home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


ГЛАВА ШЕСТАЯ

Кэтрин выглянула из окна. Лукас уехал на ее машине пару часов назад, и она гадала, что могло его задержать. Нет, она не беспокоилась за машину, ей просто хотелось знать, что случилось.

На самом деле случилось очень много. Водопроводчик не пришел, как обещал. Значит, работы в ванной застопорились. Компания, которая занималась камином, тоже отложила начало работ. А всю проводку надо было сделать до того, как обшивать стены. Кэтрин нервничала.

Терпение. Надо запастись терпением, беря пример с Лукаса. Он стоически воспринимал любую неприятность. Но Лукаса рядом не было.

Кэтрин поджала под себя ноги, взяла роман и раскрыла его на заложенном закладкой месте. А затем, уютно устроившись на диване, позволила занимательной истории увлечь себя в страну фантазий…

От хитросплетений романа Кэтрин оторвал телефонный звонок. Она подумала, что звонит Лукас, но услышала голос сестры.

— Энн? — удивилась Кэтрин. — Как дела?

Впрочем, по тону сестры, она поняла, каким будет ответ.

— Плохо, Кэтрин.

Кэтрин встревожилась, различив в голосе Энн дрожь.

— Что-то с детьми? — спросила она.

— Нет, с ними все в порядке. Я… в смысле у меня с Томом.

— Не может быть. Все же было так хорошо?

В молодости Кэтрин завидовала Энн. Брак сестры казался ей таким серьезным, надежным.

— Я еще не сдалась, но… что-то не так. Я чувствую и… не знаю, что делать.

В трубке раздались всхлипывания.

Энн плачет?

Ведь из них двоих плаксой слыла именно Кэтрин. В школьные годы она рыдала по ночам в подушку, в то время как Энн забывала о своих горестях в компании друзей или в объятиях какого-нибудь парня.

— Энн, дети дома? — спросила Кэтрин, надеясь, что они не видят, в каком состоянии находится их мать.

— Нет, я одна, — ответила сестра.

— Так что же происходит?

— На первый взгляд ничего особенного. Том задерживается на работе допоздна, сваливая все на загруженность делами, но что-то изменилось. Он или очень замкнут, или впадает в другую крайность и становится слишком внимательным и предупредительным. Знаешь, словно что-то утаивает. Я боюсь, что… — Голос Энн замер.

Кэтрин покачала головой. Том и Энн прожили вместе достаточно долго и счастливо, чтобы так внезапно все изменилось…

— Не делай поспешных выводов. Ты говорила с ним?

Хороший вопрос, но где гарантия, что Том скажет правду? Еще со студенческих лет Кэтрин помнила, каким лживым может быть человек. Горькие воспоминания снова поднялись в ее душе, и Кэтрин подумала, что не пожелала бы испытать такое даже врагу.

— Нет, я просто заметила, что дела пошли наперекосяк. Том говорит, что слишком заработался. А я не могу спросить у него обо всем напрямую, потому что… потому что боюсь его ответа.

— Иногда лучше точно знать, чем строить предположения.

Кэтрин знала, о чем говорила. Сама она ушла, высоко подняв голову, и никто больше не шептался у нее за спиной. Она отогнала неприятные воспоминания и посоветовала:

— Если он с кем-то встречается, у тебя будет реальный повод волноваться. А пока что ты сражаешься с тенью. Ты понимаешь?

Последовала пауза, потом вздох.

— Ты права, — согласилась Энн. — Мне надо пораскинуть мозгами и… Кэтрин, я так признательна тебе за то, что ты меня выслушала. Я просто не могла позвонить маме с папой, не хватало только их волновать.

— Звони мне в любое время дня и ночи, когда захочешь, — ответила Кэтрин.

Ее сестра первый раз оказалась в сложной ситуации, и, что бы там ни было в прошлом, Кэтрин хотела дать ей какой-нибудь мудрый совет.

— Попробуй упросить родителей Тома недельку присмотреть за детьми, а вы вдвоем отправляйтесь в отпуск. Даже самые романтические отношения со временем тускнеют. Была же между вами та самая искра, вот и зажгите былой огонь.

— Хорошая мысль! Может, нам и в самом деле стоит так поступить, — ответила Энн, правда, довольно уныло.

— Если хотите, приезжайте сюда, ты и дети!

Слова сами сорвались с языка Кэтрин, прежде чем она успела их обдумать. И что ей прикажете делать с тремя путающимися под ногами детьми и сестрой, которую она недолюбливала в юные годы? Но отчаяние в голосе Энн пересилило былые обиды.

— Спасибо, Кэтрин. Я тебя люблю.

Слова сестры поразили Кэтрин как молния.

— Я тоже тебя люблю, — услышала она свою фразу, которую произнес словно кто-то другой.

Положив трубку, Кэтрин упала на диван и уставилась в потолок. Господи, что она натворила? Во-первых, она сказала «я тебя люблю» своей сестре. Во-вторых, пригласила все семейство в свой дом.

Дети. Сердце Кэтрин начинало таять при одной мысли о них. Она не видела племянников уже три года. Кимберли тогда было восемь, значит, сейчас ей уже одиннадцать. И каково ей будет, когда весь дом окажется заполнен топаньем маленьких ног и звонким смехом? Кэтрин просто не могла себе представить.

Она услышала стук в дверь и поспешно опустила ноги на ковер, но не успела встать, как Лукас уже был рядом.

— Прости за опоздание. Пришлось разбираться с неожиданно подвернувшимися делами, — объяснил он.

Кэтрин навострила уши.

— Делами? — переспросила она.

— Ничего страшного, — успокоил ее Лукас. Кэтрин промолчала, ожидая более развернутого ответа. — Твоя машина — просто сказка, — продолжал Лукас, словно забыв о вопросе Кэтрин. — Стоит купить такую же и себе.

Купить такую же? Разве плотник может позволить себе спортивную машину? Чушь какая. Однако же человеку, который любуется птицами и цветами, наверняка может взбрести в голову безумная идея вложить все свои сбережения в покупку спортивного автомобиля.

Кэтрин не стала утруждать себя ответом, да и Лукас его явно не ждал. Постояв немного, он пересек комнату и взял книгу с коленей Кэтрин.

— Интересный роман, как по-твоему?

— Только не надо рассказывать конец, — выпалила она.

— Если бы и хотел, то не смог бы. Я еще не дошел до конца, хотя, похоже, продвинулся дальше тебя. — Он пролистнул несколько страниц и показал Кэтрин на одну с загнутым уголком. — Я остановился здесь.

У Кэтрин просто дух перехватило, когда она увидела егопометку в еекниге.

— Ты хочешь сказать, что читаешь мой роман?!

— Но ты же ведь не будешь возражать? Я читаю его, только когда тебя нет дома.

— Ну еще бы! — Кэтрин почувствовала, что все тело ее напряглось, а плечи приподнялись. Наверное, она сейчас напоминает кобру. Ничего удивительного, что ее закладка оказалась не на месте! И когда же ты находишь время для чтения? — Вопрос еще не успел сорваться с губ, как Кэтрин протянула руку ладонью вперед. — Нет-нет, не стоит отвечать. Я знаю — во время одного из твоих перерывов.

Лукас уронил книгу обратно ей в руки.

— Слушай, я совершенно не хотел тебя злить. Я могу купить себе такой же. Она лежала там, — он махнул в сторону стола, — и я ее взял. Мне просто стало интересно.

Кэтрин содрогнулась от чувства неловкости и смущения. Что она делает? Устроила шум из-за какой-то книжки!..

— Ладно, забудь. Только не трогай мою закладку.

— Нет-нет, я куплю себе такую же книгу. И прости за закладку. Она выпала, когда я читал, и я не заметил, откуда.

Кэтрин взглянула ему в лицо, потом представила выражение своего собственного и поняла, какая на самом деле создалась смехотворная ситуация. И чем больше думала она о том, что двое взрослых, сознательных людей спорят из-за какой-то книжки в мягком переплете, тем сильнее ощущала абсурдность происходящего.

Не выдержав, Кэтрин рассмеялась.

Лукас какое-то время упорно сжимал губы, но вот мышцы его живота начали подозрительно подрагивать, и наконец он тоже разразился низким громким смехом.

Упав на диван рядом с Кэтрин, он обхватил ее за плечи и уткнулся в ее шею. И хотя они смеялись как дети, удивительное чувство родилось в сердце Кэтрин. Смех и Лукас — лучшее лекарство от многих неприятностей.


После целого дня на работе Кэтрин еще заехала навестить бабушку и теперь, усталая, направлялась домой. Дела у бабушки Брайтон шли хорошо, и врач сказал, что через две недели она сможет отправляться домой… только куда именно?..

Кэтрин не могла винить Лукаса. Он работал как вол, причем оставался и после того, как его официальный рабочий день заканчивался.

Кэтрин судорожно искала выход из положения. Как ей помочь Лукасу закончить работу к сроку? Крыльцо можно оставить на потом, главным были спальня и ванная. А может, у Лукаса есть знакомые плотники, которые работают неполный рабочий день и могли бы помочь ему? Или его двоюродный брат? Надо спросить.

Кэтрин въехала на подъездную дорожку. Ее всегда охватывало чувство спокойствия и уверенности, когда она видела припаркованный там грузовичок Лукаса.

Кэтрин открыла дверь, и вместо знакомых звуков, обычно сопровождающих стройку, ей в нос ударил соблазнительный аромат. Идя на запах, она проследовала из прихожей прямо на кухню. Оказавшись на пороге, Кэтрин воззрилась на Лукаса, открыв рот, — он стоял у плиты с полотенцем вокруг талии вместо фартука и прихваткой в руке.

— Что ты здесь делаешь?

Лукас развернулся, словно его ударили.

— Кэт! Привет. Я тебя не слышал.

Судя по выражению лица, он был ошеломлен не меньше Кэтрин.

Она уперла руки в бока и повторила свой вопрос:

— Я спросила, что ты здесь делаешь?

— А ты угадай, — сказал он, и его лицо прорезали морщинки от улыбки.

— Ага, знаю. — Кэтрин вложила в свои слова весь имеющийся у нее запас сарказма: — Ты перестраиваешь мой дом.

Его улыбка поблекла, но только самую малость.

— И это тоже… но в данный момент мы собираемся кое-что отпраздновать. Мой пикап наконец-то починили, и в знак благодарности я решил приготовить ужин.

Кэтрин опять охватило раздражение.

— Но… — начала она и запнулась. Он все равно не поймет ее возражений. Он будет нюхать розы и любоваться свиристелями. Так что, зная, что бороться бесполезно, Кэтрин немного расслабилась. — Лукас, — начала она, собрав все свое терпение и подходя к нему ближе. — Я ценю твою предупредительность. Я устала…

— И проголодалась?

Стараясь сдержать свое раздражение, Кэтрин подняла указательный палец и прижала его к губам Лукаса, и, прежде чем она смогла закончить предложение, Лукас поцеловал ее палец, а потом обхватил его ладонью, где уже была зажата прихватка.

Колени Кэтрин дрогнули — так же, как и ее сердце.

— Я вернусь к работе после ужина, — объявил Лукас. — А теперь хочу, чтобы ты успокоилась. Ужин будет готов через несколько минут, и за едой ты сможешь рассказать мне об Иде.

У Кэтрин не нашлось возражений, и она повернулась, чтобы уйти, когда ее взгляд упал на открытую поваренную книгу — ее единственную поваренную книгу, которую подарил ей на Рождество коллега, не очень-то разобравшийся в характере Кэтрин.

Дойдя до гостиной, она остановилась. На столе лежали пластиковые салфетки, стоял ее лучший китайский фарфор и пара подсвечников, которые Кэтрин совершенно не помнила. Значит, Лукас не только пользовался ее подушкой и читал ее книгу, но и исследовал ее буфет и ящики!..

Вместо того чтобы испытать приступ ярости, Кэтрин усмехнулась. Ну как можно злиться на единственного на свете человека, не считая, конечно, ее матери, который взял на себя труд приготовить ей ужин?

В спальне Кэтрин сбросила с себя костюм и принялась перебирать свой гардероб в поисках чего-то неброского и… И чего? Красивого? Женственного? Сексуального? Ее сердце сбивалось с ритма просто от одного звучания таких слов.

Разозлившись на саму себя, Кэтрин развернулась в поисках любимых потертых мешковатых джинсов, но… но густой, пряный запах, доносившийся с кухни, манил, намекал, и Кэтрин принялась просматривать шкаф еще раз.

Наконец она приметила джинсовое платье, которое надевала всего один раз. Бледно-голубая ткань украшена по лифу аппликацией, прямой, слегка прилегающий силуэт, короткие рукава. Приятное, неброское платье, но что-то в нем захватывало… совсем как в Лукасе. Кэтрин скользнула в платье и надела джинсовые босоножки.

Взглянув в зеркало, она решила, что немного персиковой помады на губах ей не помешает. Накрасив губы, Кэтрин расчесала волосы и приподняла их по бокам, закрепив заколками, так что сзади они свободно падали ей на плечи. Потом снова окинула себя пристальным взглядом. Лукас прав. Теперь она выглядит более спокойной.

В коридоре эхом отозвался грохот, за которым раздался возглас Лукаса. Кэтрин улыбнулась, представив, как он стучит деревянной ложкой по крышке от кастрюльки и кричит: «Налетай, налетай!» Кэтрин глубоко вздохнула и, ведомая восхитительным ароматом, направилась в столовую.

Оказавшись на пороге, она замерла. Лукас приглушил свет и зажег свечи. Он стоял в комнате, придерживая стул для Кэтрин, и, когда она опускалась на сиденье, не отрывал от нее затуманенного взгляда. Потом сел напротив и посмотрел прямо на Кэтрин голубыми, как летнее небо, глазами.

— Ты такая красивая, Кэт. И мне нравится твоя прическа. — Он протянул руку и провел пальцами по пряди волос, касавшейся ее плеча. — Такая соблазнительная.

Кэтрин не знала, что сказать.

Пальцы Лукаса скользнули вниз по ее руке к ладони.

— Проголодалась?

Кэтрин показалось, что внутри у нее раздался беззвучный вопль. Проголодалась? Да, внутренности у нее сводило, но не только от голода. Она посмотрела в лицо Лукаса, и столько нежности было в его глазах, что у нее защемило сердце.

Вот бы прикоснуться к его губам своими, скользнуть пальцами по сильной шее и дальше, по широким плечам, а потом опустить ладонь ему на грудь!..

Она так замечталась, что не сразу заметила растерянное и удивленное выражение на лице Лукаса.

— Что-то не так? — спросил он.

— Нет-нет, я ужасно проголодалась, — пробормотала Кэтрин, стараясь справиться со своими разыгравшимися чувствами. — Пахнет просто замечательно.

— Я хотел сделать тебе приятное, — ответил Лукас.

Словно во сне, Кэтрин следила, как он накладывает на ее тарелку соблазнительную снедь. Взяв вилку, она наколола кусочек вымоченной в лимоне телятины, обвалянной в грибах и артишоках. Потом попробовала молодую картошку в масле и с петрушкой и салат, приправленный укропом и тимьяном.

— Так что там с бабушкой? — наконец нарушил тишину Лукас.

Кэтрин очень не хотелось отвечать на его вопрос, потому что он снова возвращал ее к насущным заботам.

— Врач сказал, что выздоровление идет хорошими темпами. Гораздо быстрее, чем у прочих женщин в ее возрасте.

Лукас рассмеялся.

— Она вообще не похожа на большинство женщин своего возраста.

Его замечание заставило Кэтрин поморщиться.

— Ее скоро выпишут.

Она смотрела на Лукаса в надежде, что его ответные слова облегчат груз ее забот.

Но Лукас только переспросил:

— Скоро?

Кэтрин ждала иного ответа и потому спросила напрямик:

— Лукас, ты можешь позвать кого-нибудь на помощь? Кого-нибудь, кто помог бы тебе закончить хотя бы спальню и ванную?

— Я предпочитаю работать один, — ответил Лукас, избегая смотреть Кэтрин в глаза.

Обильный ужин осел в желудке Кэтрин тяжелым комом.

— То, что ты предпочитаешь, — одно, а то, что требуется реально, — совсем другое.

— Я придерживаюсь иного мнения. — Лукас прижал своей рукой ладонь Кэтрин к столу. — Послушай, Кэт, я сегодня буду работать допоздна. Я могу остаться на ночь и начать с утра пораньше.

Остаться на ночь? Нет, она не может согласиться. Она слишком сильно хочет его. Его нежные поцелуи, его невинные, на первый взгляд, ласки заставляли Кэтрин желать гораздо большего. Но ее решение было твердым — она выйдет замуж девственницей или так и умрет старой девой.

Когда-то, учась в колледже, она доверилась Биллу, а он предал ее. И теперь она не позволит, чтобы подобное повторилось еще раз. Она хорошо усвоила урок: если ты отказываешь мужчине, он идет искать утешения с кем-то другим… как Билл. Если она откажет Лукасу, он тоже будет искать себе другую женщину. Так что Кэтрин нужно защитить себя.

Она вздохнула и вгляделась в лицо Лукаса: он ждал ее ответа.

— Нет, Лукас, мы придумаем другой способ закончить с домом, — проговорила она, но, увидев, как он расстроился, не смогла отрицать очевидного — больше всего ей хотелось послать свои принципы к черту и попросить Лукаса остаться с ней навсегда.


ГЛАВА ПЯТАЯ | Тайные желания | ГЛАВА СЕДЬМАЯ







Loading...