home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава одиннадцатая

Как женщине сохранить свое сердце в безопасности?

Арабелла к Фэнни

Маркус, чье настроение было ничем не лучше, отправился прямо в кабинет и щедрой рукой налил себе стакан бренди, чтобы немного успокоиться.

Он понимал, что Арабелла расстроилась, узнав о его романе с леди Эберли. После развратного поведения ее отца и супружеской измены матери верность в браке была для мисс Лоринг чрезвычайно важна. Но Маркус намеревался чтить супружеские клятвы, и тот факт, что Арабелла не верила его словам, очень его огорчал.

Однако именно ее клятва завести любовников, после того как они поженятся, вызвала его ярость. Только представив Арабеллу в объятиях другого, граф терял над собой контроль.

Сделав большой, обжигающий глоток бренди, Маркус заставил себя обуздать гнев. Арабелла была не из тех женщин, что нарушают супружеские клятвы, да и он не таков, чтобы позволить подобное. Ей будет так хорошо в его постели, что она и не подумает завести любовника.

Тем временем, однако, кампания по завоеванию мисс Лоринг едва не потерпела крах. Маркус понимал, что теперь ему придется удвоить усилия.

Несмотря ни на что, он с уважением относился к взглядам Арабеллы. Ее отвращение к браку по расчету основывалось на страхе. Она боялась, что ей снова сделают больно, что ветреный поклонник предаст ее; боялась страданий, которые могут причинить друг другу супруги. Ему придется доказать Арабелле, что их союз будет совсем, совсем не таким, как ее пессимистические ожидания.

Он хочет Арабеллу, хотел с самого начала, и он ее завоюет. Она станет его графиней, его женой, его любовницей.

Поклявшись не сдаваться ни при каких обстоятельствах, Маркус допил бренди и стал подниматься наверх, к себе в спальню. В доме было тихо, поскольку слуги уже давно спали, но настенный светильник в коридоре не был потушен для удобства графа, горела также и лампа в его комнате.

Лорд Данверс сбросил с себя вечерний наряд и повесил вещи на стуле в гардеробной, чтобы камердинер позаботился о них утром. Не надевая ночной сорочки, поскольку весенняя ночь была приятно прохладной, Маркус вернулся в спальню и подошел к кровати, но тут остановился как вкопанный.

Постель, как и положено, была расстелена, но поверх одеяла лежала целая гора одежды, в том числе и платье из розового шелка, в котором Арабелла ездила сегодня в театр.

Когда среди шелка и тафты граф заметил блеск рубинов и теплое сияние жемчугов, его лоб прорезала глубокая морщина. Арабелла вернула все наряды и драгоценности, которые он купил для нее!

Одежду и украшения венчал сложенный кусочек пергамента. Быстро развернув его, лорд Данверс прочел короткое послание:

«Ваша светлость, можете отдать все эти наряды вашей любовнице. Мне они больше не нужны.

Ваша старшая подопечная, мисс Лоринг».

Стиснув зубы, Маркус надел ночную сорочку, собрал в охапку платья и драгоценности, распахнул двери спальни и решительным шагом направился по коридору к противоположному крылу особняка, где находилась спальня Арабеллы.

До сих пор он был очень терпелив. Он хотел смягчить ее нежностью и соблазнить страстью, заставив таким образом прекратить сопротивление. Но раз уж эта стратегия, как видно, ни к чему не привела, следует применить более решительные меры.

Когда дверь ее спальни с шумом распахнулась, Арабелла сидела у туалетного столика, рассеянно расчесывая волосы.

На душе у нее скребли кошки. В детстве она ненавидела наблюдать за ссорами родителей, но самой ссориться с Маркусом было еще хуже.

Арабелла прикусила дрожащую нижнюю губу. Ее состояние сейчас всего-навсего лишний раз свидетельствовало о том, что она позволила себе слишком эмоционально относиться к Маркусу. Она лгала, когда говорила ему, что совсем не ревнует его к прекрасной любовнице. Арабелла с ума сходила от ревности, что доказывало, насколько далеко она зашла. Нельзя допускать, чтобы так продолжалось и дальше…

Неожиданное появление Маркуса заставило ее выскочить из-за столика и повернуться к нему лицом.

Увидев, что взбешенный лорд Данверс стоит на пороге с мрачным видом, держа в руках ее прекрасные платья, Арабелла нервно сглотнула. Она понимала, что он не обрадуется, увидев, что его подопечная вернула свой новый гардероб в знак разрыва их отношений, но никак не ожидала, что Маркус ворвется в ее спальню в то время, когда она будет готовиться ко сну.

Пока Арабелла настороженно взирала на графа, тот, в свою очередь, окинул ее пристальным взглядом, останавливаясь на ночной сорочке с длинными рукавами, распущенных волосах и босых ногах. Хотя белый батист полностью закрывал тело Арабеллы, она все равно почувствовала себя беззащитной, а потому поспешила спрятаться за стулом, стоявшим возле туалетного столика, закрывшись им, словно щитом.

– Что это значит, Маркус? Почему вы врываетесь в мои комнаты?

– Вы не туда определили свой гардероб, дорогая.

– Нет, здесь нет никакой ошибки. Я намеревалась отдать все это вам обратно.

– В таком случае, я отказываюсь это принимать. Наряды и драгоценности принадлежат вам, вот и храните их у себя.

Прекрасные ярко-голубые глаза Маркуса приковали к себе взгляд Арабеллы. Граф подошел к ней и бросил охапку платьев на кровать.

Поднеся руки к губам, Арабелла с вызовом посмотрела на него. Вызов превратился в тревогу, когда граф еще ближе подошел к ней.

– Маркус, немедленно оставьте мою спальню!

– Я так и собираюсь сделать. Но вы уйдете вместе со мной.

Арабелла попыталась увернуться, бросившись к другой стороне кровати, но он настиг ее, сделав три решительных шага. Наклонившись, Маркус завел одну руку Арабеллы под колени, вторую заломил ей за спину, а затем подхватил молодую леди на руки, не обращая внимания на ее отчаянное сопротивление.

Пропуская мимо ушей ее гневный шепот (она требовала немедленно поставить ее), лорд Данверс понес Арабеллу по скудно освещенному коридору мимо парадной лестницы.

– Куда вы меня несете?! – воскликнула мисс Лоринг, увидев, что Маркус направляется в дальнее крыло здания, традиционно принадлежавшее графам Данверсам.

– В мои комнаты. Я ухаживаю за вами, как мы и договаривались.

– Я никогда не соглашалась на подобное!

– Не тратьте сил попусту, любимая. Я намерен показать вам, каким будет наше брачное ложе.

Ответ графа заставил сердце Арабеллы бешено забиться. Она возобновила попытки освободиться, но ей не под силу было вырваться из крепких рук Маркуса.

Через несколько секунд он внес Арабеллу в свою спальню, босой ногой захлопнул дверь и направился к массивной кровати, на которую бесцеремонно бросил свою пленницу.

Шипя от гнева, Арабелла, шатаясь, поднялась на ноги и замахнулась, чтобы дать Маркусу пощечину.

Он, однако, не позволил ей нанести удар, а схватил ее занесенную руку и резко притянул Арабеллу к себе. Это ошеломило молодую леди, ее тело оцепенело.

Мисс Лоринг резко вдохнула и подняла взгляд на Маркуса. Его небесно-голубые глаза потемнели и метали искры, но совсем не от гнева. Граф крепко обнял Арабеллу, ее грудь прижалась к его широкой груди, бедра уперлись в мышцы сильных ног.

Когда Маркус заговорил, его голос внезапно понизился до хриплого шепота:

– Я собираюсь доказать, что вы не захотите иметь любовников, кроме меня, Арабелла.

Она попыталась отстраниться, но граф не отпускал.

– Я не хочу, чтобы вы были моим любовником, – неровным голосом заявила девушка.

– Нет, хотите.

– Такой сверхъестественной заносчивости…

В эту секунду губы Маркуса завладели ее губами, поймали их в нежный плен, а языки сошлись в непримиримой дуэли.

Однако головокружительный поцелуй лорда Данверса длился всего несколько коротких мгновений.

– Вы хотите меня, Арабелла. Вы не можете этого отрицать.

Она действительно его хотела, признала мисс Лоринг, в то время как Маркус еще крепче обнял ее. Она безрассудно, отчаянно, неимоверно сильно хотела его. Дыхание Арабеллы остановилось, когда по телу вихрем пронеслась дикая жажда… страсть, желание и огонь.

Она знала, что Маркус чувствует то же самое – он замер в абсолютной неподвижности. Время как будто остановилось, воздух накалился и вибрировал от напряжения, никак не связанного со сражением их характеров. Маркус смотрел в глаза Арабеллы, и казалось, что этот взгляд способен обжечь.

Молодая леди стояла, не шевелясь, не в силах побороть гипнотическое воздействие небесно-голубых глаз.

Черты Маркуса смягчились, он протянул руку и погладил нижнюю губу девушки подушечкой большого пальца.

– Я хочу удовлетворить вас, Арабелла. Подарить вам наслаждение. Открыть радости, о которых вы не могли даже мечтать.

Страсть пульсировала между ними; кровь шумела в ушах молодой леди.

Перестав делать вид, что сопротивляется, Арабелла подняла голову.

– Прекратите болтать и поцелуйте меня, – хрипло сказала она.

Больше ничего не нужно было говорить. Склонившись, Маркус снова завладел ее ртом, беспощадно лаская, и Арабелла ответила такой же лихорадочной пылкостью. Они неистово целовались, в то время как подавляемая прежде неудовлетворенность вулканом извергала в их тела жар страсти.

Где-то на задворках затуманенного разума Арабеллы проскользнула мысль о том, что ее увлекают назад, к центру кровати. Не прерывая поцелуя, Маркус начал опускать Арабеллу на подушки, но в последний момент повернулся и лег на спину, так что возлюбленная упала на него сверху, а ее волосы цвета красного золота закрыли их обоих, словно занавеска.

Язык и губы Маркуса терзали нежный женский ротик наслаждением. Арабелла всю себя, без остатка, бросала в огонь его страсти, урывками глотая воздух. Она не могла насытиться его поцелуями, не могла сдержать желание и плотский голод, заставлявшие кровь вскипать в венах, подчинявшие себе каждый нерв, каждую мышцу ее тела. Арабелла нуждалась, до безумия остро нуждалась в чем-то, и губы Маркуса уже не могли ей помочь. Она хотела от него большего, гораздо большего.

Всхлипнув, девушка отчаянно прижалась к сильному, мускулистому мужскому телу, лежащему под ней, и внезапно поняла, что ночная сорочка графа раскрылась, обнажив его горячую кожу, нагие чресла… налившуюся твердую плоть, прижатую к ее животу. Молодая леди инстинктивно обхватила Маркуса бедрами, силясь еще крепче прижаться к нему.

Со сдавленным стоном лорд Данверс оторвался от губ возлюбленной. Его пальцы запутались в золотых волосах, а глаза поймали затуманенный взгляд Арабеллы.

– Если вы не хотите этого, скажите сейчас.

Мисс Лоринг прекрасно поняла, о чем ее спрашивают. В горле у нее пересохло, дыхание сбилось, сердце вырывалось из груди. Арабелла медленно кивнула:

– Я хочу этого… хочу вас.

Пламя вспыхнуло в глазах Маркуса. Он перевернулся, прижав возлюбленную к подушкам своим телом. Потом схватил изящный воротничок ее ночной сорочки и разорвал тонкий батист до талии, обнажая спелую, налитую грудь. Не успел удивленный вздох слететь с губ Арабеллы, как Маркус уже склонился к ее груди, обхватил губами одну упругую вершину и крепко к ней присосался. От сладостного ощущения Арабелла чуть не спрыгнула с кровати.

Сжав оба затвердевших соска, Маркус стал одаривать вниманием пульсирующие бугорки, пока молодая леди не застонала хрипло от невыносимого желания:

– Маркус… пожалуйста…

Тогда граф скользнул рукой между их тел, задрал край разорванной ночной сорочки и проник между мягких женских бедер к пульсирующим лепесткам.

– Еще рано. Вы пока не готовы принять меня.

– Готова… этот жар…

Арабелле казалось, что она сгорит, если Маркус не овладеет ею прямо сейчас, ее женская сущность изнывала от испепеляющего голода.

Поднявшись над возлюбленной, лорд Данверс полностью разорвал ее ночную сорочку, потом сбросил на ковер свою рубашку, обнажая великолепное, сильное тело. Опустившись на колени между расставленных ног Арабеллы, Маркус обхватил руками нежные бедра и склонился над ней.

Когда волшебные губы Маркуса нашли ее женскую сердцевину, Арабелла ответила полустоном-полуплачем – беспомощным, молящим звуком, превратившимся в пронзительный крик, когда граф начал со сладострастным умением терзать ее, лаская губами, глубоко проникая внутрь языком. Пальцы Арабеллы непроизвольно вцепились в черные волосы лорда Данверса. Всепоглощающий огонь превратился в геенну огненную и наконец взорвался у нее внутри.

Когда Арабелла немного пришла в себя, то увидела, что Маркус по-прежнему стоит на коленях, с нежностью наблюдая за ней. Его лицо раскраснелось и стало напряженным – так тяжело ему было сдерживаться.

– Пожалуйста, не останавливайтесь… – хриплым шепотом взмолилась Арабелла.

Граф замер. Долгое мгновение они смотрели друг другу в глаза. Время внезапно остановилось, и Арабелла слышала только, как стучит сердце Маркуса, эхом повторяя дикий ритм ее собственного пульса. Она понимала, почему граф мешкает: он ее первый, единственный любовник. Следующий шаг будет необратимым.

– Маркус, – снова прошептала Арабелла, протягивая к нему руки.

Улыбка лорда Данверса была многозначительной и неотразимой, а голос низким и хриплым, когда он ответил:

– Я не остановлюсь.

Маркус опустился на Арабеллу, закрыв ее собой, и шире раздвинул ее ноги своими бедрами. Его взгляд стал еще нежнее. Губы Маркуса снова прильнули к губам Арабеллы. Поцелуй, прежде неистовый и голодный, смягчился и уже не терзал, а завораживал и обольщал.

Арабелла почувствовала, как твердый член ищет вход в ее тело. Когда Маркус вторгся на долю сантиметра, она замерла. Граф стал ласкать губами ее висок.

– Постарайтесь расслабиться, Бель. Я буду очень осторожен.

С предельной деликатностью он начал продвигаться вперед, медленно-медленно скользя внутрь… растягивая распухшим членом ее плоть, заполняя ее. В какой-то момент Арабелле стало больно, но неприятные ощущения быстро утихли. Она чувствовала только пульсирующую целостность, когда Маркус наконец вошел полностью.

Граф замер, чтобы Арабелла смогла привыкнуть к чужеродной твердости у себя внутри, и стал ласкать нежными поцелуями ее лоб, щеки, губы.

В следующее мгновение он начал двигаться, то немного отступая, то снова устремляясь вперед. Руки тем временем ласкали ее груди, нежно массируя мягкую плоть, поглаживая большими пальцами затвердевшие чувствительные холмики. Арабелла задрожала и вскрикнула, когда глубоко внутри, внизу ее тела родилась новая вспышка пламени.

Мисс Лоринг не ожидала, что так сильно возбудится вскоре после предыдущей опустошительной атаки на ее чувства. Но к изумлению Арабеллы, внутри нее снова стал нарастать огненный вихрь. Внезапно все ее тело охватил огонь. Обнаженная кожа Маркуса обжигала ее, его тело заставляло ее пылать. Дыхание превратилось в короткие судорожные глотки, а бедра сами по себе начали двигаться, пытаясь слиться с Маркусом в едином, старом как мир ритме.

Так же мучительно задыхаясь, как и Арабелла, Маркус перенес вес своего тела на предплечья и поднял голову, чтобы взглянуть в прекрасное лицо возлюбленной. Он хотел видеть оргазм Арабеллы, хотел видеть, как пылает от страсти ее кожа в самом первом для их союза соитии.

Однако лорд Данверс чувствовал, что уже почти не в силах контролировать себя, что его голод и желание ничем не сдержать. Маркус изо всех сил старался не спешить, когда Арабелла извивалась и стонала под ним, но когда она выгнулась ему навстречу и закричала в экстазе, он с хриплым криком отдался на волю страсти, изнемогая и содрогаясь от такого же испепеляющего наслаждения, какое испытывала она.

Сокрушительный, обжигающий взрыв заставил Маркуса судорожно ловить губами воздух. Сразу после кульминации граф обрушился на Арабеллу, стараясь уберечь ее от тяжести своего тела, и лежал, не в силах пошевелиться, пока внутренний огонь понемногу стихал.

Прошло еще немало времени, прежде чем любовники смогли хоть немного восстановить дыхание. Тогда медленно, с огромной осторожностью, Маркус вышел из Арабеллы… вздрогнув, когда она немного поморщилась.

– Я сделал вам больно? – обеспокоенно пробормотал он. Покачав головой, Арабелла взглянула на графа с рассеянной, мечтательной улыбкой.

– Фэнни говорила, что первое занятие любовью обычно бывает неприятным. Но со мной все не так.

Почувствовав облегчение, Маркус откинулся на спину и притянул к себе возлюбленную, сжимая ее в объятиях.

Прильнув к нему, Арабелла глубоко и сладко вздохнула. Через некоторое время к ней вернулся дар речи.

– Это всегда так?

– Как?

– Как пламя. Как огненное… волшебство.

Маркус слабо улыбнулся.

– Почти никогда.

Мисс Лоринг уткнулась в его плечо, будто внезапно почувствовала смущение.

– Вы, наверное, ничего такого волшебного не испытали…

– Ошибаетесь, сладкая моя. Испытал, поверьте.

Арабелла немного отстранилась, чтобы взглянуть на него.

– Вы просто хотите вскружить мне голову.

Маркус тихо, беззаботно рассмеялся.

– Если бы я хотел вскружить вам голову, дорогая, я бы сделал это до того, как овладеть вами.

Видимо, это заявление успокоило молодую женщину, потому что она снова закрыла глаза и бессильно уронила голову на грудь Маркусу, еще раз блаженно вздохнув.

– Да, наверное.

Он тоже вздохнул, наслаждаясь тем, что Арабелла, горячая и обнаженная, нежится в его объятиях. Огненное волшебство. Удачное сравнение, подумал граф, испытывая триумф и более глубокое чувство: искреннюю радость. Страсть Арабеллы оказалась такой же пламенной и восторженной, как он и ожидал, и возбудила в нем не менее сильные ощущения. Никогда ему не было так пронзительно хорошо в постели, ни одна женщина еще не дарила ему такого полного удовлетворения.

Крепко обнимая Арабеллу, Маркус уткнулся в ее волосы, вдыхая нежный аромат. Он мимолетно подумал о бывших любовницах – об их чарах, о том, как бесконечно они пытались усладить его, – но ни одной из них не удалось возбудить в нем подобного неутолимого голода.

Опасного голода. Страсть к Арабелле заставила его забыть о благоразумии, осознал Маркус. Сегодня ночью он лишил ее девственности, нисколько не задумываясь о последствиях.

Впрочем, каким бы виноватым лорд Данверс ни чувствовал себя за нарушение целомудрия, он смог кое-как оправдаться. Это все равно случилось бы после свадьбы. А так это произошло немного раньше, чем они оба ожидали. И все же ему следовало заранее подумать о возможных последствиях. Сегодня ночью они могли зачать ребенка.

Маркус взволнованно вздохнул, представив маленьких Арабелл и даже маленьких Маркусов. Если лорд Данверс до этого и рассматривал возможность стать отцом, то только с теоретической точки зрения. Он понимал, что нужно исполнить долг перед предками – передать по наследству титулы и продолжить славный род.

Однако перспектива стать отцом детей Арабеллы не только была очень заманчивой, но и вызывала в лорде Данверсе сильные примитивные эмоции.

Он едва заметно улыбнулся. Дрю и Хит хохотали бы от души, если бы узнали, что он всерьез думает завести семью. Но прежде чем говорить о семье, необходимо убедить Арабеллу выйти за него замуж. Однако теперь он не успокоится, пока не достигнет успеха. Он ни за что ее не отпустит. Никогда еще он так сильно не желал сделать женщину своей.

Теперь ты моя, подумал Маркус, рассеянно гладя обнаженное плечо Арабеллы.

Почувствовав нежное прикосновение, она беспокойно зашевелилась в объятиях лорда Данверса, затем подняла голову и бросила взгляд на дверь его спальни, как будто внезапно вспомнив, где находится.

Когда мисс Лоринг выскользнула из рук Маркуса и начала подниматься, он схватил ее за запястье, не давая встать с постели.

– Куда это вы собрались?

– В свою комнату. Мне нельзя здесь находиться.

Лорд Данверс снова притянул ее к себе, заставив лечь рядом.

– Эту ночь вы проведете со мной. Мы только начали познавать радости любви.

– Но слуги могут увидеть нас…

– У слуг есть собственное крыло на другом этаже. И если вы вернетесь до рассвета, никто вас не увидит.

Маркус встал и подошел к умывальному столику, чтобы взять влажное полотенце. Когда он вернулся, чтобы вытереть остатки семени с бедер Арабеллы, ее щечки очаровательно покраснели, выдавая смущение.

Лорд Данверс не дал молодой женщине укутаться в одеяла и скрыть наготу.

– Не прячьтесь от меня. Ваше тело прекрасно, и нет ничего плохого в том, чтобы я его видел.

Арабелла прикусила нижнюю губу, но не стала возражать против его манипуляций.

– Даже хорошо, что я порвал вашу ночную сорочку, – сказал Маркус, заметив пятно крови на батисте. – Лучше не оставлять свидетельств того, что вы отдали мне свою невинность. Можете выбросить сорочку в мусорное ведро, а еще лучше сожгите ее. Я дам вам другую, когда буду провожать вас в вашу комнату.

– Постель в полном беспорядке, – печально промолвила Арабелла, когда граф закончил свои манипуляции и вернул полотенце на место. Но когда он снова повернулся к Арабелле, она резко вдохнула. Взгляд ее был прикован к чреслам графа. Они снова налились и распухли – он явно готов был продолжать занятия любовью.

– Вы опять… – Ее щеки стали совсем красными. – Я думала, что мужчине требуется несколько часов, чтобы… восстановиться.

Улыбнувшись, Маркус снова взобрался на постель и заключил Арабеллу в объятия.

– Это не так, если правильно выбрать любовницу. Если мужчина хочет женщину так же сильно, как я хочу вас.

– Значит, вы намерены снова заняться со мной любовью? – спросила мисс Лоринг, положив голову ему на плечо.

– Посмотрим. Вы и так будете завтра чувствовать слабость.

– Оно того стоило.

Маркус тихонько рассмеялся, потревожив дыханием ее волосы.

– Значит, я был прав.

– По поводу чего?

– Наши тела прекрасно подходят друг другу. Мы найдем общий язык на брачном ложе.

Арабелла почувствовала, как проснулись ее защитные инстинкты.

– Возможно, но это не означает, что мы найдем общий язык в других аспектах брака. Совсем недавно мы ссорились, прямо как мои родители. Это не похоже на модель идеального брака.

– Вы правы, но я подозреваю, что идеальный брак наскучит нам обоим до слез. Ссоры иногда вдохновляют, – задумчиво произнес Маркус. – Признайтесь, ведь так захватывающе было скрестить со мной шпаги.

– Мне было очень плохо, – честно ответила Арабелла.

– Но примирение оказалось удивительным, – настаивал граф.

Не в силах этого отрицать, Арабелла почувствовала, как странная смесь отчаяния и удовлетворенности взволновала ее душу. Страсть Маркуса оказалась такой же волнующей и потрясающе чудесной, как она и боялась. Мисс Лоринг закрыла глаза, упиваясь нежностью графа, интимной близостью с ним, блаженством лежать вот так в его объятиях. Не дождавшись ответа, лорд Данверс высвободился из-под Арабеллы и лег на бок, чтобы лучше рассмотреть ее.

– Почему бы нам не заключить пока перемирие? Никаких ссор этой ночью. Только наслаждение.

Арабелла колебалась. Ей не хотелось ссориться с Маркусом. Она также не могла сожалеть, что отдала ему свою девственность. Но стоит ли соглашаться на скандальное предложение провести в его постели целую ночь?

Вся беда в ее глупом сердце. Сможет ли она не привязаться к Маркусу эмоционально, если сдастся на милость его любовных ласк?

Видя ее нерешительность, Маркус склонился и нежно поцеловал Арабеллу в губы.

– Перемирие, любовь моя. До утра мы забудем о пари и будем просто получать удовольствие.

Арабелла прикусила губу, убеждая себя, что не нужно беспокоиться. Она не в силах противиться его плотской любви, это факт, но теперь, получив предостережение, она сможет более стойко оберегать свое сердце. Стоило только Арабелле представить Маркуса с его прекрасной бывшей любовницей, как решимость сразу же возвращалась к ней. Она ведь не настолько глупа, чтобы влюбиться в графа, зная об опасности.

– Хорошо, перемирие так перемирие, – пробормотала мисс Лоринг. Приподнявшись, она обвила шею Маркуса руками. – Так на что же мы потратим остаток ночи?

Медленная улыбка заиграла на губах лорда Данверса.

– Предлагаю заняться вашим образованием. Ваша подруга Фэнни наверняка далеко не все рассказала вам о страсти. Например, вам очень мало известно о моем теле.

Взяв руку Арабеллы, Маркус поднес ее к своим чреслам, позволяя прикоснуться к себе… к своему подтянутому, мускулистому животу, длинному толстому стержню своего мужества, тяжелым мешочкам под ним. Когда Арабелла нерешительно начала сама исследовать мужские органы графа, то обнаружила, что его кожа была горячей, гладкой и – ах! – такой возбуждающей.

Тонкие пальцы обхватили горячий член и нежно сдавили его. Он обжигал ее ладонь, твердый, как сталь, и пульсировал в ответ на ее ласку. А когда Маркус закрыл глаза, явно наслаждаясь, его реакция заставила Арабеллу почувствовать себя могущественной, трепещущей и женственной одновременно.

Опьяненная сказочными ощущениями, мисс Лоринг склонилась над Маркусом и поцеловала его. Да, подумала она, чувствуя, как по телу прокатывается волна удовольствия, ее подруга Фэнни не рассказала и тысячной доли всего, что ей хотелось знать о страсти.


Глава десятая | Грешные мечты | Глава двенадцатая