home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Кто «заказал» Григория Распутина

Слухи не только будоражили общественное мнение, что привело в конечном итоге к Февральской революции, но и спровоцировали атаку на Григория Распутина со стороны представителей генералитета. Хотя британская разведка не имела отношения к этой акции, но, скорее всего, в Лондоне одобрили эту идею. Ведь она не только позволяла нейтрализовать одного из сторонников сепаратного мира, но и доказать наличие «темных сил», о которых сообщил в своей речи в Думе Павел Милюков.

В декабре 1916 года безуспешную атаку на императора с целью устранения влияния на дела государства «скрытых безответственных сил» и формирования опирающегося на доверие страны правительства предприняли члены Государственного совета, сословных дворянских организаций, руководители отдельных партий (входящие в прогрессивный блок Государственной думы) и группа ближайших родственников Николая Второго.

Во главе великокняжеской фронды стоял известный придворный историограф Николай Михайлович. Его поддерживали трое братьев. Их требования звучали лаконично — удаление от дел Григория Распутина и Александры Федоровны. Категорично утверждать о том, что они стали очередными «жертвами» слухов или симпатизировали Британии и поэтому начали борьбу против «темных сил», мы бы не стали. Просто это были две из множества причин, заставивших выступить их против царя.

Императрица, узнав об их требованиях, в одном из своих писем супругу назвала их кровными врагами, а великого князя Николая Михайловича просила выслать из Петрограда в Сибирь еще 4 ноября 1916 года. Причина столь категоричного требования проста — тот регулярно общался с руководителями либеральной оппозиции и часто обменивался мнениями по различным вопросам с британским послом[132].

Вторая половина 1916 года ознаменовалась не только требованиями либеральной оппозиции удаления от царского двора руководителей «темных сил», но и подготовкой серии заговоров. Все из них, кроме убийства Григория Распутина, так и не были реализованы, и о них известно очень мало. По мнению некоторых историков, наиболее вероятная схема переворота предусматривала захват императора в его поезде между Петроградом и Ставкой. С этой целью лидер октябристов и председатель Центральной военно-промышленной комиссии Александр Гучков установил контакты с офицерами различных гвардейских частей и с кружком офицеров, руководимых князем Вяземским. Солдаты не были посвящены в сущность дела и должны были просто выполнить приказ своих командиров[133].

Знала ли британская разведка о таком варианте смены руководителя страны? Скорее всего, да. Среди активных участников операции можно назвать близких друзей Роберта Локкарта — московского городского голову Михаила Челнокова и председателя Всероссийского земского союза князя Георгия Львова. Если в Лондоне знали о готовящемся перевороте, то как отнеслись к этому сообщению? Вероятнее всего, предпочли не вмешиваться в то, что происходит в Петербурге. Ведь в случае успеха к власти должны были прийти «англофилы», которые выступали за продолжение войны до конца. А те, кто выступал за сепаратный мир, утратили бы политическое влияние.

Одновременно готовилась операция по убийству Григория Распутина. Согласно «официальной» версии дореволюционных и советских историков, этот проект придумали, подготовили и успешно реализовали в ночь с 16 на 17 декабря 1916 года три человека: двоюродный брат Николая Второго великий князь Дмитрий Павлович, видный монархист-черносотенец Владимир Пуришкевич и князь Феликс Юсупов-Сумароков-Эльстон, женатый на племяннице царя Ирине Александровне.

На самом деле эти три человека были лишь исполнителями идеи, которую придумали лица, входившие в политическую и светскую элиту Российской империи и выступавшие против проводящейся Николаем Вторым внешней и внутренней политики. Сейчас доказано, что к числу вдохновителей этого «заговора» можно причислить члена кадетского центрального комитета масона Василия Маклакова (он одновременно участвовал в заговоре по устранению императора), председателя Государственной думы октябриста Михаила Родзянко, фактического лидера великокняжеской фронды Николая Михайловича, старшую сестру императрицы Елизавету Федоровну и других членов царской семьи. К этому следует добавить, что и британская разведка, как минимум, была прекрасно осведомлена об этом «заговоре». По ряду косвенных признаков можно утверждать, что ее агенты принимали участие в реализации плана ликвидации одного из лидеров «темных сил».

Объяснять роль руководителей либеральной оппозиции в убийстве Григория Распутина нет необходимости. Если эти люди ради своих политических интересов планировали сместить самого императора, то, что тогда говорить об обычном сибирском мужике, которого ненавидела вся страна. А вот на описании роли Николая Михайловича и британских разведчиков мы остановимся подробнее. Ведь Николай Михайлович, мягко говоря, симпатизировал англичанам. Вспомним упоминавшийся выше факт его контактов с британским послом. Кто знает, может быть, британские знакомые подтолкнули его к мысли о том, что «ужасное положение династии» связано с «влиянием Распутина». Такую идею он высказал в начале ноября 1916 года одному из исполнителей заговора Михаилу Пуришкевичу. А через несколько дней, 6 или 7 ноября 1916 года, черносотенец сообщил Василию Маклакову, что принято решение об убийстве Григория Распутина в ночь с 16 на 17 декабря 1916 года. А незадолго до этого с членом центрального комитета кадетов встретился Феликс Юсупов и сказал, что у кадетов есть два способа устранения «святого старца» — купить или убить. Собеседники тогда не о чем не договорились.

Какие конкретно цели преследовали заговорщики и почему в успешной реализации этого проекта были заинтересованы не только в Петрограде, но и в Лондоне? По утверждению Василия Маклакова, Феликс Юсупов и его сообщники полагали, что после устранения Григория Распутина императрица потеряет душевное равновесие и ее придется поместить в психиатрическую больницу. Тогда все переменится, и царь «сделается хорошим конституционным монархом». В таком развитии событий были заинтересованы и в Лондоне. Ведь реальной политической властью в стране обладали бы партии, которые доказали свое «англофилию».

Хотя был более весомый аргумент в пользу нейтрализации Григория Распутина. Вот что об этом написала жена Родзянко матери Феликса Юсупова (обе дамы были в курсе деталей «заговора» и активно поддерживали его) 1 декабря 1916 года: «После официального сообщения о предложение Германии и Австрии начать мирные переговоры очень опасаются распутинского согласия на заключение мира помимо союзников. Все вероятно. Послы французский и английский жаловались… что их принимают с трудом, а Германия через Александру Федоровну старается восстановить царя против союзников. Никогда Россия не видела таких черных дней и таких недостойных представителей монархизма»[134].

Руководитель военно-разведывательной миссии Самуэль Хор подразумевал «Распутина и его компанию» (т. к. она «является скрытой движущей силой антивоенных группировок», опасность сепаратного мира оставалась). Например, британец в своем донесении директору военной разведки 9 декабря 1916 года (озаглавленном «Состояние общественного мнения в России») отмечал рост недовольства царским правительством во всех социальных слоях, причем у «трудящихся классов» оно сосредоточивалось в основном «на плачевном состоянии в сфере продовольствия». Так, недавно «произошло несколько угрожающих стачек в Петрограде и в других промышленных центрах». Причем, начавшись в качестве демонстраций против войны, они «завершились манифестациями против правительства». Обнадеживающим симптомом разведчик считал преобладание либеральной оппозиции над «темными силами»[135].

Поступок убийц Григория Распутина встретил одобрение и поддержку не только среди членов императорской семьи, но и среди сотрудников британского посольства. Так, 19 декабря 1916 года английский посол Бьюкенен неожиданно устроил в фешенебельном ресторане Контана вместо традиционной ежегодной встречи банкет представителей британской колонии с участием Родзянко и Сергея Сазонова. Дипломат, пользуясь случаем, призывал к продолжению войны до победного конца.

Это был не единственный «английский след» в трагедии, разразившейся в особняке Юсупова. Выяснилось, что в заговоре замешан английский офицер Освальд Рейнер — один из друзей Феликса Юсупова по Оксфордскому университету. Как минимум, этот человек знал о готовящемся убийстве[136].

Роберт Локкарт признался в своих мемуарах, что был близко знаком с Дмитрием Павловичем, «самым большим англофилом из всех великих князей»[137]. В отношении остальных убийц Роберт Локкарт написал, что они верили в «старый режим и хотели его спасти», действуя из соображений, «пожалуй, неправильно понятого патриотизма».

Британский разведчик Самуэль Хор признал, что Михаил Пуришкевич предупредил его за две недели о предстоящем убийстве. При этом Хор не проинформировал об угрозе российские власти. Зато он стал первым из западных дипломатов, кто доложил своему правительству подробности ликвидации Григория Распутина. Не скрыл он и расчетов, с этим связанных, в т. ч. на «незамедлительную отставку Протопопова и различных шефов тайной полиции», а также на постепенное устранение с ответственных постов видных распутинцев, которых считал германофилами.

Вот только здесь британская разведка ошиблась. Николай Второй, наоборот, начал заменять либерально настроенных министров сторонниками Григория Распутина. Например, 27 декабря 1916 года председателем Совета министров был назначен князь Николай Голицын, который до этого руководил Комитетом помощи русским военнопленным под патронажем самой императрицы. Также активизировались попытки зондажа сепаратных переговоров[138].


Кто генерировал антигосударственные слухи | Допросы сионских мудрецов. Мифы и личности мировой революции | Накануне февральской революции