мозгу, никак не желая всплыть на поверхность. Что-то незавершенное. Мысль увязла, как муха в сиропе. Гарри прогнала ее, покачав головой.

— Спасибо, — поблагодарила она.

Диллон помолчал и после паузы спросил:

— Как насчет того, чтобы еще раз заглянуть ко мне в гости на ужин? Скажем, прямо сегодня? Я сам все приготовлю.

Гарри медлила с ответом. Она закрыла глаза и внезапно вспомнила пугающую тьму лабиринта. Во рту у нее пересохло.

— Прости, это было глупо, — произнес Диллон, так и не дождавшись ответа. — Тебе, вероятно, меньше всего на свете хотелось бы снова оказаться там. — Он кашлянул. — Я просто не желаю, чтобы у тебя остался страх перед моим домом, понимаешь? Ну, если ты все-таки когда-нибудь захочешь еще раз навестить меня.

Сердце Гарри привычно понеслось заячьими скачками; она попыталась сделать вид, что не замечает этого, и как ни в чем не бывало ответила:

— Я не испугалась. И я совсем не против еще раз побывать у тебя в гостях. Кстати, не знала, что ты умеешь готовить.

— Я умею разогревать. А готовить умеет домработница. — В голосе Диллона слышалась затаенная улыбка, и Гарри представила себе, как та же улыбка блуждает сейчас по его лицу. — Тогда я заеду за тобой в семь, лады?

Гарри вспомнила автопробег, устроенный Диллоном несколько дней назад, и, поморщившись, заявила:

— Пожалуй, я лучше приеду сама. Мне тут нужно еще кое-что сделать. Я могла бы подъехать… ну, скажем, в половине восьмого.

— В полвосьмого, замечательно. Давай объясню, как добираться. А то в прошлый раз ты заснула прямо на мне, помнишь?

Гарри выслушала его краткие пояснения, набросав на обороте конверта некое подобие карты. Договорившись с Диллоном, она уселась на краешек кровати и поймала себя на том, что раздумывает, что надеть этим вечером. Ей понадобилось некоторое усилие, чтобы мысленно не промотать предстоящую встречу вперед, вообразив, чем может закончиться ужин. Сейчас, в эту минуту, ей не стоило забивать себе голову догадками о том, к каким осложнениям может привести роман с собственным шефом.

В последний раз Гарри задумывалась над тем, как одеться на встречу с Диллоном, прошлым летом. Он вызвонил ее невесть откуда, чтобы предложить работу, — пятнадцать лет спустя после того вечера, когда он учил Гарри хакерской этике, сидя в ее собственной спальне. Они встретились в фойе гостиницы «Шелбурн», присматриваясь друг к другу под кофе и сэндвичи.

Гарри до сих пор помнила шипяще-пенистое ощущение в груди, будто кто-то поливал ее внутренности шампанским. Пылкий, симпатичный юноша превратился в привлекательного, уверенного в себе — и явно довольного собой — мужчину. Пыл остался где-то под спудом, но о нем то и дело напоминал блеск в глазах. Рядом с Диллоном Гарри снова почувствовала себя тринадцатилетней девчонкой и даже не стала есть сэндвичи — из страха, что к зубам может прилипнуть что-нибудь зеленое.

Ноутбук пискнул, и она снова проверила электронную почту. По спине у нее пробежал холодок. Ей пришло письмо.

Ты благоразумная девочка, Гарри. Твой папа не поблагодарил бы тебя, если бы ты впутала сюда полицию. Есть немало вопросов относительно сделки по «Сорохану», отвечать на которые совсем не в его интересах.

Сделаем так, как ты предлагаешь. Я получаю деньги — ты получаешь жизнь.

Но смотри, не вздумай шутить со мной, Гарри. Твой отец меня перечеркнул. Мне не хочется думать, что ты поступишь так же, как он. Будь умницей. Иначе и тебе, и всем, кто тебе дорог, будет очень-очень плохо.

Инструкции насчет денег пришлю отдельно.

Пророк

У Гарри вспотели ладони, она часто задышала. Неужели ее план сработал? Медленно и тяжело двигаясь, она зашла на страницу со своим банковским счетом, чтобы еще раз проверить баланс.

В тот же миг она уставилась на цифры и заморгала от удивления. Потом обновила веб-страницу и посмотрела на цифры еще раз. Без изменений. Внутри у Гарри все оборвалось. Она перестала дышать.

То видишь, то не видишь.

Денег не было.


Глава двадцать седьмая | Проникновение | Глава двадцать девятая







Loading...