home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 18

   Снова наступил вторник, как и неделю тому, Майя встала ни свет, ни заря, но только причиной тому была элементарная привычка, воспоминание о том, что нужно бежать на дежурство у постели больного.

   Соня спокойно посапывала на своей половине кровати. Выскользнув из постели, Майя потянулась, проверяя, дал ли ей хоть что-то неожиданно долгий сон. Возвращаться назад в постель не было желания. Причина проста, ее мучило ожидание, сегодня должен был вернуться герцог. Вчера Дэн сообщил об этом Дамиану, на осторожный вопрос Майи, а когда приблизительно, он пожал плечами. Скорее всего после обеда... Именно поэтому, они и решили устроить отъезд Витора этой ночью.

   К сожалению, водные процедуры и сборы заняли у Майи всего полчаса, а что делать дальше, она не имела ни малейшего понятия, оставив Соне записку, в которой сообщала, что в случае чего, та может искать ее в комнате, отправилась к себе. Но и там, ее не отпускало ощущение, что скоро, совсем скоро они встретятся, вот только предательница минутная стрелка плелась как улитка. Не выдержав и эту муку, девушка приняла решение.

   Спустившись вниз, зашла на кухню, там уже вовсю кипела робота. Сегодня, предстоял длинный день, нужны были заготовки для всех уезжающих завтра гостей, праздничный пир устроили вчера, слишком много дел у всех сегодня.

   На просьбу собрать ей корзинку с продуктами для прогулки, кухарка рассеяно кивнула. И уже через пару минут, в ее руках оказался щедрый набор для завтрака, покрывало, газета.

   Майя захотела скрыться там, где нет часов, где они не будут мучить ее своей медлительностью. Спустившись к пруду, она разложила покрывало, достала из корзинки ватрушку, солнце только начало свой путь, не пекло, но пригревало.

   Чего ей ждать от встречи? Что изменилось за неделю у него? У нее многое, но только не чувства по отношению к Дэрреку.

   Майя легла на покрывало, закрыла глаза и попыталась представить, как должна произойти их встреча. Карета подъезжает к дому, из нее выходит герцог, дом почему-то пуст, нет снующих повсюду людей, зато есть она. Только что проснувшаяся, без ставших уже привычными синяков под глазами, она спускается по лестнице к завтраку, и в этот самый момент открываются двери, солнце, светящее в дверной проем создают ореол вокруг его фигуры. Высокого, мужественного, в белой рубахе и темных штанах, как тогда, в первую их ночь. И нет между ними преграды из людских глаз. Не боясь людского осуждения, она преодолевает лестницу, перелетая ступеньки, и получает достойное вознаграждение. Ее ждут теплые объятья, такие надежные, такие желанные. И его хриплое "я соскучился". Представляя все это, у Майи внутри селилось тепло, волнами расходящееся по телу. А потом... Майя впервые не отдернула себя, позволяя мечтать о подобном. А потом, он, встав на колено, прямо в прихожей признается в любви. Ей, признается в любви ей. Лучший мужчина на свете.

   Недельная усталость, тихий плеск воды, пригревающее солнышко и волнующие грезы заставили ее сомкнуть веки, погружаясь в сон...


*****

   Дэррек ехал в карете, предчувствуя грядущую встречу. Выехал он очень рано, еще до восхода солнца, он сильно соскучился.

   Посмотрев в окно, в котором проносились уже знакомые пейзажи, он залез во внутренний карман, достал футляр.

   Чуть нажал, коробочка открылась. Сложно предположить, случайно ли так распорядилась судьба, но белый золотой ободок венчал синий бриллиант, ее цвет, ее камень. Он долго думал, когда же сделает ей предложение, наедине или при всех, утром или вечером, или ночью. И пришел к выводу, что все зависит от того, насколько у него хватит выдержки... Опять ему нужна выдержка с ней.

   Карета подкатила к дому, не дожидаясь спустившегося лакея, Дэррек вылетел из осточертевшего транспорта. На пороге его встречал Дэн, как всегда счастливый видеть вернувшегося хозяина, который возьмет решение всех вопросов на себя. Пока дворецкий отчитывался о всем, что по его мнению, герцогу стоит знать, Дэррек прошел в холл, взлетел по лестнице на второй этаж. Еще рано, она наверняка спит, он не разбудил ее тогда, но ничего не мешает сделать это сейчас, правда никак не для прощаний...

   Отчеты дворецкого он слушал вполуха, поблагодарив запыхавшегося старичка, который пытался всю дорого до хозяйских покоев не отставать, Дэррек закрыл перед его носом дверь. Еще будет время заняться делами, сейчас его больше интересует другое.

   Сняв пиджак, мужчина бросил его на кресло, подошел к двери, нажал на ручку. Он представлял, как подойдет к кровати, вдоволь насмотрится на спящую голубку, потом, аккуратно, не желая испугать разбудит, целуя, и, черт побери, испытает истинное удовольствие, увидев в голубых глазах сначала неверие, а потом радость, представлял, как доведет до слез от счастья, заставит смеяться и обхватывать шею в объятьях с такой силой, на какую только способны ее тонкие ручки.

   Вот только сбыться этим мыслям, было не суждено. В комнате пусто, постель застелена. Сказать, что он удивился - не сказать ничего. Неужели не встающая раньше десяти Майя решила сменить привычку? И где она в таком случае? Странные сомненья закрались в душу. Что-то произошло? Он заглянул в ванную, гардеробную, вернулся к себе. Ее нигде не было... Следующими пунктами стала библиотека, кабинет... Дэн на вопрос о том, где все гости, ответил, что его светлость вернулись рано, гости еще спят.

   - Все?

   - Во всяком случае все, о ком мне известно, - отличный ответ.

   Все время до завтрака, его не отпускала тревога, но приложив все усилия, он заставил себя отвлечься. В конце концов, произойди что-то серьезное, он бы об этом узнал. Перед тем, как спуститься к завтраку, Дэррек еще раз заглянул в смежную комнату. Ничего не изменилось, помещение пустовало.


*****

   Видимо, вчера все хорошо повеселились, на устроенном прощальном торжественном банкете. Дамы устало обмахивались веером, а мужчины лакали воду в неимоверных объемах. За день ушел полугодичный запас вина, хранимый Дэном как свое самое дорогое сокровище.

   За столом не было троих: Сони, Майи и Витора. Первая - уже по привычке попросила подать ей завтрак в комнату, Витор как раз в этот момент выходил из кареты, пытаясь держать на лице улыбку, чтобы не напугать маму и не заставить что-то заподозрить отца.

   А Майя, сладко улыбалась своим снам.

   Дэррек же не мог себе представить, что должно было случиться, чтоб она решила проигнорировать день его приезда. И дело не только в ущемленном самолюбии, он знал Майю. Сейчас, его тревога увеличилась в размерах во стократ.

   - Где леди Дивьер? Я ведь, кажется, просил не спускать глаз? - он предупреждающе посмотрел на Дамиана, который под этим гневным взглядом отложил приборы.

   - Я не знаю. Леди Соня у себя, ей нездоровится.

   - А старшая? - к черту Соню, к черту всех, куда подевалась эта девчонка... Он пытался сдержаться из последних сил, чтобы не сорваться на друге, а потом и на остальных.

   - Я не знаю, - Дамиан вправду не имел понятия, почему Майя не явилась на завтрак, утром он заглядывал к Соне, там ее сестры не было, что бы там не думал друг, он пытался исполнить его просьбу.

   - Где Майя, ваша светлость? - вездесущая Кэрри оставила в покое веер на несколько минут, и посмотрела на герцога. - Наверняка опять со своим любовником, - улыбнулась так, будто только что сказала не совершенно непозволительную вещь, а осведомилась о погоде.

   - Леди, вы забываетесь... - Дамиан предупреждающе пригвоздил ее взглядом, неужели у этой дурехи такая короткая память?

   - О чем вы? - Дэррек сильнее сжал нож в руке, не понимая еще до конца, на что намекает девушка.

   - Все просто, ваша светлость, я думаю, вы должны это знать, тем более, дом вот уже неделю об этом гудит, - обведя взглядом резко уставившихся в собственные тарелки присутствующих, Кэрри кивнула в сторону пустующих кресел.

   - Видимо, анибальты, не только внешне отличаются от нормальных людей, но и манерам они не обучаемы... Не скрываясь, даже не создавая видимость, как только хозяин за порог, они устроили тут совершенно непозволительное... - как ни в чем не бывало, она вернулась к трапезе.

   - О чем вы? - Дэррек перевел взгляд с пустующих кресел на девичье лицо.

   - Простите, я не могу о таком даже думать, не то, что рассказывать, в отличие от этих, с позволения сказать, людей, у меня присутствует чувство такта.

   Впервые в жизни, у Дамиана возникло непреодолимое желание хорошенько стукнуть ее по голове. Ему вспомнились те бессонные ночи, которые Майя провела у постели лежащего при смерти человека, вспомнилось, как она кормила его из ложки, когда он не мог сделать это сам, как выносила горшки, и думал, что эта неженка не способна даже на половину того, что пережила Майя. С позволения сказать человек... Она едва ли была человеком. Но, черт возьми, он поклялся, что никто не узнает правду, а значит, защитить ее он не может.

   На полный гнева взгляд Дэррека, Дамиан лишь пожал плечами. Какая разница, если все так считают, что изменится, если и он будет одним из них.

   Дэррек еще сильнее сжал нож. Что за бред происходит в его доме? Опять Витор, опять с ней, а ее нет.

   Продолжать этот фарс он не собирался, отбросив приборы, направился разыскивать дворецкого. Того, кто должен был объяснить все вразумительно. Уж в том, что он в курсе всего происходящего, Дэррек не сомневался ни секунды.

   - Я хочу знать, что произошло за время моего отсутствия, - дворецкий, держащий в руках расчетную книгу, с гордостью ее открыл, собираясь зачитать все расчеты... - Нет, я хочу знать, что это за история, с гостями.

   - Какая? - отлично, значит он в курсе, просто пытается показать, что в курсе всего, в том числе и более мелких происшествий.

   - Связанная с графом Винсентом и одной из леди, - ему не хотелось употреблять их имена даже в одном предложении, не то, что предполагать правдивость сказанного.

   - Я почему-то считал, что вас уже просветили во все... - подчеркнув свою значимость, он начал рассказ.

   Как только герцог за порог, в доме стали твориться ужасные вещи. Джентльмен на глазах у всех, не скрываясь, практически переехал в ее покои. Горничная не была туда вхожа, а как попала, только позавчера, была в ужасе, будто ураган прошелся, в клочья разорванное белье, смятые простыни. А граф Ланской даже пальцем не пошевелил, чтоб все это прекратить, только грозил всем расправой, если станут распускать слухи. А какие уж тут слухи, если все ясно как божий день.

   - Младшая сестра, леди, - он выделил свое обращения, намекая, чего стоят все эти титулы, - даже превратилась в настоящую затворницу, только представьте какой позор, кто же теперь возьмет ее в жены, когда так не повезло с сестрой...

   Когда он в последний раз пребывал в таком бешенстве, Дэррек не смог бы вспомнить, неужели все это правда? Неужели вот так Винсент решил ему отомстить за своего брата? Только не просто показал, насколько она неверная, а наверняка и сам подложил под него. Его Майя вдруг перестала быть чистой, наивной, искренней девушкой, которой он готов был признаться в любви. Нет, расчетливая, лживая тварь, отдавшая себя лишь по просьбе этого ублюдка.

   - Где Винсент? - спросил мертвенным голосом.

   - Уехал сегодня ночью, никого не предупреждая, только Граф Ланской был осведомлен, но мне сообщил уже сегодня утром, чтобы горничных отправил прибраться, - черт, убрался, ну ничего, у Дэррека еще будет возможность хорошенько ему врезать. И опять Дамиан, и он тоже, тоже с ними заодно? Продался все-таки за место?

   - Позови Дамиана, - пока дворецкий исполнял его указания, опять превратившись в тихого и покорного служащего, чувствуя приближающуюся грозу, Дэррек открыл верхний шкаф стола.

   Безделушка лежала на месте, вот только теперь она имела совсем другое значение. Значит "из надежных источников", значит, она докладывала ему обо всем, что происходило, и они вдоволь смеялись над ним? Дурак, какой же он дурак. Всю ее чистоту, наивность он сам же и придумал. Расчетливая, случайно она оказалась тогда в его библиотеке? Нет. Случайно подслушала их разговор? Нет. Дурак, ведь он думал, что загоняет ее в ловушку, а было совсем наоборот, это она оплетала его своими сетями. А как натурально пугалась, как натурально сопротивлялась. А всего-то пришлось пожертвовать своей девственностью, но видимо, Витора эта мелочь в ней не смущала, раз не брезгует пользовать, после него. И это ее "люблю", теперь казалось худшим, что он слышал в жизни, грязь, сплошная грязь.

   Дверь открылась, в кабинет вошел Дамиан, улыбающийся ровно до той секунды, когда их глаза встретились.

   - Ты все знал?

   - Что?

   - Не притворяйся идиотом! - он готов был убить, так что совсем не советовал Дамиана выводить его из себя.

   - Что ты хочешь знать? - Дамина сел в кресло напротив.

   - Все. Как давно они спят, почему я узнаю об этом от безмозглой девки, а не от собственного друга. Или не друга?

   - Друга, - его тон был примирительный, он собирался врать, но так, чтобы это сошло за чистую монету. - В их интимных делах я не осведомлен. Как долго "спят", я не знаю. Может месяц, может больше, - желваки заиграли на мужском лице.

   - Почему я узнаю об этом только сейчас? - черт побери, Дамиан... Дэррек прощал ему многое, и недомолвки, и маленькую ложь, и то, как он ставил свои интересы выше его, но этого прощать не собирался. А тем более, все больше убеждаясь в том, что друг замешан в этой мести. Так активно сватал ему Соню, так "случайно" перевел тему на их отношения тогда в библиотеке, в чем ему не отказать, так это в том, насколько хорошо он его изучил.

   - А что ты хотел, чтобы я тебе рассказал? Зачем? Неужели это так важно для тебя?

   - Не делай вид, что ничего не понимаешь! - Дэррек стукнул кулаком по столу, не в состоянии больше сдерживать рвущийся из груди гнев. - Завтра, я не желаю видеть тебя в своем доме. Ясно? - в его глазах читалась готовность убивать, прямо здесь и сейчас.

   - Не делай ошибки, Дэррек... - Дамиан не отвел взгляда, он и понятия не имел, что сейчас творилось в душе друга, а то, что знал, было недостаточной причиной, чтобы убить дружбу, длинною в жизнь.

   - Ясно? - еще один неправильный ответ, и он выволок бы его из дома просто сейчас.

   - Ясно. - Дамиан вышел из комнаты. Сумасшедший. А что было бы, знай он правду...

   Гнев, ярость выжигала его из середины. Любовь? Как быстро проходит любовь, оставляя на своем месте только желание мстить. Раз он не сможет пока отомстить Витору, сегодня ее черед. О, с каким удовольствием он это сделает. Там, где совсем недавно билось сердце, сейчас пылало пламя, лишь потушив которое, он сможет снова жить как раньше. Теперь он ждал ее возвращения еще сильнее, вот только его планы изменились.


*****

   Сколько она проспала, Майя не знала, но от лежания на жесткой почве, спину ломило. Поднявшись, девушка развела руки в стороны, разминая их. Собрала свое самодельное ложе, так и оставшуюся полной корзину и направилась в сторону дома.

   Солнце успело пройти зенит, сейчас, по меньшей мере, должно было быть обеденное время, а значит, до его возвращения осталось не так и много времени, если, он уже не вернулся. Подгоняемая этой мыслью, Майя еле сдержалась, чтобы не рвануться в бег. Внешне, ничего в доме не говорило о том, что долгожданный хозяин вернулся. Пустая терраса, слишком все заняты сборами.

   Лишь в холле дома, она столкнулась с неизвестной ей служанкой. Извинившись за то, что на нее налетела, Майя задала единственный интересующий ее вопрос:

   - Герцог Мэйденстер уже вернулся? - те секунды, что девушка пыталась разгладить складки на юбке, причитая при этом, были немыслимо длинными.

   - Бегают тут... всякие... - бормотала та себе под нос. - Приехал, утром еще приехал, и уже за дела взялся...

   Майя вмиг забыла о корзине, о нагрубившей горничной, ее затопила радость. Приехал. Бросив свою ношу посредине комнаты, она помчалась вверх по лестнице.

   - Скорее бы вы все уже уехали, сил нет за вами прибирать... - женщина склонилась за корзиной.

   А Майе было все равно, что о ней подумают, ей хотелось только опять очутиться в объятьях, дарующих покой. Пусть уже не будет так, как она себе представляла на поляне, будет еще лучше, потому что в жизни, а не в грезах.

   Запыхавшись, она остановилась у двери. Сердце колотилось как бешенное, щеки раскраснелись от бега. Почему она помчалась в кабинет? Просто знала, что он будет тут. Прежде чем войти, она хотела привести дыхание в порядок, но даже на это не хватило ее терпения, снова забыв постучать, она влетела в помещение...

   Еще вчера казавшийся наполненным привидениями прошлого кабинет сейчас стал самым теплым помещением в комнате. Дэррек сидел за столом, сложив пирамиду из пальцев, внимательно слушал то, о чем ему рассказывал служащий. Когда дверь отворилась, оба мужчины от своих дел отвлеклись. Возможно ли это, но Майе показалось, что он стал еще красивее, но почти сразу она поняла, что просто слишком сильно по нему скучала.

   Ее ни разу в жизни никто не бил, даже родители не позволяли себе шлепнуть за непослушание, а он, казалось, хлестнул взглядом по лицу с такой силой, что девушку чуть не отнесло волной обратно за дверь. Подумав, что совершила ошибку, не постучавшись, Майя промолвила:

   - Простите, я просто... - что она "просто", сказать было не суждено, его взгляд заставлял горло сжаться. Он на нее никогда так не смотрел, будто на насекомое, которое хотел раздавить. Хотя нет, насекомое вряд ли чувствует, что одним взглядом его смешивают с грязью, не отличая от нее. Улыбка померкла на ее лице.

   - Я занят! - даже не сказал, рявкнул. Как иногда прикрикивают на собаку, ослушавшуюся команды. И все, больше ни взгляда, ни слова. Просто вернулся к наблюдению за служащим. А тот, лишь извиняясь, улыбнулся девушки и продолжил зачитывать что-то из книги. Еще пару секунд, Майя смотрела на эту картину, не в силах понять, что произошло, и настолько ли велика ее вина, что она недостойна даже улыбки после недельной разлуки. Моргнув, она опомнилась, что выглядит, по меньшей мере странно, подобрала юбки и тихо вышла из комнаты, чувствую спиной все тот же сверлящий взгляд полный отвращения.

   Закрыв за собой дверь, Майя попыталась отдышаться. Оказывается, бег не заставил ее сердце разогнаться до такой скорости, как происшедшее только что. Ях, неужели вот и все? Вот и вся цена его обещаниям? "Верь мне" "Я вернусь". Он вернулся, вот только к ней ли? Все ее грезы теперь казались такими глупыми, и сама она казалась себе настолько униженной, что хотелось только спрятаться от позора, сжигающего ее изнутри. Признания в любви, о чем она только думала...

   Когда Майя пришла в комнату к сестре и легла на ее кровать, Соня не стала задавать никаких вопросов. Слишком терпимой к ней была Майя все эти черные дни, чтобы теперь отплатить ей ненужным любопытством.

   Обняв сестру со спины, Соня шепнула ей на ухо:

   - Все хорошо, Маюшка, завтра мы будем уже дома, весь этот кошмар закончится.

   - Закончится, - два совершенно разных, но таких близких человека смотрели в окно, но только не видели колышущихся на ветру ветвей, у каждой было о чем страдать.


*****

   Вчера им было не до того, чтобы заниматься сборами, наверстать упущенное они собирались сегодня. Но затянувшаяся прогулка нарушила все планы. Хотя сейчас, Майя уже не способна была себе признаться, что просто напросто оттягивала до последнего необходимость собираться, все на что-то надеялась, что произойдет чудо, ее "почти счастье" станет настоящим... Сейчас, когда пригвоздив ее взглядом, Дэррек указал ее место, тянуть - смысла не осталось. Управившись с вещами сестры, она взялась за свои.

   Сколько белья ушло на перевязки, наверняка сказать она не могла, но сундук, когда-то полный, сейчас легко закрывался, даже без необходимости прикладывать усилия. Долго она думала над тем, что делать с запонкой, оставшейся у нее. Майя не была уверенна, что хочет оставлять себе эти воспоминания, больше не была уверенна, но, в конце концов, спрятала со всеми остальными вещами.

   Обед она пропустила, а ужин всем разносили по комнатам, ранний, сразу после захода солнца, чтобы гости успели выспаться прежде, чем выезжать. О чем Майя не жалела, так это о том, что не смогла попрощаться со всеми. Из пребывания в этом доме, она вынесла не один урок. Что люди бывают жестокими, что не существует большей радости, чем чье-то поражение, что человечность сейчас не в моде, как блондинки. Вот только вернется ли она в моду - вопрос без ответа. С Витором она попрощалась вчера, а вспоминая его взгляд, устремленный на Соню, была уверенна, что они увидятся совсем скоро. Хоть за эту неделю она и поменяла свое мнение о легкомысленном Дамиане в лучшую сторону, их связывали слишком странные отношения, чтобы бросать прощальные улыбки и обещать переписываться. О чем? Давать советы как правильно делать раненным перевязки. Она была ему очень благодарна, о чем говорила не один раз, а большего он от нее и не ждал.

   Взяв в руки расческу, Майя распустила волосы, оказывается, шпилька впилась в нежную кожу, и она этого не замечала до того момента, как ослабила ее. Помассировав ноющее место, она продолжила расплетаться.

   Два месяца, сложно поверить, но они провели тут целых шестьдесят дней, что она будет чувствовать, возвращаясь домой? Расплачется, увидев родителей? Как ее встретит Тень, ее мальчик.

   Расчесав непослушные пряди, Майя заплела обычную косу, не позволяющую волосам лезть в лицо ночью. Да уж, последняя неделя явно не пошла ей на пользу, девушка посмотрела на обычно, и без того выпирающие ключицы, по которым теперь можно было изучать анатомию. Слишком мало у нее было времени для еды, слишком было много других дел. И эти тени под глазами... Майя надеялась, что ей удастся списать их завтра на тяжелую дорогу, домашних в правду она не собиралась посвящать тем более.

   То, что дверь, разделяющая смежные комнаты сегодня ночью останется закрытой, Майя не сомневалась. Было ли обидно, что так все закончилось? Очень, до слез, но только эти слезы должны были пролиться, когда она будет уже далеко, чтобы не унижаться еще больше. Наверняка, побывав дома, он понял, что его забавы с анибальтом пора прекращать, а то она напридумывает себе всякого. Да, она напридумывала, только ему ее выдумки никак не грозили.

   Будучи совершенно уверенной, что он не придет, Майя испугалась, услышав, что кто-то взялся за ручку с той стороны. Расческа выпала из рук прямо на лежащее на трюмо зеркальце. По центру прошла прямая трещина, еще до того, как девушка поняла, что в разбитое зеркало смотреть нельзя, Майя увидела в нем свое отражение, разделенное на две части.


*****

   Черт ее возьми, снова без стуку ворвалась в кабинет, и ничего не изменилось... Все то же, все та же улыбка, светящиеся глаза, мнущие подол руки, только стала еще более хрупкой. На первый взгляд ничего не изменилось. Вот только спокойно смотреть на нее он больше не мог, вспоминая ее предательство, явственно представляя, как она бежала к своему любовнику, надеясь получить одобрение. Обманывала его. Лживая, какая лживая... Чем она лучше продажных шлюх? Они честно торгуют телом, не скрывая, а она сделала то же, только не за деньги. Перед глазами возникали образы, их последней ночи, ее страх, который теперь-то он понимал, просто предвкушение, ей не терпелось, когда же он наконец-то уедет. А разбуди он ее тогда, немедля побежала бы к Витору. Поставив на стол пустой стакан, Дэррек встал из кресла. Он выпил уже очень много, вот только желанного эффекта это не дало, он не смог перестать думать, не смог забыться. И во всем виновата она, чертова девка.

   Она за это поплатится, стремительно подойдя к двери, он дернул за ручку.


*****

   Когда Дэррек появился в проеме, Майе захотелось сжаться до размеров пылинки, так сильно рядом с ним она чувствовала опасность. Пристальный взгляд темных, наполненных металлом, глаз, стиснутые губы. Хищник, вот только если раньше, он был управляемым, самим собой, то теперь, контроль пал.

   Он сделал шаг в ее сторону, Майя невольно подскочила. Интуиция подсказывала, что с ним сейчас находиться в одной комнате опасно.

   - Я вас испугал? - в глазах все тот же метал, еще шаг по направлению к ней и ее отступление к двери.

   - Нет, все хорошо, - голос дрожал, почему-то не было страшно оказаться в одном пеньюаре в коридоре, намного страшнее ей было смотреть в эти глаза и видеть плещущееся там бешенство.

   - Отлично, - еще шаг, еще отступ. Внутренний голос вопил о том, что ей нужно просто сорваться на бег, но и это было слишком страшно. - Ты ничего не хочешь мне сказать? - последний шанс, который он ей давал. Покайся она сейчас, он передумает, отпустит ее, а мстить будет Винсенту, когда до того доберется. Щенок, даже не представляет насколько заигрался.

   - Нет, - она конечно хотела попросить ее не пугать, оставить, уйти, но боялась того, что получит в ответ.

   Он зло улыбнулся, ну вот и отлично.

   Наконец-то, Майя почувствовала спиной дверную ручку, нужно было только нажать, и выскользнуть. Все.

   - Куда-то спешишь? - как он оказался так близко, уму непостижимо, провернув ключ в замке, Дэррек спрятал его в кармане. Майя лишь сглотнула подступивший к горлу страх, теперь бежать было некуда.

   Горячие пальцы поддели ее подбородок, заставляя поднять глаза.

   - Скучала? - в глазах играло издевательство и гнев.

   - Да, - соври она, ярость бы возможно, в нем не проснулась с новой силой.

   - Сейчас мы это проверим... - он впился в губы больно, жадно, без единой капли нежности. Ей казалось, что он целует все то же насекомое, что читалось в его взгляде, когда она ворвалась в кабинет. Еще секунда, и она стала бы задыхаться, но попытки оттолкнуть лишь заставляли его вжимать ее в дверь еще сильнее, ручка больно впилась в поясницу.

   Не заботясь о целости одежды, он разорвал ее рубашку на груди, одним рывком. И без того испуганная до крайности Майя только пискнула, хотя звук заглушили мучающие ее губы.

   Лишь оставив ее совершенно голой, Дэррек отстранился. Майя пыталась схватить грудью больше воздуха.

   Мужчина чуть отошел, посмотрел оценивающе, как на товар, который собирался купить. Ее пробрала дрожь, не имеющая ничего общего с желанием. Сердце грозило вылететь из груди.

   - Ну что ж, неплохо. Ложись, - еще ни разу он не приказывал ей так, унижая.

   Под страхом смерти она не исполнила бы его приказ. Собрав всю волю в кулак, Майя отрицательно помотала головой. Растерянная, униженная, не понимающая еще толком чего боится, Майя не собиралась исполнять его приказ.

   - Не дури, - он предупреждал, кулаки сильно сжались когда он подумал, что Витору она вряд ли бы отказала, а ему может. Хотя ей это не удастся. Что читалось в ее глазах? Страх, и он им упивался, пусть боится, так и надо. Когда она во второй раз отрицательно помотала головой, сделал все сам. Подхватил на руки, сейчас, она весила еще меньше, поборов слабое сопротивление бросил на кровать...

   Стукнувшись лодыжкой о столбец кровати, Майя схватившись за ушибленное место, зашипела. Вот только надвигающийся на нее мучитель заставил быстро забыть о боли. Надеясь хоть как-то отгородиться, Майя прижала к груди простынь. Теперь, она бросала взгляды на дверь в его комнату, как на свое спасение, но проследив за ее взглядом, мужчина хищно усмехнулся.

   - Там тоже закрыто, и это - он кивнул на простынь, - меня не остановит, - из чувства противоречия, Майя лишь сильнее сжала простынь.

   В чем причина такого его поведения, почему он пытается ее испугать - она не имела ни малейшего понятия, но хотела верить, что это какая-то глупая шутка. Просто глупая шутка, что еще секунда, и он расплывается в улыбке, притянет к себе и поцелует уже нежно, заглушая ноющую в лодыжке боль. Вот только в глазах - нет и намек на подобное раскаянье.

   Когда кровать прогнулась под его весом, Майю уже била дрожь страха...

   - Покажи как ты соскучилась... - он навис над ней не оставляя пути для отступления. Простыня как и пеньюар до этого, оказалась выдрана из ее рук, не оставляя даже малейшей преграды между ней и опасностью.

   Трясущуюся руку, Майя запустила в мягкие волосы на затылке, она не знала, чем заслужила такое поведение, не знала, за что он ей мстит, но ей почему-то показалось, что только своей нежностью она сможет погасить это горящий в глазах огонь, который выжигает не только его, но и ее. Она медленно приблизилась губами к его лицу, закрыв глаза, чтобы не видеть его страшного взгляда, поцеловала, губы были плотно сомкнуты, он не собирался облегчить ей задачу, снова заставить сойти с ума от ее таких наивных с виду ласк, когда она скользнула языком по губам, его терпение лопнуло.

   Эта ее притворная нежность заставила его рассвирепеть еще больше. Лживая, актриса, готовая на все.

   - Нет, так дело не пойдет, - перехватив девичьи руки за запястья, он завел их за голову, оставляя совсем беззащитной. Он пришел к ней не для того, чтобы играться в игры по ее правилам, а чтобы просто воспользоваться тем, что так любезно ему предоставил Винсент.

   Обездвижив ее, желая унизить еще сильнее, Дэррек начал свои грубые ласки, которые и лаской то не назовешь, он просто напросто лапал Майю, больно стискивал кожу, не считаясь с ее желанием или нежеланием. От каждого прикосновения, завтра должны были появиться синяки, единственное, что ей оставалось, извиваться, пытаясь ускользнуть от заставляющих кожу гореть прикосновений. Только ее движения желанного результата не дали, и без того разгоряченная кровь била в голову с удвоенной силой. Одной рукой сдерживая руки, не обращая внимания на ее попытки вонзить ногти в плоть, второй он двигался по телу, больно надавливая, стискивая, а губами оставлял красные следы на нежной коже шеи, груди, плеч, живота. Когда ладонь легла на внутреннюю сторону бедра, Майя пискнула, пытаясь сжать ноги еще плотнее.

   Она боялась его, она не хотела чувствовать его ни на себе, ни тем более в себе, она была уже достаточно униженна и испуганна, неужели он настолько жесток?

   Ее жалкие попытки сдержать не повлияли на пыл мужнины никак, сопротивление было разбито в дребезге, а рука по-хозяйски устроилась там, где Майя хотела его ощущать сейчас меньше всего.

   Дэррека выводило еще больше это ее сопротивление, за что она так держалась? За честь, которой уже давно лишилась, переспав сначала с ним, а потом и с Витором, или за нежелание быть именно с ним? Больше всего его бесил тот факт, что она предпочла ему этого ублюдка.

   - Нет, - когда он попытался войти, она лишь сильнее сжала и без того напряженные ноги, терзавшие ее губы попытались накрыть рот, но она отвернулась. - Я не хочу.

   Он улыбнулся, но только это больше напоминало оскал.

   - А я не спрашиваю тебя, голубка, - обращение прозвучало с издевкой.

   Ях, пожалуйста, нет, неужели ее "почти счастье" должно закончиться так, неужели от этих воспоминаний она будет просыпаться ночами, чувствуя соленый привкус слез. Пожалуйста, нет, нет, нет.

   Продолжая борьбу, она взмолилась:

   - Пожалуйста. Не надо. Нет, - сил ее хватило не надолго, удерживая запястья одной рукой, второй он взялся за напряженные ноги. Как бы сильно она не хотела его сдержать, борьба была слишком неравной, физически у нее не было ни одного шанса, а мольбам он не внимал.

   - Не делай вид недотроги, мы оба знаем, чего стоят эти твои "нет", - слова прозвучали как удар под дых, выбив из груди весь воздух. У нее не осталось сил противостоять. Сильный толчок, непрошенный, нежеланный и от того еще более унизительный. Майя попыталась сдержать слезы, но не смогла, по щекам потекли соленые потоки. Движения, шарящие по телу руки, горячее дыхание, чужие глаза, Ях, как противно...

   - Дэррек, не надо... - ее тело уже не сопротивлялось, но умом она продолжала молить об одном, чтоб он прекратил, пока не поздно. Она сама понимала, что давным-давно поздно, но перестань он ее мучить сейчас, путь назад еще был бы.

   - Дэррек? - он оставил еще один след на шее, там, куда она так любила, когда он целовал, в ямочку, в которой бьется ее сердце, в унисон с его. - Я предпочитаю ваша светлость, - он так долго мечтал услышать от нее собственное имя, так долго воевал с ней самой, чтобы добиться от нее этого. И, в конце концов, лишь теперь, чтобы он прекратил, она сподобилась на это.

   Как это было? Грубо, подло, низко, своими движением он пытался ее унизить и ему это удалось, лишь титанические усилия помешали ей разрыдаться в голос.

   Наслаждение? Сложно представить, что подобным можно наслаждаться. Он ломал ее, как дети ломают игрушку об колено. Каждый раз, когда Майя ощущала его в себе, ей хотелось кричать, а лучше умереть, чтобы это уже не имело никакого значения.

   Когда все закончилось, он откатился, встал с кровати. Не в состоянии даже смотреть на него, Майя отвернулась к противоположной стенке, свернувшись клубком. Еще какое-то время он находился в комнате, видимо, собирая вещи. Майя вздрогнула, когда о тумбу ударился металлический ключ. Прежде, чем дверь закрылась, она услышала:

   - Удачной дороги.

   Майя стиснула кулаки с такой силой, что на ладонях остались кровавые следы, и заплакала, беззвучно, чтобы он не услышал. За что он так с ней? В чем ее вина? Ответа она не знала, и он ее не интересовал... Такое не прощают. Никогда, даже умирая, она не простит ему это. Даже моли он на коленях, она не простит то, что он сделал. Будет гореть в аду, изнывая от гордыни, но больше никогда в жизни не позволит дотронуться до себя, сделать так больно, выцарапать душу и оставить ее на ветру ссыхаться.


*****

   Утром, еще до рассвета их карета помчалась в сторону дома. Майя прижимала к груди голову Сони, которая время от времени всхлипывала, вспоминая о происшествии, а у Майи болело все тело, от вчерашней непрошенной ласки, и душа, которая, к сожалению, не заживет уже через несколько дней, как синяки...



Глава 17 | Когда падают звезды |