home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Каникулы на даче

На второй дачный день сходство с отелем усилилось. Шикарная кормежка, неплохая кровать, красивая природа. Что еще нужно усталому путешественнику? Даже туристическая полиция круглосуточно охраняла и защищала спокойный сон. Жаль только, на пляже недоставало симпатичных девушек в бикини.

Плохо было только с гигиеной. Бритвенный станок с вставляющимися лезвиями типа «Нева» Анатолий купил мне еще в НПетровском сельмаге. Пользоваться им было сущим мучением, первый раз сбрил шерсть с одной щеки и всерьез собрался отращивать бороду, как моджахед. Потом приспособился подольше размачивать щетину, но окончательно привыкнуть к такой пытке не удастся, пожалуй, никогда. Этим только открывался длинный список проблем. Даже VIPмыло здорово раздражало кожу, особенно на голове. Так как мыться привык каждый день и отказываться от этого порока не собирался, отсутствие кремов становилось проблемой.

Еще в деревне белье и носки от каждодневного тисканья с хозяйственным мылом сначала приобрели белесый оттенок, затем начали разваливаться на глазах. В Подмосковье деструктивный процесс не думал останавливаться. Единственные джинсы и рубашка тоже нуждались в стирке, но как это сделать в доме с общим коридором и весьма строгими нравами? Правильно, выстирать, надеть мокрые, получить от этого незабываемое удовольствие. Слава богу, кроссовки пока держались.

Хорошо хоть сантехника у товарища Шелепина была на уровне. Настоящее ретро, особенное уважение внушали высоко поднятый унитазный бачок из белого фаянса и идущая от него вниз блестящая никелированная труба. В действие это устройство приводилось огромной фарфоровой ручкой на цепочке. Туалетная бумага импортная, но все равно жестковатосерая. С душем было проще, простая выгородка, облицованная кафелем, и жестяная труба с металлической насадкой.

Посмотрел косметику Екатерины, которую она сложила на полочке под зеркалом. Тушь для ресниц, черная коробочка ленинградского производства, в ней брусок сухой краски с глубокой ложбинкой и миниатюрная пластиковая щеточка. Пудра – бумажная пачка с одноименной надписью на синем фоне, при открывании засыпал себе всю морду лица. Интересно, так задумано или я чтото сделал неправильно?

Кате было проще, она при отъезде из НПетровска прихватила коекакие вещи. Вот только, что именно, неизвестно, так как третий день носила одно и то же. И, судя по всему, душ обходила стороной. Все встречавшиеся мне ранее (то есть в нулевых годах двадцать первого века) девушки практически не вылезали из ванн и душевых. Нормой было купаться даже не раз в день, а дватри. Плюс к этому нехилый комплект дезодорантов, прокладок, отдушек и прочих деталей. Ранее я списывал отсутствие гигиенических процедур на трудности деревенской жизни, но тутто только кран поверни!

Но больше всего меня удивило, что суббота считалась обычным рабочим днем[50]. Это я понял по удивлению официантки при дежурном вопросе: «А что у нас в меню выходного дня?» Хорошо хоть, успел быстро «переобуться», сослаться на путаницу в днях недели. Еще пошутил: «Какие длинные тут у вас дни, – и с намеком, – ночи, наверное, тоже?..»

Заскучать не успели, уже к обеду приехала хозяйка, тетя Вера, как ее называла Катя. Под чай на балконе загрузил женщину одежногигиеническими вопросами. Кроме того, постарался объяснить, что ноутбук не вечен и может сломаться, как любая бытовая техника. Поэтому нужен фотоаппарат с кучей пленки для создания копий картинок и текстов, а также качественный стереомагнитофон для переписывания музыки. Плюс к тому необходимы проводки и инструкции. Для нормальной работы желательно переоборудовать одну из комнат в кабинет с кондиционером и без пыли, возможно, потребуется мастерская для проявления пленок, печати фотографий, пайки нужных переходников. Вера Борисовна, малость удивившись напору, все аккуратно записала на листочек бумаги и спрятала записку в свою дамскую сумочку: приличного размера чемоданчик черной кожи с белыми полосками.

Не успели доесть чудные пирожные с белковым кремом, как на дачной парковке появилась черная «Чайка». Хозяйка ее явно ожидала, прокомментировала:

– Вот и Владимир Ефимович приехал с женой. – На мой немой вопрос, типа, это кто, добавила: – Семичастный, Председатель КГБ.

Как принято у вежливых хозяев, пошли встречать гостей на улицу.

Владимир Ефимович внешне очень напоминал Александра Николаевича, настолько, что издали казался его младшим братом. Похожие костюм, обувь, стрижка, манера держаться, взгляд. Разве что немного повыше да пошире в плечах. Вблизи сходство полностью пропадало: крупные и резкие, как вырубленные топором, черты лица, быстрые движения. Открытая, обнажающая зубы улыбка совсем не шла руководителю грозной спецслужбы. Скорее он был похож на преуспевающего бизнесмена. Невероятно, но факт: начальник самой страшной спецслужбы мира оказался веселым и открытым человеком.

Его супруга, Антонина Валерьевна, была полной противоположностью госпоже Шелепиной. Высокая, можно сказать сухая, строгие очки на узкой породистой переносице, сильно накрашенные темнокоричневой помадой губы. Излишне вытянутое лицо удачно расширяли длинные, чуть вьющиеся волосы насыщенного черного цвета. Симпатично, но совсем не в моем вкусе, даже голос малость царапающий. Впрочем, она говорила очень мало, хотя и не пыталась держаться в тени высокопоставленного мужа.

Опять беседка на берегу реки, снова рассказ. Надо поставить тут графин с водой и стакан. А также кафедру. Положить указку и повесить доску с мелом. Похоже, шутка о роли Шахерезады оказалась пророческой, только вместо одного падишаха нарисовалась целая группа партийнохозяйственных руководителей с супругами.

Отдельно Председатель КГБ попросил рассказать о борьбе с преступностью в СССР. Поэтому к стандартному рассказу о нелегкой судьбе страны под руководством коммунистической партии добавил сведения о коррупционных скандалах периода застоя. Разумеется, говорил о тех делах, которые умудрились попасть даже на страницы учебников, а именно: о хлопковом (узбекском), Медуновском (российском) и бриллиантовом (грузинском). Особых подробностей память не сохранила, хотя Владимир Ефимович был чрезвычайно заинтересован даже теми немногими фактами, которые умудрились сохраниться в голове за десять послешкольных лет. По крайней мере, конспектировал он как студентпервокурсник.

История с хлопком началась, кажется, году в семьдесят пятом. Высокопоставленная дама из Узбекистана по фамилии Насриддинова (запомнил только по аналогии с названием книги «Ходжа Насреддин») прокололась на том, что брала деньги за помилования. Не знаю, кому она перешла дорогу, но нашлись влиятельные недоброжелатели, и дело с участием «неприкасаемой» принялись копать следователи. Они быстро вышли на приписки в поставках хлопка, доказательства казались железобетонными. Но Леонид Ильич процессу хода не дал, только перевел главную участницу из республики в Москву, кажется, с повышением. Говорят, и ему она дарила дорогие подарки, но никакой конкретики по понятным причинам не осталось.

Второй этап расследования начался после смерти Ильича, когда у Председателя КГБ Андропова дошли руки до этой давней истории. Не просто так, разумеется, экономическое дело стало орудием в ходе политической борьбы за власть. Прямо как в России нулевых, когда лучшим способом решения хозяйственного спора становилась фабрикация уголовного дела на противника.

Тут все завертелось серьезно, были спецгруппа следователей, доказательства, громкое дело в судах и прессе. В итоге главного хозяйственника по хлопку приговорили к расстрелу, посадили первого секретаря КП Узбекистана, генералполковника МВД Чурбанова. Он, кстати, и был главной мишенью, так как по совместительству являлся зятем Брежнева. Еще человек пятьдесят секретарей и руководителей рангом пониже получили разные сроки заключения, произошло несколько странных самоубийств…

Но самое забавное, что за время расследования Андропов успел умереть. Обвинения в получении взяток, предъявленные еще нескольким членам Политбюро, рассыпались. Более того, набравшая было обороты прокуратура дала откат, и теперь уже на следователей возбудили уголовное дело в связи с допущенными нарушениями законности. Для самозащиты они опубликовали часть документов. Затем в ходе грандиозного скандала стали популярными в СССР людьми и даже депутатами, вот только не помню чего. Но это уже не слишком важно.

Если я правильно помнил учебник истории, то основным механизмом коррупции была игра на экономическом дисбалансе. Хлопок закупался по чудовищно низким ценам, но для выравнивания условий жизни людей в зоны хлопководства отправляли нехилые дотации. Смысл этого прост: нужно было разделить денежные потоки, обезличить их существенную часть, которая затем проходила через клановый фильтр, где и делилась согласно табели о рангах. Схему придумали еще в Древнем Риме, а в моей реальности точно так же отправляли средства в Чечню и Дагестан.

В Грузии засветился принципиально иной сценарий. Там с самого начала семидесятых шла смычка партийных руководителей с цеховиками и криминалом. Дошло до того, что местный авторитет подарил кольцо с огромным бриллиантом супруге первого секретаря республиканского ЦК. Она с ним появилась на какомто приеме, кольцо было опознано как украденное из европейского музея. Получился неслабый скандал, вскрылось кошмарное количество взяток, но кончилось все благодаря Ильичу относительно тихо. Дарителя кольца посадили, первого секретаря сменили на Шеварднадзе, который и распутывал это дело.

Фамилию последнего я хорошо запомнил, так как он впоследствии стал последним министром иностранных дел СССР, а после развала страны был обвинен в предательстве интересов государства. Но это ничуть не помешало ему стать президентом Грузии. Не знаю точно, когда Шеварднадзе потерял «первое кресло», но вплоть до российскогрузинской войны две тысячи восьмого он активно участвовал в политической жизни этой беспокойной страны.

Тут пришлось еще и про эту войну рассказывать. Впрочем, подробностей знал мало, поэтому лишь повторил общеизвестную версию. Семичастному хватило и этого, он от одного только упоминания о кораблях НАТО в Черном море изменился в лице и неожиданно стал полностью соответствовать образу возглавляемой спецслужбы.

Российский вариант коррупции в исполнении товарища Медунова оказался одним из самых громких, но был не слишком серьезным по сути. Реально речь шла о большой куче дел начала восьмидесятых по предприятиям торговли, руководители которых давали взятки секретарям горкомов. Вышли и на первого секретаря Краснодарского крайкома, славного дружбой с Брежневым. Многих посадили, но дело шло тяжело, даже прокурора сняли с должности. После смерти Леонида Ильича все упростилось, хотя сам Медунов отделался лишь отставкой. Полагаю, принципиальный и неприкормленный следователь раскопал бы подобное в любом регионе СССР.

На этом я иссяк как рассказчик, да и слушатели явно устали – попробуй перевари такой объем новой информации! Для успокоения нервов до самого обеда опять работал киномехаником, показывал Шрека. Надеюсь, старик Dell выдержит.

Пока гости (или хозяева, как посмотреть) смеялись над приключениями зеленого орка, я пытался понять реакцию Семичастного. Както просто он все воспринимал, искренне, но неглубоко, не пытался найти причины и следствия. Точьвточь родственничек один, двоюродный брат матери, майортанкист Российской армии. Классный мужик, особенно выпитьзакусить, грубоватый с виду, но на деле заботливый. Не сомневаюсь, солдаты такого комбата уважают.

Но как подобный человек мог попасть на столь высокий пост?! Он же совершенно не способен к подковерным битвам и тонким интригам. Может быть, конечно, искусно притворяется, но зачем со мной такая актерская игра? Неудивительно, что в прошлой истории Брежнев его снял и задвинул на какойто третьеразрядный пост просто и без всяких затей. Прямо как председателя колхоза.

Впрочем, мне про это думать не положено, пусть сами разбираются.

На ужин пошли вдвоем с Катей, девушка откровенно скучала. Можно понять, разговоры проходили без нее, работы не давали, даже книг на даче не имелось. Перспективы открывались непонятные и откровенно страшноватые. Нужно было срочно развлечь подругу, а то зачахнет совсем в расцвете лет. Интересно, как в местном пищеблоке с дальневосточной кухней?

– Суши или роллы сможете приготовить? – подмигнул я Настеофицанточке. – А то девушка совсем ничего не ест, еще похудеет.

– Ой, это что?

– Японская еда такая, из риса, рыбы, морской капусты. – Похоже, мой удар не попал в цель, а жаль.

– Спрошу у повара. – Настя поцокала каблуками за шторку.

– Стойте, стойте… Пока суд да дело, заварите зеленого чая!

Через минуту вернулась с шефом, пожилым мужчиной лет шестидесяти, которого все уважительно звали Семен Семенычем.

– Расскажите подробнее, я постараюсь приготовить… – Вот ведь дурак, пошутить вздумал, мужика чуть до слез не довел. Выглядит как сишник, которому подсунули программу на Коболе для небольших правок. То есть одновременно расстроенным и разозленным.

– У вас есть морская капуста Нори, квадратными листами, соевый соус, палочки для еды? – Отступать нельзя, черт возьми, у Кати только шеки розоветь начали и появился блеск в глазах.

– ???

В общем, через пять минут стало понятно, что даже кремлевская кухня не безгранична. Ладно, хоть соевый соус нашелся, без него совсем ничего не получилось бы. Послал повара три раза промывать и варить рис. Обычный круглый краснодарский высшего сорта вполне годится для японских блюд. Сам метнулся с кухонным ножом на улицу: гдето, говорят, имелись дрова…

Резаком напугал ребят в одинаковых ботинках. Потом они напугали меня парой наставленных стволов. Насилу успокоил, объяснил, что надо. К дровам не пустили, но ровное липовое (или осиновое?) полено притащили быстро. Так что минут через пять я стал обладателем нескольких комплектов палочек, малость кривоватых и неровных, но за неимением бамбука пришлось довольствоваться этим. Катя с Настей наблюдали за моими действиями внимательнее, чем за постановкой МХАТа.

Потом пошли на кухню помогать повару готовить уксус с сахаром и закреплять им свежесваренный рис. Охлаждать чашку, размахивая над ней полотенцем, взялась Катя. Повар резал лососину и овощи. Я при помощи салфетки и куска пергамента изобретал бамбуковый коврик для сворачивания роллов. Настя превращала розетки для варенья в мисочки для соуса и замешивала горчицу. Зашла домоуправительница, неодобрительно покачала головой, но промолчала. Видать, другие гости похлеще коленца откалывали.

За неимением Нори пришлось делать «Калифорнию», «Филадельфию» и чтото овощное в укропной обсыпке. Повар, посмотрев на мои неуклюжие манипуляции с ковриком и уловив общий принцип, погнал нас с Катей пить чай. Чем мы с удовольствием и занялись, вернув себе статускво в отношениях с обслуживающим персоналом. Тем более что Катю надо было обучить пользоваться палочками. Занятие очень даже интересное при наличии наивных девушек, не испорченных современной цивилизацией. Можно сесть рядом, обнять и почти прижав щеку к щеке, помогать двигать пальцами.

Роллы, как ни странно, получились вполне приличные. Недостаток продуктов нужного вкуса (васаби, сушиуксус) вполне компенсировали первоклассные морепродукты. А для Кати это вообще была диковинка, все ощущения в новинку.

Семен Семеныч не выдержал, быстро переоделся в обычный костюм и подсел к нам, стеснительно попросив разрешения. Уж не знаю, сколько пунктов инструкций он при этом нарушил, но все, что мне было известно о японской еде и ритуалах, выжал из меня не хуже следователя. Впрочем, рассказывал я скорее для Кати. Повар просто сидел рядом и записывал.

Что может быть лучшим продолжением экзотического ужина, как не прогулка по лесу? Тем более что охрана перестала сильно напрягаться, на глаза особо не показывалась. Комары, по случаю сильного ветра, тоже не досаждали.

– Неплохо в будущем живете. Ты столько разных рецептов знаешь, – начала Катя не слишком романтично.

– Да простое любопытство. Хотя, ты права, с продуктами у нас проблем нет. Огромные магазины, как футбольное поле под крышей, и все заставлены всякой разной едой.

– Значит, не зря мы тут работаем? – Девушка гнула свою линию, но я никак не мог понять, в какую сторону.

– Скоро будет легче. Насколько помню, уже в семидесятых никаких карточек не было. Хотя изобилия тоже не случилось – очереди, заказы по предприятиям…

– Это здорово! – Она вздохнула. – Знаешь, я переживаю, что мы тут деликатесы едим, пьем, а родители с младшей сестрой только картошку да макароны видят. Мясо, так вообще хорошо, если раз в неделю, и то, если зима. В магазинах редко бывает, а на рынке по три рубля килограмм, с костями. Вырезка по четыре, не меньше.

– Ничего себе… – Я был изрядно удивлен.

По кино и книжкам все обстояло намного лучше. Вообще как раз с середины шестидесятых было снято много хороших добрых фильмов, их до моего времени часто крутили по телевизору.

– Самое вкусное – нарвать перед окном зеленого лука, нарезать с подсолнечным маслом, и на черный хлеб… Хотя летом вообще хорошо – ягоды, грибы… Мать нормировщик, среди передовиков на заводе, начальник дает ей отпуск летом. Она приезжает ко мне в НПетровск, и в лес, с утра до ночи делает запасы на зиму. Отцу в прошлом году отпуск осенью дали, он хоть и с одной рукой, а за брусникой и клюквой в Приобье три раза ездил, даже кедрового ореха привез полведра. Так что перезимовали хорошо.

– На фронте ранило?

– Нет, у печи сталью окатило. – Катя както легко добавила: – Повезло ему, напарника вообще насмерть. Там у них хуже, чем на фронте, было…

– Мда… – Ну нечего тут сказать. Больше надо было с суши выделываться, кулинарвредитель.

– Ну, ладно, сейчасто уже нормально. Вот когда маленькая была, так вообще иногда голодали. А однажды я сильно заболела ангиной во втором классе, и мама поменяла на еду обручальные кольца… – Катя встряхнулась. – Эх, еще бы квартиру дали, так надоело в бараке жить!

– Дадут, – поспешно успокоил я, – бараков к восьмидесятому не останется.

– Это ж как долгото, – расстроилась Катя. – У нас на пятерых прописанных две комнатки размером, ну… примерно как туалет на этой даче. Кровать, комод, печь и поганое ведро за шторкой. В полу щели с палец, зимой иней намерзает. Туалет во дворе, вода в колонке. Бр… – И, улыбнувшись, добавила: – Светке, младшей, здорово жить: сначала брат к жене в благоустроенную квартиру переехал, потом меня в НПетровск по распределению отправили. Ей целая комната досталась!

– Хорошо, когда детям лучше, чем родителям, – выдал я глубокую мысль. – У нас последнее время принято считать, что шестидесятые были временем великих свершений, прорывов, достижений больших общенародных целей. И люди тогда, ну то есть сейчас, искренне верили в светлое будущее…

– Это в коммунизм, что ли? – Катя посмотрела на меня и подняла брови домиком. – У меня же муж был комсомольским вожаком. Он, конечно, сволочь большая, но совсем не дурак.

– И что?

– Поначалу, как поженились, часто жаловался, что устал врать с трибуны. А потом запивать стал, будто сломался. И все у нас покатилось под откос…

– А космос? Спутники, полеты? – Я постарался поскорее перевести разговор с неприятной темы.

– Это здорово! Особенно то, что у Ефремова описано. – Глаза девушки опять заблестели. – Как бы я хотела там жить!

– Про нас, в смысле жителей девяностых и нулевых, говорят, что все это променяли на колбасу, шмотки и теплый туалет.

– Знаешь, – Катя внезапно остановилась, – я бы тоже поменяла. В мороз в будке на ветру сидеть… Только, Петь, не смейся, пожалуйста.

Около получаса гуляли молча, каждый думал о своем. Потом молодость начала брать верх над тяжелыми думами, мы взялись за руки, и разговор перешел на мелочи, фасоны одежды, стихи, сильно вольный пересказ еще не написанной «Таис Афинской» Ефремова[51]. Потом и поцелуи на скамеечке пошли… Взялся за грудь под чудовищным, бронированным кружавчиками лифчиком, получил по рукам. В отместку рассказал про нудисткие пляжи и современные формы купальников.

Мне не семнадцать, да и Катя давно не девочка. Ощущал, что стоит немного нажать, и отношения перейдут в горизонтальную плоскость. Уверен, собеседница тоже это прекрасно понимала. Но пограничное состояние было интересно чувствовать и длить. Особенно если знать, что девушка совсем недавно прочитала «Лезвие бритвы». Более мощной вещи фантастическая литература тогда точно не знала, даже и для двадцать первого века это далеко не безобидная книжечка. По крайней мере, на меня в юности она произвела ошеломляющее впечатление.

Мы не сговариваясь начали играть. И пусть результат предопределен десятками тысяч лет развития жизни на планете, процесс не перестал быть интересным.

Утро воскресенья опять началось с туалетной темы. Собственно, я пытался проникнуть в это славное место, пройдя мимо Кати, оформлявшей прическу у большого коридорного зеркала, но не успел.

– Петь, погоди! Скажи, а почему ты каждый вечер под душем моешься и стираешь?

– Привык! – Похоже, не один я такой наблюдательный.

– В ваше время так все делают?

– Наверное, да, – помедлил, прикидывая, как бы не обидеть. – Некоторые даже чаще.

– А зачем? Я читала, что это вредно для волос и кожу портит, сушит. Рекомендуют мыть голову не чаще, чем раз в неделю…

– Знаешь, никогда про это вообще не думал. Но вот смотри… – Наклонил вперед голову. – Мыл последние лет десять каждый день.

Неожиданно Катя занялась исследованием моей прически на полном серьезе, даже зачемто подула в затылок. Мне стало неудобно – ну мало ли, вдруг там перхоть попадется? Но освободиться удалось, только когда мои руки дотянулись до аппетитных выпуклостей чуть пониже спины девушки. Однако развить момент не получилось: Катя сердито отодвинулась и продолжила допрос:

– Вроде нормальные волосы, и кожа ничего.

– У тебя и так волосы шикарные! – Я попробовал отделаться комплиментом. – А кожа – чистый шелк!

– Одежду что, тоже каждый день в стирку?

– Конечно! Ее много, сменить легко. Собралась кучка, сунул в стиралкуавтомат, к утру уже все сухое…

– А если прохудится или порвется?

– Выкинуть да новую купить! – попытался припомнить разные случаи. – Разве что дубленку в ремонт сдать можно, но я так ни разу не делал. Все равно за дватри года из моды выходит.

– Еду готовую продают в магазинах, стирает автомат, одежду не чинят. – Девушка подвела итог и замялась. – У вас вообще мужчины женятся?

– Да, все, как и тут, – рассмеялся тихо. – Хотя действительно одиночек должно быть больше. Если хорошая зарплата или иной доход позволяет. Вот я все еще не женат. Хотя пару раз чуть было…

– Что? – поторопилась перебить Катя.

– Сам не знаю, не сложилось както. Пожили месяцгод, да разбежались.

– Понятно…

Пока она думала, тихотихо протиснулся по коридору и скрылся за дверью санузла. Растяпа! Думать надо, а не забывать плавки на переключателе душа. И носкам на кранах не место.

За завтраком меня поймал начальник охраны и вручил здоровенную стопку журнальных подшивок. Судя по всему, решили утолить мой информационный голод. Что ж, это лучше, чем ничего.

Сверху лежало издание «Бетон и железобетон». Очень солидная обложка, и оформлено неплохо. Жаль только, я в этой отрасли не сильно отличался от ноля. Ровно на одно корытце раствора, замешенное в юности по случаю очередного ремонта.

«Вестник Академии наук СССР» порадовал больше, оглавление с ходу даже поманило надеждой. «Новые исследования по теории автоматического управления» – как звучит! Увы, диагональное прочтение смысла текста не выявило. Может, в нем чтото и было, но бесконечно далекое от моего унылого среднего уровня.

«Знание – сила»… хм… Прекрасно пойдет как введение в эпоху для чайников, путешествующих во времени. «Техника молодежи»… тоже ничего, если пропустить первый десяток страниц с партийноагитационной трескотней. Картинки зачетные, особенно в конце журнала.

«Радио». Вот это, пожалуй, самое близкое к моей специализации. Полистал. Слово ЭВМ встречается, но очень редко. Зато наповал убил объем информации по любительскому радио. Похоже, в СССР каждый половозрелый пацан баловался с паяльником и умел отличать гетеродин от гетинакса. Такую бы энергию, да в нужное русло. Даже зажмурился от возникшего перед глазами миража, в котором все эти мастера начали вместо бессмысленных ящиков с антеннами собирать простейшие компьютеры на чемто типа Z80. Ведь всего на полтора десятка лет разминулись поколения, но было поздно.

Последним шли стопки «Коммуниста», толстые книжицы в плотной голубоватой бумаге. Мечта бальзаковских дам восьмидесятых, когда за макулатуру давали талоны на «Королеву Марго».

Отдал «Технику молодежи» Кате, чтобы не скучала. Попросил сделать выборку идей о ближайшем будущем. Не думаю, что это пригодится, но хоть при деле девушка будет.

После обеда запасся бумагой и карандашами. Будем писать… бизнесплан! Все равно ничему больше не обучен. Нам нужен «большой скачок» в области цифровых технологий. Обоснование выглядит проще простого.

Все следующие пятьдесят лет развития человечества как цивилизации, по сути, имеют в своей основе цифровые технологии. Сложно найти отрасль, где они не нашли бы применения. Разве что самогон в деревнях пока без электроники варили, и то… Сколько я использовал цифровых электронных устройств каждый день, не считая ноутбука и мобилы? Телевизор, DVDплеер, микроволновка, кондиционер, часы, холодильник, электроплита, охранная сигнализация, лифт. Даже дверной звонок на десяток мелодий не обошелся без процессора и памяти. И в электросчетчике торчал контроллер RS485. Про автомобили и промышленность можно не говорить.

Для меня это аксиома, тривиальная констатация факта. Но окружающие, особенно потенциальные инвесторы из ЦК КПСС, сейчас мыслили исключительно в миллионах тонн выплавленного чугуна, стали и собранной пшеницы.

Слова о том, что страны могут соревноваться нанометрами технологий производства процессоров, для них пустой звук. Это в две тысячи десятом году среди передовых государств круто иметь линии на четырнадцать нанометров, в лапотной России не могут освоить даже девяносто. Нет, можно все объяснить, показать, в СССР мне пока встречались вполне вменяемые люди. Инженеры явно намного лучше меня поймут, где эти самые нанометры ловить. Но принять это на уровне подсознания тут не смогут!

Скачки технологий сами по себе не происходят, для них, как и для войны, нужны всего три вещи. Деньги, деньги и еще раз деньги. Очевидно, что одновременную гонку в космосе, обороне и компьютерах страна не потянет. Людям жрать нечего, кроме пшенки да картошки, и это совсем не аллегория. Мне в НПетровске за неделю этот овощ надоел хуже горькой редьки. Поэтому надо четко понять, за чей счет банкет.

Технологии, на разработку которых требуется заведомо более одного поколения инженеров, пустая трата ресурсов. Человека выучили, кормили всю жизнь, пенсию по старости платили, а цель не достигнута. Нет, конечно, какаято польза будет. Через университеты, научные школы и прочие боковые ответвления. Без послезнания это неизбежный путь венчурного инвестирования в науку. Но намто зачем?

За примером далеко ходить не надо. «Азиатские тигры» стартовали в шестидесятых и уже в восьмидесятых дали великолепные результаты. Без академической школы, серьезных ученых с мировым именем и прочих необходимых, но дорогостоящих игрушек богатых стран. У них ведь даже полезных ископаемых никаких не было, только вменяемое руководство и трудолюбивое население.

Гдето я читал страшненький фантастический роман, в котором к далекой звезде запустили реактивный космический корабль. Экипаж испытывал серьезные проблемы с перегрузкой в 3G, спал в ртутных ложементах и знал, что навсегда (в силу релятивистского эффекта) покинул родных и близких. Ктото погиб, ктото сошел с ума. Все ради великой цели, разумеется. И вот гдето на полпути, лет через десять, их встретили потомки. Которые успели с помощью новых технологий не только достичь этой далекой звезды, но уже потихоньку заселяли ее планеты. Очень напоминает нашу ситуацию.

Итак, режем:

Заорбитальный космос. Что бы ни говорили, но денег это не принесет. Ковыряться на космической станции можно, но без особого энтузиазма. Не зря в конце нулевых надолго летать перестали, так, однадве недели на миссию. Престиж СССР сейчас на максимуме, но точно известно, что далее особых побед не будет. Даже если спасти Королева (кстати, надо лишний раз напомнить об этом!), Луну американцы возьмут первыми, тут, хоть разорвись пополам, не успеть. Автоматы к Юпитеру – Сатурну отправят они же. У Венеры они уже были первыми, на Марс тоже успели, или вотвот там будут.

Самое время принять новую доктрину со словами «а мы и не хотели». Зато на орбите необходимо всерьез обосноваться со спутниками связи и глобальной навигацией. На орбиту в две тысячи десятом преспокойно летают на «Союзах» даже Штаты, не стесняются использовать «королёвское» наследство. От своего «Шаттла» они, похоже, ничего особо полезного не получили. Поэтому и СССР не стоит вбивать кучу денег в его аналог «Буран». А далее орбитальный самолет выглядит куда более трезвой идеей. Впрочем, такие детали для специалистов.

АЭС на термоядерном синтезе. Подробностей не знаю, но работать оно через полсотни лет стопроцентно не будет. И даже путей к решению проблем не предвидится. А уж какое безумие развивать это направление для нефтепродающей страны… В ту же топку «мирные» атомные взрывы, а то, говорят, в шестидесятые и такие были. Передвижные миниАЭС – штука неплохая, но экологи все равно жизни проекту не дадут.

Надводный океанский флот, попытки в лоб конкурировать со штатовскими авианосными ударными группами. Сделать ничего толком все равно не успеют, поэтому и пытаться смысла нет. Чтобы верфи не простаивали, пусть контейнеровозы и подводные ракетоносцы клепают. Туда же безумные танковые армады, надо нормальные грузовики для народа делать, проку больше. Зато военную ракетную технику усилить, поелику возможно. Причем не количеством, а качеством. С большим упором на мобильную твердотопливную, тогда как от шахтного способа впору заранее отказываться.

Но в самую первую очередь прекратить помощь развивающимся странам, выбравшим социалистическую модель развития. Все равно не в коня корм. Хочется США во Вьетнаме вязнуть, и хорошо, а нам следует стрелковки и зенитки партизанам подкидывать, чтобы воевали дольше. Штаты же пусть еще Кампучию с Афганистаном навестят, свои гарнизоны там поставят. И в Ираке заранее Хуссейна повесят. Тогда в семидесятых их политическим откатом не просто потреплет, а вообще на кусочки порвет.

Наверняка еще десяток тупиковых проектов найдется, но уже того, что есть, на финансирование компьютерного направления хватит. Еще и на автомобильный завод останется, зря, что ли, в НПетровске RAVчик стоит?

Далее на повестке дня самый скользкий вопрос, национальный. Потребляют республики ресурсы или приносят? Ответ искали многие, результаты получали диаметрально противоположные.

Есть только один факт, который, по моему мнению, стоит всех теорий. Среди распавшихся республик СССР Россия, пожалуй, самая богатая. Причем не только в понятиях ВВП, но и по реальному достатку жителей. В тоже время Таджикистан – Узбекистан – Туркменистан, напротив, скатились в откровенную нищету, население бежит куда угодно в поисках заработков. Последнее время у нас практически все неквалифицированные работы: уборка улиц, ремонты, строительство домов, дорог на семьдесят – восемьдесят процентов выполнялись мигрантами из тех краев. Даже пенсии в России в несколько раз выше, чем в бывших республиках. Есть еще вопросы, кто кого кормил и поил в СССР?

Не лучше ли отправить некоторые братские народы в свободное плавание пораньше? Всегото – не вкладывать средства союзного бюджета в дорогостоящие игрушки местных первых секретарей, и пусть добиваются реальных результатов. Если сделать процесс растянутым во времени и управляемым, получится не только аккуратно переселить русское население, но и обеспечить права собственности на федеральные объекты. Также нужно оставить за Россией «Кемску волость», в смысле, Крым и северный Казахстан. А лучше заодно Украину с Белоруссией. В конце концов, почему бы не существовать СССР из семивосьми республик?

Вот только надо понимать, что для такого «великого отказа» нужно обеспечить полноценное встраивание СССР в систему мировой торговли. Без идеологии! Иначе можно запросто остаться без стратегических ресурсов. Впрочем, хватит, это не мне решать. И говорить на подобные темы лучше осторожно, а то сначала «шлепнут без некролога», как говаривал Королев, а потом думать начнут.

Теперь суть проекта Большого цифрового скачка, или БЦС. Что хранит память об истории отечественных компьютеров? Военные разработки в СССР (для атомного проекта и управления ракетами) вроде бы опережали иностранные или отставали, но не сильно. Ктото из военных чуть не впервые применил гарвардскую архитектуру, жаль, в народное хозяйство не ввел. Пытался, письма Хрущеву писал, но в конце пятидесятых выгнали «теоретика» из армии и партии. Так что в гражданской технике шло развитие по остаточному принципу, а это довести до добра по определению не могло…

Лидерство захватили Штаты, особенно фирма IBM постаралась. Сделали очень удачную железку, а именно System 360. Остальные пытались конкурировать, но получалось плохо. Причем поставлять в СССР подобную технику запретили изза политических заморочек, все шло неофициально, через третьи страны. Естественно, получалось медленно и печально. Не слышал, чтобы заморские системы первоначально были лучше отечественных, но отставание быстро нарастало. Плюс ко всему в СССР разработка и производство всего, что так или иначе касалось компов, оказались сильно раздробленными, каждый тянул в свою сторону. Хорошо запомнил, как препод на информатике едко издевался над минским семибитным байтом и шестибитным на серии БЭСМ. Но больших подробностей память не сохранила.

Партия фишку просекла, но с большим опозданием. Все разработки было решено сплющить под единое руководство. Способ дал хорошие результаты в атомной и космической программах. Но на компьютерах «дальновидные» руководители в конце шестидесятых решили сэкономить, и, вместо того чтобы проводить свои разработки, предписали копировать зарубежные, плодить клоны все той же IBM, только под маркой ECЭВМ. Позарились, халявщики, на условнобесплатное программное обеспечение. Будь это технология строительства коровников, все могло получиться в лучшем виде. Там плюсминус десятилетие не великая проблема. Но для сверхдинамичной компьютерной отрасли это было натуральным убийством.

Потом об этом много писал Бабаян[52] (единственная фамилия, которую с ходу смог запомнить), и потрясал разработкой «превосходящего зарубежные аналоги» «Эльбруса». Впрочем, ничего реального из этого не получилось, так как к моменту осознания компьютерного провала у СССР имелась куча проблем посерьезнее. Да и к самому Бабаяну у многих специалистов доверия не было.

Таким образом, бессмысленно соревноваться со Штатами в производстве миниЭВМ допотопной эры, то есть техники размерами со слона. Вопервых, уже поздно, вовторых, будущее доказало тупиковость данной ветви эволюции. В две тысячи десятом даже суперкомпьютеры стали делать на дешевых бытовых процессорах, просто начали ставить их параллельно сотнями. Придется пропустить этот этап, но любой ценой постараться избежать «обезьяньего» постановления. Хотя бы ради своего программного обеспечения.

С компьютерными сетями все интереснее. На СССР накатил бум АСУ. Каждое приличное ведомство и большое предприятие строило свой ВЦ, надеясь получить волшебный ключ к идеальному управлению производством. Гдето читал про доморощенного авангардистакибернетика, который собирался построить единую сеть, причем как раз в шестидесятых годах. Но в результате добился лишь отдельных успехов на фоне девальвации самой идеи АСУ. Не пошли пользователи ЭВМ дальше составления бухгалтерских отчетов, хоть тресни.

С другой стороны, разрабатывались микропроцессоры. Самым первым, если не ошибаюсь, стал Intel 4004 образца тысяча девятьсот семидесятого года, вылезший из коротких штанишек японского инженерного калькулятора. Гдето читал, что он в одном из «Пионеров» проработал двадцать лет в космосе вместо двух положенных. Наверное, Intel далеко не идеален (все равно другого не помню), но тут важен именно принцип, ориентация на дешевые промышленные контроллеры и доступные любителю персоналки. Так что цель – сделать нечто подобное уже году в шестьдесят восьмом, ну, и не забыть про развитие серии. Загрузить кучу лаботрясов из НИИ типа субботнего понедельника, а дальше армия мэнээс, инженеров и студентов без всяких инвестиций обеспечит начальную компьютерную грамотность, софт, обученные кадры и процессор в каждом холодильнике. Понадобится только снабжать их современной компонентной базой[53].

Последнее: главная и стержневая задача. Успешные компьютеры можно и нужно собирать и в гараже, а сети масштаба городов и стран строить чуть ли не на коленке. Опыт Apple и отечественных домонетов тому пример. Нужна сущая мелочь – промышленность, серийно и дешево выпускающая нужные комплектующие. Ну или хотя бы готовая их производить быстро и по разумным ценам.

Хоббит – это не только ценный мех, в смысле в компьютере, кроме процессора, есть десятки болееменее независимых блоков. Память, жесткие диски, CDrom, клавиатура, печатные платы с технологией поверхностного монтажа, радиатор на тепловых трубках, наконец! Все это можно и нужно делать заранее, параллельно. Благо, есть Dellпрототип. Тут работы для дюжины НИИ хватит. А жидкокристаллический монитор – вообще отдельная тема. Интересно, возможен рывок к ЖКмониторам, минуя трубки? Или это фантастика?

В сетях тоже имеется с чего начать. Очень кстати забрал из НПетровска остатки их старой сети, парочку древних коммутаторов 2950 и маршрутизатор 2611. Не придется прибивать их гвоздем к стене офисного туалета, пойдут на нужны советской науки. Ну и свой запас был, разумеется. Как всякий приличный сетестроитель, с собой прихватил десяток оптических патчкордов, кучку медных, бухту витой пары, разъемы, инструмент, конвертеры, сетевые карты, модем, SFPшки… Дурак, от сервера дремучих годов отказался! Тащить лень было тридцатикилограммового монстра от HP. Вот уж что пригодилось бы тут в первую очередь.

Но в любом случае имелся достойный повод для того, чтобы построить несколько заводов модным в настоящее время методом ударной комсомольской стройки. Инженеры Cisco через двадцать лет душу заложили бы за эту кучку прототипов.

И последний пункт конспекта: как внедрять новые технологии? Разработка по образцам, безусловно, способна многократно ускорить прогресс. Инженеры при известной цели и хотя бы намеках на пути решения сломают любые стены даже без особой мотивации – из чистого любопытства. По себе знаю.

Жаль, что при этом держать язык за зубами не будут. Не приучишь: тут либо мозги, либо секретность. Можно создать два десятка глубоко секретных лабораторий по всей стране, но ведь под те же микросхемы целый завод нужен для опытного производства. И немалый, сотни людей по меньшей мере. И как спрятать такое за гранью добра и зла?

Так что придется, наверное, идти печальным путем атомных спецгородов. Может быть, перепрофилировать какойлибо из них, если есть занимающиеся тупиковым термоядом. Собрать кулак сотрудников, финансирование и постараться проломить методом БЦС два десятка лет за тричетыре года. Реально? Кто ж его знает, первый раз такое проектирую!

…Вроде ничего важного не забыл. Пару дней на доводку и развертывание, и можно сдавать бизнесплан инвестору. Пусть Александр Николаевич ознакомится, внесет исправления и замечания. Надеюсь, на лесоповал от вида радужных перспектив не пошлет.


Осознание будущего | Еще не поздно. Тетралогия | Первые наброски заговора