home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 14

Подхватив свой чемодан и слегка шокированную моими выкрутасами Веронику. Я прыгнула в служебный автомобиль Андрея, и мы помчались в патентное бюро, где провели время до самого закрытия — регистрируя тексты и музыку. Так как мой возраст не позволял самостоятельно выступать от своего имени, Вероника выступала как мой представитель — гарант обеспечения моих прав.

Все документы были заготовлены заранее, поэтому препятствий для регистрации не возникло. Профессиональный специалист бюро — в области музыкальных произведений, тщательно проверял поданные документы и делал соответствующие записи в журнале. Затем, ставил печати на принимаемых для регистрации бумагах и аккуратно складывал в папочки. Затем стряс с нас деньги за проведённую работу, заткнув мне рот протянутым прайсом на услуги — в ответ на мою попытку поторговаться.

Андрей терпеливо ждал нас, следуя полученным инструкциям. Наконец, зарегистрировав списки — поданные на получение патентов, я залезла в машину, и мы поехали обратно в гостиницу. Для проверки, патентному бюро нужно было не менее недели, но в любом случае, поданные на регистрацию тексты и музыка, уже являлись гарантией обеспечения моих прав на собственность. Клерка, осуществляющего регистрацию, очень удивило то, что мы прибыли самостоятельно, не озаботившись профессиональным юристом. Но очень скоро, все его вопросы отпали, когда я довольно быстро показала свой высокий уровень знаний в юриспруденции. Он даже не сдержал эмоций, выказав своё восхищение уровнем обучения в учебных заведениях СССР.

Мне повезло, что заботливый Паразитик заранее проучил базу 'Юрист' сразу в третий ранг — в который входило и Международное право, иначе бы я не решилась самостоятельно ехать в бюро патентов. Пришлось бы нанимать человека со стороны.

Не расспрашивая, зачем мы ездили и, чем я занималась, Андрей уточнил мои планы и пожелания, отвёз в гостиницу и уехал. А я поднялась в номер, переоделась к ужину, подхватила Веронику, и мы славно поужинали. Правда, я там слега повеселилась. За соседним столиком сидела парочка американцев, чьё происхождение я легко определила по акценту. Один из них подозвал официанта и громким шепотом поинтересовался на английском языке — кто эти люди? Официант, посмотрев в указанном направлении, ответил, что это русские. Второй тут же начал громко страшным голосом шептать первому, чтобы тот ни в коем случае не смотрел на русских, так как все русские дикие и агрессивные, что если на них смотреть, то могут принять взгляд за вызов и напасть! Я не выдержала и расхохоталась, невольно обратив на себя внимание всех присутствующих. А потом, громко сказала обернувшимся в мою сторону американцам:

— Эй, мистер! Не бойтесь русских, они уже поужинали и есть вас не будут. Они едят только американцев из Оклахомы. Вы же не американцы из Оклахомы? Нет? Вот видите, всё в порядке.

Те быстро расплатились и свалили в сторону выхода. Вероника сразу спросила, чего это я тут так буянила, а я всё хрюкала от смеха. Потом рассказала, в чём дело, добавив:

— Вот тебе яркие представители 'цивилизованного мира', как они думают. Нет, представь, они нас за диких зверей считают.

Вероника тоже начала возмущаться дикими американцами, мы хорошенько перемыли им косточки, потом закончили десерт и поднялись в номер.

Уже в номере, получила сообщение Паразитика:

Изменение тела оператора по стандарту 'Экстра' завершено.

Для включения приобретённых способностей, требуется полная перезагрузка сознания.

Рекомендуется принять горизонтальное положение. Период перезагрузки — до пяти часов.


— Принято. Ожидать команду.


Принято.


Я предупредила Веронику, что ложусь спать и намекнула, чтобы ни в коем случае, не паниковала, если вдруг она заметит что-то необычное со мной. Это я сказала на всякий случай, мало ли что. Такая просьба, вызвала жуткое любопытство, она пристала с вопросами, а что собственно может быть необычного, если я буду спать? На что я ответила — всё что угодно, сама не знаю. Но паниковать не надо и никого на помощь звать не надо и вообще, отстань. Давай спать. Потом разделась, легла и дала команду на перезагрузку. Сознание выключилось…


***


Проснулась я ночью. Было ещё темно, рядом в кресле тихо похрапывала Вероника. Паразитик доложился, что процедура завершена штатно, осложнений не было, режим 'Экстра' задействован полностью и изменению не подлежит. Интересная формулировка. Обычно в жизни всё наоборот, улучшить нельзя — испортить можно. Поглядывая на Веронику, поймала себя на мысли, что вижу её как-то необычно. И только потом сообразила, что вижу её ауру, тепловое излучение и ещё в разных других диапазонах. Тут же шёл анализ физического, психического и энергетического состояния, и ещё нескольких других параметров. Активированный тактик дал анализ — объект не опасен. Прикольно.

Послав запрос Паразиту, получила ответ, что задействованы возможности из первого ранга базы 'Эспер', недоступные ранее. По достижении необходимой мощности энергетических возможностей тела, будут задействованы и другие способности. Второй ранг 'Эспер' находится в режиме изучения. Мало что поняла, но Паразитик сам разберётся.

Подошла к зеркалу, покрутилась около него, ничего нового не увидела. Хотя, глядя на свои руки и всё остальное доступное взгляду, заметила, что моя аура сияет гораздо сильнее, чем у Вероники. Понятно, вот про это, наверное, Паразитик и говорил. Прислушалась к себе… Нет, кушать я не хочу. Странно. Обычно, я всегда готова поесть, но не в этот раз. Паразитик доложился, что в режиме 'Экстра' — нет необходимости в постоянном питании. Теперь энергия берётся по мере необходимости из ближайшего источника. Ну, нет — так нет. Кушать-то можно вообще? На усмотрение оператора? Вот и славно.

Спать не хотелось, решила поработать. Достала пачку нотной бумаги, пачку чистых листов и занялась работой. Отвлеклась, только когда в кресле завозилась Вероника и, кряхтя как старушка, позевывая, сказала:

— Врушка.

— Это ещё почему, я врушка?

— Я всю ночь не спала, ждала чего-то необычного, а ты спала как сурок.

— Да?! Это ты-то не спала? — возмутилась я, — Да ты так не спала, что на твой храп уже два раза портье прибегал, говорил, что постояльцы жалуются — уснуть не могут из-за тебя, просил принять меры, грозил выселить. Еле успокоила.

— Ты сейчас серьёзно? — смутилась Вероника, — Я что, действительно сильно храпела?

— Да шучу, я шучу, — не выдержав, я расхохоталась, глядя на её лицо. Встала и, обняв, прижала к себе, — Не храпела, не храпела. Спала как младенчик.

— Да? Вот задница ты. А я повелась, — и стала возмущённо отпихивать меня от себя, но это её не удалось, — Вот скажи, Богиня. Почему я в два раза старше тебя, а чувствую себя иногда, как будто это я маленький ребёнок по сравнению с тобой? Почему такое чувство?

— Не знаю, — ответила я, пожимая плечами, — Я не заморачиваюсь такими рассуждениями. Младше-старше, какая разница? Главное, как ты относишься к человеку. Уважение, любовь, признательность, чувство долга — это то, что нас привязывает к человеку. Ну и противоположные чувства — ненависть, презрение, злоба, отсутствие сострадания и подобные — негативные чувства. Где тут возраст? Нет его. Так что, твои чувства ко мне можно сформулировать как глубокое уважение и привязанность. И кстати — они обоюдны. Ясно?

Я прижала её к себе ещё крепче и поцеловала где-то возле уха. Она ещё немного посопела, потом высвободилась и серьёзно сказала:

— Спасибо, — а потом спохватилась, — Ты так и не сказала, чего необычного должно быть, пока ты спала?

— Ой, ну вот любопытная. Да ничего особенного. Вдруг сон приснился бы плохой, и я с кровати упала? Ну, или орать начала, от ночного кошмара. Я про это говорила. Вдруг, ты со сна побежала бы с воплями по гостинице на помощь народ звать? Всех бы переполошила.

— Аа-а. А я-то подумала, что-то особенное, — протянула Вероника, недоверчиво.

— Ты что, ничего особенного, — отмахнулась я, хлопая глазами.

— Вот почему я тебе не верю, когда ты делаешь такое лицо, — возмутилась она, хлопнув меня по заду.

Я рассмеялась и пошла к телефону, заказать кофе. Надо ещё было разобрать бумаги, отложив отдельно для музыкантов — и отдельно для патентного бюро. Вероника залезла под душ, смывать остатки сна и, что-то напевая. Прислушалась, расслышала слова моей последней песни — 'Гармония'. Надо же, понравилась…


***


Репетиция прошла хорошо. Хотя время больше потратили на подготовку. Менеджер от организаторов концерта был доволен. Предоставив мне список пожеланий, он вопросительно посмотрел на меня, ожидая, пока я с ним ознакомлюсь. Двадцать песен, половина из которых на французском языке и половина на английском. Да не вопрос…

— Месье Жан, ваши пожелания будут выполнены в полном объёме, — тактично сказала я, — Но возникает другой вопрос. Почему ваши люди установили звукозаписывающую аппаратуру в зале?

— О, понимаете мадмуазель Диана, — начал воодушевлённо Жан, — Мы заранее решили разместить…

— Месье Жан, не нужно развешивать спагетти мне на уши, — прервала я его словоблудие, — У вас будет достаточно времени на установку и подключение аппаратуры перед концертом. Но одним из условий договора является отсутствие любой, подчёркиваю — любой записи, кроме концертной. И что я вижу? В зале установлена высококлассная звукозаписывающая аппаратура и ваш человек постоянно сидит в ожидании — когда же эти глупые русские начнут исполнять свои песни? Вы хотите сорвать концерт? Вы видели сумму неустойки в контракте? И поверьте, мы сможем выиграть дело в суде. Мне уже можно пригласить адвоката?

— Мадмуазель Диана, — засуетился Жан, — Вы всё не так поняли…

Я протянула руку, оторвала от его костюма пуговицу, засунула её ему в нагрудный кармашек и, похлопав по плечу проникновенно сказала:

— Месье Жан. Уберите аппаратуру, и я забуду об этом инциденте. И постарайтесь придерживаться условий договора. Вам всё ясно?

— Всё я ясно, мадмуазель Диана, — залепетал Жан, суетливо дёргая рукой, не зная, то ли достать пуговицу, то ли пытаясь её нащупать на старом месте.

А Вероника, не понимая, о чём идёт разговор веселилась — получая удовольствие, наблюдая за нами со стороны.


***


Неделя пролетела в плотной подготовке к предстоящему концерту. Мы усиленно репетировали, предварительно выгоняя из зала всех иностранцев — кроме представителя заказчика, месье Жана. Аппаратуру они убрали сразу после моего наезда, пуговицу Жан пришил на место — мир и взаимопонимание было восстановлены. В патентное бюро я ездила ещё один раз, зарегистрировав очередные списки произведений. Писать пришлось много, но это меня не смущало. Благодаря изменённому состояния тела и энергетики, мне было достаточно пары часов в сутки для полноценного отдыха, а при необходимости, могла не спать примерно месяц. Но как сказал Паразитик, это существенно подорвало бы ресурсы организма и, потом потребовалась бы процедура восстановления — плотно есть и долго спать.

Режим ускорения в режиме боевой обстановки под управлением тактического анализатора, теперь не представлял для меня никакой сложности. В Таджикистане, пробыв в этом режиме всего пятнадцать минут, я вырубилась на двое суток. Теперь в этом режиме я могла пробыть трое суток и чувствовать себя вполне нормально. И как сказал Паразитик, режим работы 'Тактика' будет теперь гораздо эффективнее и его можно не отключать. Надо будет попробовать, мне уже интересно. Да и самих этих режимов стало несколько, поэтому, чтобы сильно не перегружать мозг, переключила Тактика в пассивный режим, отдав ему половину процента мощности памяти для мониторинга обстановки. Ещё добавилась способность, противостоять ядам и токсическим веществам. Судя по докладу Паразита, я теперь могу любую отраву ложкой есть и мне ничего не будет. Радиация мне тоже стала не опасна, хоть по эпицентру ядерного взрыва голой гуляй, пофиг. Вот такой я монстр.

Вечерами я сидела в комнате и игралась с частичным изменением своего тела. То ногти красила в разные цвета, то когти отращивала как у… не знаю, как у кого. Длинные и острые. Потом, стала экспериментировать, выращивать клинки из костяшек кулаков. Паразитик сказал, что моя костная структура теперь имеет иной состав, по прочности превосходящий любой из известных науке материалов. Поэтому, я недолго думая, провела отращёнными клинками по оконному стеклу и тут же испуганно отдёрнула руку, увидев, с какой лёгкостью когти проткнули стекло, даже не ощутив сопротивления. Страшное оружие, но теперь мне стало спокойно. А то без своих любимых сабель я чувствовала себя очень неуютно. Случись, какая неприятность, мне есть чем защититься.


***


И вот наступил концерт. Решив особо не заморачиваться, ограничилась тремя платьями на все два часа выступления. Благодаря проведённой пиар-компании со стороны организаторов и моей — достаточной популярности за границей, билеты разлетелись как горячие пирожки. Первый концерт должен был состояться в концертном зале 'Олимпия'. Не знаю, сколько было продано билетов, но зрителей было гораздо больше чем мест. Поэтому люди достаточно плотно стояли в проходе. Вопросительно посмотрев на Жана, я недоумённо приподняла бровь, кивнув в сторону стоящих в проходе людей.

Надо было видеть реакцию месье Жана, как он задёргался, машинально прикрывая пуговицы пиджака. Но это ему помогло мало. Я ухватила его за галстук и ласково спросила:

— Месье Жан, вы ничего не желаете мне сказать?

— Ээ-э, мадмуазель Диана, это какое-то недоразумение, залепетал он, — Мы непременно разберёмся и накажем…

— Месье Жан, вы видимо плохо понимаете, с кем имеете дело, — продолжала я давить на него, накручивая на руку галстук, — Вы понимаете, что ставите под срыв концертную программу, в которую вашими работодателями уже вложено немало денег. Понимаете — денег! Вы считаете, потеря денег сейчас — в результате отмены концертов и потом — в процессе возмещения неустойки, обрадует их? Вы думаете, Советская сторона зря настаивала о неукоснительном соблюдения пунктов договора? Один, из которых прямо говорит о количестве зрителей в концертном зале — не более официально установленной вместимости зала, согласно количества мест. И что мы видим? Мы видим, что людей настолько много, что они вынуждены стоять в проходе. Что вы имеете мне предложить, месье Жан?

— Три тысячи, три тысячи франков, мадмуазель Диана, — просипел придушенный Жан, пытаясь высвободить галстук из моей руки.

— Что? Я не расслышала? Вы вероятно сказали — десять тысяч, — переспросила я.

— Я сказал, пять тысяч, мадмуазель Диана, — выдавил Жан, и взмолился, — Отпустите, я задыхаюсь.

— Семь тысяч, моё последнее слово, — ответила я и выпустила галстук, к его большому облегчению, — Деньги принесёте в перерыве. В дальнейшем, если желаете сотрудничать на обоюдовыгодной основе, поясните заказчикам, что я желаю иметь свою долю. Вам, всё понятно?

Стоящие неподалёку люди не вмешивались в наш разговор, не понимая его сути, но привыкшие, что если я кого-то 'песочу', то этому есть веская причина. И лучше мне не мешать. Самодуркой меня во всяком случае никто не считал. Ко мне окружающие относились двояко — и любили, и опасались. Но в целом — обожали.

И вот объявили начало концерта, конферансье-француз некоторое время разогревал публику, громко восхваляя мои таланты и выкрикивая мои — малопонятные для французов, титулы. Но наконец-то подали знак, и я выплыла на сцену, подошла к микрофону и сказала:

— Bonjour les amis, hello friends, здравствуйте друзья… — дальше я толкнула речь на французском языке — на тему, как я несказанно рада видеть их всех, что просто счастлива, поделиться крупинкой своей нежной и трепетной души, с такой благодарной публикой. И под конец сказала, что кроме французов и англичан в зале наверняка есть и русские, поэтому вопреки пожеланиям заказчиков — тут я шутливо погрозила в сторону кулис, где прятался месье Жан, включила в свой репертуар и две песни, которые позволят услышать присутствующим здесь русским — голос своей далёкой Родины. В общем, приветствие было достаточно коротким, поэтому надоесть не успело. А потом начался концерт.


Voyage, voyage

Au dessus des vieux volcans,

Glisse des ailes

Sous les tapis du vent,

Voyage, voyage,

ternellement.

De nuages en marcages,

De vent d'Espagne

En pluie d'quateur,

Voyage, voyage,

Vole dans les hauteurs

Au dessus des capitales,

Des ides fatales,

Regarde l'ocan…

Voyage, voyage

Plus loin que la nuit et le jour, (voyage voyage)

Voyage (voyage)

Dans l'espace inou de l'amour.

Voyage, voyage

Sur l'eau sacre d'un fleuve indien, (voyage voyage)

Voyage (voyage)

Et jamais ne revient.


/фрагмент песни Desireless — Voyage Voyage/

http://www.youtube.com/watch?v=kmZsv0msuEg


Я пела, песни менялись, зал сходил с ума — люди пели, кричали, брались за руки и раскачивались в такт музыке. Перед сценой носились фотографы — слепили вспышками, ездили по рельсам кинокамеры… Последней песней перед перерывом была ранее исполнявшаяся мной песня 'Конь' на русском языке, которая тоже была воспринята хорошо. Когда затихла музыка, я услышала выкрик из зала — спасибо! Помахав рукой в том направлении и послав воздушный поцелуй, я ушла за кулисы, а конферансье объявил перерыв.

Перехвативший меня Жан с объёмным пакетом, предложил пройти в гримёрку, что мы и сделали. Там он передал мне деньги и сообщение, что заинтересованные лица согласны на мои требования, при условии секретности и оставалось уточнить сумму.

— Невмешательство я гарантирую, секретность тоже — это в моих интересах, — ответила я согласием, — Сумма… Мне сложно её назвать. Наверняка, заказчики озвучили минимум и максимум, на который вы должны ориентироваться. И так?

— Две тысячи, — проскрипел Жан, отводя глаза.

— Месье Жан, — рассмеялась я, — Это не серьёзно. Вы назвали минимум. А максимум наверняка — пять тысяч, верно?

Тот нехотя кивнул, соглашаясь.

— Вот видите, ничего сложного. Итого, по пять тысяч с каждого концерта, и мы остаёмся довольными друг другом с перспективой на дальнейшее сотрудничество, — подытожила я.

Видно было, с каким облегчением вздохнул месье Жан, сбросив груз проблемы. Мы раскланялись, обменялись комплиментами, и я его выперла из гримёрки. Быстро уложила деньги в чемодан и переоделась в другое платье, предстоял ещё один час выступлений.

Песня за песней, концерт подходил к концу, люди в зале продолжали выражать своё восхищение криками и аплодисментами. Не знаю, откуда пришла такая идея, но в зале скандировали моё прозвище на французский манер — 'D'eesse', Диес — Богиня. Посмеявшись про себя над вывертами человеческой психики, пришла к выводу, что наверняка здесь постарались русские, буквально переведя моё прозвище для французов.

В финале исполнила русскую народную песню в своей аранжировке — 'Ой, да не вечер', что тоже прошло хорошо для публики.


Ой, да не вечер, да не вечер.

Мне малым-мало спалось.

Мне малым-мало спалось,

Ой да во сне привиделось…

Мне малым-мало спалось,

Ой да во сне привиделось…


/обожаю эту песню, особенно в исполнении Пелагеи и Дарьи Мороз/

http://www.youtube.com/watch?v=3dGkd5S2x5U


Песня плыла по залу, люди, взявшись за руки раскачивались под музыку, и я услышала, как в зале подпевают. Но всё имеет свойство заканчиваться, так закончился и этот концерт. Потребовалось ещё некоторое время пробыть на сцене, улыбаться, раздаривать воздушные поцелуи и убеждать зрителей — как я немерено счастлива, что они пришли меня послушать. Но вот я слиняла за кулисы, некоторое время конферансье толкал речь, потом пригласил желающих прийти на следующие концерты несравненной и блистательной мадмуазель Диес. Вот так вот… Ещё одно прозвище, теперь во Франции.

В этот раз гримёрку мне цветами не завалили. Тут как-то не принято цветы охапками дарить. Красивые корзиночки, одиночные розочки, симпатичные букетики… И не как было в Москве — 'свой силос забирать будете?'. Жан сразу сказал, что всё будет аккуратно доставлено в мой номер. Вот такой сервис, удобно.

— Простите Богиня, там, на входе огромная толпа поклонников ждёт вашего выхода, это может быть не безопасно, — предупредил один из моих сопровождающих.

— Я тоже так думаю, — согласилась я, — Месье Жан, обеспечьте выезд через другой выход. Наверняка, вы об этом подумали.

— Разумеется, мадмуазель Диана, — ответил Жан, и пригласил, — Следуйте за мной.


Глава 13 | Просто Богиня | Глава 15