home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 11

Болтливый земляк

Все гости разъехались, и дом погрузился в дрему.

– Дружище, скажи, Мадам Вонг не в обиде на меня? – поинтересовался Чарли, натягивая пижаму.

– Почему так думать? – удивился Чучо, со смехом наблюдая, как нетрезвый англичанин втискивает сразу обе ноги в одну штанину.

– Я ее не видел больше суток! За ужином мне показалось, что она сердится!

– Мадам очень много работать! Ночью вчера нет дома – приехать утро! Потом приходить министры. Много говорить! – произнес испанец с серьезным видом, в его голосе были нотки сочувствия, что позабавило мужчину. Калека, пострадавший от рук мерзавцев-разбойников, сопереживал пиратке – слишком много трудится богиня смерти!

– Мадам теперь отдыхать. Курить опиум и вжих, – Чучо взмахнул рукой, показывая полет. Видимо в каком-то смысле Шан отсутствовала и гостила в опиумном царстве, где сон обволакивал сознание таким плотным коконом, что забывалось все на свете.

– Что ж, этой ночью все будут спать крепко! – произнес многозначительно англичанин, выделяя каждое слово во фразе, чтобы его помощник понял: Чарли будет спать крепче всех. Чучо активно закивал, тихо хихикая, потому что верх пижамы быт одет наизнанку, испанец помог укрыться одеялом и, выключив свет, покинул спальню.

Чарли не спал и выжидал, пока все уснут, чтобы попытаться проникнуть в подвал, в котором скрывалась одна из тайн Мадам Вонг. Журналист решил вспомнить ремесло и достать с дальней полки запылившиеся амбиции. Тратить драгоценное время на жалость к себе он не мог, поэтому решил действовать. На всякий случай он разыграл спектакль перед Чучо, на самом же деле он был почти трезв, потому что львиную долю портвейна выпила стойкая Мими. Она могла влить в свой организм несколько литров спиртного, а приступы веселья и безумства у нее случались и на трезвую голову.

Было часа три ночи, когда Чарли спускался по лестнице на первый этаж. Он знал, что стена открывается без шума, поэтому надеялся, что прислуга не проснется. Днем пробраться туда было намного сложнее. Возле заветной стены он замер, затем присел чтобы быть приблизительно роста, как Малыш Ли и начал ощупывать стык стен. Не было ни кнопок, ни рычажков.

– Любопытство – враг человеческий! – весело произнесла Мадам Вонг. Англичанин чуть не вскрикнул от испуга. Сделав несколько глубоких вдохов, он повернулся и приготовился защищаться, но хозяйка дома его опередила:

– Не надо, ничего не придумывай! Ты хочешь знать, что там внизу?

Чарли неуверенно пожал плечами.

– И что ты будешь делать с этой информацией?

Мужчина закатил глаза, почесывая затылок и издал вдумчивое «нууу…».

– А если твой жизненный цикл значительно сократится, после того, как ты узнаешь, какую тайну хранит подвал? Ты захочешь туда спуститься?

«Конечно, нет!» – захотелось прокричать мистеру Стюарту и вернуться в теплую удобную постель в его спальне. Но он уже ввязался в эту нехорошую игру и, чтобы не выглядеть трусом, он дал согласие на то, чтобы удовлетворить свою жажду познаний.

В руке вдовы Вонг блеснула тоненькая пластина, которую она аккуратно втиснула в незаметную расщелину, раздался едва уловимый щелчок и стена исчезла. Шан направилась вниз по тускло освещенной лестнице. Чарли, обреченно вздохнув, направился за ней.

Грузный мужчина сидел в углу, уронив голову на свои колени. Он встрепенулся, когда вошла женщина, и тут же вскочил на ноги. Это был Патрик – финансист, земляк Чарли, с которым они так нелюбезно поболтали во время недавнего праздника. При виде Мадам Вонг похищенный человек разрыдался и с тоской произнес:

– Моя жена, наверное, места себе не находит! У нее ведь слабое сердце! Вы же человек! И должны иметь хоть каплю сострадания!

Чарли тут же вспомнил нежный вкус ягнятины и слова Мадам Вонг о том, что к людям жалость она не испытывает. Пленник встал на колени и начал рыдать, как дитя, умоляя о пощаде.

– Я не хотел вас обзывать! Клянусь! Наоборот, я позавидовал вашему спутнику, – тут он замолчал, вглядываясь в лицо мужчины, стоящего за спиной китаянки. – Мистер Стюарт, скажите ей, что я всего лишь…

Патрик замолчал, оценивая ситуацию: на англичанине была пижама и тапочки, значит он жил в этом доме. Понятно, что он не являлся супругом этой женщины, но кем он был для нее? Любовником? Пособником? На чьей стороне его земляк?

– Ах ты, мерзавец! Враль несчастный! Ты сказал, что она твоя жена! А на самом деле ты с ней в сговоре! – взвизгнул догадливый мужчина. Настроение Патрика резко поменялась, он вдруг стал патриотом и произнес несколько высокопарных фраз о любви к родине. На самом деле он надеялся очернить обманщика в глазах Мадам Вонг, и предложить свои услуги, потому что ради собственной выгоды недобропорядочный гражданин своей страны был готов на все. Свои предложения о дальнейшем сотрудничестве Патрик тут же озвучил, пообещав служить красавице-пиратке верой и правдой.

Шан лишь рассмеялась в ответ, и, не удостоив его разговором, пожелала приятных снов, после чего покинула подвал. Мрачная тень Чарли скользила рядом, слыша, как скулит плененный англичанин и содрогаясь от этих неприятных звуков.

– Иди спать! Встретимся за завтраком, и я отвечу на твои вопросы. Возможно не на все, но на большую часть! – произнесла Шан, через силу улыбнувшись. Она удивленно посмотрела на пижаму, а потом поняла, что она натянута на левую сторону.

Мужчина заснул лишь на рассвете, устав вертеться и думать о дальнейшей участи Патрика. С какой целью его держать в подвале? Выкуп? Много ли дадут за труса и предателя? Финансист не являлся важной шишкой – один из служащих среднего пошиба, которого легко можно заменить. Никакой особо важной информацией этот похотливый неудачник не владел. Чарли вдруг очень захотелось написать статью о том, как хрупка жизнь человека и как легко стать марионеткой, невинной жертвой в руках коварного, бездуховного манипулятора. Он боялся наступления утра и впервые в жизни молился, чтобы случилось чудо.

Мистер Стюарт проспал завтрак и открыл глаза лишь к обеду. Чучо с осторожностью заглянул в его апартаменты и, увидев, что мужчина не спит, очень обрадовался.

– Мадам спрашивать! Много раз! – произнес робко испанец.

– Почему мадам не прийти и не перерезать мне горло? – мрачно отшутился проснувшийся мужчина, не желая подниматься с кровати.

На обед он все же вышел прямо в пижаме, и не умывшись. Его встретил телохранитель Мадам Вонг, и, смерив взглядом, грубо произнес:

– Ты ведь не собираешься в таком виде войти в столовую?

На руках Шэнли англичанин заметил кровь, это вызвало беспокойство у англичанина, но он решил продемонстрировать, что не боится крепыша.

– Я планирую отобедать прямо в пижаме! Что? Прирежешь меня? За это?

– Если мадам Вонг отдаст распоряжение, то прирежу, – спокойно произнес в ответ мужчина. К задирам он относился снисходительно с раннего детства. Чарли ухмыльнулся и, ничего не добавив, направился в столовую.

Шан была в чудесном расположении духа. Она о чем-то вполголоса разговаривал с Терезой, а когда вошел Чарли, они поспешно завершили разговор. Оценив наряд гостя, безупречно одетая дама уточнила, каковы причины пренебрежения приличиями.

– После того, что я видел ночью, я пришел к выводу, что не стоит тратить время на такие глупости, как соблюдение приличий!

– Ты про нашего гостя?

– Гостя! – усмехнулся Чарли и, вспомнив окровавленные руки Шэнли, добавил: – Патрика уже увели на бойню?

Не дожидаясь приглашения, Чарли сел и, потирая руки, внимательно осмотрел стол. Увидев мясо, он придвинул его к себе, пожирая кусок за куском прямо из общей тарелки.

– У тебя хороший аппетит! – оценила Шан, не понимая причину истерического состояния мужчины.

– Перед смертью не надышишься! – ответил он, жадно запивая еду вином.

– Ты похож на одичавшего человека! Что с тобой, Чарли? Тебя что-то беспокоит? – с материнской теплотой произнесла женщина, что показалось ему верхом цинизма.

– И все-таки я хочу знать: как там наш друг Патрик?

– Чудесно! Надеюсь, скоро будет дома. Мы ждем выплаты.

– Ты его похитила с целью выкупа?

– Это одно из направлений бизнеса империи Вонг.

– Торговля людьми и похищения, по-твоему, бизнес? – съязвил англичанин, тут же выругавшись, потому что здоровенная теплая капля жира украсила его пижамные брюки.

– Ты стал моралистом? Тебя вдруг начали волновать судьбы людей? Или это шкурный интерес? Ты просто опасаешься за собственную жизнь, мой милый друг?

Шан подчеркнула последние слова, потому что «милым другом» его называла фальшивая Мими, с которой он неожиданно сблизился. Вдову Вонг тревожил этот факт. Не то чтобы она ревновала, это было чувство иного характера, скорее она чувствовала себя чем-то обделенной.

– Зачем ты убила Сюли? – строго уточнил мистер Стюарт, решительно отодвинув тарелку с остатками мяса.

– Она лгала.

– Ты испортила ей жизнь!

– Я могла умереть. Она подсунула в мою постель ядовитую змею, – защищалась Шан. – Я не знала, что будут такие последствия после ее падения с лестницы. Я предложила ей деньги на лечение, но она была со мной очень груба и отказалась от помощи. Ей бы не отняли ногу, если бы она вовремя обратилась к хорошему доктору!

– Все равно не понимаю, зачем уничтожать людей за пару-тройку искажений в фактах?!

– Она наплела, что я отдавалась морякам на берегу! Я не могла пропустить этот факт! Потому что это неправда!

– Ты же заработала кучу денег! Так каким образом?! – подозрительно спросил мужчина. От ярости он чувствовал себя свободно и повысил голос на Шан, не отдавая себе отчета, что это может выйти ему боком. Но вместо того, чтобы прекратить разговор, женщина начала оправдываться, словно перед ней был не пленник, а ревнивый муж, которому кто-то нашептал об ее изменах.

– Я ходила на берег и часто встречалась с одним моряком… Это был мой отец. Когда умерла мама, он сошел с ума от горя. Долгие годы, старея, папа скитался по берегу, будто искал что-то забытое… совсем позабыв о том, что когда-то у него была дочка…

Шан вспомнила ужасный день, когда ее отец потерял контроль над ситуацией. Ей было почти пятнадцать, когда мать заболела. Девушке сначала ничего не говорили, но затем доктор начал бывать в их доме все чаще и чаще, а когда пожилая женщина слегла, объявил, что ничем помочь не может. Отец все свое время проводил рядом с матерью, перестал выходить в море. Денег в доме не было. Доктор рекомендовал варить мясные бульоны или давать мякоть рыбы больной женщине, чтобы поддерживать остатки сил в организме. Пройдоха-сосед предложил юной красавице заработок: он знал человека, который за ночь с ней готов заплатить много денег. Шан не согласилась. Когда и отец начал терять силы, она пошла на сомнительную сделку и попала к богатому человеку. Это была самая жуткая ночь в ее жизни, которую она вспоминала с содроганием. Пережив боль и унижение, ставшая женщиной дочь бывшего моряка-рыбака купила наутро самые лучшие и дорогие продукты. Но вернувшись, домой она увидела странную картину: ее съехавший с катушек отец нарядил мать в занавески, как невесту и как будто бы сочетался с ней браком, обещая любить ее вечно. Моряк не узнавал девушку и разговаривал с ней, как с чужим человеком. Она промучилась с ним несколько месяцев, а потом убежала из дома. Шан нанималась на работу уборщицей и посудомойкой, но там платили гроши. Некрасивые старые женщины крутили растрескавшимися от тяжелой работы пальцами у виска и говорили, что при такой красоте и молодости Шан могла стать богачкой в считанные дни. Но продавать свое тело для нее было неприемлемо, и поэтому девушка продолжала выскребать чужие миски и питаться объедками. Случайно она узнала, что танцовщицы зарабатывают намного больше посудомоек и уборщиц, они иногда раздеваются, но клиенты трогают женские тела только с их позволения. Увидев объявление, будущая мисс Вонг отправилась на прослушивание.

– Отец ушел из дома и забыл о том, что когда-то в его жизни были мама и я. Он пел песни морякам, а они кидали ему мелочь. Я ему давала деньги, но другие нищие их отбирали. Поэтому я покупала ему продукты и иногда одежду. Виктория стала новой женой моего отца. Узкая полоска воды, разделяющая Гонконг и Коулун, носит название бухта Виктория. Коулун – полуостров, где я родилась. Пристанище беженцев. Там действуют свои правила и законы.

Голос Шан дрогнул, и она сильно сжала кулаки. У Чарли было смешанное чувство: он не жалел эту женщину, возможно потому что боялся ее, но с другой стороны, история ребенка, опекающего человека, сошедшего с ума, была волнующей. «Если бы она дала эксклюзивное интервью», – на мгновение в нем проснулся журналист-профессионал, который, как и Патрик, был пленен и сидел где-то глубоко внутри, не зная что его ждет в ближайшем будущем. Один из лучших материалов, попадавшихся за многие годы, уплывал из его рук.

– И все-таки: когда ты отдашь распоряжение своей бойцовской собаке Шэнли разделаться со мной?

Мадам Вонг некоторое время смотрела на собеседника растеряно, она все еще была во власти воспоминаний об отце. Было ощущение, словно и она тронулась умом, не узнавая мужчину, сидящего напротив, но затем Шан рассмеялась и с трудом произнесла, подавляя новые волны немного нервного смеха:

– Когда я получу выкуп за толстячка Патрика, он вернется в свою страну и расскажет о том, что видел: как Чарли Стюарт помогает мерзкой пиратке организовывать похищения. Ты был частью спектакля в тот вечер, ты ведь это понял?

– Да, я может быть и немного наивный, но не так глуп, как может показаться на первый взгляд! Даже теперь не знаю, что лучше: физическая смерть в логове разбойницы или порицание соотечественников! – зло усмехнулся Чарли. Теперь все, что он делал долгие годы, теряло смысл. Мадам Вонг была абсолютно права: длинный язык гнилого Патрика подведет жирную черту под всем, что он создал, – бесчисленным количеством статей с высокопарными размышлениями о мире и добре. Джессике придется поменять фамилию. Это хорошо, если она выйдет замуж сразу, тогда Лили не будет знать, что ее биологический отец – трус и предатель. Внутри внешне спокойного англичанина бушевала буря. Теперь он сам захотел убить чертового болтуна Патрика! Чтобы избавиться от кровожадных мыслей он попросил разрешения воспользоваться курительной комнатой.

– О, да! Выключи сознание, Чарли, у тебя наверняка началась гражданская война внутри черепной коробки! Самое время напустить туда опиумного дыма, чтобы выкурить неудобные мысли, – с улыбкой произнесла вдова Вонг. – Чучо выдаст все, что необходимо.


Глава 10 Английский пленник | Королева пиратов | Глава 12 Спектакль без антракта