home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement





III

Шерлок Холмс всегда недолюбливал прессу, называя газетчиков не иначе как паразитами на теле литературы. Он любил повторять, что эта братия существует для того, чтобы «продвигать интересы тех, о ком никто никогда не слышал и вряд ли услышит снова, более того, будет весьма огорчен, если услышит».

Несмотря на презрительное отношение к ежедневным изданиям, он делал исключение для колонки криминальных новостей и раздела частных объявлений. «Последние особенно интересны», — уверял Холмс.

На следующее утро после ночного приключения он едва успел просмотреть свежие газеты, когда послышался стук в дверь. Хозяйка сообщила, что пришел мистер Абрахамс. Услышав имя адвоката, Холмс тут же отбросил в сторону мысли о химических опытах и ощутил внезапный душевный подъем. Уильям Абрахамс вошел в комнату. Его лицо кривилось в злорадной усмешке. Он бесцеремонно швырнул на стол свою шляпу.

— Она все-таки сделала это, сэр! — заявил он. — Невероятная глупость! Видит Бог, мистер Холмс, некоторые из моих клиентов тоже не блистали умом, но она превзошла всех!

Холмс вопросительно приподнял бровь и указал посетителю на стул:

— Я правильно понял, что мадам де Гонкур снова играла на скачках?

Мистер Абрахамс помрачнел еще сильнее:

— Она поставила через «Арчер и Ко» сумму, равную пяти тысячам фунтов плюс-минус несколько сантимов. На тех двух рысаков, что указал майор Монтгомери. Кто знает, сколько еще идиотов поступили так же!

Холмс пододвинул к гостю серебряную коробку с сигарами.

— Надо полагать, эти лошади проиграли свои заезды?

Адвокат с недоумением взглянул на детектива:

— Вы не поняли, сэр. Они не выиграли и не проиграли. Их просто не существует. Я не нашел сведений о том, что лошади с кличками Проказник и Минерва участвовали в скачках в Брайтоне. Более того, в заявленный день вообще не было заездов. Что касается чеков, то «Лондонский королевский банк» никогда их не выдавал. Для того чтобы заплатить жертвам их первый выигрыш, использовались поддельные бумаги. Кроме того, я выяснил, что в английской юридической практике не существует понятия «присяжный букмекер». Сплошное мошенничество, от начала до конца, очевидное для всех, кроме таких глупых и алчных людей, как моя клиентка.

Он взволнованно вскочил с места, кинулся к окну и долго смотрел в холодную пустоту Вестминстер-роуд. Затем обернулся к моему другу.

— Мистер Холмс, эти преступники не только подделали чеки, они всех надули с тем номером известной спортивной газеты. Следовательно, у них есть станок, на котором можно печатать в том числе и фальшивые банковские документы. Это очень крупное мошенничество. Что, по-вашему, они предпримут дальше?

Холмс смахнул с жилета пепел от сигары.

— Мистер Абрахамс, мне известны их планы. Я знаю место и время с точностью до минуты.

Адвокат никак не ожидал услышать подобное заявление.

— Откуда у вас такие сведения?

Холмс постарался успокоить посетителя:

— Давайте вернемся к конторе «Арчер и Ко».

Торопясь выложить последние новости из Парижа, Уильям Абрахамс не дал детективу возможности рассказать о событиях предыдущего вечера. Теперь же, услышав о схватке с полицейскими, адвокат побледнел.

— Арестовали за кражу со взломом? Вы можете получить четырнадцать лет тюрьмы!

Холмс бросил окурок в огонь.

— Думаю, вряд ли, — произнес он спокойным тоном. — Меня ни в чем не обвинили, а просто освободили под залог ввиду отсутствия мотива и свидетелей. Было бы очень интересно узнать, почему мистер Кларк с напарником так быстро обнаружили меня, но об этом мы можем порассуждать позднее. Что касается улик против меня, то рискну предположить: свидетели, например майор Монтгомери, окажутся чрезвычайно застенчивыми людьми. Я пришел в офис фирмы по рекламному объявлению. Дверь была открыта, и я зашел внутрь, ничего не взламывая. Полиция не привлечет меня к суду, пока майор не объявится. Но, как хорошо известно теперь графине де Гонкур, Хью Монтгомери — это только имя, призрак. Я готов признать, что призраки временами могут тревожить наш сон, но не припомню ни единого случая, чтобы они свидетельствовали в Центральном уголовном суде.

Он взял со стола рекламу чистящего порошка Оукли.

— Вчера вечером в полиции меня обыскивали крайне небрежно. Полицейские нашли мой перочинный ножик, но он был таким маленьким и чистым, что никак не мог послужить уликой. А на эту рекламу, которая была главной зацепкой, они не обратили внимания. Боюсь, что умственные способности сотрудников Скотленд-Ярда весьма ограниченны.

Мистер Абрахамс удивленно взглянул на него:

— Порошок Оукли! С чего они должны были заинтересоваться рекламой чистящего средства?

Его губы болезненно дернулись, когда он возвращал листок улыбающемуся Холмсу.

— Конверт лежал вместе с другой почтой возле двери и ничем особым не выделялся. Разве что адрес был подписан карандашом вручную.

— И что в этом необычного?

— Я осмотрел картонные заготовки на столе в конторе «Арчер и Ко», — обстоятельно пояснил Холмс. — На мягком картоне остаются удивительно четкие отпечатки. Самые глубокие следы опытный детектив способен почувствовать просто на ощупь. А если воспользоваться графитовым порошком, то можно прочитать много интересного. Разумеется, я не занимаюсь бракоразводными процессами. Но могу вас уверить, что карандашные отпечатки расторгли немало счастливых союзов.

— И что нам это дало? — скептически поинтересовался мистер Абрахамс.

— То, что некий человек направлялся на Нортумберленд-стрит со срочным и секретным сообщением. Но того, с кем он хотел поговорить, на месте не оказалось. Смею предположить, что там вообще никого не было. Однако курьер проник в контору — поверьте мне, это не трудно. Как же передать информацию в нужные руки? Для такого случая у него в кармане было припасено рекламное объявление. Он запечатал бумагу в конверт, надписал его карандашом и положил в кучу писем на полу у двери. Здесь сообщение не привлекло бы ничье внимание, кроме человека, которому оно предназначалось. Даже полицейский выбросил бы его в мусорную корзину.

— Позвольте заметить, — нетерпеливо начал мистер Абрахамс, но Холмс остановил его, подняв руку.

— Так или иначе, курьер был явно взволнован. Карандаш оставил отчетливый след не только на конверте и свернутом листе объявления, но и на картоне. Внимательный наблюдатель также легко определил бы, что человек спешил. Я заметил, что грифель сломался на первом росчерке в слове «Нортумберленд».

— А при чем здесь реклама чистящего порошка?

Холмс усмехнулся:

— Листок наверняка содержал послание. Правда, заранее оговоренный код, когда каждое из рекламных объявлений фирмы Оукли соответствует определенному сигналу, — это слишком сложно. Осматривая письма, я сразу почувствовал особый запах этого конверта. Частный детектив обязан различать летучие химические вещества и парфюмерные ароматы. Например, люди часто пользуются отбеливателем или аммиаком. В том числе для того, чтобы получить невидимые чернила. Это один из самых распространенных способов.

— И вы сумели прочесть секретное сообщение?

Холмс покачал головой:

— Был такой соблазн. Однако я решил, что мне необходим свидетель.

— Вы могли бы обратиться к кому-то из полицейских, которых встретили вчера вечером.

— Незачем беспокоить Скотленд-Ярд. Подойдите к столу, и посмотрим вместе. Сейчас я нагрею бумагу, и если через минуту или две на ней не появятся призрачные письмена, я, как принято выражаться в подобных случаях, готов съесть свою шляпу.

Они пристально вглядывались в листок, но поначалу видели лишь пламя, отраженное от глянцевого рисунка блестящей посуды. Затем нижний край листа потемнел, словно подпаленный огнем. На желтовато-коричневом фоне начали проступать белые линии, складывающиеся в слова. Через мгновение они протянулись по всему периметру листа, словно художественный орнамент.


Дорогой Билл, у меня важные новости. Скажите мальчикам, чтобы вели себя тихо и были готовы уносить ноги. Мне нужно увидеться с вами как можно скорее. В любом случае сохраните эти заметки. Мне кажется, что кое-кого из вас уже выкинули из списка. Или это скоро произойдет. Будьте крайне осторожны.


— Вот и все, — тихо произнес Холмс.

В один миг настроение мистера Абрахамса решительно изменилось. Адвокат понял, что Шерлок Холмс — единственный человек во всем мире, способный выручить его клиентку. Но все же он не мог не отметить некоторые трудности.

— Вероятно, после вашего ухода кто-то из заговорщиков вскрыл конверт и обнаружил там чистый лист бумаги. Разве это не покажется ему подозрительным?

Холмс на мгновение нахмурился:

— Полагаю, как раз наоборот. Человек, который оставил письмо, решит, что чистый лист означает подтверждение его получения. Другой преступник примет это за условный сигнал или предупреждение. Он скорее придет в замешательство, чем начнет что-то подозревать. И признаюсь, это полностью соответствует моей цели.

Хотя теперь адвокат относился к Холмсу с большим доверием, лицо его скривилось в скептической гримасе.

— Боюсь, мистер Холмс, что в лучшем случае мы будем несколько месяцев охотиться за призраками по всей Европе.

Сыщик искренне изумился:

— Это было бы крайне огорчительно. Я планировал закончить расследование в конце этой недели или начале следующей. Что касается расстояния, то очень удивлюсь, если мне придется отъехать дальше чем на пять миль от того места, где мы сейчас беседуем. Однако не будем терять времени. Мне необходимо срочно переговорить с суперинтендантом Уильямсоном из криминальной полиции Скотленд-Ярда. Нынче же утром.

Мистер Абрахамс озадаченно посмотрел на него:

— Не получится! Раньше понедельника его можно будет застать в департаменте только в случае невероятного везения. Если вы следите за новостями политики…

— Нет, не слежу, — торопливо вставил Холмс.

— Потому и не знаете, что он целыми днями пропадает на заседаниях парламентской комиссии по реформе уголовного права.

— В самом деле? — Холмс подошел к шкафу и взял кепи. — Значит, нам поможет мой брат Майкрофт. Будучи советником правительства, он приложил немало усилий к созданию этой комиссии, а вчера вечером сообщил мне, что назначен ее секретарем. Обычно я мало интересуюсь такими вопросами, но здесь речь идет об уголовном праве, и поэтому мне пришлось сделать исключение. Майкрофт Холмс, как вам, наверное, известно, входит в число учредителей клуба «Диоген» на Пэлл-Мэлл. В основном там собирается узкий круг служащих Уайтхолла. Мой брат Майкрофт знаком со всеми, кто когда-либо появлялся в этих стенах. Премьер-министры приходят и уходят, а он остается на своем месте. И второе удачное совпадение состоит в том, что Фредерик Адольф Уильямсон — между прочим, друзья называют его просто Долли — недавно стал кандидатом в члены клуба «Диоген».

— Вы меня поражаете, — сказал мистер Абрахамс и тепло улыбнулся в первый раз за все утро.

Холмс застегнул последнюю пуговицу плаща и обернулся:

— У меня не было намерения удивить вас. Однако хочу заметить, что председатель комиссии лорд Лландафф объявит сегодня перерыв в заседании с одиннадцати часов до обеда. Он пока не знает об этом, но я ручаюсь, что так и случится после нашего разговора с Майкрофтом. А мистер Уильямсон останется в Вестминстерском дворце в полном распоряжении моего брата, утешаясь лишь тем, что проведет время в обществе учредителя «Диогена». Осмелюсь предположить, что это будет очень приятная беседа.


предыдущая глава | Забытые дела Шерлока Холмса | cледующая глава