home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 15

Августовская ночь выдалась на удивление душной, жаркой и темной. Надвигалась гроза. Лотта никак не могла заснуть. Ее ум метался, как зверек, попавшийся в силки. Мысли переходили от Эвана, запертого в его маленькой, лишенной воздуха комнатке под крышей гостиницы, к его сыну, одинокому беглецу, на которого объявлена охота по всей территории королевства. Она все ворочалась, то взбивая подушки, то отбрасывая со вздохом. Это все от жары, в которой невозможно заснуть. А может, от мыслей, которые никак не давали ей покоя. Мощный порыв, соединивший ее с Эваном, подхлестнул ее желание делать что-то, предпринимать, помогать.

Она провела полдня на рынке и в магазинах, переходя с места на место, прислушиваясь к сплетням, стараясь подхватить малейший намек, где может скрываться Арланд Райдер. Она послала Марджери осторожно расспросить служанок и работников с мельницы, подбросив мысль об обещанной за информацию награде. Но ничего не было слышно. Большинство сплетен было о ней самой. Казалось, каждому интересно обсудить подробности ее лондонской прогулки. У всех на слуху история про то, как она застрелила своего бывшего мужа из старинного пистолета, после чего бежала, ускакав на одной из неоседланных лошадей из упряжки кареты. Ободряющим, однако, было то, что публика с одобрением восприняла все ее воображаемые приключения. Грегори Каминз был банкиром, а большинство не доверяло тем, кто наживает свои баснословные богатства во время разорительной войны.

Занавески в спальне внезапно взметнулись у открытого окна. Послышался скребущий звук, и какой-то человек перевалился через подоконник в комнату, обессиленно растянувшись на полу. Лотта схватила ночную вазу и угрожающе замахнулась. Может быть, это просто неумелый грабитель, но она и ему не оставит шансов.

— Умоляю, не кричите! — Человек поднялся и протянул к ней руку в красноречивом жесте. Он двинулся к Лотте и схватил ее за руку. Он весь дрожал, рукава тюремной рубахи висели лохмотьями, лицо в сочившихся кровью порезах.

Лотта всмотрелась и выронила свое оружие из рук.

— Арланд, — выдохнула она.

Арланд был точной копией своего отца. Смотреть на него — все равно что видеть зеркальное отражение Эвана. И все же при повторном взгляде это оказалось не совсем так. Юношеское лицо отражало молодость и неиспорченность, в сочетании с силой и настороженностью мужчины. Арланд был высок и широк в кости, но по-юношески долговяз и неуклюж, будто еще не совсем дорос до собственного тела. Он выглядел истощенным, больным и обессиленным.

Лотта почувствовала, как ее сердце дернулось и тяжело застучало.

— Им приказано идти сюда, — задыхаясь, сказал Арланд. Он говорил по-английски правильно, но с сильным французским акцентом, очень заметным. Он поймал руку Лотты, переводя дыхание. — Спрячьте меня, пожалуйста…

— Кто… — начала было Лотта, но Арланд только покачал головой:

— Пожалуйста, они уже рядом. Все объяснения потом…

Словно в подтверждении его слов, снаружи раздались тяжелый топот сапог, выкрики команд, нетерпеливый стук в переднюю дверь.

— Они обязательно найдут вас, если станут обыскивать дом.

Ее ум лихорадочно перебирал идею за идеей, чтобы найти подходящий выход. Невозможно допустить, чтобы он попал в руки властей. В прошлом она не раз готова была предать Эвана, но сейчас совсем другое дело. Эван может сам о себе позаботиться. Арланд — юноша, который играет по чужим правилам в такой страшной игре, как война. Он уже так много повидал и выстрадал. Кроме того, Лотта совершенно точно знала, что теперь уже никогда не сможет предать Эвана. И меньше всего — его сына. Что-то произошло между ними в тот день, когда он окончательно доверился ей, что-то глубокое и важное, сблизившее ее с Эваном гораздо надежнее, чем желание соблюсти собственные интересы, жадность или стремление к безопасности. Она не была уверена, что хотела этого. Самоотверженная любовь — это не по ее части. Но она не чувствовала в себе силы отказаться от нее.

— Раздевайтесь, — коротко скомандовала она. Арланд отшатнулся от нее:

— Прошу прощения, мадам?

— Снимайте одежду и спрячьте ее куда-нибудь. Ложитесь ко мне в постель.

Грохот в дверь повторился с новой силой. Лотта расслышала голос Марджери и звук отпираемых засовов.

— Делайте, что я вам говорю, — прикрикнула Лотта. — Ну же!

Она увидела отсвет понимания в глазах Арланда и подтолкнула его к кровати. Схватив свой отделанный лебяжьим пухом халатик, она подбежала к шкафу и, выхватив оттуда какую-то одежду Эвана, разбросала ее по полу вперемешку с собственной, как будто ее срывали в приступе страсти, не терпящей промедления. После этого Лотта поспешила к двери. Хорошо, что волосы в беспорядке — появление Арланда подняло ее с постели. Быстрый взгляд в зеркало убедил, что она выглядит достаточно растрепанно, то, что надо, чтобы сбить с толку преследователей. Лотта вновь окинула оценивающим взглядом шелковый халат и прозрачную ночную рубашку под ним. О да, есть чему сбить с толку кого угодно.

Внизу уже толпились солдаты. Марджери стояла со свечой в руке и выглядела маленькой и испуганной.

Лотта подошла к перилам лестницы и остановилась.

— Что здесь происходит? — властно, как и полагается представителям герцогской фамилии Пализеров, произнесла она.

Группа вооруженных людей внизу остановилась, замерев. Все подняли головы вверх и уставились на нее. Лотта демонстрировала свое негодование. В доме без ее ведома вооруженные люди. Прелестный маленький столик с цветами, стоявший внизу возле двери, оказался перевернут, гобелен сорван со стены. Громкие голоса доносились из гостиной, по дому раздавался грохот сапог.

— Солдаты, мадам! — с дрожью в голосе произнесла Марджери. — Они говорят, что в нашем доме укрывается сбежавший заключенный, — доложила она, бросив на Лотту извиняющийся взгляд. — Нас всех могли убить прямо в наших кроватях, мадам?

— Что за ерунда! — беззаботно ответила Лотта, спускаясь вниз по лестнице. — Как тебе в голову пришла такая чепуха?

Лотта повернулась к солдатам, которые смотрели на нее во все глаза с выражением похоти или удивления, но никто не остался равнодушен.

— Или ты считаешь, что нас насмерть затопчет толпа головорезов? Что же, очень может быть.

Ее взгляд упал на офицера, видимо возглавлявшего операцию, худенького и светловолосого, совсем еще юного.

— Лейтенант, объясните, что это за вторжение?

— Извините за беспокойство, мадам, — ответил покрасневший лейтенант. — Ваша горничная права — мы ищем беглого заключенного. Его видели неподалеку от вашего дома. У меня приказ схватить его.

— Ах, как драматично, — произнесла она. — А мне казалось, что в Вонтедже никогда не происходит ничего интересного. Тем не менее не стоит искать его за моими гобеленами. Это ручная работа и стоит кучу денег. Вы были бы очень добры, приказав своим людям проявлять большее уважение к моей собственности.

— Конечно, мадам, — сказал лейтенант, краснея еще гуще. — Поосторожнее там, — рявкнул он на одного из своих людей, который чуть было не упал, запнувшись, увлекая за собой книжную полку. Лейтенант вновь повернулся к Лотте: — Разрешите осмотреть верхний этаж, мадам?

— Ну, если вы считаете, что это необходимо, — с выражением скуки, ответила Лотта. — Но у меня будет к вам маленькая просьба, лейтенант. Может быть, вы не станете устраивать обыск в моей комнате? Я была бы крайне благодарна вам за это. Уверяю, никто не входил туда без моего разрешения.

Лейтенант остался непреклонен.

— Мадам, у меня приказ обыскать весь дом, не делая исключений. Любой может забраться через окно и спрятаться где-нибудь, пока вы спите. Это необходимо для вашей же собственной безопасности.

Лотта слегка коснулась его руки, и лейтенант послушно умолк.

— Едва ли можно говорить о том, что я спала, лейтенант, — очень искренне произнесла Лотта. — Стоит пояснить?

Прошло некоторое время, пока лейтенант сумел переварить сказанное. Наконец, в его глазах блеснуло понимание. Лотта подивилась, так ли давно он и впрямь покинул стены школы. Так или иначе, но просветление наступило, и он густо покраснел. Лотта испугалась, как бы его не хватил удар.

— О! — выдохнул он, окинув взглядом ее фигуру в полупрозрачной ночной рубашке и теряя самообладание, срочно перевел его на картину в дальнем конце комнаты. — Насколько мне известно, — сказал он, — лорд Сен-Северин вместе с остальными пленными находится под стражей в «Медведе», мадам.

— Так и есть, — согласилась Лотта. Она простодушно взглянула ему в глаза. — У меня сегодня другой гость. Знаете ли, мне так одиноко, — сказала она с каким-то неопределенным жестом. — А знаете, как это говорится… Мужчина, который пренебрегает своей любовницей, открывает вакансию…

— Мадам! — воскликнул лейтенант, сделав огромные глаза.

Лотта не могла понять, что потрясло его больше: мысль о том, что она с такой легкостью изменяет своему покровителю, или ужас от того, что человек, подобный Эвану Райдеру, известному дуэлянту, мог сделать со своим соперником.

— Кто мог решиться… — пробормотал он.

— Никаких вопросов, лейтенант, — попросила Лотта, коснувшись пальцем его губ и поманив его за собой наверх. — Несомненно, я провожу вас наверх, но умоляю вас, не побеспокойте моего… друга. Он еще очень молод, принадлежит к хорошей фамилии, что живет по соседству и… — немного поколебавшись, продолжала она, — может произойти грандиозный скандал, если его инкогнито будет открыто. Я думаю, вам не захочется быть замешанным в этом.

— Разумеется, нет, — пылко согласился лейтенант.

Лотта видела, что его мысль заработала, лихорадочно перебирая все возможные кандидатуры по соседству.

Лотта отступила назад и стала подниматься вверх по лестнице, приглашая следовать за ней. Скоро он уже стоял перед дверью в комнату Лотты с выражением человека, на долю которого выпала миссия, совершенно лишенная смысла.

Лотта тихонько постучала в дверь спальни.

— Вы уже проснулись, мой дорогой? — шепотом спросила она, в то время как лейтенант мялся и краснел рядом с ней.

Ответа не последовало.

— Боюсь, он слишком изнурен, — созналась Лотта.

Казалось, лейтенант совершенно ослабел от тех образов, которые воображение услужливо подсовывало ему.

Лотта толкнула дверь спальни, чувствуя, как сердце уходит в пятки, и пропустила лейтенанта в комнату.

Арланд сделал все так, как надо. Лотта с облегчением перевела дыхание. Он спрятал свою тюремную одежду, а сам растянулся на большой кровати. Смятые покрывала оставляли открытыми лишь одно на удивление широкое плечо, часть руки и большую ступню, торчащую из-под простыней. Он лежал на животе с повернутым в сторону лицом, будто глубоко и крепко спал, тихонько похрапывая. Когда Лотта вошла в сопровождении лейтенанта в комнату, он сонно задвигался и вздохнул.

— Бедный мальчик, — посочувствовала она, обращаясь к лейтенанту и поднимая свечу повыше, чтобы лучше осветить комнату. — Он так устал. Сами видите, здесь больше никого нет, сэр.

— Но окно открыто, — возразил тот, с трудом отводя взгляд от мужчины на кровати. — Вполне возможно, что беглец взобрался по плющу и проник в комнату…

— Это я сама открыла окно совсем недавно, — продолжала улыбаться Лотта. — Горячая ночь…

— Представляю себе, — пробормотал лейтенант. Он даже сглотнул, снова представив себе, что могло здесь происходить, потом поспешно осмотрел два больших шкафа, стоящих в комнате. Стало ясно, что никто не прячется даже за шторами.

— Может, стоило бы проверить под кроватью? — с готовностью предложила Лотта.

Лейтенант отрицательно покачал головой:

— Думаю, в этом нет смысла, мадам.

— В таком случае можно считать, что ваше любопытство полностью удовлетворено, лейтенант, — проворковала Лотта.

— Так и есть. Благодарю вас, мадам, — запинаясь, произнес он, пятясь спиной к двери. При этом лейтенант имел вид человека, которого срочно вызывают по совершенно неотложному делу на другой край света. — Весьма любезно с вашей стороны.

Он скомандовал своим людям, и Лотта увидела, как они выходят из дверей дома.

— Они ушли, — сообщила Лотта Марджери, которая переминалась с ноги на ногу в наброшенном на плечи одеяле, охваченная нервной дрожью. — Отправляйся спать. Теперь ты в полной безопасности.

Она быстро и крепко обняла девушку и отослала ее наверх. Потом вернулась к двери и закрыла ее, чуть не подпрыгнув от страха и неожиданности, когда из тени выступил Эван.

— Я думала, что вы находитесь под замком. Как вам удалось выбраться оттуда? — воскликнула она.

— Через крышу, — ответил он, рассмеявшись. — Он здесь? — порывистым жестом схватив ее руку, спросил Эван.

— Наверху, — ответила Лотта.

Эван потянул ее в дом и запер за собой дверь. Потом повернулся к ней, обнял и поцеловал. Она почувствовала такое облегчение, благодарность и ласку, что душа ее буквально растаяла. Никогда прежде Эван не целовал ее, если только не хотел заняться любовью. Теперь Лотте трудно было скрыть улыбку, глядя в его забавно смущенное лицо, когда он отпустил ее. Сердце Лотты затрепетало.

— Вы все время находились там, снаружи? — спросила она.

— Достаточно долго, чтобы убедиться, что вы способны на бесстыдное кокетство с офицером британской армии, — ответил Эван. — Надеюсь, вы осознаете, что решились на предательство? Их взгляды встретились.

— Я знала, на что шла, — сказала Лотта.

Она увидела улыбку в его глазах, словно солнце отразилось в воде.

— Спасибо, — тихо произнес он.

Эван не задавал вопросов о том, может ли доверять ей, не требовал обещаний не предавать Арланда. Он просто стоял, глядя на нее. А она чувствовала, как ее сердце сжалось. Слезы теснились у нее в горле, не давая выхода словам.

— Вы доверяете мне…

Эван одарил ее сияющей улыбкой.

— Где он?

— В моей постели, — пожала плечами Лотта. — Где же еще можно спрятать мужчину в этом доме?

— Тот, о ком вы сейчас говорите, — мой сын, — засмеявшись, напомнил Эван.

Он бросился вверх по лестнице, перескакивая через две ступеньки. Лотта чувствовала в нем восторг, яркое пламя счастья, светившееся изнутри.

— Только не разбудите Марджери, — взмолилась она. — Бедняжка сегодня перепугалась до полусмерти.

Арланд сидел, устроившись на краю кровати. Он уже почти оделся и выглядел еще моложе, чем показался вначале. Отсветы пламени подчеркивали бледность его лица и черноту кровоподтеков на коже. Когда дверь открылась, он бросил тревожный взгляд и, увидев Эвана, на мгновение остолбенел, тяжело сглотнул и открыл рот, но не смог произнести ни слова.

В комнате повисла абсолютная тишина. Отец и сын не могли оторвать взгляд друг от друга.

— Мы не ожидали, что ты сделаешь это сам, — проговорил Эван охрипшим от волнения голосом.

Потом он протянул руку в странном нерешительном жесте. Арланд поднялся с кровати, двинулся через комнату и вдруг невероятно быстрым движением бросился в объятия отца. Лотта вышла и тихонько закрыла за собой дверь, оставив их наедине.


Страшная гроза разразилась часом позже, молния разрезала небо, дом сотрясали страшные порывы ветра. Лотта зарылась в одеяла и думала об Эване, который в эту минуту провожал Арланда в безопасное место под покровом кромешной тьмы и ливня. Ей не хотелось их отпускать, несмотря на то что оставаться в Монастырском приюте долго было небезопасно. Лотте пришлось привстать на цыпочки, чтобы поцеловать его в губы. Ее душа разрывалась от страха за него, острого чувства тоски, она знала — Эван никогда больше не захочет оставить Арланда одного без защиты. Все ближе то время, когда он уйдет от нее навсегда. Пока об этом разговор не заходил, но Лотта знала, что бегство сына изменило все планы, каковы бы они ни были. Он должен только удостовериться, что Арланду удалось благополучно покинуть берега Британии, а потом отправится он сам. Это случится не завтра и не через несколько дней, но очень скоро. Тогда она останется одна. Эван соединится с любящим сыном, они нужны друг другу. Она, как ребенок, когда-то оставшийся без отца, прекрасно понимала их чувства, хотя отчаянно желала сохранить Эвана для себя.

Лотта плотнее закуталась в одеяла, пытаясь выкинуть все эти мысли из головы, раз уж от них невозможно избавиться совсем. Воздух стал прохладнее, из окна веяло свежим запахом дождя и листьев. Прохлада коснулась ее лица, заставив вздрогнуть. Она чувствовала холод, который шел откуда-то изнутри. Никакие одеяла не могли помочь. Немногим меньше двух месяцев тому назад, стоя под яблонями в саду, она поняла, что отношения с Эваном не вечны и ей всегда будет одиноко. Отцы, мужья, любовники приходят и уходят. Мужчины — это существа, которые не достойны доверия.

Она не станет писать Тео о том, что произошло той ночью. Это решение было принято уже тогда, когда она укрыла у себя Арланда, совершив предательство, которое совершать не собиралась даже для собственного будущего.

Лотта лежала с открытыми глазами, глядя на занавески, которые поднимал ветер из окна. Гроза закончилась, наступила тихая ночь. Она не представляла себе, как сложится ее будущее без Эвана. Он заплатит ей достаточно денег, а в том, что будет дальше, не было никакой определенности. Словом, свое будущее она создала сама.


Глава 14 | Сладкий грех | Глава 16







Loading...