home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Театральные маски

Если, фигурально выражаясь, архитектура — это музыка и поэзия в камне, декоративное убранство, развивая это сравнение, — игра воображения, сокровище интеллекта, умение мыслить и чувствовать ассоциативно, стало быть — это театр! А какой же театр без театральной маски?

Написал и подумал, что современный европейский театр, пожалуй, от театральных масок не ближе, чем свист на бересте от игры большого симфонического оркестра. В смысле, не то чтобы уж совсем обходится — все-таки на фасадах театров, на театральных билетах и программках маски присутствуют в качестве эмблемы, но из театрального атрибута, коим была маска в Древней Греции, она давно превратилась в общепринятый символ, знак театрального искусства. Скажем, как лира, под которую когда-то распевались стихи «Илиады» и «Одиссеи», и гусиное перо, коим еще совсем недавно скрипела вся пишущая братия.

Но в архитектурном убранстве театральная маска существует полноправно с прочими маскаронами античных богов.

Так почему же древнегреческая маска, оставаясь всем понятным символом, ушла с театральных подмостков? Театр с античных времен изменился настолько, что, попади мы на тогдашнее представление даже известной нам трагедии Эсхила, Софокла или Еврипида, без специальной подготовки поняли бы не более, чем в китайской опере.

Нынешний театр, в своей основе, при всех режиссерских изысках и любви сценографов к театральной условности, по выражению К. С. Станиславского — «реальная жизнь без четвертой стены». Античный же театр соотносился с бытовой реальностью весьма отдаленно.


Повести каменных горожан. Очерки о декоративной скульптуре Санкт-Петербурга

Наб. р. Фонтанки, 3


Повести каменных горожан. Очерки о декоративной скульптуре Санкт-Петербурга

Пл. Островского, 2В


Тогдашний театр был балетом, оперой и литературой в одном лице. Великие произведения классической древности декламировались-распевались актерами, стоящими на котурнах, задрапированных в покрывала — цветом, соответствующим их роли (царь — пурпур, идущий на смерть — в белом, желтая тога — злодей или предатель и т. п.), и в масках, прошедших долгий путь от древней ритуальной обрядности до театральных подмостков.


Повести каменных горожан. Очерки о декоративной скульптуре Санкт-Петербурга

Театральная пл., 3



Повести каменных горожан. Очерки о декоративной скульптуре Санкт-Петербурга

Театральная пл., 3


Изготовлялись они чаще всего из холста, форму которому придавали оттиски от предварительно сделанных гипсовых масок. Маски схематично трактовали лицо и изображали полюсные настроения — комическое и трагическое. Актерами были только мужчины. Они не имели права выходить к публике без маски. Женский персонаж отличался от мужского цветом маски: белый — женский, темные цвета — мужской. Настроению, характеру и состоянию здоровья соответствовали маски, окрашенные в разные цвета: раздражительности — багровый, хитрости — цвета рыжих оттенков, болезни — желтый. Разноцветные маски были хорошо видны с дальних рядов, что помогало зрителю различать персонажи. Комическая маска имела сходство с традиционной головой Силена. В ней до смешного утрировались черты лица: курносый нос с большими ноздрями, огромный открытый рот, оттопыренные уши, выпуклые глаза и большой лоб с резко выступающими надбровными дугами. На трагической маске закругленные края большого открытого рта были опущены вниз, что придавало ей соответствующее выражение. Театральные маски были обнаружены в Греции при раскопках Древней Спарты. Масками, наподобие этих, и сейчас украшены фасады театров, цирков и дворцов культуры Петербурга[125].


Повести каменных горожан. Очерки о декоративной скульптуре Санкт-Петербурга

Кронверкский пр., 23



Повести каменных горожан. Очерки о декоративной скульптуре Санкт-Петербурга

Театральная пл., 3


В пору моего обучения в Ленинградском театральном институте нашей преподавательницей истории искусства профессором Формаковской было сделано серьезное открытие: мало того что в масках имелось устройство — «рупор» для усиления голоса, маска «меняла выражение лица». То есть актер мог часть маски прикрыть покрывалом или, наоборот, обнажить ее во всей трагической или комической силе воздействия на зритетей. Кроме того, на протяжении представления актер менял маски, выражавшие разные чувства или разные, соответствующие развитию пьесы состояния. Так что с масками все весьма не просто, в том числе с театральными маскаронами.

Есть маски, в той или иной степени копирующие древние образцы, а есть такие, которые уж никак к древности не относятся и являются плодом воображения и творчества художника. Чем же они так привлекали архитекторов? Каждая маска — гротеск! То есть преувеличенное, утрированное изображение персонажа, что как нельзя лучше подходит к архитектурному образу здания или целого ансамбля.

Появились первые маскароны — театральные маски в архитектуре в эпоху барокко и классицизма как атрибут изваяний покровительниц театра муз Терпсихоры, Мельпомены и самого Аполлона-мусагета (музоводителя).

Театральные маски как часть декоративного убранства зданий полностью следовали стилевым изменениям, что и вся архитектура, поэтому маска времен барокко сильно разнится с маской того же содержания в стиле модерн.

С театральными масками на фасадах все же попроще, чем с маскаронами и статуями богов и героев, — за ними нет ни мифов, ни сказаний, а угадать, какая маска «в каком спектакле была занята» 2000 лет назад, — не просто сложно, но и невозможно. Да, я уверен, и сами-то ваятели, возносившие их на фасады зданий, этого не знали и это их нисколько не интересовало. А вот в две цели театральные маски попадают со снайперской точностью — усиливают эмоциональное восприятие всего архитектурного произведения и, уж конечно, служат апотропеями, не уступающими по силе горгонионам и горгулиям.


Повести каменных горожан. Очерки о декоративной скульптуре Санкт-Петербурга

Гороховая ул., 4



Негероические памятники | Повести каменных горожан. Очерки о декоративной скульптуре Санкт-Петербурга | * * *







Loading...