home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...






* * *

И вдруг, совсем рядом с Александринкой, вздымается новый дом — весь в декоративной скульптуре! На вопрос, хорошо это или плохо, отвечу как суворовский солдат:

— Не могу знать!

Не берусь пока судить! В этом здании есть важнейшее достоинство созданного когда-то архитектором А. Брюлловым — братом знаменитого художника здания штаба Гвардейского корпуса на Дворцовой площади, — оно не мешает ни Зимнему дворцу, ни Главному штабу. Вот и здесь это новое здание не мешает шедевру Росси — Александринскому театру, скверу вокруг памятника Екатерине II и Публичной библиотеке. А ведь могли «втюхать» сюда, вероятно, на равное по стоимости пяти таким зданиям, «пятно застройки», очередной «стакан»!

Вот что мне радостно! Значит, не я один так чувствую, но даже те, у кого есть деньги! Я думал, что я себе накрутил-напридумывал тоску по человеческим ликам, хотя бы каменным! А тут оказывается — нет! Не могут все одновременно с ума сойти! Это занятие строго индивидуальное! И если появилась вновь в подражание классическим образцам скульптура изготовления 2002 года, значит — тенденция. Прилетела, как говорили древние греки, «первая весенняя ласточка».

Правда, «первой ласточкой» стали не птицы, а кошмарные мраморные львы не то таиландского, не то вьетнамского изготовления, вздыбившиеся на шарах у китайских ресторанов. Классический кич! «Бред сивой кобылы в лунную ночь!» Я смеялся, но опять-таки… до слез! Поскольку неизвестно, чего хочется при взгляде на этот шедевр ширпотреба: «Севрюги с хреном или зарезать кого-нибудь» (А. П. Чехов).


Повести каменных горожан. Очерки о декоративной скульптуре Санкт-Петербурга

Тележная ул., 13


Повести каменных горожан. Очерки о декоративной скульптуре Санкт-Петербурга

Миргородская ул., 1Б


Следующим явлением стали львиные головы, украсившие фасад новопостроенного банка на углу 5-й Советской и Мытнинской улиц.

Тоска моя не прошла! Мне показалось, что это дань модному нынче фольклору по поводу «золотых погон поручика Голицына», когда у каждого второго нашего соотечественника дедушка вдруг оказался либо князем, либо купцом и уж обязательно белогвардейцем. Странно, как при таком обильном, как получается по разговорам «потомков», числе они не победили?

И вдруг! На углу Манежного переулка и улицы Восстания снимают строительные леса с абсолютного «новодела», и на меня смотрит настоящий, но совершенно современный маскарон. И все в нем как положено: и подтекст, и многозначность образа, и взгляд в вечность, и тайна! А самое главное — классическая глубина мысли, окультуренная образованием и талантом архитектора.

Какая горькая, душераздирающая ирония в этих бывших имперских двуглавых орлах со свернутыми шеями, как испуганно, но как храбро топорщит крылья совенок — символ мудрости!

Настоящее произведение изобразительного искусства, как музыка, которую нельзя пересказать. Музыку ведь нельзя и понимать разумом — она не алгебраическая безусловная формула, но ее можно чувствовать, и вот это ощущение музыки, все равно данное вам природой, опытом или образованием, и есть понимание! То же и в архитектуре, то же и в живописи, и в скульптуре. Если можно пересказать — это литература, если нельзя, а как там у Шекспира: «А он рыдает!..» Тогда вы получили послание от художника и прочувствовали его!

Как удалось архитектору Питанину в совершенно современном здании продолжить эту тонкую золотую нить, соединяющую нас с прошлым? Не ведаю. Но удалось! И маскароны на ул., Восстания, 44, тому подтверждение. И у них есть продолжение!

На Тележной, еще без номера — рядом дом № 13, целый фриз: на багровокрасном, как кровь, граните кованое лицо Александра Невского. Вот ведь как — и не скульптура, и не икона, а то самое «чуть-чуть», с чего, как говорил И. Репин, и начинается искусство.

Ничего мы не забыли, растеряли много, но, наверно, настало время собирать камни, «зубрить зады» — как говорили гимназисты перед экзаменами. И нам, пользуясь периодом мира и относительного благополучия, — учиться, наращивать ту «тонкую пленку культуры», которую вроде бы так легко потерять, ан вот она все в России не рвется, а уж какие мастера разрушения стараются.

И совсем рядом, на маленькой новостроенной церковке, под стенами оскверненного, разрушенного, а теперь трудом и муками народа восстанавливаемого большого монастыря, с беленых стен глядят четыре символа евангелистов, четыре буквицы из летописи — четыре резных камня. Выходит, резной камень Суздаля и Владимира допетровских времен вернулся? Да нет! Вернуть ничего нельзя, ничего нельзя повторить! Но можно не утратить, если понять, осмыслить и принять! Главное, стараться понять! Тогда и средневековое изображение станет современным.

И глянут на нас оттуда, из вечности, каменные лики нашего города, чтобы поддержать, духовно укрепить, обрадовать, избавить от одиночества и уныния. Без этих лиц невозможен Петербург, да и вся наша городская жизнь, нынче повсеместно оторванная от живой природы, — да и вся человеческая жизнь, пожалуй, тоже. А маскароны и барельефы не умерли, они затаились на время и, похоже, сегодня возвращаются! И если мы их услышим, если поймем их беззвучную речь — они нас не бросят, они помогут устоять в стеклянно-бетонно-машинном стандартизированном и неодушевленном мире!


Маскарон умер! Да здравствует маскарон! | Повести каменных горожан. Очерки о декоративной скульптуре Санкт-Петербурга | Словарь архитектурных терминов







Loading...