home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



II

Посмеиваясь над нелепой жалобой мисс Пирс, я еще не догадывался, что в ближайшие дождливые недели буду загружен работой, как никогда прежде. Два дня спустя мы с Холмсом сошли на перрон в Бишопс-Стортфорде, где нас поджидала двуколка Генри Пилигрима, заменившая нам кеб в этой пустынной местности. Мы проехали несколько миль мимо бесконечных болот, перемежаемых зарослями цветущего боярышника. Поначалу путь шел вдоль железной дороги, ведущей в Кембридж. Затем возница повернул на проселок, за развилкой ставший еще более узким, а та тропа, на которой мы очутились после третьего поворота, уже вряд ли заслуживала права называться дорогой.

Прямо перед собой я разглядел за деревьями очертания скромного деревенского дома. На покатой темной крыше был выложен узор из черепицы красного цвета. Неширокая канава с водой ограждала двор. Ряд мрачных елей и чахлых яблонь отбрасывал на него глубокую тень даже в такой солнечный майский денек. Я решил, что здесь и живет мисс Пирс, но когда наша пролетка со скрипом проезжала мимо участка, возница указал на него кнутом и доверительно сообщил: «Ферма Колдемс капитана Дугала».

Через полмили пони свернули на боковую дорожку, вдоль которой тянулись аккуратные заборчики, а по обочинам стояли деревья с подрезанными ветвями. Вскоре мы достигли жилища нашей клиентки.

— Однако расстояние между домами слишком велико, чтобы рассмотреть в темноте, что происходит на земле соседа, — скептически заметил я.

Холмс огляделся:

— Скажу, что так и есть. Но если вы приглядитесь, то увидите, что поля фермы Колдемс подходят к дому мисс Пирс почти вплотную.

Итак, мы прибыли на место. Как я и опасался, вид мрачных болот и водоотводных канав оказался пустяком в сравнении с распорядком жизни во владениях мисс Пирс. Ужин оказался поистине спартанским — вареная треска с жестким горохом, который я предпочел оставить на тарелке. Когда я вполголоса пожаловался Холмсу, он ответил:

— Поскольку голод обостряет умственные способности, нам не стоит возмущаться таким меню. Кстати, давно уже собирался напомнить вам, Ватсон, что прилив крови к желудку создается за счет мозга.

Было почти десять часов, когда мы в сопровождении мисс Пирс и мистера Кута поднялись на чердак, откуда нам предстояло вести наблюдение этим вечером, а если потребуется, то и ночью.

— Прощу прощения, — сказал Холмс, высунувшись в полукруглое лестничное окно, расположенное прямо над спальней, — но эти липы и буки загораживают от нас владения Дугала.

Мистер Кут посмотрел на него, как на слабоумного.

— Разумеется, мистер Холмс. Чтобы увидеть игрища капитана и его развратниц, нужно подняться еще выше.

Мы с Холмсом переглянулись, но ничего не ответили. Затем, вслед за нашими проводниками, забрались по узкой деревянной лестнице без перил в крохотную конурку под самой крышей. Здесь умещалась лишь походная складная кровать с армейским матрасом. Отсюда и в самом деле открывался вид на поля и канаву, обсаженную мрачными елями, за которой находилась ферма Колдемс. До нее было не меньше полумили. Тонкий месяц мерцал, отражаясь в лужах, усеявших пастбище вокруг дома. Тут и там смутно угадывались силуэты коров. Вдалеке за полями темнел лес.

Не знаю, сколько времени мы ждали в напряженной тишине. Я мечтал вернуться на Бейкер-стрит и выпить стаканчик чего-нибудь согревающего в компании инспектора Лестрейда, слушая его рассказ о новостях из Скотленд-Ярда.

Наконец мистер Кут произнес:

— Пожалуйста, убедитесь собственными глазами!

Я посмотрел вдаль, но увидел лишь темные коровьи спины. Даже прищурившийся Холмс и тот выглядел озадаченным.

— Ничего не вижу, — раздраженно признался я.

— Разумеется, не видите, — не менее сердито ответила мисс Пирс. — Встаньте сюда, возьмите вот это и посмотрите туда!

Она протянула мне бинокль с комплектом сменных линз, включающим специальную насадку для ночного наблюдения. Такой оптикой пользовались только офицеры в боевых условиях… или склочные старухи, шпионящие по ночам за соседями. Вдобавок она указала на деревянную скамейку, на которую из-за маленького роста вынуждена была забираться, чтобы хоть что-то увидеть. Но нам такая помощь не требовалась.

Мы с Холмсом различили смутные фигуры — еще более темные в объективе бинокля — в двухстах или трехстах ярдах от дома. Это были капитан Дугал и его деревенские распутницы. Время от времени до нас доносилась отрывистая команда, а вслед за ней раздавался взрыв смеха. Зрелище будило бы чувственность, если бы не полная нелепость происходящего. Полдюжины неуклюжих девиц с трудом передвигались на велосипедах по болотистой пружинящей почве. Они ехали по кругу.

Издали казалось, что все наездницы отличались пышными формами, их ягодицы едва умещались на сиденьях, крепкие ноги неумело крутили педали. Порой то одна, то другая деревенская валькирия по команде дрессировщика пыталась выполнить какой-либо гимнастический трюк и, как правило, падала. Поскольку земля была мягкой, я полагаю, что они не получали серьезных ушибов.

В центре группы стоял высокий и полный человек с темными волосами и густой бородой. Он был обнажен, и если мои глаза не обманывали меня в полумраке, выражение его лица и состояние чресл говорили о сильном сексуальном возбуждении на грани экстаза.

Я отдаю себе отчет в том, что описал странную сцену излишне подробно. Возможно, ее вовсе не стоило включать в рукопись, однако без этого будет трудно понять дальнейшие события. Наши гостеприимные хозяева удалились, оставив нас с Холмсом продолжать это глупое дежурство. Предполагалось, что по итогам наших наблюдений мы подадим на Дугала в суд — от нашего имени, дабы щеки благочестивых мисс Пирс и мистера Кута не пылали от стыда. Эти двое просто решили выставить нас на посмешище!

Как только мы остались наедине, я поклялся, что завтра же утром вернусь в Лондон. В крайнем случае уеду один. Мой друг в ответ расхохотался, прикрывая рот ладонью, чтобы его не услышали внизу.

— Этой женщине из ее окон не видно того, что находится за пределами ее участка, — в бешенстве продолжал я. — И ей пришлось забраться на чердак. Однако и тогда она не смогла ничего разглядеть без помощи армейского бинокля. Только не говорите мне, Холмс, что кто-то оскорбил ее нравственность! Она изо всех сил старалась изобличить разврат! Осмелюсь предположить, что о ней уже поползли слухи по округе, и мы понадобились лишь для того, чтобы спасти ее репутацию.

Однако неожиданные обстоятельства не позволили нам на следующий день вернуться в Лондон. За завтраком, когда служанка заваривала нам кофе, я довольно громко посетовал, что дело Дугала не принесет нам ничего, кроме пустых хлопот. Пусть мисс Пирс, сидящая в соседней комнате с мистером Кутом, услышит мои слова или ей донесет их позже преданная прислуга. Но круглолицая статная женщина в белоснежном фартуке вдруг поставила кофейник на стол и сказала:

— Забудьте об этих молодых распутницах на велосипедах, сэр. Спросите-ка лучше капитана, что случилось с бедняжкой мисс Холланд. Она пропала больше года назад, и с тех пор никто ее не видел и не слышал.

При последней фразе Шерлок Холмс внезапно изменился в лице, выпрямился и застыл, словно изваяние из слоновой кости.

— Если вас не затруднит, расскажите мне о мисс Холланд, — тихо попросил он, когда служанка умолкла.

Женщина оглянулась на дверь, за которой находились хозяйка и адвокат:

— Да я больше ничего о ней не знаю, сэр. Эта добрая леди однажды ушла из дому, не сказав никому ни слова. И не вернулась. Исчезла без следа, словно сквозь землю провалилась.

— Объясните хотя бы, кто она такая?

Во взгляде служанки мелькнуло презрение, смешанное со злорадством.

— Ей нравилось называть себя миссис Дугал, пока настоящая супруга капитана не приехала и не положила этому конец.

— Что же удивительного в том, что она пропала? — заметил я.

Но служанка в ответ со значительным видом прошептала, что дорожит своим местом и знает, чем угрожал соседям за клевету капитан Дугал. Когда я спросил о мисс Холланд у хозяйки, та заявила, что не интересуется взаимоотношениями капитана и его женщин.

— Такие создания появляются в Колдемсе чуть ли не каждую неделю, а потом исчезают. Разве упомнишь, кого как зовут? Миссис Дугал? Все они хотели бы стать миссис Дугал, была бы у них возможность. Не меньше полудюжины имеют от него детей, но никто из них не носит его имя.

На завтрак подали только кашу и хлеб, кофе источал ароматы одуванчиков и цикория. Ничто не заставило бы меня провести еще день под одной крышей с мисс Пирс. Я отправился упаковывать вещи. Холмс же сказал, что хочет выкурить утреннюю трубку на улице, поскольку хозяйка запретила это делать в доме.

Сборы были недолгими, оставалось дождаться моего друга. Прошел целый час, а я все еще стоял у окна неокрашенной каморки, в которой мы провели ночь, и угрюмо смотрел на болотистую равнину, слабо мерцавшую в лучах солнца. Темный ряд деревьев скрывал от мира владения капитана Дугала и его гарем. Наверное, кое-кто из завсегдатаев курительных клубов с усмешкой рассказал бы друзьям о забавах капитана с наивными деревенскими девушками. Грубые люди сочли бы эту игру не более предосудительной, чем случку быка с коровой. Возможно, во всем было виновато мое скверное настроение или меня удручал вид унылой и безлюдной местности, но в тот момент ферма Колдемс показалась мне одним из самых мрачных и зловещих мест на земле.

Миновало еще полчаса, прежде чем я услышал шаги поднимавшегося по чердачной лестнице Холмса. Он отворил дверь и зашел в комнату с чрезвычайно довольным видом.

— Я думаю, пора выбираться отсюда, — бодро заявил детектив.

— Вы хотите сказать, что пора возвращаться в Лондон?

Он сел на единственный стул, оставшийся от старого столового гарнитура, и начал снова набивать трубку.

— Не совсем, Ватсон. Просто я нашел более приятное место, где мы сможем продолжить наблюдение.

— Зачем это нужно? Разве мы не видели все, что нам хотели показать?

Он нахмурился и убрал кисет в карман.

— Я подумывал об отъезде сегодня утром. Но что-то внутри меня не позволяет просто так отказаться от этого дела.

— Мисс Холланд?

— Именно так.

— Но какое отношение она имеет к нашему делу?

— Возможно, никакого. Иногда леди исчезают и никогда больше не появляются там, где жили прежде. С этим не поспоришь. Обнаженные велосипедистки могут взбудоражить воображение только такой иссохшей души, как мисс Пирс, или такого напыщенного глупца, как мистер Кут. Однако все, вместе взятое, вдобавок к мрачной атмосфере фермы Колдемс, не дает мне покоя и удерживает здесь.

— Значит, вы тоже почувствовали? — нетерпеливо спросил я. — Зловещий дух этого места, такого темного, отчужденного, словно из…

— …готического романа? — с усмешкой подсказал он.

— Но где мы остановимся? Мне не хотелось бы поселиться у черта на рогах.

— Все уже улажено. На ферме Моут можно снять комнату с пансионом. Я буду профессором энтомологии из Кембриджа, решившим отдохнуть здесь несколько дней, а вы, мой дорогой Ватсон, так и останетесь доктором.

— А где находится эта ферма Моут?

— Неподалеку отсюда. Вчера мы проезжали мимо нее.

Мгновение я озадаченно смотрел на своего друга, а потом в мою душу закрались мрачные подозрения.

— Не хотите же вы сказать…

— Моут, — спокойно объяснил Холмс, — это новое название, которое капитан Дугал дал Колдемсу, когда приобрел его.


предыдущая глава | Забытые дела Шерлока Холмса | cледующая глава