home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


ГЛАВА ВТОРАЯ

Лукас смотрел на исчезающий в пыльных сумерках старый дом, отражающийся в зеркальце дальнего вида. Его хозяйка попросту заинтриговала его. Пусть она и вела себя как чопорная викторианская учительница, но только дурак не заметил бы, насколько она привлекательна с ее длинными темно-каштановыми волосами, волнами рассыпавшимися по плечам… и с завораживающими темно-голубыми глазами, которые не упускали его самого из виду ни на минуту.

Под ее решительностью и показной независимостью он чувствовал ранимую душу и решил, что жизнь у Кэтрин отнюдь не легка.

У него-то как раз все обстояло иначе. У его отца была преуспевающая компания, и Лукас являлся единственным наследником, от которого требовали занять подобающее место в семейном бизнесе.

Ему же самому не хотелось быть связанным какими-либо обязательствами с отцом и работой в его фирме.

Однако обязательства наложил на него не отец, а мать, которой за несколько месяцев до ее смерти Лукас пообещал исправиться, и принять участие в их бизнесе по доброй воле. Но выполнить обещание не мог… по крайней мере до тех пор, пока у него оставалась какая-то альтернатива.

Альтернатива? Ему тридцать пять лет, а он валяет дурака, плотничая от случая к случаю, получая заказы от тех, кто услышал о его работе от друзей и знакомых, и молится, чтобы никто не связал воедино «Тэннер констракшн» и плотника Лукаса Тэннера.

Кэтрин Палмер, как и большинство его клиентов, явно ожидала увидеть какого-нибудь расхлябанного верзилу с пивным животом. Он заметил, как она разглядывает его руки, вероятно проверяя их на предмет чистоты. А он ее одурачил.

Одурачил? Да он сам себя выставил дураком, изображая эдакого Дон Жуана! Он давно уже не встречал женщину, которая могла бы так завести его. Серьезные умные женщины, ничего не зная о его истинном материальном положении, недвусмысленно давали ему понять, что ничего общего у них с вольнонаемным плотником быть не может.

Мысли о браке Лукас оставил давным-давно, едва понял, какой скучной, серой становится жизнь в семье. Его мать постоянно находилась в тени своего мужа, шла ему навстречу во всех вопросах и закрывала глаза на его слабость к спиртному. Джеймс Тэннер жил, что называется, на полную катушку, а Лукас Тэннер находил, что ему торопиться некуда, и прожигать жизнь не собирался.

Мать воспитала сына сама, приложив все усилия, чтобы вырастить сильного, решительного человека. К удивлению и смятению отца, так и вышло.

Мать была для Лукаса всем. Эдит Тэннер тихо и незаметно вылепила из сына то, чем он являлся теперь.

Эдит Тэннер и Кэтрин Палмер. Хотя между двумя женщинами не было ничего общего, Лукас почему-то сравнивал их.

Кэтрин выражала свои мысли прямо и откровенно, Эдит предпочитала помалкивать. Кэтрин носила деловые костюмы, Эдит одевалась в мягкие, скромные платья. Кэтрин карабкалась наверх, Эдит избрала путь самопожертвования.

И все-таки было что-то общее между ними.

В отношениях с сыном мать всегда вела себя твердо. Судя по всему, Кэтрин столь же решительна. Мать, в сущности, была одинока, такое же тоскливое одиночество несколько раз проскользнуло во взгляде Кэтрин.

Лукас постарался представить ее одну — зимой, в этом огромном старом доме. Поскрипывание мебели, хлопанье ставен, тихий снегопад за темными окнами могут вызвать в воображении очень яркие картины.

Кэтрин явно боится одиночества. Одинокая и очаровательная Кэтрин.

Когда она выскользнула из своего спортивного автомобиля, Лукас сразу разглядел под строгим синим костюмом изящную фигурку. И ей, по всей видимости, было очень жарко и неудобно в нем по такой погоде. Лукас представил Кэтрин в легком летнем платье, с глубоким вырезом и короткими рукавами.

Она очень понравилась ему. Однако, судя по ее реакции, она может дать ему от ворот поворот, даже и не взглянув на его чековую книжку.

Лукас поднял глаза к затопленному сумерками небу, у края которого сливались пурпур и медь, и представил прекрасное лицо Кэтрин.


После работы Кэтрин позвонила бабушке и потратила целый час, взывая к ее здравому смыслу. Голос бабушки Брайтон поднялся на октаву выше, стоило той услышать предложение продать ее дом и переселиться к Кэтрин.

— Продать дом? — переспросила она. — Ты полагаешь, что я совсем выжила из ума? Да я провела в нем больше шестидесяти лет.

— Но, ба, — возразила Кэтрин, надеясь, что упрямица прислушается к дельным словам, — ферма слишком велика для меня. Я так хочу, чтобы ты приехала… и я уже начала перестраивать дом, чтобы тебе никто не мешал.

— Мешал? Так мне никто не мешает и здесь, в моем собственном доме. Кэтрин, я тебя очень люблю, но я еще способна позаботиться о себе.

Кэтрин почувствовала, что сердце проваливается куда-то в пустоту. И что же ей теперь делать — отменить переделку дома или продолжать в надежде, что произойдет чудо и ее бабушка передумает?

Исследовав холодильник, Кэтрин остановила свой взгляд на контейнере с овощами. Внутри его она нашла упаковку свежего латука. Затем был обнаружен кусок чеддера, несколько ломтиков ветчины. Вот и салат почти готов, осталось сварить пару яиц. Поставив кастрюльку на огонь, Кэтрин налила себе чаю со льдом и, дойдя до гостиной, упала на диван.

Ее тут же окутала давящая тишина, и она резко села. Надо включить музыку, какую-нибудь мягкую мелодию, чтобы забыть раздраженный голос бабушки. Перебрав свою коллекцию дисков, Кэтрин остановилась на тихих джазовых импровизациях. Окутанная мягкими звуками саксофона и контрабаса, она пошла обратно на кухню присмотреть за яйцами.

Глядя на поднимающиеся к поверхности пузырьки, Кэтрин спрашивала себя: почему она решила пригласить сюда бабушку Брайтон? И поняла, что не может больше выносить одиночества.

И тут перед ее мысленным взором возникла непривычная картина — она лежит, уютно устроившись на диване перед горящим камином, а ее голова покоится на чьем-то плече. Чьем? И в ее памяти всплыл аромат одеколона Лукаса.

Кэтрин потрясла головой, поразившись собственным безнадежным мечтам, которые прервал звонок в дверь. Она выглянула в маленькое окошко, и, когда ее взгляд встретился с глазами Лукаса Тэннера, пульс ее забился неровными скачками.

Кэтрин открыла дверь и чуть не покачнулась от волны раскаленного воздуха, хлынувшего с улицы в дом.

— Я вас не ждала, — произнесла она и тут же пожалела, что не нашла более вежливого и дружелюбного приветствия.

— Да, мне стоило позвонить, — согласился Лукас, — но я проезжал мимо и заметил вашу машину на дорожке.

— А, понятно, — машинально ответила она.

Лукас несколько секунд смотрел Кэтрин в лицо, а потом рассмеялся.

— Я подумал, что нам надо договориться о встрече.

Неотразимая улыбка изогнула уголки его полных губ.

— О встрече? — Перед мысленным взором Кэтрин появился подрядчик, проверяющий укладку полов или подсчитывающий площадь дома. — С кем?

— С вами. Я хотел позвонить вам вечером, но, поскольку вы дома, решил, что мы могли бы договориться и сейчас.

Вообще-то в ее компании люди сначала звонили, а потом уже договаривались о встрече…

— Входите, — пригласила Кэтрин, чувствуя, как стремительно нагревается воздух в прихожей. — Я сверюсь со своими планами.

Всю неделю она пыталась выбросить Лукаса Тэннера из головы и не мечтать о несбыточном. И вот теперь, с путающимися мыслями, она приоткрыла дверь пошире, и Лукас вошел внутрь. Проведя его в гостиную, Кэтрин предложила ему сесть на диван.

— Не хотите выпить чего-нибудь прохладительного?

— Да, если можно… Приятная музыка, — заметил Лукас, приняв из рук Кэтрин стакан.

Его пальцы скользнули по ее руке, и, растерявшись, она смогла только молча кивнуть в ответ, сев напротив него. Стараясь сосредоточиться на деле, Кэтрин спросила:

— Так что вы задумали?

— Встретиться, — ответил он, и его улыбка окончательно лишила Кэтрин остатков самообладания и спокойствия.

— Я понимаю. — Она опустила веки, пытаясь унять бешеное биение сердца. — Я имею в виду, какого рода будет наша встреча? Когда вы собираетесь закончить планировку?

— Планы уже готовы.

— Готовы? — Кэтрин вскинула голову. — Так скоро?

— Я вообще быстро работаю. — Лукас послал Кэтрин еще одни поддразнивающий взгляд. Планы у меня в машине. Так что, как только выберете свободную минутку, мы встретимся, чтобы их обсудить.

— Признаюсь вам честно, — сообщила Кэтрин, — я в тупиковом положении. У меня возникла серьезная проблема с бабушкой. Она ни за что не хочет переезжать… и я не уверена, что она когда-нибудь передумает.

— М-м… человек предполагает…

— Да, примерно так. Но понимаете, я волнуюсь за нее. Мои родители живут во Флориде, а сестра с семьей — в Огайо. У нее трое детей. Я одна… — Она запнулась. — Простите, вы не обязаны все это выслушивать.

— Вы волнуетесь за нее, я понимаю. — Лукас наклонился, поставил локти на колени. — А вы рассказывали ей о своих планах?

Сочувственное выражение на его лице стало последней каплей, и Кэтрин как прорвало.

— Она ничего не хочет слушать… даже если я распишу ей всю перестройку в самых радужных красках.

— А вы объяснили, что здесь ей никто не будет мешать?

— Конечно, а она сказала буквально: «Так мне никто не мешает и здесь, в моем собственном доме».

Кэтрин рассмеялась. Лукас присоединился к ней.

— Похоже, она крепкий орешек.

— Вы правы.

И тут в желудке у Кэтрин заурчало, и она прижала ладонь к животу, словно силясь заглушить нежеланный звук. Но Лукас только усмехнулся и поднялся на ноги.

— Слушайте, я тоже сегодня не ел. Я могу позвонить позже вечером.

— А давайте сделаем так, — произнесла она. — Если у вас есть сейчас немного свободного времени, я бы хотела посмотреть планы.

— А как же быть с вашим ужином?

— А вы не против попробовать салат от шеф-повара?

— Салат от шеф-повара?

Открыв тугую дверцу пикапа, Лукас вытащил рулон чертежей и свою папку, закрыл дверцу и прислонился к ней спиной. Он думал, как непредсказуемы женщины. Минуту назад Кэтрин буравила его злым взглядом — и вдруг пригласила на ужин.

Он вздохнул и направился к дому, но, прежде чем его нога ступила на крыльцо, уголком глаза Лукас увидел, как птичьи крылья разрезали воздух. Лукас замер и заметил место, где птица села на дерево. Щегол. Словно притягиваемый магнитом, Лукас побежал на задний двор, а потом по усыпанной гравием подъездной дорожке, высматривая яркое пятно среди деревьев.

В зарослях высокого чертополоха он разглядел щегла и рядом с ним вьюрка. Заметив шезлонг, Лукас уселся в него и, откинувшись на спинку, с наслаждением вздохнул. Вот так и должно быть! На месте своего отца он бы уже давно бросил работу и наслаждался жизнью. Между тем как стареющий отец изо дня в день подвергает себя, стрессам, занимаясь управлением компанией. И все ради Лукаса, которому нет дела до богатства и который совершенно не желает для себя подобной нервотрепки. Но он должен посмотреть правде в глаза: скоро ему придется принять управление компанией и настоять, чтобы отец наконец-то ушел на покой.

Трепеща крылышками, к кормушке опустилась малиновка, и внимание Лукаса переключилось на нее. Да у Кэтрин тут просто зоосад.

Громкий стук вывел Лукаса из задумчивости, и, повернувшись спиной к птицам, он заметил в кухонном окне удивленное лицо Кэтрин. Она жестом звала Лукаса в дом.

— Простите, но я засмотрелся на ваших пернатых приятелей, — уведомил он, поднявшись на крыльцо и войдя в комнату.

По лицу Кэтрин скользнула тень усмешки.

— А я никак не могла понять, куда вы пропали.

— Не мог устоять. Тем более у вас их тут такое разнообразие.

— Правда? Вообще-то я не так уж много знаю о птицах, но частенько наблюдаю за ними из окна, они такие милые.

Милые. Но сейчас мысли Лукаса были заняты не только и не столько птицами. Черты Кэтрин смягчились, и вся тревога, что Лукас заметил раньше, бесследно исчезла с ее лица.

— Ну, кое-что вы, похоже, знаете. У вас там растет чертополох, а щеглы его очень любят.

Кэтрин слегка улыбнулась и пожала плечами.

— Я спросила о желтых птахах в магазинчике, где продают семена, и продавец подсказал мне, что именно надо купить. — Она указала на дверь: — Мы ужинаем в гостиной.

Она подхватила салатницу и корзинку с хлебом с кухонного прилавка и пошла вперед, указывая дорогу, а Лукас шел следом, восхищаясь изящным покачиванием ее бедер и колыханием слегка вьющихся волос.

Кэтрин положила на стол две большие пластиковые салфетки, разложила еду.

Они ели молча, сосредоточившись на салате. Наконец Лукас отложил вилку.

— А знаете, очень вкусно.

— Спасибо, — ответила Кэтрин, отпивая чай. — Так что же вы мне принесли?

Прежде чем ответить, Лукас откусил и прожевал кусочек поджаренного хлеба.

— Два плана перепланировки. Я решил, что пусть лучше у вас будет выбор. Там указаны все выкладки и цены.

— Звучит здорово, но я все еще не решила до конца. Ужасно неудобно заставлять вас сделать всю работу, а потом…

— Не волнуйтесь. Бизнес есть бизнес, — ответил Лукас, подцепляя на вилку еще салата. Потом вытер губы и отставил тарелку в сторону. — Давайте посмотрим, что я принес.

Кэтрин отнесла тарелки на кухню, а Лукас расстелил планы на столе.

— Придвигайтесь, — предложил он, и его пульс резко участился, когда Кэтрин без возражений села вплотную.

Рассматривая план, она нечаянно задела его руку. Прикосновение к ее руке заставило его напрячься, в горле сладко перехватило дыхание.

— Мне нравится второй план, — произнесла наконец Кэтрин. — Что насчет пола?

— Дощатое покрытие и палас во всю комнату не так дороги, да и удобны. Я мог бы положить дубовый паркет, но он обойдется вам в копеечку.

— Знаете, что мне нравится больше всего? — подняла на него глаза Кэтрин. — У бабушки будет отдельная гостиная, но по вашему плану видно, что у нас будут и общие комнаты.

— У вас прекрасный двор. — Стараясь утихомирить вспыхнувшую надежду, Лукас перевел взгляд на большой эркер, за которым виднелся обширный газон. — И мне показалось, что вам понравится идея общих комнат. Вы сможете вместе обедать и наблюдать за птицами. Надо только разбить сад.

— Сад?

Тон ее голоса заставил Лукаса отвести глаза от зелени за окном и встретиться с удивленным взглядом Кэтрин.

— Ну, немного зелени и цветов, — разъяснил он.

Кэтрин рассмеялась.

— А это тоже входит в перепланировку?

От веселых огоньков в ее глазах у Лукаса по спине прошла теплая волна.

— Вполне возможно, — ответил он, хотя у него не было ни малейшего желания копать цветочные клумбы.

— Правда? — щеки Кэтрин порозовели. — Я люблю цветы, но мало что понимаю в садоводстве.

Кэтрин не скрывала своей неискушенности в том, что было важным для Лукаса.

— Так что вы скажете? Вам нужно еще раз просмотреть распечатки или…

— Нет, мне нравится второй план. Если бы я была уверена, что бабушка приедет, я не колебалась бы ни секунды, только… — Кэтрин запнулась, потом приподняла бровь. — Сколько надо платить?

— А я все ждал, когда же вы спросите о цене, — проговорил Лукас, следя, как губы Кэтрин изгибаются в улыбке. Лукас набросал цифры. Она согласно кивнула. — Значит, вы готовы подписать контракт? — поинтересовался он.

Кэтрин еще раз кивнула головой.

— Я ничуть не беспокоюсь за перепланировку, но не подскажете ли вы, как затащить сюда бабушку?

У Лукаса неожиданно кольнуло в сердце, когда он увидел тревогу на ее лице и сошедшиеся на переносице брови, заложившие тонкую морщинку на лбу. Он не нашелся что сказать, и тогда Кэтрин глубоко вздохнула.

— Или бабушка переедет сюда, или ей, в конце концов придется отправиться в дом престарелых. Но я не могу спать спокойно, зная, что она одна в своем доме. Она бодрится, но вести хозяйство уже не может.

Лукас отчаянно подыскивал нужные слова. Что-то, чтобы подбодрить Кэтрин. Что-то, чтобы вернуть ей спокойную улыбку.

— А может, когда она увидит, что вы тут затеяли, ей понравится.

И он замолчал, следя за ответной реакцией.

Кэтрин несколько секунд смотрела прямо перед собой, потом слабый румянец вернулся на ее щеки, словно их коснулся первый луч рассвета.

— Давайте я начну работу, — предложил Лукас, — а вы привезете ее сюда в гости.

— И сколько времени займет выполнение всего проекта?

Лукас пожал плечами.

— Все зависит от многих пунктов — как скоро удастся договориться насчет электропроводки, водопровода, когда завезут необходимые материалы. Я предполагаю, что работы займут шесть или семь недель. Может, немного дольше.

— Может, немного дольше? — повторила Кэтрин, прищурившись и приподняв брови. — Тогда, я полагаю, стоит поторопиться.

Она пролистала контракт.

— Так, и что дальше?

Ее вопросительный взгляд заставил сердце Лукаса на секунду замереть. Нет, она прекрасна и телом и душой. Человека, который так заботится о своей бабушке, можно встретить только в снах.

И что дальше?


ГЛАВА ПЕРВАЯ | Тайные желания | ГЛАВА ТРЕТЬЯ







Loading...