home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



24

Звенья цепочки

Прежде чем отправиться в лазарет, Оуэн зашел поприветствовать аббата Кампиана и очень удивился, когда тот пригласил его отведать горячего питья, приготовленного на различных травах.

— Прекрасно успокаивает, — заверил его аббат.

— Одно из снадобий брата Вульфстана?

— Вы угадали. Господь благословил Вульфстана даром сочетать плоды земные для излечения людей. Но вы никогда не услышите, чтобы мой старый друг похвалялся своими способностями. Таких скромников я еще не знал.

— Брат Вульфстан — одно из сокровищ аббатства Святой Марии.

Аббат Кампиан заулыбался, кивая.

— Я слышал, его светлость уже вернулся, покинув рождественский двор. Вам не кажется это странным?

Вот, значит, почему Кампиан проявил такую любезность. Хочет что-то узнать.

— Я тоже удивился столь раннему его приезду.

— Он вернулся в хорошем расположении духа?

— Если быть честным, архиепископ вернулся в довольно странном настроении. Но у нас не такие с ним отношения, чтобы я позволил себе подобные расспросы. Понятия не имею, что его беспокоит.

— Жаль. Подчиненным всегда полезно знать причину необычных настроений у вышестоящих. Но за время моих путешествий мне как-то выпало сопровождать Джона Торсби на Церковный Собор, и я убедился, что он очень скрытный человек.

— Он, конечно, понимает, что к нему прикованы глаза всего королевства.

Кампиан склонил голову.

— Безусловно. — Он отставил чашку и поднялся. — Я не должен вас больше задерживать. Вы занятой человек, я знаю, и вам не терпится убедиться, что юный Джаспер пошел на поправку.


Оуэн покинул Кампиана с чувством облегчения. Хотя аббат был человек добрый и гораздо более богобоязненный, чем Торсби, он зорко наблюдал за политическими играми. Оуэн всегда чувствовал себя не в своей тарелке, когда разговаривал с Кампианом, не зная, куда клонит аббат, и не умея избежать расспросов.

Брат Вульфстан тепло приветствовал Оуэна.

— Вы будете довольны, когда убедитесь, насколько лучше Джасперу.

Старый монах подвел Оуэна к тюфяку, где лежал мальчик, уставившись в потолок. Джаспер лишь бросил взгляд на гостя, а затем снова вперился в одному ему видимую точку.

— Джаспер! Ты что, даже не хочешь поздороваться с капитаном?

Мальчик никак не отреагировал.

— Ничего не понимаю, — развел руками Вульфстан, поворачиваясь к Оуэну. — Все это время он был таким милым.

— Возможно, все изменится, если мы поговорим с глазу на глаз.

Вульфстан не возражал.

— У меня тут есть одно дельце, которое не займет много времени, а вы пока поболтайте.

Оуэн пододвинул табурет поближе к Джасперу и уселся.

— Как капитан лучников я всегда считал необходимым, если кого-то наказывал, объяснять ему причину. От этого наказание становилось более эффективным.

Джаспер по-прежнему не мигая смотрел в потолок.

— Так за что ты меня наказываешь, Джаспер?

Мальчик нахмурился, но взгляда от потолка не отвел.

— То, что ты не обращаешь на меня внимания, — это и есть наказание. А я-то думал, что мы друзья. Товарищи по оружию.

— Джон рассказал мне, почему вы были со мной таким добрым.

— И тебе не понравилась причина? Если это так, значит Джон, упокой Господь его душу, ошибся. Потому что я до сих пор не знаю ни одного юного человека, которому не хотелось бы всем нравиться. Именно потому, что ты нам нравишься, мы все так о тебе беспокоимся и хотим, чтобы ты был с нами.

— Вовсе я вам не нравлюсь. Вы взяли меня к себе, чтобы я привлек убийц и вы могли их поймать. — Джаспер по-прежнему упрямо смотрел в потолок.

— Господи, неужели ты веришь, что мы бы так поступили, Джаспер? Мы с Люси старались сделать так, чтобы никто даже не догадывался, что ты живешь у нас. Бедная Тилди получила нагоняй, когда не предупредила нас, что Джон уговаривал тебя отправиться в твой старый дом.

— Я сам хотел пойти. И просил Тилди никому ничего не говорить.

— Если бы ты туда не ходил, то не испытал бы такого ужаса, встретившись с той женщиной.

— И Джон остался бы жив, — дрогнувшим голосом договорил Джаспер.

— Твоя правда, Джаспер. Бедный Джон. Не представляю, почему он так стремился отвести тебя туда.

— Это она уговорила его. Она была его подружкой.

Кейт Купер — как и подозревала Тилди.

— А ты откуда знаешь, Джаспер?

— Она сама сказала.

— Что еще она говорила?

Мальчик пожал плечами.

— Прошу тебя, Джаспер. Я хочу отыскать этих людей и остановить их, чтобы ты чувствовал себя в безопасности. Как ты этого не понимаешь?

— Зачем? Чтобы я вернулся на улицу?

— Нет, я надеюсь, ты вернешься жить к нам.

Джаспер посмотрел на Оуэна.

— Зачем я вам нужен?

— Потому что нам тебя не хватает. Всем троим.

— Правда?

— У меня нет причин лгать тебе, Джаспер. Итак, чем скорее мы распутаем этот узел, тем скорее ты почувствуешь себя в безопасности. Так что еще она тебе говорила?

— Она сказала, что ненавидела их — мастера Краунса и мастера Ридли. Точно так, как мне следовало ненавидеть тех, кто убил мастера Краунса. Больше ничего не помню. Я испугался. Да, еще она сказала, что мастер Краунс хотел жениться на моей маме. — Джаспер заморгал, и по его бледным щекам потекли слезы.

— А она ничего не говорила о своем напарнике?

— Только то, что он хочет видеть меня мертвым. Поэтому она и собиралась меня убить.

— Она высокая, Джаспер?

Мальчик кивнул.

— Для женщины очень высокая. И сильная.

— Вспомни, как она держала нож, Джаспер.

Он поднял правую руку, словно готовясь нанести удар ножом, но, покачав головой, сменил руку.

— Вот так. Левой рукой.

Оуэн наклонился и обнял мальчика.

— Отлично. Я так и думал. Мы теперь знаем, кто она, Джаспер. Еще немного, и мы ее поймаем.

С порога раздалось покашливание Вульфстана.

— Вижу, вы уже помирились. Я рад. Так грустно, когда расстаются друзья. — Он заметил, что Джаспер вытирает глаза. — Тебе пора отдохнуть, сынок.

Оуэн поднялся.

— Я скоро снова зайду узнать, можно ли тебе вернуться домой.

Вульфстан передвинул к лежанке больного деревянную ширму, чтобы мальчику не мешал свет.

Мужчины перешли к рабочему столу, освещенному скудным светом из маленького окошка. Вульфстан жестом попросил Оуэна сесть поближе к нему.

— Не хочу, чтобы мальчик это услышал.

Оуэн присел.

— Должен признаться, я чуть вас не подвел, Оуэн.

— Мы могли потерять Джаспера? Такие серьезные раны?

— Потерять — да, но не из-за ран. В аббатстве гостил один человек. Уж очень он стремился поговорить с Джаспером. Мы с Генри по очереди дежурили у его постели, пока этот человек не уехал.

— Кто это был?

— Как раз это и странно. Мне он назвался Джоном. Аббату Кампиану сказал, что он Пол.

— Пол? Опишите, как он выглядел.

— Среднего роста. Каштановые волосы, карие глаза. Приятная внешность, если бы только не постоянно надутый вид. Словно этот человек во всем разочаровался. А в остальном — ничего примечательного.

— Что вы о нем знаете?

— Он заявил, будто его жена скрылась в монастыре. А ему понадобилась мазь от ожога, которой не оказалось в его вещах.

— Он обжегся? Когда?

— В сочельник. Где-то днем. Это важно?

В тот день в доме Амброза Коутса случился пожар.

— Любая мелочь важна, друг мой. Думаю, вы разговаривали с Полом Скорби. Хотя какое он имеет ко всему этому отношение — не могу сказать.

«И все же… — мелькнуло в голове у Оуэна. — Сесилия ведь рассказывала Люси, что Пол Скорби и Кейт — любовники».

— Я благодарен вам от всего сердца за то, что сберегли Джаспера.

— Я ведь уже сказал, что чуть не подвел вас. Бог свидетель, я не заслуживаю благодарности.

— А этого гостя не навещала какая-нибудь женщина?

Вульфстан кивнул.

— Его забрала женщина, приехавшая верхом.

— Как долго он уже отсутствует?

— Аббат Кампиан говорит, что он уехал совсем.

Проклятье!

— Когда они ускакали?

— Вчера.

Оуэн приуныл.

— Что-нибудь еще? Он не говорил, почему хочет поговорить с Джаспером?

— Сказал, что Джаспер якобы похож на его сына. Но лично мне не верится, что у него есть сын.

— Почему?

— Немного позже он заявил, что его жена бесплодна. Тогда я спросил, значит ли это, что его сын родился в предыдущем браке. Мне показалось, он смутился, словно забыл свою первую ложь.

— Что еще вы подметили в его манере, кроме того, что он недоволен всем на свете?

— Нетерпеливость. Я заключил это не по его словам, а по дыханию. Всегда можно определить нетерпеливого человека по тому, как он дышит.

— Может быть, аббату Кампиану известно больше об этом человеке?

Вульфстан покачал головой.

— Он даже, видимо, не знал, которое из двух имен верное… Если тот не солгал нам обоим.

Оуэн поднялся, чтобы уйти.

— Спасибо, брат Вульфстан. Если этот человек вернется, в чем я сомневаюсь, пожалуйста, дайте мне знать.

Оуэн поспешил из аббатства и, проходя мимо больницы Святого Леонарда, подумал об Амброзе Коутсе. Он остановился у дома на Футлес-лейн, чтобы зайти к музыканту и рассказать о парочке, которой ему следует опасаться. Но в доме никого не оказалось. У двери мяукал большой рыжий кот. Тогда Арчер направился домой, ему не терпелось поговорить обо всем с Люси.

Но жена оказалась занята в лавке. Оуэн начал метаться у дверей. Когда ушел последний посетитель, Люси с грозным видом повернулась к мужу.

— Ты хочешь разогнать всех покупателей? С чего это ты расхаживаешь взад-вперед и заставляешь их нервничать? Лучше бы помог.

Действительно, лучше бы помог, но он настолько был поглощен головоломкой, которую пытался разгадать, что совсем забыл о своих обязанностях.

— Прости. Мы должны поговорить. Мне нужно знать твое мнение о том, что я выяснил за сегодняшний день.

— Разговоры подождут. У меня заказ от Камдена Торпа, нашего гильдмейстера, если ты еще помнишь, и я должна выполнить его, прежде чем усесться и начать болтать. Один из его сыновей ждет на кухне. С ним Тилди.

— Это важно, Люси. От моих выводов зависит жизнь людей.

— Жизнь людей? А я, по-твоему, чем занимаюсь?

— Еще раз прошу прощения. Я вижу, что сегодня тебе ничем не угодить. Ладно, пойду на кухню и подожду.

— Ничего подобного. Ты отправишься наверх и принесешь мне изумрудный порошок.

— Изумрудный… Гильдмейстер может себе позволить снадобья с изумрудами?

— Это для миссис Торп. Она родила раньше срока, ребенок умер, и теперь, видимо, силы покидают ее. Как видишь, чья-то жизнь впрямую зависит от меня.

— Бедный Камден. Сейчас принесу порошок.


Отослав юного Питера Торпа с лекарством для матери, Люси тяжело опустилась на стул возле очага, а Оуэн попросил Тилди плеснуть им немного эля.

— У тебя хватит сил поднять кружку с элем? — спросил он у жены.

Она устало улыбнулась.

— Я не против выпить глоток-другой, пока мы будем обсуждать твою головоломку.

Значит, ты все-таки меня слушала, хотя твои мысли были заняты миссис Торп.

— Конечно слушала. А теперь рассказывай.

Тилди торопливо поднесла полные кружки.

— Можно один маленький вопросик, капитан Арчер? Джаспер поправляется?

— Ему гораздо лучше, Тилди. И я сказал ему, что мы все ждем его возвращения домой.

Тилди просияла.

— Жду не дождусь, когда он вернется, капитан.

Оуэн отсалютовал кружкой жене.

— За лучшую аптеку в Йоркшире.

Взгляд Люси был печален.

— Надеюсь, что так, Оуэн. Хотя насчет этого у меня большие сомнения. Расскажи, что ты узнал у Джаспера и Вульфстана.

Когда Оуэн все пересказал, Люси долго смотрела в огонь.

— Пол Скорби и Кейт Купер. Оба связаны с домом Ридли. Как вообще Кейт Купер оказалась в Риддлторпе?

Оуэн порыскал в памяти среди, как ему казалось, целого моря фактов.

— Краунс. Сесилия говорила, что именно Краунс нашел для нее нового управляющего.

— Уилл Краунс жил в Боробридже, что неподалеку от Олдборо. Оба городка находятся близко от Рипона. В этом смысле все сходится, но мне непонятно, какую выгоду надеялся получить Пол Скорби. Он ведь сможет наследовать дело Ридли только в случае смерти Мэтью Ридли.

— Торсби вчера отметил, что Мэтью ведет себя как-то странно для того, чей отец погиб от руки убийцы.

— А Сесилия тебе говорила, что Мэтью взял бразды правления в свои руки, потому что более благоразумен в общении с королем?

— Что-то в этом роде.

Люси вздохнула.

— Видимо, это важно, но я все же не понимаю, при чем здесь наше дело.

Оуэн тоже этого не знал.

— Мне кажется, нам все еще недостает нескольких очень важных звеньев.

Люси согласилась.

— Нужно поесть, а то я сейчас усну.

После ужина они сидели перед очагом, когда кто-то постучался с черного хода. Люси перекрестилась.

— Молю Бога, чтобы это не было дурным известием о миссис Торп.

Тилди открыла дверь.

— Матушка Дигби!

— Дома капитан и хозяйка?

Оуэн поднялся, чтобы проводить Магду к стулу. Она вырвала локоть из его сильной руки.

— Магда еще может пройти по комнате без посторонней помощи, Птичий Глаз. С чего это ты вдруг решил меня поддерживать?

— Вероятно, из-за наследственного слабоумия. — Оуэн налил маленькую рюмку бренди и протянул знахарке. — Надеюсь, не откажетесь, чтобы согреться?

— Нет, Магда не так глупа и стара. — Она принялась прихлебывать, одобрительно кивая и поглядывая на лица хозяев, на которых застыло вопросительное ожидание. — Миссис Торп поправится. Ее домашние потихоньку провели Магду в город. Ты прислала ей хорошее лекарство, хозяйка аптеки. Оно пойдет ей на пользу. Но Магда пришла по другому делу. Не такому приятному. Сегодня вечером прилив вынес на берег дочь Фелис д'Олдборо, Кейт Купер.

— Утонула? — еле слышно прошептала Люси.

— Нет, не так как Поттер, сынок Магды, хотя есть сходство — это тоже вышло не случайно, что она плыла по волнам лицом вниз. У нее перерезано горло, почти вся кровь вылилась, прежде чем она попала в воду.


С утра Оуэн отправился к Торсби рассказать о смерти Кейт Купер.

— Скверное дело, Арчер. Ты уже готов назвать ее сообщника? Как я думаю, и ее убийцу.

— Имя Пола Скорби вам что-нибудь говорит?

Торсби изумился.

— Имя казалось мне знакомым, когда меня попросили переправить ему письмо, но я так и не вспомнил, откуда его знаю. Быть может, от тебя?

— Разумеется от меня. Я упоминал, что он женат на дочери Гилберта Ридли.

Торсби порывисто вскочил.

— Боже мой.

— Так кто и когда просил вас переправить письмо? И какое письмо?

— Королева преисподней, леди Элис Перрерс. Письмо для ее кузена, Пола Скорби из Рипона. Письмо везет Мартин Уэрдир настоятелю монастыря, а тот, полагаю, передаст его Скорби.

— Перрерс? На нашей свадьбе тесть говорил об этом семействе. Безродные выскочки, которые вдруг обрели благосклонность короля.

Торсби презрительно фыркнул.

— Обрели благосклонность? Это еще мягко сказано. Уэрдир тоже говорил об одном семействе…

Оуэн кивнул.

— Скорби торгуют шерстью, — сказал он больше себе, чем архиепископу. — Уэрдир признался, что предал одно всесильное семейство. Имени он не назвал, сославшись на то, что это очень опасно, ибо они сейчас пользуются при дворе чересчур большой властью. Неужели это то звено, которое я искал? Семейство Перрерс?

— Слишком все сходится, чтобы отбросить эту версию. — Торсби принялся расхаживать взад-вперед.

— Вряд ли Уэрдир знает о связи Скорби с семейством Перрерс, иначе он бы упомянул об этом.

Торсби покачал головой.

— Какой я глупец. Вручил человеку его смертный приговор. Мы должны отправиться в Рипон. Удостовериться, что настоятель собора ни словом не обмолвится Полу Скорби о том, кто доставил письмо. Затем мы должны поехать в Олдборо и предупредить Уэрдира.

Оуэн не поверил своим ушам.

— Вы говорите «мы»? То есть вы и я?

— Кого еще можно отправить в дорогу, не предупредив заранее? Кроме того, это моя вина. Да, черт возьми. Поедем оба.

— Но вы больны.

— Болен мой дух, Арчер, а не тело. Этот трюк у Перрерс не пройдет. Собирайся. В дорогу отправимся сегодня днем.


23 День Святого Иоанна | Кровные враги | 25 Приговор Уэрдиру