home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 23

Как в той присказке — не прошло и года. А тут прошло практически все два. Созрели наши заклятые 'друзья' из Великобритании и на очереди дозревания — США. Официально пригласили меня на гастроли. В этот раз договор подписали не упираясь. Видимо, успех французов задел их за живое. Там отношения Франции и СССР слились в полном взаимопонимании. К нам шли техника, автомобили, товары народного потребления… Много чего. А мы им гнали нефть, газ, лес, тоже много чего. Казначейства в экстазе потирали руки и любили друг друга со всей широтой души. Я тоже во Франции имела большой гешефт, заключив соглашение с юридической фирмой, которая от моего имени заключала договора с разными исполнителями и торговали разрешениями на исполнение моих песен. Ежемесячно приходили отчёты, сколько и с кем, и какая сумма мне упала на счёт. Очень хорошие суммы, надо сказать.

Ильич в очередной раз дёрнул меня к себе. Расспросил о гастролях, выдал Ц/У на счёт британцев, попили чаю и уже под конец посиделок, спросил:

— Ты как-то Щёлокову привет передавала. Что там у вас случилось с ним?

— Ой, да ничего серьёзного, дядь Лёнь, — отмахнулась я, — А что случилось?

— Да он на меня тогда, странно так посмотрел, когда я твой привет ему передал. Как пришибленный был, вроде как ждал, что я его съем сейчас. Так, точно всё в порядке?

— Да точно, дядь Лёнь! — я сделала честные глаза.

— Ой, врёшь, дочка. Не верю, но ладно. Если какие напряги, так ты только скажи. Как говорил Сталин, незаменимых людей у нас нет. У меня вот вопрос появился к тебе. Как ты смотришь на политику СССР в отношении развития социализма в других странах?

— Отрицательно, — ответила я откровенно.

— Аргументируй, — потребовал Ильич.

Я как могла, более развёрнуто объяснила свою позицию в отношении африканских 'коммунистов', перспективы работы с ними, отсутствие положительных сторон и множество отрицательных моментов. Для сравнения предложила провести эксперимент развития социализма среди стай диких обезьян, сказав, что эффект будет примерно одинаков. Ильич внимательно слушал, что-то черкая в блокноте. Потом остановил, спросив:

— Что в отношении других стран скажешь?

— Каких именно? Или где, хотя бы?

— Азия, Китай, Корея, Вьетнам, Куба, Европа? Отнесись серьёзно. Ты права оказалась, мы упустили этот проект, а туда миллиарды рублей уходят. Я хочу знать, нужно ли нам это? С Африкой, считай вопрос решённый — там всё сворачиваем.

Я встала, некоторое время бегала по кабинету, анализируя всё что мне было известно по этому вопросу. Ильич не мешал, уже привык к такой моей привычке. Потом я начала говорить:

— Азия… В Азии, я вижу только одно государство, интересное нам для сотрудничества — это Сирия. Более мягкое отношение к религии, соответственно и к иностранцам. Имеет выход в океан. Богата нефтью. Что с ней делать в таких количествах, они сами не знают. Надо им помочь с этим. За их же деньги. Например, поставками старого вооружения. Зачем ему ржаветь на складах? Пусть в дело идёт. Продавать с милой улыбкой — вот как у меня… Нам выгода и они довольны. Сразу говорю, дядь Лёнь, в Азии коммунизм не построить, не тот менталитет. Там вечный феодализм. А договариваться с каждым мелким феодалом — никаких денег не хватит. Так… Там всё. Остальные жёсткие исламские фундаменталисты, нам там только время тратить. Про Китай, не помню, кто сказал, но прозвучало хорошо — 'Лучше бы Китая было два, или три, а лучше всего четыре'. При любой возможности, раздробить его на много маленьких Китаев. Так будет для нас лучше. Китай враг, хоть им и привили коммунистическую доктрину. Не учитывали их менталитет и жёсткую клановую и кастовую структуру общества. То во что она трансформируется со временем — будет просто дикий ужас. Они похожи на муравьёв. По одиночке смешные и не опасные. А вот толпой… Даже слоны убегают с дороги мигрирующих муравьёв. Не слышали? А поинтересуйся. Они никогда не станут нам друзьями, это моё мнение. Вьетнам и Корея. Дядь Лёнь, а скажите честно — они нам нужны вообще?

— Сложный вопрос, — усмехнулся он, — Я вот, это у тебя и хотел узнать.

— Я маленькая девочка, я откуда могу знать, — надула я губы.

— Ты, давай, не скромничай. Маленькая девочка…

— Ладно, — кивнула я и продолжила, — Корея и Вьетнам. Там есть стратегический интерес у США. Наверняка интерес их в том, чтобы свои базы ближе к нам воткнуть? Ага, так и думала. Войскам нашим там делать нечего, а вот впрок завалить местное население нашим вооружением и военными спецами — самое то. Провести обкатку нового экспериментального вооружения. Чем не вариант? Ну и США хвост прижмём, зубы покажем, не вступая в конфронтацию напрямую. Но денег не давать, наоборот — продавать им всё. За деньги, за ресурсы. Если только несколько островов оттяпать, базы свои поставить. Как идея?

— Подумаем, — Ильич пошевелил бровями, делая отметки в блокноте, — Что по Европе?

— Ох, эта Европа… — я вздохнула, — Дядь Лёнь, скажи честно, а кто придумал из европейцев делать славян?

— Чего? — вытаращил он на меня глаза, — Не понял вопроса?

— Ну, вот смотри, — съезжая на 'ты', продолжила я свою мысль, — Копни историю. Славяне, не важно — русские, украинцы, белорусы, сербы, пруссы — всегда жили в родоплеменном строе. Я упрощаю, но сейчас сам поймёшь. Что в древности, что в средние века, что при царе. Все эти общины, колхозы-совхозы, помещичьи угодья, барщина и тому подобное. По сути — всё это, одно и то же, меняются условия общего вклада и сборы. Но суть общин остаётся одна и та же — общий труд. Я имею в виду основную массу населения, а не частные проявления. Социализм, это по большому счёту, это тоже община. Совместный труд одного большого рода-племени. Всё делаем вместе и между всеми делим. Верно?

— Ну… Если приблизительно, то да, — кивнул Ильич, — Нагородила ты много, но мысль твою я понял.

— Поэтому, социализм и коммунизм, замечательно ложатся на менталитет нашего общества, преимущественно состоящего из славян, привыкших к родоплеменным отношениям. А теперь смотрим в Европу. Они от родоплеменных отношений перешли к феодальному строю, который был, по сути, упрощённой моделью капитализма — дробление на мелкие, частные хозяйства. Затем они перешли в современный капитализм, то есть, усложнение средств производства и укрупнение самих хозяйств. А теперь вопрос, кому пришла идея привить родоплеменные взаимоотношения людям, которые имеют менталитет махровых капиталистов на протяжении уже пары тысяч лет? Потому и спрашиваю, кто решил, что из них можно сделать славян? Это невозможно.

— Ну, так уж и невозможно, — пробурчал Ильич, — Работаем с ними, вон, венгры, Чехия, нормально же всё. Хотя, Чехия… Мда. Попортили они нам нервы.

— Не нормально, сам понял, да? — кивнула я, — Только ослабите вожжи — сразу всё развалится. Они сейчас-то, только принудительно выполняют указания, да деньги тянут. Тянут же? Ага, можешь не отвечать, по глазам вижу. Так вот, как только перестанете платить — станут врагами. Так зачем деньги тратить, если есть другие пути воздействия. Как США делает, например, присмотритесь к ним — есть чему поучиться. Так и вы поступайте, есть же специалисты, заимствуйте опыт. Только, не навязывайте им коммунистические взгляды. Капиталист верит в силу денег, а не в силу светлых идей. Вот деньгами и прибылью заинтересовывайте.

— А как США делает?

— Кредиты, деньги взаймы — под проценты. Как паук плетёт паутину, затягивая в неё всё больше и больше мух. Открывайте свои представительства, банки, совместные предприятия с их заводами и производственными концернами — с контрольным пакетом акций. Пусть развиваются, растут, связывайте всех паутиной взаимных обязательств. Дружите как с французами. Разве плохо? Надо деньги не тратить, надо их зарабатывать.

— Хм… А что, хорошая идея, дочка, — одобрительно хмыкнул Брежнев, — Так я этим пид… кхм… уважаемым товарищам из ЦК и скажу. А то привыкли народные деньги разбазаривать. Славяне говоришь? А поляки что, не славяне? Не упоминала ты их.

— А вот поляков я не стала бы славянами называть. Они уже давно не славяне. Тысячелетия рабами были, менталитет давно сменился на западный. То у Австро-Венгрии, то у немцев, то ещё у кого под плёткой батрачили — привыкли. Не рыба — не мясо. Гонор, злоба и обида на всех вокруг. Но торговать с ними можно, по той же схеме, как и с остальными. Но им денег не давать. Особенно им! Обманут с удовольствием и ещё будут этим гордиться, такой вот пакостный народ. Что-то вроде крыс или шакалов. С югославами можно и нужно дружить, помогать по мере возможности, но не баловать. Там, конечно, сильные прорусские настроения, но… халява развращает. Да и не однородное это государство. Там хватает проблем. Тоже, кстати вариант — помочь им нашими методиками по подавлению националистических настроений. Вот… Лучше помогать развиваться, заключая совместные, взаимовыгодные проекты — туризм, например. Чем не выгода? И нам хорошо — люди слетают за границу в лояльное для нас государство, мир посмотрят. Совместные предприятия, союзный договор о защите совместных интересов с обязательным размещением контингента наших войск на их территории. И им хорошо, деньги им в копилку упадут и нам хороший якорь среди Европы. Торговля и только торговля — за реальные деньги, должна быть с капиталистами. Слово — 'бесплатно', для них как признак идиотизма. Да, ещё хотела сказать — плюньте на общественное мнение. СССР достаточно могучая держава, чтобы не обращать внимания на чужой лай. Если задеты наши интересы, не разговаривать нужно, а бить в ответ и побольнее. Заплыл чужой военный корабль в наши воды — топите, залетел военный самолёт — сбивайте. Позиция должна быть жёсткой, силу уважают везде. Повозмущаются сначала, поорут, а потом привыкнут. Ну, вот такое моё мнение.

— Ладно, понял тебя, — задумчиво сказал Ильич, — А вот скажи…


***


Лондон встретил нас слякотью и сыростью. Первая мысль была — как они тут живут? Хотя, человек ко всему привыкает. Привезли всю нашу большую компанию в гостиницу, вышколенная прислуга быстро всех развела по номерам. Номер достался уютный, но с тем, который я занимала во Франции — не сравнить. И меньше и скромнее.

Благодаря моим усилиям, все мои люди достаточно свободно говорили на английском. Впрочем, как и на французском и немецком. Я давно ввела правило в студии, в приказном порядке чередуя — 'неделю английского', затем 'неделю французского', потом 'неделю немецкого', общаясь между собой исключительно на выбранном языке. Для обучения специально приняла двух преподавателей, один знал немецкий и английский, второй знал французский и английский — для обучения моего персонала. И это дало быстрый эффект, теперь любой мог свободно общаться с любым европейцем, не испытывая затруднений. Пусть у некоторых было ещё плохое произношение, но понимать и изъясняться могли все.

Встречал нас мой старый знакомый, Фредерик Паттерсон. Встретив нас, он радостно облобызал мне руку, наговорил кучу комплиментов и сопроводил в отель и испарился. Я, раздавая улыбки направо и налево, быстро узнала имена всей прислуги, которая попадалась мне на встречу, продефилировала в номер, быстро распаковала чемоданы — отказавшись от услуги горничной. Затем, отдав распоряжения своему администратору, подхватила Веронику, и мы отправились в патентное бюро, регистрировать очередные мои произведения. У меня это было твёрдым правилом, не давать капиталистам ни одного шанса для использования моих 'нетленок' для собственной наживы. Обладая уже большим опытом, регистрация прошла быстро, затем я отправилась в одно из юридических отделений, известной Лондонской фирмы, для заключения договора. Там встретили меня доброжелательно, быстро составили нужный договор и подписали с обоюдным удовольствием.

Затем, отправилась смотреть место, где предстояло выступать. Так как инициатором приглашения являлось правительство Великобритании, то местом для проведения концерта был выбран самый престижный зал — Альберт-холл, знаменитый лондонский королевский зал искусств и наук имени Альберта. Посмотрела снаружи, ничего так… Большой, круглый, странный. Красиво и солидно смотрится. Поинтересовалась, сколько там народа помещается, сказали, что расчётное количество, восемь тысяч, но можно разместить девять тысяч, если чуть уплотнить.

Иногда встречала афиши со своими портретами и сообщениями, о месте проведения концерта. Рекламировали меня не затейливо — просто Богиня. С уточнением — что 'та самая Богиня'. Тоже поинтересовалась, что означает — та самая? Оказалось, что СССР вник в политику торговли и фирма 'Мелодия' продала миллион пластинок с моими песнями на английском языке. Когда вернусь домой, кто-то будет иметь от меня неприятности, почему я за это не получила денег? Порву как Тузик грелку. Хотя, по любым меркам, я просто до неприличия богата, хотя и не могу пока пользоваться своими деньгами — малолетка ещё. У меня уже, не считая валютного счёта, в одних рублях более шести миллионов на сберкнижке лежит. Были деятели, пронюхавшие о моём состоянии, убеждавшие меня сделать широкий жест и отдать свои деньги в какой-либо фонд. В детские дома, интернаты, озеленение города, поощрение студентов за отличную учёбу и так далее. Но я им просто сунула фигу под нос и прямым текстом послала на хутор ловить бабочек. Моё — это моё. Если такие умные, заработайте сами и отдавайте куда хотите, кто вам мешает? А к чужим деньгам не лезьте — руки поломаю.

Вот, поэтому — я та самая Богиня, уже широко известная публике. Да и французы тоже подсуетились, широко меня рекламируя — как свою собственную звезду эстрады. Так и преподносят иностранной прессе — наша французская Богиня, и не волнует их абсолютно, что я живу в СССР. Для них я француженка — и никаких гвоздей. Поднимали тему о двойном гражданстве, но в СССР это запрещено. Так тема и увяла, да и пофиг. Горжусь, горжусь…

Осмотрела сам концертный зал. Впечатляет. В таких залах я ещё не выступала, почти вдвое больше дворца съездов. Да и оформление впечатляет, богатство и старина так и выпирают. Что-то подобное я у себя в студии в концертном зале сделала, но масштабы конечно не те. Аппаратуру уже установили, подошла к микрофону, выдала несколько голосовых тонов, акустика очень даже отличная. Редко какой зал может этим похвастать. Обычно, или звук гаснет или наоборот появляется ненужное эхо или гулкость, что одинаково плохо. Тут всё как надо, объём, чистота — мастера зал делали. В общем, я осталось довольна. Как мне сказали, тут пару-тройку лет назад выступали знаменитые Битлз, тоже хвалили акустику. Даже и не сомневаюсь в этом, очень крутой зал.

— Здравствуйте, мисс Диана, — поздоровался Паттерсон, подкравшись, как ему могло показаться — незаметно.

— Здравствуйте, мистер Паттерсон, — не оборачиваясь, ответила я, всё так же глядя в зал, — Если вы хотели произвести на меня впечатление бесшумной походкой, вам это не удалось. Вы не учли, что сквозняк дует из-за кулис на сцену, а у вас очень сильный запах одеколона. Я вас почувствовала сразу, как вы встали за кулисами, наблюдая за мной.

— Вы как всегда готовы к неожиданностям, — серьёзно заметил Фредерик, — Позвольте вас уверить, мы вас воспринимаем очень серьёзно, поэтому постарались учесть любые моменты, которые могут вызвать ваше недовольство.

— Всего нельзя учесть, мистер Паттерсон. Как вы думаете, о чём я думаю, глядя в этот зал?

— Могу предположить, используя опыт наших французских коллег, вы смотрите в зал, и учитываете, сколько в нём будет реально зрителей. Я прав? Прошу прощения, если я ошибся, — Фредерик коротко поклонился.

— Отчасти вы правы. У вас есть предложение?

— Исходя из условий договора, вместимость зала восемь тысяч зрителей. Сверх этого, мы можем легко и с комфортом разместить ещё тысячу. И примерно полторы, смогут присутствовать стоя — что, скорее всего и будет. Интерес к вашим выступлениям грандиозный. Как видите, я с вами откровенен. Мы знаем о вашей деловой хватке и нас это очень радует. Нам более выгодно и более спокойно иметь дела с человеком, знающим цену денег, чем с глупыми альтруистами. Вы согласны с такой точкой зрения, мисс Диана?

— Мне она близка, и я понимаю вас очень хорошо. Я вся во внимании, мистер Паттерсон.

— Всё подсчитано и вас ожидает пять чеков Королевского банка по двадцать тысяч фунтов стерлингов — по одному чеку за каждый концерт.

Прикинув курсы валют, я признала цену справедливой. Так же, меня порадовали чеки Королевского банка, которые я в любой момент я могу превратить в наличные — в любом банке мира. Мне понравился деловой и хорошо просчитанный подход англичан.

— Отлично, мистер Паттерсон, меня всё это устраивает. Деньги вперёд.

— Разумеется, мисс Диана, возьмите, пожалуйста, — с лёгким поклоном, Фредерик протянул несколько бумажек. Внимательно осмотрев их, я убрала из в один из кармашков, скрывающихся в складках одежды.

— Как я понимаю, данный разговор, является прелюдией к другому разговору, мистер Паттерсон? — поощрительно, улыбнулась я.

— От вас ничего не скроешь, мисс Диана. Мы нисколько не сомневаемся в успехе ваших концертных программ, хотя, по условиям договора ваш репертуар является тайной за семью печатями. Поэтому, по примеру французских коллег, хотим провести несколько других концертов, разумеется, с другой схемой оплаты.

— Что же, у меня нет возражений, мистер Паттерсон. Посмотрев на результаты, моей работы — вы и примите решение о размере моего гонорара. Прошу учитывать, что цену своей работе я знаю.

— Разумеется, мисс Диана…


***


Кто сказал, что англичане холодны и не эмоциональны? Врут, сильно врут. Если в первый концерт просто хлопали, кричали и всячески показывали своё восхищение, то на второй и последующие — пели, плакали, жгли свечи…


There's a fire starting in my heart,

Reaching a fever pitch and it's bringing me out the dark

The scars of your love, remind me of us.

They keep me thinking that we almost had it all

The scars of your love, they leave me breathless

I can't help feeling…

We could have had it all…

(You're gonna wish you, never had met me)…

Rolling in the deep

(Tears are gonna fall, rolling in the deep)

You had my heart…

(You're gonna wish you)…

Inside of your hand

(Never had met me)

And you played it…

(Tears are gonna fall)…

To the beat

(Rolling in the deep)


/фрагмент песни Adele — Rolling in the deep/

http://www.youtube.com/watch?v=rYEDA3JcQqw


Девочки из бэк-вокала были в ударе, глядя на реакцию зала. Пели, танцевали у микрофонов, хлопая в ладоши в такт музыке. Мистер Паттерсон с удивлением смотрел в набитый зал, видимо даже его фантазия пасовала перед количеством желающих попасть на концерт. В определённый момент, проанализировав его поведение, я пришла к выводу, что в данном случае, он представляет даже не заказчика гастролей, он вообще представитель третьих лиц. Самому ему не тепло и не холодно от того, сколько зрителей в зале — он с этого ничего не имеет. Да и странно было, что представитель дипмиссии занимается гастролёрами. Значит, чего-то им от меня ещё надо.

И вот снова я выплываю на сцену под рёв зала. Зазвучала музыка:


I heard that you're settled down,

That you found a girl and you're married now,

I heard that your dreams came true,

Guess she gave you things I didn't give to you,

Old friend, why are you so shy?

Ain't like you to hold back or hide from the light

I hate to turn up out of the blue uninvited,

But I couldn't stay away, I couldn't fight it,

I had hoped you'd see my face,

And that you'd be reminded that for me it isn't over

Never mind, I'll find someone like you,

I wish nothing but the best for you two,

Don't forget me, I beg,

I remember you said,

"Sometimes it lasts in love,

But sometimes it hurts instead,"

Sometimes it lasts in love,

But sometimes it hurts instead, yeah


/фрагмент песни Adele — Someone like you/

http://www.youtube.com/watch?v=hLQl3WQQoQ0


Пела я о вечном — женском, что все мужики козлы и не ценят нас нежных и неповторимых. Не замечают наших чувств, нашей любви и бросают нас, как на горизонте замаячит очередная юбка. В общем — сволочи вы, мужики. Судя по реакции зала, женщины целиком и полностью были согласны с такой моей жизненной позицией. Но и мужчины, как это не странно, тоже ни капли не возражали. На последнем концерте, я просто перестала петь в определённый момент, но песня не перестала звучать — наоборот стала сильнее, когда запел весь зал… Видимо, понравилась всем, раз слова выучить успели.


Глава 22 | Просто Богиня | Глава 24