home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 1

Михаил

Смотрю на редкие снежинки за окном. Первые и, возможно, последние. Зиму обещали теплой; на Новый Год снова не будет снега и даже ожидается потепление градусов до десяти. Можно будет гонять на мотоцикле по ночным дорогам, когда ветер делает душу прозрачной и выдувает из головы опасные мысли. Виола сегодня опять заглядывала в глаза и томно вздыхала. «Ах, Мишенька, у нас уже все экзамены сданы и в праздники можно встретиться, отдохнуть, куда-нибудь поехать. Так скучно бывает в каникулы!» Опять «Мишенька», ну что девиц так тянет на уменьшительные имена? Нет, не думать о Виоле! Но все-таки?..

— Эй, Мишлен! — навстречу по коридору идет Педро, председатель студсовета. — Ты ведь уже все сдал, я угадал? И свободен до самых праздников?

— Приветствую, гроза красноносых и несанкционированных шествий, — отвечаю в тон. Что ему от меня надо? Он, однако ж, прямо засветился от радости.

— Во-о-от! Я знал, ты все поймешь! Ведь мы же не какой-то там занюханный колледж, а Озерецкий Гуманитарный Университет. И кому в этом университете, как не лучшему студенту на выпускном курсе кафедры «межпланетной культурологии» поручать такое дело?

— Погоди, не тараторь… — Педро слегка напрягает своей говорливостью и привычкой ставить собеседника перед фактом. Вот и сейчас: говорит, как будто я уже на что-то согласился.

— О каком деле речь?

— Как «о каком»? О новогоднем бале, разумеется! Мы с преподавательским советом поговорили и решили пригласить посла кошей. В конце концов, мы имеем к посольству самое прямое отношение, только у нас готовят специалистов по их культуре. И ты, несомненно…

— Не только у нас, — перебиваю, а то не заткнется, — более того, тех, кто работают с кошами, готовят как раз не у нас, а в «дипломатическом колледже».

— Да о чем ты? При чем тут «дипломаты»? Они же только по всякой коммерческой нужде: продать, купить, уговорить. А подлинное понимание сути таинственной культуры кошей, — он задрал голову и помахал в воздухе руками, — доступно только нашим специалистам.

У меня начала кружиться голова от трескотни Педро. Надо это немедленно прекращать.

— Короче! От меня чего хочешь?

— Вот это мне нравится! — расцвел он окончательно, — вот это, я понимаю, к делу! — и, сделавшись серьезным и даже напряженным, наклонился к моему уху и произнес громким шепотом (на весь корпус слышно): — Организовать бал. Выяснить, что можно, что нет. Какую музыку ставить, что из напитков и закуски, культурная опять же программа. Договориться, кто будет делать. Приглашения написать, разослать… да мало ли всяких там дел. Кстати, не! За сам бал можешь даже не беспокоиться, оргкомитет все сделает как скажешь. А тебе надо им сказать, как сделать, чтоб наши гости остались довольны. А главное — гостей занять, ясное дело. И это можешь только ты!

— Понятно. Можно подумаю до завтра?..

— О чем тут думать, а? От таких дел не отказываются! Давай я тебе скажу… — и в следующие десять минут Педро высыпал на меня целый ворох телефонов и адресов своих знакомых, которые могли так или иначе оказаться полезными в деле организации балов. Я поблагодарил его и направился к дому.

По дороге было время подумать.

Само по себе предложение казалось куда более интересным, чем я позволил себе продемонстрировать.

Двадцать лет назад, когда на острове Корн посреди Скадарского озера открылся портал между нашим миром и миром Тош, шум в прессе превзошел все мыслимые пределы. Во всех уголках Основы люди обсуждали возникший контакт. Даже нет, не так — Контакт с Большой Буквы. Боялись, надеялись, планировали… И все. Коши, похожие и на людей и на больших кошек, никуда не спешили.

На острове, переданном людьми Основы кошам в качестве территории под посольство, возник небольшой закрытый городок инопланетников да человеческий поселок. А сюда, в Нижний Озерец, ближайший к Скадарскому озеру город, приехала толпа дипломатов. Приехала и осталась. Почему не на той стороне портала? А потому, что атмосфера планеты Тош оказалась непригодной для дыхания людей. Слишком мало кислорода и много какой-то невнятной, но вроде бы жутко ядовитой дряни. Так что посещение «той стороны» делегациями людей можно пересчитать по пальцам.

Сами коши чувствовали себя на Основе вполне комфортно. Только выглядели экзотически. Особенно хвост: в руку толщиной и больше метра в длину. Покрыты мехом в поперечную полоску — один цвет, само собою, зеленый, а второй — личный цвет коша. Например, темно-красный.

К внешности гостей люди довольно быстро привыкли, а «Контакт» застопорился на почти нулевом уровне. Обмен научной информацией как-то не пошел. Хотя кошраты вроде бы ничего не скрывали, но и не объясняли. Запрошенное людьми описание работы портала оказалось, во-первых, длиннющим видеокурсом и тонной книг, но это еще полбеды. А во-вторых, полно таким количеством незнакомой математики, что могло сравниться с хорошей шифровкой. Толкованием ее коши заняться отказались, заявив, что не умеют обучать людей. В прессе одно время ходили слухи, будто людям специально вешают лапшу на уши, и вся история могла закончиться печально, если бы не очевидное техническое превосходство гостей. Иными словами, давить на кошей просто побоялись. С тех пор два десятка лет две цивилизации осторожно присматриваются друг к другу. В Нижний Озерец перенесли престижный Дипломатический Колледж, а в местном Гуманитарном Университете появилась кафедра «межпланетной культурологии». Которую через полгода я и планировал закончить, получив диплом «специалиста по культурным коммуникациям».

Хотя за все годы обучения кошей я видел только по телевизору. Педро зря пытался опустить «дипломатов», ученики колледжа, в основном дети элиты, по крайней мере, проходили практику при посольстве. Практика состояла главным образом в выполнении мелких поручений и дел «на подхвате». Например, разносе напитков на неофициальных встречах. А я… Когда-то, поступая на кафедру, мечтал понять наших гостей, узнать их культуру… И что? Нет, о культуре кошей я знаю подробнее, чем большинство людей. Но все-таки это лишь теория, модели и догадки.

Выкатываю с университетской стоянки старенький «ИЖ-Планету». Как я уезжаю, слышит, наверное, весь универ. Ну что поделать, потерпят. Зато доберусь быстро.

Мама оказалась дома.

— Мих, ты что-то сегодня рано. Случилось что?

— Нет, мама, все отлично — сдал последний экзамен.

— И не пошел гулять? Что-то определенно произошло, — она и вправду встревожилась.

— Так… общественную работу поручили. Украсить присутствие на балу посла кошей.

Не следовало мне этого говорить.

— Что-о?! Балу?! Ты же знаешь, тебе ни на какие балы нельзя. Я много раз внятно объясняла.

— Ну, мам!.. У меня же дело будет. Я учебу заканчиваю, а кошей ни разу живьем не видел. И вообще, я там занят буду, развлекаться некогда.

— Если занят, еще куда ни шло, — она недоверчиво хмурится. — Но никаких танцев с девочками! — матушка оседлала любимого конька. — Пойми, дурачок, у тебя ожидается нормальный заработок через полгода. Просто идеальный момент, чтобы «дойный браслет» нацепить.

— Мам, да понимаю я все, понимаю…

На самом деле браслет называется БИОД — «Браслет Исполненного Отцовского Долга», но в обиходе все называют его «дойным браслетом» или «доиб», читая наоборот, поскольку позволяет доить с мужчины деньги. У нас все просто: если женщина понимает после связи, что залетела, она идет в Службу Учета, где делает генетический анализ, и по базе генокодов определяют отца. Затем к отцу приходят представители полиции и надевают на правую руку «дойный браслет». И все: с этого момента половина всех его доходов в течение двадцати пяти лет перечисляется в пользу матери ребенка. При этом они могут жить вместе или вообще больше никогда не увидеться, это никого не волнует. Говорят, лет полтораста назад существовала такая штука, как «семья». Что она из себя представляла, сейчас уже мало кто знает. Вроде бы похоже на нынешних «совместно живущих», но не вполне уверен. Когда сто лет назад к власти в основных развитых странах пришли феминистские организации, семью объявили «пережитком женского рабства» и запретили упоминать это слово в открытой прессе. Тогда же придумали и оформили в законе и «дойные браслеты».

Мама права, за всеми необраслеченными на выпускном курсе идет охота. Еще бы: такая возможность для девчат четверть века не думать о финансовых проблемах. И она знает, что говорит — сама так когда-то моего папашу поймала. Он наивно думал, раз презерватив надел, можно не беспокоиться. Как бы не так: мама один из ногтей заранее наточила. Так что одно незаметное движение, один надрез и опа — я получился. А папаша схлопотал первый браслет. Жить она с ним, разумеется, даже не собиралась, потому как считала, что мужчина — животное, предназначенное только для доения. И какой же прикол получился, когда у нее родился сын. То есть мужчина, то есть животное. А последние годы она свои взгляды вообще несколько пересмотрела. Теперь всех моих однокурсниц называет змеями да кобрами и твердит мне, чтоб держался от них подальше. Я и держусь, только вот сложно не вспоминать, как Виола губы облизывает. Ладно, шут с ней, с Виолой, даже мне видно игру.

А с папашей у мамы случился облом. То есть первые три года было все в шоколаде, зарабатывал папаша неплохо, деньги на мамин счет перечислялись регулярно. А потом его одна «змея подколодная», по маминому выражению, поймала. Вообще-то за обраслеченными меньше охотятся, но более стеснительные или просто неудачницы и таких подбирают. А все потому, что доля доходов по «дойному браслету» не может быть уменьшена. Соответственно, если за первый браслет снимают половину дохода, то за второй половину от половины, то есть четверть. За третий — восьмушку. При этом остаток не должен быть меньше прожиточного минимума. Так вот, та «змея подколодная» умудрилась залететь двойней и папаше защелкнули сразу два браслета. А папаша посчитал, что оставшаяся осьмушка ненамного больше «минимальной», да и ушел сторожем в котельную.

Тут-то все и обломилось. Маме вместо денег в очередной месяц пришел на счет фиг с маслом. Той «змее» — тоже. Только она сделала, как обычно в таких случаях — сразу по рождению сдала пару моих сестричек в интернат и пошла следующего мужика ловить. А мама меня оставила. Вышла на работу. Может, за три года привязалась, может, еще что, но денег с тех пор у нас особых не было, хотя на жизнь хватало.

И вот теперь мама перестраховывается и уже несколько раз заговаривала со мной о «сером браслете». «Серый браслет» или «Браслет Уклониста», значит, его владельцу сделана операция искусственного бесплодия. Не, яйца не режут, были, говорят, в старину такие звери, которые мужикам что ни попадя резали. Сейчас все культурно. Что-то облучают, что-то перенаправляют. За серый браслет отчисляют ту же половину дохода, что и за первый золотой биод. Только на содержание детских интернатов. Но зато серый браслет гарантированно будет единственным и никто за «уклонистами» не бегает. И надежды на исполнение сказки — образовать когда-нибудь «совместно живущую» пару — тоже можно забыть. Вот это-то и грустно…

Мама права и в том, что мужчин как раз ловят на несбыточных мечтах. Но все-таки… вот тому же Педро повезло. У него родители — «живущие вместе». Есть сестренка. У отца, понятное дело, два браслета. Только деньги как бы по кругу ходят. С него снимается три четверти дохода на счет матери Педро, а она на эти деньги ему машину дарит. И не подкопаться — все по закону, кому хочет, тому и дарит. Ему, конечно, страшно, выгнать могут, но ведь пока не выгнали. И женщина есть, с которой спать можно, не боясь. Только мало их, «живущих вместе». Хотя никто точно не знает, сколько. И мама говорит — не светит мне такого. Но все-таки я так пока и не сходил на операцию. А тут еще этот бал. Но все равно, хочу увидеть кошей. А с девчатами буду очень-очень осторожен.


Пролог Березка | Песок под солнцем (СИ) | * * *