home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава сорок девятая

— Вы хотите, чтобы я отослала этот факс, мадам?

Гарри с трудом отвела взгляд от листка бумаги, который держала в руке, и посмотрела на администраторшу.

— Пожалуй, я проверю его еще разок. Напоследок, — сказала она.

— Хорошо. Позовете меня, когда все будет готово.

Администраторша отошла, чтобы ответить на телефонный звонок. От ее белой хлопчатобумажной блузки веяло крахмальной свежестью, и Гарри мысленно поинтересовалась, как ей удавалось поддерживать одежду в таком состоянии. Ее собственная блузка липла к телу, как обойный клейстер.

Она пробежала глазами текст факса, который составила в гостиничном номере. Кровь шумела у нее в ушах, строчки расплывались перед глазами. Может, Руссо не подменил файлы? Может, он решил-таки объявить, что она блефует? Гарри сморгнула, чтобы прояснить взгляд, и снова перечитала факс. Он был адресован Оуэну Джонсону, персональному менеджеру ее отца.

Мистер Джонсон,

настоящим, со ссылкой на вклад № 72559353, код подтверждения Pirata, уведомляю вас, что хочу закрыть указанный счет и перевести все свои денежные сбережения на следующий банковский счет:

Код SWIFT: CRBSCHZ9

IBAN: CH9300762011623852957

Что до процедур секретности, я договорюсь с вами о проведении вышеуказанного перевода в моем личном присутствии сегодня днем.

Первый номер счета принадлежал ее отцу, второй — Пророку. Подпись не требовалась.

Гарри посмотрела на часы. Четыре минуты одиннадцатого. Даже если Руссо согласится быть ее пособником, оставила ли она ему достаточно времени? Меньше всего ей хотелось бы, чтобы кто-нибудь открыл файл отца до того, как ее идентификационные бумаги окажутся на месте. Она переступила с ноги на ногу. Срок ультиматума Пророка истекал в полдень по багамскому времени. Пора было на что-то решаться.

Гарри отдала администраторше факс вместе с номером Джонсона, дешифрованным ею из отцовских покерных записей. Неспешно подойдя к факс-аппарату у стойки, администраторша сунула в него лист бумаги. Машина пикнула. Гарри понаблюдала за тем, как администраторша заряжает в факс-аппарат бумагу из толстой стопки на полу. Та двигалась с изяществом стюардессы, но с медлительностью горного оползня — Гарри стиснула зубы, чтобы не заорать от нетерпения. Наконец ее факс, дрожа, прополз через аппарат и вылез с другой стороны.

Гарри помчалась в свой номер. Потянувшись к телефону на столике у кровати, она увидела, что пропустила три звонка от Руфь Вудс, и набрала номер репортерши. Голосовая почта. Гарри оставила Руфь сообщение, сказав ей, что позвонит завтра утром, когда вернется в Дублин. Затем она уселась на кровать и позвонила в банк «Розенсток». Деловым тоном сославшись на номер отцовского счета, Гарри договорилась о встрече с Оуэном Джонсоном в четверть двенадцатого утра и после этого дала отбой. Меньше чем через час она войдет в офис Джонсона, чтобы перевести из его банка шестнадцать миллионов долларов. Вопрос состоял в следующем: кого будет ждать Оуэн Джонсон — Сальвадора Мартинеса или ее?

Покачав головой, она сложила в сумочку кое-какие бумаги, необходимые для предъявления в банке, вышла из гостиницы и пешком направилась на Бэй-стрит, стараясь держаться теневой стороны. Душный воздух обволакивал кожу, как горячая вата. Подойдя к банку «Розенсток», Гарри почувствовала, как по затылку стекают ручейки пота.

Девушка-администратор улыбнулась.

— Так скоро?

Черт! В планы Гарри совсем не входило быть кем-то узнанной.

Джулиана взяла трубку.

— Позвольте, я соединю вас с Глен Хэмилтон.

— Нет-нет, не стоит ее беспокоить. — Блин! Меньше всего на свете ей сейчас было нужно, чтобы над душой у нее стояла Глен Хэмилтон. — Вообще-то, я не к ней, а к Оуэну Джонсону.

Джулиана подняла брови.

— Вот как? Что ж, нет проблем. — Она нажала несколько клавиш на клавиатуре своего компьютера. — Он на том же этаже, что и Глен. Помните, где у нас лифты? Садитесь в средний и езжайте на третий этаж.

Поблагодарив Джулиану, Гарри последовала ее указаниям. Все тот же лифт а-ля «Большой Брат» довез ее до третьего этажа, все та же чернокожая девушка провела по коридору. Пока они шли, Гарри то и дело поглядывала на бежевые двери, опасаясь, что из какой-нибудь внезапно появится Глен. На дне сумочки завибрировал телефон — она вынула его и посмотрела на дисплей. Опять Руфь Вудс. Гарри отключила телефон. С репортершей она свяжется позже.

Провожатая открыла дверь в торце коридора, и Гарри вошла в офис. На этот раз ее банкир был на месте.

За столом, заваленным бумагами, сидел человек с лиловато-коричневой кожей и каменным выражением лица. Ему было лет под шестьдесят. И он, и Гарри помолчали. Гарри услышала, как за ней, щелкнув, захлопнулась дверь. Джонсон встал.

— Оуэн Джонсон, — представился он.

Мужчина походил на ожиревшего ротвейлера. Его бочкообразное тело напоминало твердую глыбу из толстых мышц и жира. Челюсть была такой могучей, что, казалось, Джонсон запросто мог откусить ей руку. Гарри пересекла комнату и обменялась с ним рукопожатием, отчетливо чувствуя, что ее ладонь стала мокрой от пота.

— Гарри Мартинес, — сказала она.

Джонсон уставился на нее своими круглыми, навыкате глазами.

— Не помню, чтобы мы встречались.

Это прозвучало как утверждение, а не как вопрос. Гарри готова была побиться об заклад, что Оуэн Джонсон помнил все до единого лица, виденные им в жизни. Она улыбнулась и покачала головой, стараясь походить на мультимиллионершу, а не на завравшегося хакера.

Джонсон снова опустился в кресло и жестом пригласил Гарри сесть на стул с прямой спинкой, стоявший напротив него. Гарри села. Мебель здесь была гораздо более функциональной, чем в офисе Глен Хэмилтон. Простой крепкий стол, кряжистые кресла. Ни дорогого антиквариата, ни серебряного кофейного сервиза — ничего, что могло бы отвлекать от дела. Гарри мысленно поинтересовалась, вольны ли банкиры «Розенстока» подбирать обстановку в офисе на свой вкус.

Кашлянув, Джонсон нахмурился и поглядел на разложенные перед ним бумаги. Гарри замерла. На столе лежала папка из манильского картона. Пачка бумаг, прежде прижатая пружиной, теперь разбухла, заполнив почти весь объем папки. Страницы были помятые и захватанные. Судя по всему, это был файл ее отца.

Гарри, собравшись с духом, прервала молчание:

— Надеюсь, вы получили мой факс. Как вы могли из него узнать, я хотела бы перевести свой капитал на другой счет, причем как можно быстрее.

Она протянула ему копию факса. Он прочитал текст, не выказав никаких признаков того, что видел его раньше. Гарри вынула из сумочки паспорт и тоже передала его Оуэну. Джонсон раскрыл его на странице с фотографией и, насупившись, стал внимательно ее изучать. Потом он извлек документ из папки и поднял его высоко перед собой, сравнивая с паспортом. Гарри затаила дыхание. Она попробовала угадать, о чем он думает, по выражению лица, однако лицо Джонсона нисколько не изменилось. Их взгляды встретились. Гарри отчаянно захотелось сглотнуть, но она усилием воли прогнала это желание.

Не говоря ни слова, Джонсон захлопнул ее паспорт и толчком отправил его по столу обратно к Гарри. Затем он положил документ в папку, и Гарри успела заметить фотографию, прикрепленную к верхней странице. Половина лица скрылась под подписями, но копну черных кудряшек ни с чем нельзя было спутать. Легкие Гарри снова заработали. Это был бланк ее заявления. Руссо подменил файлы.

— Могу я вас спросить, удовлетворены ли вы уровнем обслуживания в банке «Розенсток»? — произнес Джонсон.

— О, целиком и полностью! — Сердце ее гулко колотилось в груди. — Просто, боюсь, у меня сейчас другие планы насчет денег.

Слегка сместив на сиденье свою тушу, Джонсон откинулся в кресле и сложил ладони домиком.

— Странно. Я видел этот файл только один раз, когда принимал его у предыдущего менеджера. Это было восемь лет назад. Я запомнил имя «Мартинес». — Менеджер не мигая уставился на нее. — Но я почему-то всегда был убежден, что наш клиент под именем Pirata — мужчина.

Гарри заставила себя улыбнуться, хотя чувствовала, что ее лицо по-прежнему напряжено.

— Это, наверное, из-за имени. В смысле, из-за «Гарри». Вечно оно сбивает всех с толку.

Джонсон побарабанил по столу кончиками пальцев, не сводя с Гарри глаз.

— Уверен, что так.

Вынув бланк из кипы документов на столе, он передал его Гарри вместе с оригиналом факса и сказал:

— Не могли бы вы заполнить этот бланк, чтобы я подтвердил перевод суммы?

Гарри взглянула на бланк. Он был короток и деловит. Требовалось указать подробности начального и конечного счетов, размеры переводимых сумм — и, разумеется, вписать код подтверждения и поставить подпись. В конце бланка имелась графа с пробелом для скрепляющей подписи Джонсона. Гарри принялась заполнять бланк, переписывая цифры номера счета из своего факса.

— Если не ошибаюсь, раньше ваш счет обслуживал Филипп Руссо, — сказал Джонсон. Он произнес это таким тоном, будто зачитывал обвинительный приговор.

— Точно. — Гарри не поднимала глаз, но чувствовала, что Джонсон так и буравит глазами ее макушку.

— Вчера вечером вы с ним беседовали. Так мне сообщили.

Ее пальцы замерли.

— Да, мы с ним случайно встретились в казино «Атлантида».

— Я знаю. Он сам мне об этом сказал.

Гарри вскинула на него взгляд.

— Вот как?

— Когда я отправился сегодня утром в хранилище, чтобы взять оттуда ваш файл, я обнаружил, что мистер Руссо уже изымал его. Как уполномоченный персональный менеджер, я, естественно, потребовал у него объяснений.

— Естественно. — Гарри по-прежнему говорила непринужденно. — И что он сказал?

— Он сказал, что вы с ним встретились и поиграли в покер, что ему стало любопытно и захотелось узнать, как поживают ваши вклады. Поэтому, дескать, он и затребовал файл к себе. Что, разумеется, прямо противоречит политике конфиденциальности. — Джонсон впервые улыбнулся, продемонстрировав полный рот плотно пригнанных друг к другу зубов. — Впрочем, мистер Руссо привык делать в банке все, что ему вздумается.

Гарри снова склонилась над бланком.

— Что ж, я ценю его заинтересованность. — Ручка показалась ей скользкой. — Он старый знакомый нашей семьи.

Дойдя до пустой графы, озаглавленной «Размер перевода», Гарри на секунду замешкалась.

— Я давно не проверяла баланс своего счета, — стараясь, чтобы ее голос звучал спокойно, произнесла она. — Вы не могли бы назвать мне точную цифру?

Буркнув что-то себе под нос, Джонсон повернулся к ноутбуку и нажал несколько клавиш. Гарри впервые подумала о том, что счет вполне может оказаться пустым. А вдруг кто-то добрался до него раньше, чем она?

Джонсон взял карандаш и переписал с экрана несколько цифр, затем подтолкнул свой блокнот к Гарри.

Цифры заплясали у нее перед глазами. Ей показалось, что голова ее стала легкой, как воздушный шар, а слух на мгновение расстроился. Почти двадцать миллионов долларов! За последние девять лет на вклад набежали проценты.

Значит, деньги на месте. Здесь, рядом — рукой подать. То, за чем все они охотились: инсайдерский круг, отец, Пророк. Гарри вспомнила о погибших — Джонатане Спенсере и Феликсе Роуче. Перед глазами у нее одна за другой промелькнули картинки: ревущий джип, летящие кувырком горы, пронзительно воющий поезд. У нее закружилась голова. Но теперь убийства прекратятся. Очень скоро она отдаст Пророку деньги, и больше никто не умрет.

Внезапно Гарри почувствовала, как по спине пополз холодок. А если, взяв деньги, Пророк все равно убьет ее? Разве можно доверять человеку, пытавшемуся убить ее отца?

Крепче сжав ручку, она посмотрела на часы. Без трех двенадцать.

Деньги были ее единственным рычагом воздействия.

Гарри задрала подбородок и, посмотрев на Джонсона, заявила:

— Я передумала.

— Простите?

— Я не хочу переводить деньги.

Джонсон удивленно моргнул.

— То есть вы хотите оставить их на счету?

— Нет. Я хочу снять их со счета наличными. Крупными купюрами.

Джонсон подался вперед в своем кресле.

— Наличными? Но вы не можете разгуливать по улице с таким количеством наличных. Это крайне небезопасно. Если вам действительно нужно переместить ваш капитал, я настоятельно рекомендую вам электронный перевод.

Гарри настойчиво повторила:

— Мне нужны наличные.

Однажды Пророк уже добрался до ее банковского счета. Меньше всего на свете она хотела полагаться на технологию. Ей нужно было почувствовать деньги у себя в руках.

Джонсон вздохнул.

— Но унести такое количество долларов физически невозможно! Самый крупный номинал — стодолларовая купюра. Для вашей суммы вам понадобятся пять чемоданов!

Гарри помолчала.

— А какой самый крупный номинал у евро?

Кресло под Джонсоном скрипнуло.

— Пятьсот.

— Ну вот. Всего-то один чемодан.

— Но евро здесь намного труднее достать.

— Вы хотите сказать, что банк не в состоянии собрать необходимую сумму валюты?

Джонсон резко выдохнул:

— Разумеется, «Розенсток» в состоянии обналичить ваш вклад, но вы должны понимать, что для того, чтобы собрать такую сумму наличными, может потребоваться какое-то время.

— Сколько именно?

— Ну, пожалуй, в течение одного-двух дней мы могли бы…

Гарри перебила его:

— Это слишком долго. Деньги нужны мне сегодня. У меня билет на самолет.

Она увидела, как челюсть Джонсона нервно подрагивает, и слегка изменила тактику.

— Давайте так, — спокойно сказала она. — Вы собираете наличные сегодня, а я оставляю на депозите сто тысяч долларов, и счет остается открытым. Вы по-прежнему остаетесь моим менеджером. Я напишу вашему шефу письмо, в котором похвалю вас за то, что вы убедили меня остаться клиентом вашего банка. В противном случае вина за упущенного клиента целиком падет на вас. Если не ошибаюсь, ваш шеф — Филипп Руссо, не так ли?

Джонсон выпучил глаза, явно взвешивая, что хуже — позор от того, что упустил счет жирного денежного мешка, или пособничество клиенту, не внушавшему доверия. Наконец он бросил ручку на стол.

— Хорошо. Но это займет несколько часов.

— Сколько именно?

Он пожал плечами:

— Четыре. Может, пять.

— Уложитесь в три. — Гарри встала. — Есть у вас тут какое-нибудь помещение, где я могла бы подождать и сделать пару звонков?

Джонсон вышел из-за стола и открыл дверь слева. Гарри последовала за ним в приемную, меблированную столом и креслами эпохи Регентства.[81] Когда Джонсон ушел, Гарри достала телефон и позвонила Руфь Вудс. Ответа не было. Она оставила сообщение:

«Руфь, это Гарри. Пришло время для вашей истории, но действовать придется быстро. Я добыла то, что требовал Пророк, и хочу использовать это для того, чтобы разоблачить его. Мне нужно, чтобы вы задействовали ваши полицейские связи. Надо поймать этого гада. Перезвоните мне».

Гарри заходила из угла в угол, обдумывая свой план и стараясь не вспоминать об отце. Придется привлечь полицию — у нее нет другого выбора. Одно она знала точно: деньги Пророк не получит.

Гарри все еще мерила комнату шагами, когда Джонсон наконец вернулся. Оказалось, что на все про все у него ушло не больше двух часов. Он провел ее обратно в свой офис и запер дверь изнутри, после чего жестом указал на свой стол, очищенный от бумажного хаоса. Единственным предметом на столе был большой черный кейс на колесиках.

— Откройте, — сказал он.

Помедлив, Гарри открыла крышку. Кейс был доверху набит крупными фиолетовыми банкнотами. Они были упакованы в пачки, каждая размером с кирпич, и уложены друг на друга ровными, как под линейку, штабелями. Банкноты были плоские и чистые, будто отутюженные. Она подняла одну пачку и увидела еще несколько слоев таких же пачек внизу. Как коробка шоколадных конфет, подумала Гарри. Она веером пролистала денежную стопку, затем погладила ее большим пальцем. Банкноты были мягкие, с рельефным узором по краям. Она медленно положила пачку в кейс.

— Хотите пересчитать? — спросил Джонсон.

Покачав головой, Гарри захлопнула крышку.

Джонсон протянул ей лист бумаги.

— Вам нужно подписать бланк снятия денег со счета и квитанцию.

Гарри вывела свою подпись, чувствуя, как у нее дрожит рука. Джонсон скрепил ее подписи своими и протянул ей копии бланков, а также чистый белый конверт.

— Это банковское удостоверение. Оно позволит вам без проблем пройти через охрану аэропорта и таможню.

Гарри кивком поблагодарила Джонсона и сунула конверт в сумочку, потом схватила кейс и с усилием стащила его со стола. Кейс рывком потянул ее руку вниз, и Гарри услышала, как внутри с глухим стуком съехали набок пачки банкнот. Она вынула из кейса выдвижную ручку и покатила его за собой к двери.

Джонсон проводил ее по коридору и дальше, до первого этажа. Оба шли молча. Наконец Гарри оставила Джонсона в лифте и пересекла холл, катя за собой чемодан. Затем она толкнула перед собой двери и вышла на солнечный свет — с пятнадцатью миллионами евро.


Глава сорок восьмая | Проникновение | Глава пятидесятая







Loading...