home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 30

Следующее утро, у большинства отдыхающих наступило поздно. И у всех, за исключением меня — с больной головой. Подруги тоже, дорвавшись до красот природы и без всякого контроля с моей стороны, оторвались по полной программе.

Было обильное застолье, множество горячительных напитков, музыка, песни, танцы, костёр. Разговоры 'за жизнь', 'братание', 'ты меня уважаешь?' и всё остальное, что принято в большом и дружном коллективе, дорвавшемся до халявной выпивки.

Сама я совсем не пьянела, так что перепробовала все напитки, которые были на столе. Что-то понравилось, что-то нет, но твёрдо решила организовать домашний бар, некоторые вина были очень вкусные. Да и гостей нужно будет чем-то угощать, рюмочка за столом всегда располагает к душевному разговору.

Вспоминая вчерашний вечер, тихо хихикала, глядя на помятые лица подруг. Вчера, когда им было уже совсем 'хорошо', узнала много 'ужасных тайн', которые они от меня тщательно скрывали. Кто с кем дружит, сколько раз поцеловались, только от Вероники так и не дождалась откровений. Любовная тема для неё великое табу, даже в почти невменяемом состоянии. Чуть надавишь, и может сорваться в слёзы, а мне это не надо. Она мне как родная, не хочу её мучать.

Глядя на Надьку, Юльку и Ленку подумала, что подруги уже почти взрослые. Начались определённые отношения с парнями. Сейчас, мы ещё живём девичником, но вскоре им потребуется своё жильё. Кавалера к нам не приведёшь, не пообщаешься наедине. Надо что-то придумать. И в этот момент, подумала про себя — почему меня 'не тянет' к парням? Физически я давно созрела, тело и психика идеальные. Но вот нет у меня к ним интереса. Бывая в Европе, я прекрасно знала, что есть и любители однополых отношений. Но если меня не тянет к парням, но не тянет и к женщинам. Странно.

Нет, мне нравится смотреть на красивых людей. Красивые лица, фигуры, талантливость… Но это любование эстета, без всякой сексуальной подоплёки. Решив обдумать этот вопрос в ближайшем будущем, переключила внимание на просыпающийся особняк.

— Алкаши, подъём!!! — заорала я во всю силу своих лёгких, — Вас ждут великие дела, десять кругов вокруг особняка!

— ОооООооо… — раздался дружный, разноголосый стон из всех комнат.

— О, Величайшая, помилуй нас грешных, — взмолился, выползая из комнаты Степан Михайлович держась за голову.

— Да шучу я, Степан Михалыч. Я же не садистка. Но народ надо немного расшевелить, а то проваляются весь день, а вечером снова накушаются. А на другой день снова спячка до вечера и так каждый день? Это не отдых получится, а не понять что, — объяснила я, — Народ, я шучу! Но если не подымитесь и добровольно не пойдёте на озеро, обещаю за ноги до него волоком каждого персонально оттащить. А ступеньки тут высокие и твёрдые! Быстро встали и поползли на озеро! Считаю до десяти — раз…!

Сжигаемая обречёнными взглядами, я контролировала передвижение своих 'смертников' до озера, а там персонально окунала страдающих водобоязнью страдальцев и страдалиц. Коллектив у меня был почти сбалансированный, так что доставалось всем поровну. Но буквально минут через двадцать, все были активные, бодрые и мокрые. И почти трезвые. Да и 'мокание' многим понравилось, вода была приятная. Меня мокать не могли, я к тому времени сама в воду залезла, так принялись за тех, кто ближе стоял. И скоро начались массовые водные процедуры, с криками, визгами и хохотом.

Как раз в это время приехал Олег Фёдорович с моими родителями. И все трое удивлённо смотрели на сотню с лишним веселящихся дядь и тёть разных возрастов, резвящихся в воде как дети. Ну, расшались слегка — бывает. Помахав им ручкой, крикнула 'водоплавающим', что завтрак через полчаса, отправилась к машине.

Наобнималась с родителями и с Олегом Фёдоровичем, отвела их в приготовленные номера, тоже предупредив о скором завтраке. По пути, мама крутила головой, восторгаясь природой, и расспрашивала где тут и что. Отец только крутил головой по сторонам и хмыкал. Потом спросил:

— Как ты везде успеваешь?

— Умеючи, пап, умеючи. Учителя были хорошие, да и наследственность не подвела. Вон вы, какие у меня хорошие и умные, — перевела я стрелки с себя на родителей.

Все трое переглянусь и дружно рассмеялись. А чего? Я ничего и нигде не соврала. Вскоре потянулись бодрые 'утопленники', разбегаясь по комнатам — переодеваться к завтраку. Заскочив к себе, тоже быстро переоделась в шорты и топик, надев лёгкие туфельки, спустилась в столовую. Через некоторое время, потянулись все остальные. Подождав пока соберутся все, огласила своё пожелание:

— Слушаем меня внимательно! А то чем-нибудь сейчас кину! В спиртном вас никто не ограничивает, но рекомендую растягивать удовольствие до вечера, а не нахрюкиваться с утра. Опохмел — это святое, но умеренно, умеренно товарищи… Вечером наверстаете. Но чтобы не было для вас сюрпризом — ежедневно утром, все будете нырять в озеро, как и сегодня. У меня всё, приятного аппетита.

Народ, у меня понимающий. Дружно поржали, открыли бутылки, опохмелились и заработали ложками и вилками. Позавтракав, все расползлись кто куда, я подхватила родителей под руку, погуляла с ними по аллеям, потом оставила их совершать променад самостоятельно, а сама поймала Олега Фёдоровича — для приватного разговора. Подхватив по пути бутылочку вина и пару бокалов, уселись в креслах — на улице под навесом. Как истинный джентльмен, Олег Фёдорович разлил вино по бокалам, и неторопливо потягивая вино, завязалась неспешная беседа. Его интересовало абсолютно всё. О чём-то я говорила, давая попутно анализ, где-то умалчивала — там у меня свой интерес был, нечего там чужим делать, даже если это мои хорошие знакомые.

— Да уж, не скучная у тебя жизнь, — сказал Олег Фёдорович, задумчиво пригладив, седой ёжик волос, — Как я сказал когда-то, внизу ты не останешься. Но что так высоко взлетишь, даже и не думал. Надо же, восемнадцать лет и уже дважды Герой труда. И остальные награды, совсем не рядовые. Но ладно, это всё за искусство и талант. Прибавь, боевой орден. Но всё равно, как-то удивляет, такое лояльное отношение высших органов власти. На сегодняшний день, ты самый известный — неприкасаемый человек в Союзе, как я понимаю. Это не просто удивляет, это даже… слова такого не подберу.

— Да чего тут удивляться? Всё дело в том, что определённый круг людей, в курсе моих некоторых особенностей, — и я вкратце рассказала о некоторых событиях, краем прошлась по последующему дождю из наград и определённом карьерном росте. Некоторое время мой собеседник размышлял, потом спросил:

— Значит, в какой-то мере, это благодаря тебе прошла глобальная чистка парт состава?

— Не в какой-то мере, — ответила я, отпивая из фужера, — Именно, благодаря мне. Моими подвигами заинтересовался Леонид Ильич, пригласил на беседу. Вот как-то в разговоре, я ему и дала анализ ситуации в республиках. Было на чём объективно основываться. Я их к тому времени, достаточно объехала — наобщалась, насмотрелась, наслушалась. А события в Таджикистане, были тем камушком, который вызвал лавину. Просто я оказалась тем человеком, который этот камушек столкнул.

— Да, дела… Не опасаешься мести?

— А кто знает? До вас знало всего четыре человека в правительстве. Они будут молчать. Да и месть… — я покачала головой, — Тот кто решит мне мстить, проживёт ровно до того момента, когда я до него доберусь. Потом его можно будет считать трупом. В какой бы части планеты он не находился.

— Не переоцениваешь себя?

— Скорее, вы меня сейчас недооцениваете. Но, давайте оставим эту тему. Вы где сейчас трудитесь? — вопросительно приподняла я бровь.

— Второй секретарь Москвы, — вздохнул Олег Фёдорович.

— О! А чего так тяжело вздохнули? Это достаточно большое повышение, Второй в самой столице — это не Первый в областном городе. Это вроде как выше по статусу?

— Понимаешь, Первый — это всегда Первый. Именно Первый решает всё. По статусу да, Второй в Москве имеет несоизмеримо более высокий статус, чем Первый из любого другого города страны. Да и по возможностям… Понимаешь, привык я быть хозяином, а тут вроде как на побегушках. Главная задача, это вовремя поддакнуть Первому, а поддакивать — как ты понимаешь, мне очень и очень тяжело.

— Понимаю… — ответила я, раздумывая, — Ладно. Есть некоторые варианты. Надо обдумать и посоветоваться.

— Ты никак решила мне протекцию оказать, — хмыкнул Олег Фёдорович.

— Почему бы и нет? — пожала я плечами, — Чувствую, Леонид Ильич меня скоро в партию затащит и начнёт по партийной линии двигать. В любом случае, мне потребуется понимающий человек в верхах. Который и поймёт и поддержит.

— Ну, если только если с такой позиции смотреть, — задумался он, — А Второй секретарь, это уже не котируется у тебя?

— Нет, никак не котируется, — согласилась я, — Вот член ЦК — это да, это звучит.

— Ого, высоко замахнулась…

— Нет, просто просчитываю варианты, — покачала отрицательно головой, — Леониду Ильичу тяжело системой ворочать. Ему веская поддержка нужна. Сподвижников и понимающих людей у него в правительстве мало. Сам знаешь, там как пауки в банке. Интриги, грызня… И чем выше — тем пауки больше и злее. Вместо того, чтобы всем вместе одно дело делать, неустанно грызуться. Разброд и шатание. А со мной ему спокойно и надёжно. Он прекрасно знает, что я его не подведу, и что я за него любого порву.

— То есть, ты уже всё распланировала и определила мне место в своих планах? Так скажем, полочку определила? — прищурился Олег Фёдорович.

— А что? Есть возражения? Или поиграем в обиженного взрослого дядю, которому стрёмно принимать поддержку от молоденькой соплюшки? — улыбнулась я.

— Всё, всё, сдаюсь, — рассмеялся мой будущий протеже, подняв вверх руки, — С тобой не интересно играть, насквозь видишь. Согласен я с тобой. Да и скучно мне на месте Второго, не тот размах, не те возможности. Да и Второй — это всегда Второй. Там тоже свои интриги. Про Брежнева ты, верно, сказала, на него всё внимание, он центральная фигура и всегда будет объектом атаки всех групп влияния. Ильичу нужна сильная, своя собственная группа сподвижников. То, что он сейчас делает, мне понятно и нравится. Так что, если получится, двигай мою кандидатуру. Я обеими руками — за!

— Имей ввиду, Олег Фёдорович, назад дороги не будет, — серьёзным взглядом посмотрела я на него, — Не угрожаю, но предупредить должна, не чужой ты мне. Но Ильича в обиду не дам, он нужен нашей стране — как бы пафосно это не звучало. Поэтому, из вас двоих, я выберу его.

— Ладно, ладно, я вроде повода не давал в себе сомневаться, — надулся он сразу, — Вроде бы должна меня уже хорошо знать, что я от своего слова не отказываюсь и всегда его выполняю.

— Потому и говорю открыто, чтобы знал, подо что своё слово даёшь. Первый секретарь горкома у нас или даже Второй горкома — в Москве, это не член ЦК СССР. Игры в ЦК 'взрослые' и возможности тоже огромные. Всё-таки, государственный уровень влияния. Ты даже как сотрудник КПК имел возможность наехать на члена ЦК? Нет. Тебя и на пушечный выстрел к ним не подпустят. Так что, сам понимаешь… Разные мысли могут в голову прийти, когда власть ощутишь. Настоящую Власть! Я не всё тебе рассказываю, не время пока. Но возня в райкомах-горкомах, не в какое сравнение не идёт с гадюшником в правительстве. Как переговорю с Ильичом, как будет ясность, тогда поговорим ещё. А пока, давай выпьем этого вкусного вина. Надо будет сказать, чтобы в машину закинули ящичек, будет, чем гостей угощать.

— Уфф-ф, намутила-то, намутила… — хмыкнул Олег Фёдорович, — Будем считать, что я проникся серьёзностью момента, всё понял с первого раза и настроился на работу. Ильичу скажи, что я его с потрохами. Очень уж хочется играть по серьёзному, пока здоровье есть. Один раз я сделал ставку — на тебя и не прогадал. Надеюсь и сейчас выиграю. Ну, а проиграю… Значит — проиграем все вместе.

— Вот за что я тебя уважаю, так это за твой авантюризм, — рассмеялась я, стукнув фужером по его ёмкости, — Всё, давай пока оставим серьёзные разговоры, смотри какая погода хорошая…


***


Отпуск пролетел незаметно. Коллектив был довольным, загоревшим, бодрым и готовым к великим свершениям. Поэтому, быстро и без раскачки я впрягла всех в работу. Так как зданиями мы обросли солидно, основная нагрузка легла на плечи моего зама по тылу — Степана Михайловича, на проректора — Веру Семёновну, на которую пока спихнула кадровую работу, ну и остальных без работы не оставила. А сама впряглась в работу по организации киностудии.

Если спросить кого постороннего — что такое киностудия, тот сразу ответит — там кино снимают. Просто, да? Кино снимают… Да, блин, совсем это не просто. Киностудия, это целая индустрия, можно сказать — завод или фабрика. Ну, или комбинат. Множество различных производственных помещений, множество сотрудников. Тут тебе и портные, и столяры, и сварщики, и монтажники, и осветители, и пиротехники и… много кого. Режиссёр, актёры и кинооператоры идут самыми последними в этом перечислении. И вот в организацию этого болота я и окунулась. Хорошо, знакомые на Мосфильме появились, вот у них и консультировалась, как и что. Но, справилась к началу учебного года.

С названием и логотипом не заморачивалась. Так и назвала 'Студия Богини' и логотипом взяла моё изображение — в полный рост, отлитое в бронзе, в древнегреческом хитоне с диадемой на голове. А что? Красиво, мне самой нравится. Это мне на день рождения один знакомый статуэтку подарил, мне понравилось. Пусть и народ посмотрит на такую красоту.

Для начала на базе нашей киностудии решили снимать киноролики или как их называют за границей — музыкальные киноклипы. В принципе, мы тоже не стали сильно мучиться с названием продукции и стали называть их коротко — клипы.

Изрядно повозившись, практически до начала августа, пока наработали определённый опыт. А потом ударными темпами записали несколько роликов с моими песнями. Получилось что-то вроде короткометражных фильмов на определённую тематику с музыкальным сопровождением. Народу понравилось и, связавшись с Центральным телевидением Гостелерадио СССР, договорилась о встрече. А в это время народ пахал, готовясь морально и физически к началу экзаменов.

Как принято говорить в некоторых кругах, встреча прошла в 'тёплой и дружественной' обстановке. Посидела с нужными людьми, попили чаю с коньяком, посмотрели, что я им привезла… И все дружно решили — Богиня не может без сюрпризов. Хороших сюрпризов, поэтому, запустили в показ в этот же день в качестве десерта к Новостям.

Для народа, это было слегка неожиданно, когда в конце программы 'Время', диктор сказал:

==И в заключении… Студия Богини, желает всем жителям нашей Великой страны здоровья и хороших снов. Пусть сбудутся все ваши мечты. А теперь, небольшой подарок — музыкальный клип от Богини, 'О нём'…


Собираю наши встречи, наши дни,

Как на нитку, это так долго,

Я пытаюсь позабыть,

Но новая попытка колет иголкой.

Расставляю все мечты по местам,

Крепче нервы, меньше веры,

День за днём, да гори оно огнём,

Только мысли все о нём и о нём,

О нём и о нём.

Я к нему поднимусь в небо,

Я за ним упаду в пропасть,

Я за ним, извини, гордость,

Я за ним одним, я к нему одному.


/Фрагмент песни И.Дубцова — О нём/

http://www.youtube.com/watch?v=IoQuejzVvQ0



***


— Богиня, как тебе не стыдно? — укоризненно смотрела на меня Фурцева, пытаясь достучаться до моей совести.

— Каюсь, Екатерина Алексеевна. Вот ни капельки не стыдно. Кстати, вот вы Министр, а на печенье с конфетами жмётесь. Как вам не стыдно?

— Это я-то жмусь? — возмутилась Фурцева, — Да на тебя проглотку, не напасёшься! Сметелила килограмм конфет и печенья — и я после всего этого жадина?

— Ага, — беззаботно ответила я, моргая честными глазами.

— Ладно, — прихлопнула ладонью по столу, Фурцева, — Пошутили, и хватит, давай к делу. Я вот что тебя выдернула… Обратились к нам представители из ряда стран о покупке прав на трансляцию наших клипов. Но так как ты у нас мадмуазель хитрожопая, оказалось, что правами-то мы как бы и не обладаем. Все права на данную продукцию 'Студии Богини' — принадлежат этой самой хитрожопой Богине. Понимаешь, к чему я веду?

— Ну, разумеется, я хорошо вас понимаю, дражайшая Екатерина Алексеевна, — ухмыльнулась я плотоядно, — Не вижу никаких проблем. Сейчас заключим договор и…

— Опять деньги тянуть будешь? — грустно сказала Фурцева.

— А как же! Или мадам хитрожопая министр, решила бесплатно на Богине покататься? Бесплатно у нас только кошки родятся. Кстати, вот я и договорчики заранее приготовила. Тут только ваша подпись и печать нужны… Ну и дату поставить. И можно в бухгалтерию нести…

— Так ты знала?!

— Ну… Догадывалась, — уже в полный голос, рассмеялась я.

— Правильно я сказала — хитрожопая.


***


Досада Фурцевой была вполне объяснима. СССР тяжело, со скрипом, поворачивал в сторону частичной, частной предпринимательской деятельности. Как некоторые говорили — ко второму НЭПу. Пессимисты и разные нехорошие личности шептались о деградации КПСС, предательстве в Кремле, о старческом маразме Брежнева… Да много чего болтали, но постепенно, эти разговоры сходили на — нет.

Государство, чётко сказало, хочешь зарабатывать — имея для этого возможность? Зарабатывай. Но законным образом и десять процентов с прибыли отдай государству. Считаешь, что это много? Тогда работай как все и заткнись. Это касалось всех. Как и обычных людей, так и любое предприятие. Имеет возможность завод или фабрика, на базе своего производства — не в ущерб самому производству, производить какую-либо продукцию — производите, продавайте, но налоги платите. Как вы в дальнейшем распорядитесь этими деньгами — не наша проблема.

Так вот, народ сначала робко, потом всё смелее и смелее, взялся за дело. Появились всякие артели, кооперативы, частные лавочки и магазины, народ стал проникаться возможностью жить спокойно, свободно и сытно. И что самое главное — не боясь государства. Даже появилась народная шутка, заплатил налоги — спи спокойно.

А хитрожопой меня Фурцева правильно называет. Я озаботилась всеми необходимыми документами и на базе своей студии выпускала клипы с моими правами на собственность — как собственную продукцию. И не подкопаешься ко-мне — сама ведь Закон этот писала, мне-то уж не знать как там и что. В ЦК на обсуждение его подавал Косыгин, но моё авторство этого Закона пока тщательно скрывалось, что будоражило умы не только в СССР, но многих разведок мира — кто же в СССР такой умный? Кто стоит за всем тем, что СССР круто изменило свою политику? Кто этот 'Серый кардинал'?

Разумеется, не всё было просто. Со скрипом привыкала система правоохранительных органов, когда тех, кого надо было недавно ловить — теперь приходилось, как минимум не замечать. Менялись статьи административного и уголовного кодекса, появились статьи касающееся налогообложения, менялись разные нормативные акты определявшие сферу деятельности частных предприятий. Менялось многое, приспосабливаясь к новой политике государства. Приспосабливался и криминалитет…


Глава 29 | Просто Богиня | Глава 31