home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



7

В напоминающем запаянную стальную коробку цехе о погоде за его стенами можно было только догадываться. Когда в половине шестого они, отработав смену, потащились наверх, первая из поднявшихся женщин громко простонала:

— О нет! Дождь!

Масако сразу вспомнила о грузе в багажнике ее «короллы». Что станет с телом от дождя? Надо побыстрее определяться, как быть с ним дальше.

— Торопишься? — спросила Йоси, снимая маску и вытирая ею резиновые тапочки, которые надевала в цеху.

— А что?

Масако использовала маску так же, но только вытерла не рабочую обувь, а испачканные травой и грязью туфли, в которых пришла на работу.

— Что? У тебя такой вид, словно ты увидела привидение, и я хочу знать, что случилось.

Маленькая, кругленькая Йоси обернулась к своей высокой, худощавой подруге, и Масако едва успела выбросить грязный клочок ткани и отвернуться к окну. При слове «дождь» она представила ливень, но с серого утреннего неба сыпала мелкая противная морось.

— О проблемах лучше не думать, — продолжала Йоси, — все равно от них не избавишься, а вот лишние морщины заработаешь.

— Дело серьезное, — задумчиво сказала Масако.

Чем больше она размышляла, тем сильнее беспокоилась за Яои. Конечно, избавиться от тела очень важно, но для Яои не менее важно и другое: отправиться домой и сыграть роль встревоженной исчезновением мужа жены. Если же Яои так и поступит, то трупом придется заниматься самой Масако, а справиться с ним в одиночку она, пожалуй, не сможет. Не сможет даже вытащить из багажника. Секунду-другую Масако раздумывала, потом, решившись, сказала:

— Шкипер, мне придется попросить тебя об одолжении.

— Сделаю все, только скажи, — ответила Йоси, всегда готовая прийти на помощь. — Я тебе многим обязана.

Масако, однако, не спешила с объяснениями. Став в очередь к контрольному пункту, она поискала взглядом Яои, которую нельзя было оставлять одну, и увидела ее в самом конце поднимающейся снизу цепочки. А вот Кунико обогнала всех и уже ждала их в холле. Похоже, она что-то почувствовала и горела желанием добраться до сути дела.

— Ты можешь хранить тайну? — негромко спросила Масако.

— А кому, по-твоему, я ее открою? — возмутилась Йоси. — Что у тебя? Рассказывай.

Объяснить, что именно сделала Яои, было не так-то просто. Не зная, с чего начать, Масако отметила карточку учета и, отойдя в сторону, остановилась.

— Расскажу чуть позже, — сказала она после паузы. — Когда останемся одни.

— Ладно, — пробормотала Йоси и, повернувшись, выглянула в окно.

Приехала на велосипеде и теперь не знает, как добраться домой, подумала Масако.

— Ты только ничего никому не говори. Даже Кунико.

— Обещаю.

Поняв по тону подруги, что речь пойдет о чем-то важном, Йоси не стала ее торопить. Женщины уже почти дошли до угла коридора, когда услышали, как санитарный инспектор Комада подзывает к себе Яои.

— Ямамото-сан, не забудьте постирать рабочую одежду.

Третью ночь с этим запахом соуса мы просто не выдержим. Извинившись перед Комадо, Яои стащила с головы шапочку и подошла к Масако. Волосы ее торчали из-под сетки во все стороны, под глазами отчетливо проступили темные круги, но даже и при этом она выглядела намного лучше, чем обычно. Работавший у них всего несколько дней студент с крашеными светлыми волосами случайно посмотрел на нее, снимая маску, да так и застыл с открытым ртом.

Масако схватила подругу за руку и отвела в сторону.

— Поезжай побыстрее домой и оставайся там.

— Но нам же… — начала Яои.

— Мы справимся сами. Я и Шкипер.

— Шкипер? — с сомнением переспросила Яои, оглядываясь по сторонам. — Ты ей рассказала?

— Еще нет, но одна я не смогу его даже перенести. Если она откажется, поможешь ты. Но тебе лучше всего оставаться дома и делать вид, что ничего не произошло. Не забывай, полиция заподозрит прежде всего тебя.

Яои вздохнула, похоже, поняв наконец, в чем состоит ее роль.

— Ты права, — согласилась она.

— Поезжай домой и занимайся самыми обычными делами, — проинструктировала ее Масако. — Потом, где-то после полудня, позвони в офис мужа и спроси, там ли он. Когда тебе ответят, что его нет, скажи, что он не ночевал дома и что ты волнуешься. Если посоветуют подать заявление в полицию, подай. Делай все, чтобы избежать подозрений.

— Я все так и сделаю.

— И не звони мне сегодня. Если что-то случится, я сама позвоню.

— Масако, что ты собираешься с ним делать?

— Собираюсь воспользоваться твоей идеей. — Она невесело улыбнулась. — Вот такой у нас план.

Яои охнула, лицо ее моментально побледнело.

— Ты серьезно?

— Да, — после небольшой паузы ответила Масако. — По крайней мере, попытаюсь.

— Не знаю, как тебя и благодарить. — В глазах Яои блеснули слезы. — Даже не верится.

— Не благодари раньше времени, — сказала Масако. — Может быть, еще ничего не получится. Но думаю, так лучше, чем везти его в горы и там закапывать. Он просто исчезнет, не оставив никаких следов. Улики нам ни к чему.

Окончательный выбор в пользу предложенного Яои варианта она сделала в душевой, когда, увидев лежащую у двери стопку больших синих пластиковых пакетов, поняла, что другого реального плана у них нет.

— Но это же преступление, — прошептала вдруг Яои, словно до нее только теперь дошло, что именно они собираются сделать. — Я не хочу втягивать тебя.

— Знаю, — ответила Масако. — Но постараюсь отнестись к этому как просто к еще одной неприятной работе. Лучше всего устроить так, чтобы то, что от него останется, увезли вместе с мусором. Если, конечно, ты ничего не имеешь против. В конце концов, мы собираемся разделать и выбросить твоего мужа. Уверена, что не пожалеешь?

— Уверена. — По губам Яои скользнула слабая улыбка. — Так ему и надо.

— Боишься, — заметила Масако.

— Ты тоже.

— Нет, для меня это совсем другое.

— Почему?

— Потому что я отношусь к этому как к работе.

Яои посмотрела на нее так, как будто видела впервые.

— Масако-сан, чем ты занималась, прежде чем пришла работать на фабрику?

— Тем же, чем и ты. У меня был муж, был сын, была работа. Но при этом я была одна. — Яои опустила голову, наверное, чтобы скрыть слезы. — Хватит плакать. — Масако погладила ее по спине. — Теперь со всем покончено. Ты сама все решила.

Яои кивнула, и они вместе направились в комнату отдыха. Йоси и Кунико уже переоделись и сидели, попивая кофе. Кунико, перебросив в уголок рта тонкую сигарету, смотрела на подруг так, словно подозревала их в заговоре.

— Кунико, ты сегодня меня не жди, ладно? — сказала Масако. — Нам со Шкипером еще нужно кое о чем поговорить.

— Что же это такое, если вы хотите поговорить без меня? — усмехнулась Кунико, переводя взгляд с одной из них на другую.

— Хочу занять денег, — объяснила Йоси. — Ты же берешь кредит в банке. А я вот хочу взять кредит у Масако.

— Ладно, договаривайтесь, — кивнула Кунико и, захватив сумочку, дешевую подделку под «Шанель», неохотно поднялась.

Масако свернула в раздевалку, а Йоси, довольная тем, как ловко избавилась от любопытной подруги, скрыла улыбку за стаканчиком с кофе.

Быстро переодевшись, Масако запихнула в сумку два водонепроницаемых фартука, принадлежавшие женщинам, которые, наверное, перешли на другую работу; потом, оглядевшись, сунула в карман несколько пар перчаток из латекса и, выйдя из раздевалки, подсела к Йоси. Татами еще хранило тепло Кунико. Не успела Масако достать из пачки сигарету, как к ним подошла успевшая переодеться Яои. Она уже начала садиться, когда заметила, что Масако качает головой.

— Ладно, я, наверное, пойду, — сказала Яои и с явной неохотой направилась к двери, то и дело оборачиваясь и бросая на подругу беспокойные взгляды.

Дождавшись, пока она скроется за углом, Йоси наклонилась к Масако и прошептала:

— В чем дело? Говори поскорее, я уже не могу больше ждать.

— Слушай и постарайся держать себя в руках, — глядя ей прямо в глаза, сказала Масако. — Яои убила своего мужа.

Рот у Йоси на секунду приоткрылся, обветренные губы задрожали.

— И ты предлагаешь мне держать себя в руках? — прошептала она, справившись с первым шоком.

— Я все понимаю. Но что случилось, то случилось, и изменить ничего нельзя. Я решила помочь ей и хочу узнать, согласна ли и ты сделать то же самое.

— Да ты рехнулась! — вскрикнула Йоси и тут же, вспомнив, что они не одни, понизила голос- Ей надо пойти в полицию, во всем признаться… Немедленно. Прямо сейчас.

— Ты забываешь, что у нее маленькие дети и что он бил ее. Она защищалась. Ты же видела сегодня, что ей стало намного легче.

— Но ведь она его убила!

Йоси едва снова не сорвалась на крик.

— А как часто ты думала, что готова задушить свекровь?

Сказав это, Масако заметила, как застыло лицо подруги.

— Достаточно часто, — призналась Йоси, допивая кофе. — Но мысли — это одно, а дела — совсем другое.

— Верно. Однако же что-то заставило Яои переступить черту. Такое случается, Шкипер, разве нет? Вот почему я собираюсь сделать то, что в моих силах, чтобы помочь ей.

— Сделать что? — Голос Йоси разнесся по комнате, и едва ли не все, кто там был, повернулись в их сторону. Несколько мужчин-бразильцев, устроившихся на обычном месте у стены, с любопытством уставились на двух женщин. — Ты ничего не можешь сделать, — продолжала она устало. — Ничего.

— И все-таки я попробую.

— Но почему я? Почему я должна ей помогать? Да у меня и без того мурашки по спине… Становиться соучастницей убийства…

— Никакой соучастницей ты не станешь, — не сдавалась Масако. — Мы его не убивали.

— Я читала где-то, как людей отправили в тюрьму за то, что они утопили мертвеца.

— Да, может быть. Их топят или… расчленяют. Бывает по-всякому.

— Что ты имеешь в виду? — обеспокоенная новой загадкой, спросила Йоси, облизывая сухие губы. — Что ты собираешься сделать?

— Я собираюсь разрезать его на куски и выбросить с мусором. И тогда Яои заживет спокойно, словно ничего и не случилось. Ее муж будет считаться пропавшим без вести. Вот и все.

— Нет, нет! Забудь. — Йоси упрямо покачала головой. — Я не смогу. Только не это.

— Ладно. — Масако подалась вперед и протянула руку. — Тогда верни мне деньги, которые я дала тебе вчера вечером. Прямо сейчас.

Некоторое время Йоси сидела молча, с обреченным выражением лица. Масако, докурив, потушила сигарету в пустом стаканчике. В нос ударил отвратительный запах растворимого кофе и пепла. Она закурила вторую сигарету.

— Ну хорошо, — согласилась наконец Йоси. — Деньги я тебе вернуть не могу, так что делать нечего — придется помочь.

— Спасибо. Я знала, что могу рассчитывать на тебя, Шкипер.

— Только прежде ответь на один вопрос — Йоси подняла глаза и посмотрела на подругу. — Я согласилась помочь тебе, потому что ты помогла мне, но почему ты согласилась помочь Яои?

— Сама не знаю. — Масако пожала плечами. — Скажу так: если бы ты оказалась в похожей ситуации, я сделала бы то же самое и для тебя.

Ответить на это было нечем, и Йоси промолчала.


К тому времени, когда Масако и Йоси спустились к главному входу, на фабрике уже почти никого не осталось. Дождь еще продолжался, и Йоси развернула зонт, который предусмотрительно захватила из дому. Масако была без зонта, так что ей предстояла малоприятная прогулка до стоянки.

— Буду ждать тебя у себя дома в девять часов, — сказала она.

— Я приду, — пообещала Йоси и, устало забравшись на велосипед, покатила по дорожке.

Проводив подругу взглядом, Масако направилась к стоянке, но, сделав несколько шагов, заметила стоящего под сенью идущих вдоль дороги платанов мужчину. Это был Кадзуо Миямори, одетый в белую футболку, джинсы и черную бейсболку. Он стоял, уставясь под ноги, держа в вытянутой руке дешевый зонтик, но при этом даже не стараясь прикрыть от дождя голову.

— Как будет по-бразильски «проваливай к черту»? — бросила Масако, проходя мимо.

Застигнутый врасплох, Миямори вздрогнул и шагнул к ней.

— Зонт. У меня есть зонт.

— Мне твой зонт не нужен.

Она отмахнулась и ускорила шаг. Зонт упал на потрескавшийся асфальт. Людей поблизости не оказалось, и стук каблуков был единственным нарушающим тишину звуком. Масако чувствовала, что Кадзуо растерян и не знает, как ему быть. Она вспомнила, какое обиженное выражение появилось на его лице, когда Яои не ответила на приветствие. Ребенок, настоящий ребенок. Ей вдруг пришло в голову, что его детская потерянность может только осложнить все дело, но когда Масако обернулась, то увидела под козырьком бейсболки те же самые глаза, что видела накануне в красноватом свете луны.

— Оставь меня в покое! — крикнула Масако.

Он быстро прошел вперед и, остановившись перед ней, прижал руки к груди.

— Извините.

Она поняла, что означает жест, но не остановилась и, свернув вправо, пошла по той самой дороге, на которой он и напал на нее ночью. Миямори шел следом, но Масако не чувствовала сейчас ничего, кроме желания как можно скорее забыть случившееся и никогда больше его не видеть.

— Вы придете сегодня? — спросил он.

— Размечтался.

— Но…

Он не договорил, потому что Масако побежала. Впереди показалось здание старой фабрики. На ржавеющих в траве металлических ставнях не осталось никаких вмятин от их тел; путавшаяся под ногами мокрая трава не сохранила следов борьбы. Все выглядело так, словно ничего не случилось. Злость, унижение, ненависть к самой себе, все, что она пережила накануне, накатило снова и заставило Масако остановиться и подождать его. Ярость кипела в ней с такой силой, что она чувствовала себя способной на все, но ни о чем не подозревавший Кадзуо молча подошел и остановился, покорно глядя на нее.

— А теперь слушай и запоминай, — прошипела Масако. — Попробуешь повторить, и я расскажу о тебе полиции… и на фабрике. Тебя выгонят с работы.

— Понимаю, — сказал он и с видимым облегчением кивнул головой.

Только теперь она поняла, что именно этого он боялся больше всего: того, что она кому-то расскажет.

— И не радуйся, я не простила и не забыла.

Масако круто повернулась на каблуках и зашагала прочь, уверенная в том, что на этот раз он уже не последует за ней. Лишь у входа на стоянку она обернулась, но дорога была пуста.

Идиот! Слово уже почти слетело с губ, однако в последний момент Масако остановилась, не вполне уверенная в том, кому его следует адресовать. «Королла» стояла на том же месте, где она ее оставила. Масако попыталась представить, как выглядит то, что находится в багажнике, и ей вдруг показалось невероятно странным, что ничего не изменилось: как обычно, настал рассвет, падает дождь, и все это происходит тогда, когда здесь, в ее машине, лежит совершенно безжизненное тело.

Лишь тут Масако поняла, что все, даже эта свинья, только что вымаливавшая у нее прощение, напоминают ей о нем и что наказать она хотела не столько несчастного паренька Миямори, сколько его, безжизненного Кэндзи, и еще себя — за то, что так глупо влезла в чужие неприятности.

Масако вставила ключ в замок, приоткрыла крышку и увидела через щель серые брюки и несколько дюймов покрытой волосками голени, высовывающейся из-под штанины. Она вспомнила, как Яои дотронулась до ноги в этом самом месте, когда говорила, что он еще не остыл. Кожа была бледная, а волоски казались немного грязными, как растрепавшиеся нитки брошенного на пол коврика.

— Вещь. Всего лишь вещь, — пробормотала Масако, опуская крышку.


предыдущая глава | АУТ | cледующая глава