home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



10

Кей Си Уэллс был высоким мужчиной, более шести футов роста. Когда-то в молодости его волосы были песочно-каштановыми, но теперь стали совсем седыми. Темные глаза живо блестели на румяном лице, обветренная кожа выдавала в нем моряка со стажем. В свои шестьдесят он все еще оставался импозантным мужчиной, сильным и, несомненно, целеустремленным. Его спутником был молодой человек лет двадцати, который показался Кейт знакомым.

Это Дэвид, сын Кей Си? Кейт не видела Дэвида много лет, он жил с матерью в Калифорнии.

Эшли и Кэролайн подошли к сестре поближе, словно желая встретить мужчин единым фронтом. Глаза Кей Си вспыхнули – он узнал их, несмотря на прошедшие годы.

– Кэти, – приветствовал ее, старшую из сестер, и довольно кивнул: – Эшли, Кэролайн. Не ожидал, что нас будет встречать такая делегация. Вы все хорошо выглядите, – одобрил он.

– Мы тоже не ожидали, что вы появитесь здесь, особенно на нашей яхте, – сказала Кейт.

– «Мун Дансер» уже много лет не ваша, – невозмутимо ответил Уэллс.

– Вы знаете, что я имею в виду. Почему вы ее купили?

– Потому что она продавалась. Уверен, что ваш отец видел «Мун Дансер» в списках на продажу в разных журналах. Если б он хотел ее заполучить обратно, мог бы сам ее купить.

Кейт не собиралась объяснять ему, что у отца нет таких денег, чтобы выкупить гоночную яхту международного класса. Вместо этого она сказала:

– Отец изменил свою жизнь. Я думала, что и вы тоже.

– Все меняется. Жизнь меняется. Ни один день не похож на предыдущий. Ты должна знать это, Кэти.

– Есть сотни яхт гораздо лучше этой, вы должны это знать, если вы снова вернулись в гонки.

– Но «Мун Дансер» – победительница кругосветной гонки, не так ли, девочки? – Кей Си сделал паузу. – Прошу прощения. Вы помните моего сына, Дэвида?

Кейт повернула голову, желая лучше рассмотреть Дэвида. Ее первое впечатление от него – этакий бунтарь в джинсах. Сигарета свисает с нижней губы, длинные каштановые волосы, похож на панка. Ни намека на породистость отца. И слишком бледный, хлипкий, чтобы стать моряком. Интересно, подумала она, что из него выросло. Она почти совсем не знала его, Дэвид приезжал несколько раз на летние каникулы к отцу, когда они были детьми.

– Привет, – поздоровалась Кейт.

Дэвид в ответ только вяло повел плечами.

– Ты стала очень похожа на Нору, насколько я ее помню, Кэти, – заметил Кей Си, изучая ее лицо. – Чувствуется та же спокойная сила.

Кейт не знала, как реагировать на комплимент, если это на самом деле был комплимент. А может нечто иное – предупреждение, что ей понадобится сила.

– Где ваш отец? – спросил Кей Си.

– Неподалеку.

– Его, должно быть, нетрудно найти. Я зайду в ближайший бар.

Кейт хотелось бы сказать Кей Си, что отец изменился, что он не так предсказуем, но соврать она не могла. Дункан, вероятно, и впрямь сидел в ближайшем баре.

– Как бы я хотел остаться и повидаться с ним, но у нас с Дэвидом встреча, нам пора идти, – сказал Кей Си. – Мы еще поговорим, у нас есть о чем поговорить – незаконченное дело, можно сказать.

– Не могу представить себе какое, – пробормотала Кейт.

Он слащаво улыбнулся.

– Уверен, ты можешь представить себе. Насколько я помню, Кэти, у тебя с воображением лучше, чем у твоих сестричек.

Кей Си и его сын успели отойти, прежде чем Кейт нашлась, что ответить.

– Не думаю, что у тебя лучше всех с воображением, – запротестовала Кэролайн, задетая за живое. – Я очень творческая натура. А Эшли видела призраков и всевозможные сверхъестественные явления, так что у тебя воображение похуже нашего.

– Кэролайн, – с отчаянием в голосе попыталась урезонить сестру Эшли, – ты не расслышала, что сказал Кей Си?

– Да ничего конкретного он не говорил. Просто намекал.

– Это меня и беспокоит. – Кейт смотрела, как отец с сыном направляются к одному из офисов на пристани. Они прошли мимо Тайлера Джеймисона, прислонившегося к столбу и наблюдавшего за ними. Он кивнул Кейт, а потом направился к своей машине.

Поспешный отъезд Тайлера удивил и обеспокоил ее. Почему он не подошел? Почему не спросил, кто эти двое? Казалось, не в его натуре просто исчезнуть, не сказав ни слова.

– Что будем делать с Кей Си? – спросила Эшли, прерывая ее размышления о странном поведении Тайлера. – Как вы думаете, он действительно что-то знает или просто дразнит нас, приплыв сюда на «Мун Дансер»?

– Понятия не имею, – пожала плечами Кейт. – Думаю, мы должны поговорить с папой, а он, вероятно, засел в баре.

– Я не могу идти с вами, – резко бросила Кэролайн. – Мне нужно кое-что сделать. Я догоню вас позже.

– Что у тебя за неотложные дела? – удивилась Кейт.

– Неважно, – отмахнулась Кэролайн и ушла.

– Интересно, знает ли папа о прибытии «Мун Дансер», – размышляла вслух Эшли.

Кейт внезапно осенило.

– Так вот почему отец вдруг решил вернуться в игру. Он хочет схватиться с Кей Си в гонке. Вот оно что. Наконец все сошлось, и в этом есть смысл.

– Мы должны найти способ остановить его, – обеспокоенно посмотрела на сестру Эшли.

Кейт встретилась с ней взглядом.

– Да, мы найдем способ. Обязательно найдем.


Тайлер сел на скамейку, глядя на яхты, заполнившие гавань. Он достал сотовый телефон, потом заколебался, сжимая его в руке.

Как он объяснит Марку, что ему нужен какой-то толчок, стимул – укол в руку, пинок под зад – что угодно, чтобы продолжить начатую игру? Марк далеко отсюда. Он не видел Кейт, не знает, какая она красивая женщина, какая у нее прекрасная улыбка и какое великодушное сердце, как она любит и защищает свою семью.

Марк не знает, что Эшли – средняя из сестер – чувствительная и ранимая, что она производит впечатление женщины, потерявшей своего лучшего друга. И еще он незнаком с Кэролайн – решительной и непосредственной, которая способна своим поведением сбить с толку, создать о себе впечатление совсем не соответствующее тому, кем она является на самом деле.

Честно говоря, Тайлер не мог решить, кто из сестер МакКенна мог родить ребенка, а потом отдать его. У него были в запасе кое-какие догадки, если это Кэролайн или Эшли.

Включив воображение, он мог, вероятно, поверить, что это Кэролайн – безрассудная, безответственная девушка с немалым числом пороков, или Эшли, страдающая комплексами и нуждающаяся в хорошем психиатре. Кейт все еще казалась ему чистой, как стеклышко. Зачем врать себе? Он не хотел, чтобы матерью Амелии оказалась Кейт. Он не хотел унизить ее никоим образом. Как он мог? Десять минут назад он горел желанием заняться с ней любовью и меньше всего думал о том, не она ли родила Амелию.

Тайлер набрал номер Марка, и, когда брат ответил, он вдруг сказал:

– Мне нужно поговорить с Амелией.

– Зачем? – подозрительно спросил Марк. – Что случилось?

– Я просто скучаю по ней. Она дома?

– Да, она дома, – ответил Марк сдержанно. – Она заботится обо мне, Тай. Ей восемь лет, и она помогает мне. Я не знаю, что бы я делал без нее.

Вот он, укол в руку, стимул, в котором он сейчас так нуждался. Через мгновение звонкий детский голосок раздался в трубке.

– Привет, дядя Тай. Где ты? – спросила Амелия.

– Я смотрю на лодки. Что ты делаешь?

– Я читала папе. А теперь делаю молочный коктейль, потому что Шелли говорит, ему нужно молоко для костей, чтобы они стали крепче.

– Ты хорошая девочка, – похвалил Тайлер.

– Я знаю, – отозвалась она беззаботно.

Сердце Тайлера сжалось, когда он услышал в голосе знакомую нотку. Неужели ее голос похож на голос Кейт – или это просто игра воображения?

– Потом я собираюсь в бассейн, – продолжала Амелия. – Я могу уже нырнуть и коснуться дна… Вчера я сделала так три раза.

– Это потрясающе.

– Дядя Тай?

– Да?

– Могу я спросить тебя? – Голос Амелии стал тихим, словно девочка не хотела, чтобы ее слова услышал отец.

– Конечно, дорогая.

– Как ты думаешь, мама видит нас с небес?

– Я уверен, что видит.

– Ты думаешь, она плачет оттого, что мы с папой не отправились с ней?

Внутри у Тайлера все сжалось от этого наивного и мудрого детского вопроса.

– Нет, совсем нет. Она хочет, чтобы вы были счастливы, Амелия. Это все, что ей нужно.

– Я буду помогать папе и заботиться о нем вместо мамы, – пообещала Амелия.

Сердце Тайлера едва не разорвалось от переполнявших его нежности и жалости.

– Я знаю, что ты его радость и опора, милая. Дай ему трубку, я хочу поговорить с ним.

– До свидания, дядя Тай.

Тайлер унял участившееся после разговора с девочкой дыхание, ожидая, когда ответит Марк. Амелия такая сильная и храбрая. У него возникло ужасное чувство, что ему известно, от кого у нее такая сила.

В телефонной трубке раздался голос Марка.

– Есть новости? – спросил он напряженно.

– Пока продвигаюсь с трудом. Каждый раз, когда я думаю, что уже на верном пути, возникает другой возможный вариант. Есть ли какие-нибудь новости у Джорджа от того адвоката?

– Да. Джордж получил заказное письмо от господина Уотсона. Оно в основном содержит угрозы, что, если он не сообщит имя и адрес приемных родителей ребенка, Уотсон собирается затеять тщательное расследование практики Джорджа.

– Черт, – не сдержался Тайлер. – Что ответил Джордж?

– Пока ничего. Но если этот господин Уотсон сумел разыскать Джорджа, ему ничего не стоит найти и меня. Ты должен выяснить, кто из сестер МакКенна мать моей малышки. Ради бога, Тайлер, я думал, ты опытный репортер. Почему ты так медлишь?

– Что ты от меня хочешь? Пойти и спросить их прямо в лоб? Тебе не кажется, что это заставит их замкнуться, и я таким образом ничего не добьюсь? Потерпи, Марк. Дай мне возможность справиться с этим моими методами.

– Найди ее поскорее, Тайлер. Копай глубже. Будь безжалостным сукиным сыном, я знаю, ты можешь быть таким. Мне нужно знать, кто пытается отобрать мою дочь.

– Я позвоню тебе, когда будет больше информации. – Тайлер сунул телефон в карман и принялся обдумывать следующий шаг.

Он догадался – что-то происходит между сестрами МакКенна и двумя мужчинами, встретившимися ему на пристани. Но какое отношение имеет это к его проблеме? Наверное, никакого.

Он мог следить за Кэролайн. Он мог изучить ее репутацию – девушки для вечеринки в «Устричном баре». Может быть, вызвать на разговор Дункана и выяснить, какая связь между Кей Си Уэллсом и «Мун Дансер» и почему эта связь стала предметом бурного обсуждения в округе.

Испытав облегчение от того, что у него появился план, не связанный с Кейт, Тайлер поднялся со скамьи и направился к бару.


Дункан чувствовал себя лучше, чем в прошедшие несколько лет, и не только потому, что виски приятно скользило по горлу. Нет, он ощущал вкус перемен. Через неделю он станет шкипером на «Саммер Сиз». Дункан не мог дождаться, когда почувствует, как дует ветер в лицо, услышит рев океана, вдохнет его непередаваемый запах. Боже, до боли в сердце он жаждал ощутить эти запахи, эти звуки – все, что есть море. Он заплатил за все, он раскаялся. Кэти просто должна понять его морскую душу, он не может осесть в порту навсегда. Нора поняла бы его. Жена знала, что ему необходимо море почти так же сильно, как и она. Дункан едва мог поверить, что восемь лет прошло с тех пор, как он продал «Мун Дансер».

Дункан снова поднес стакан к губам. Появление Кей Си на острове именно сейчас не стало для него неприятной неожиданностью. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, – именно Кей Си купит «Мун Дансер». Может, девочки удивились этому, но Дункан нет. Он знал, что Кей Си вернется в конце концов, и вернется именно на борту «Мун Дансер».

Неважно. Не имеет значения. Возвращение яхты добавляло остроты ощущению перемен, и Дункан испытывал душевный подъем при мысли обо всем этом. Он снова жил. Он слышал звук стартового пистолета. У него было достаточно времени в последние несколько лет, чтобы хорошенько обо всем подумать. И Дункан знал, чего именно он сейчас хочет. Совесть зашевелилась в нем, когда он вспомнил ужас в глазах Кейт, стоило ему сказать, что он снова будет участвовать в гонке, но он заставил ее умолкнуть. Неважно, он достаточно пострадал.

– Мистер МакКенна?

Дункан поднял голову и увидел молодого человека, остановившегося у его столика.

– Я тебя знаю? – ответил он вопросом на вопрос.

– Пока нет. – Незнакомец располагающе улыбнулся. – Я Тайлер Джеймисон. Я репортер и хотел бы сделать материал о впечатляющей победе вашей семьи в гонке «Уинстон Челлендж».

Дункан улыбнулся в ответ. Репортер? Превосходно. Этот день час от часу становится все лучше и лучше.

– Вы попали в нужное место.

– Могу ли я угостить вас вам стаканчиком виски? – предложил репортер.

– Конечно.

Тайлер присел на стул рядом, а Дункан, глянув на дверь бара, увидел входящих Кейт и Эшли. Он нахмурился, надо же было им появиться так не вовремя и испортить его отличное настроение.

– Не говорите мне, что дурак бармен уже вам позвонил и нажаловался. Я выпил только две рюмки, – ощетинился Дункан.

– Что вы здесь делаете? – спросила Кейт у Тайлера, не обратив внимания на слова отца.

Видимо, его дочь уже встречалась с журналистом. Наверное, пыталась держать его на расстоянии от семьи. Но только не в этот раз. Для его целей репортер годился как нельзя лучше.

– Вас прервали, – сказал Дункан. – Мистер… Как ваше имя?

– Джеймисон.

– Мы с мистером Джеймисоном собираемся выпить, – с вызовом обратился он к дочерям.

– Папа, он репортер, – предостерегла отца Кейт.

– Я знаю, кто он, – заметил Дункан с усмешкой. – Я просто не знаю, что он пьет.

– Я возьму пиво, – сделал заказ Тайлер подошедшему официанту. И повернулся к Кейт: – А вы, Кейт? Вы останетесь?

Кейт колебалась, а Эшли в нерешительности переводила взгляд с сестры на отца.

– Садитесь или уходите, – нетерпеливо заявил Дункан. Он предпочел бы, чтобы дочери ушли, но это вряд ли получится. Независимо от неловкости, которую испытывала Кейт, она не позволит отцу остаться один на один с репортером.

– Я останусь, – твердо сказала Кейт. – И Эшли тоже.

Эшли стояла с таким видом, будто она готова сделать что угодно, только бы не оставаться здесь. Впрочем, у нее почти всегда такой вид, подумал Дункан. Его средняя дочь отличалась скрытностью и чертовской чувствительностью.

– Теперь к делу. Что я могу вам рассказать? – спросил Дункан Тайлера, когда его дочери сели к ним за столик.

– Я хотел бы услышать о вашем опыте кругосветной гонки.

– На это понадобится время, сынок, – рассмеялся МакКенна.

– У меня достаточно и времени и терпения. – Тайлер подался вперед. – Я много читал о гонке, но от вас хочу узнать, каково это – пройти через один из самых страшных штормов в истории океанских гонок.

– Кто удерживал мою голову над водой? – хмыкнул Дункан. – Я думаю, Бог простирал свои руки над нашими головами в ту ночь. Волны вздымались так высоко, что нельзя было понять, плывем мы или лодка просто наполняется водой.

– Это, должно быть, было страшно, – заметил Тайлер.

– Худшее, что пришлось пережить. – Дункан знал, что именно он может рассказать. Но, черт побери, как ему хотелось когда-нибудь поведать миру, насколько это было трудно. – Но мы выжили.

– Вы были близко к той лодке, которая не смогла одолеть шторм? – спросил Тайлер.

– Кто знает? – поспешно вмешалась Кейт. – Мы ничего не видели дальше собственного носа.

– Но они звали на помощь по радио, – сказала Эшли. – Я до сих пор слышу их голоса, умоляющие о помощи, помню их панику и отчаяние. Вряд ли я когда-нибудь забуду их. – Ее собственный голос звучал неуверенно, словно она жалела, что включилась в разговор.

Дункан поерзал на стуле. Он не хотел говорить о голосах моряков, терпящих бедствие. Он горел желанием рассказать о волнах, похожих на американские горки, и силе, которую ему пришлось приложить, чтобы удержать лодку от гибели.

– Когда вы узнали, что одна из яхт утонула? – не отступал Тайлер.

– На следующий день, когда все было кончено.

– Насколько я понимаю, один человек из экипажа выжил.

– Да, – ответил Дункан. – Все это стало достоянием общественности, по крайней мере частично. – Он посмотрел на дверь бара, она в очередной раз открылась, и его бывший друг и заклятый враг вошел в комнату. – Ну вот, прямо как по заказу. Вот и он.

Дункан поднялся, не сводя глаз с человека, которого когда-то любил по-братски, а потом ненавидел как злейшего врага. Кей Си выглядел хорошо, очень хорошо. Блеск в глазах, пружинистый шаг. Он хотел перемен так же сильно, как и Дункан. Два старых метких стрелка искали повод для последней дуэли.

– Дункан, – сказал Кей Си.

В комнате стало тихо, будто все знали, сейчас что-то произойдет, но никто не мог предположить, что именно.

– Мы не виделись так долго, – продолжал Кей Си.

– Разве? Я что-то не заметил.

– Ты не скучал по мне?

– Нисколько, – покачал головой Дункан.

– Надеюсь, тебе не больно видеть свою лодку, которой теперь управляет твой старый друг.

– Надеюсь, тебе не больно потерять своего старого друга еще раз.

Дункан почувствовал, что теряет спокойствие. Боже, как он ненавидел это самодовольное ухмыляющееся лицо и этот слащавый голос, этого человека с его претензией на сложность и богатство натуры. Хотя они оба знали, что Кей Си пришел из ниоткуда, вырос из ничего, как и Дункан. Он не понимал, почему Нора могла когда-то увлечься этим человеком.

– Это верно. Я просто слышал про твое участие в гонках, – продолжал Кей Си. – Я рад. Это нормально. Ведь в последний раз мы выступали в Каслтоне друг против друга. Я помню, как Нора…

– Оставь ее в покое! – Дункан не мог слышать имя Норы из уст этого человека.

– Это невозможно, Нора всегда была между нами. Как и «Мун Дансер». Она чувствует себя хорошо в моих руках, Дункан, почти так же хорошо, как…

– Ты сукин сын!

Дункан бросился к Кей Си, но тот отступил в сторону, и МакКенна, промахнувшись, упал на колени. Он услышал смех Кей Си и почувствовал страшную ярость. Он заставит этого человека заплатить, даже если это будет последнее, что он сделает в этой жизни.

Кейт подбежала к отцу, но тот оттолкнул ее. Его гордость пострадала гораздо больше, чем тело.

– Я в порядке.

– Ты всегда был таким предсказуемым, – небрежно бросил Кей Си. – Я думаю, все в мире может измениться, но только не ты. Увидимся на воде, старина. – И, помахав рукой, он ушел.

– С тобой все в порядке? – спросила Кейт, когда отец поднялся на ноги.

– Я просто споткнулся, вот и все. Что вы смотрите? – обратился он к посетителям бара, с интересом наблюдавшим за происходящим. – Здесь вам не кино.

– О чем он говорил, папа? – подала голос Эшли, когда он сел за столик.

– Нес чепуху. Он просто любит болтать. Забудь об этом.

– Это нелегко, – медленно проговорила Кейт. – Может быть, ты должен рассказать нам что-то о маме и Кей Си?

– Я должен рассказать кое-что о лодке, – ответил Дункан. Он помолчал мгновение, вряд ли им понравится новость, но все равно он скажет им: – Я собираюсь отыграть ее обратно.

Кейт удивленно посмотрела на отца.

– Что ты говоришь?

– Кей Си намерен сделать ставку, и он останется в проигрыше, – самоуверенно заявил Дункан.

– Что за пари? – заинтересовался Тайлер.

– Если я выиграю гонку Каслтона, он отдаст мне обратно «Мун Дансер».

– О боже, – выдохнула Кейт. – Ты не можешь всерьез говорить об этом, папа. Что делать, если Кей Си не согласится?

– Ты шутишь? Упустить шанс побить меня? Он согласится, вот увидишь, Кэти.

– Что случится, если ты проиграешь? Что тогда получит он? – продолжала расспрашивать Кейт.

– Я не проиграю, – упорствовал Дункан.

– Ты не можешь гарантировать это, – сказала Кейт, чувствуя, что ее слова бессильны.

– Могу. Рик Бердсли дает мне карт-бланш, я сам набираю экипаж для гонки. – Он посмотрел дочери прямо в глаза. – Я хочу, чтобы ты вошла в него, Кэти, девочка. Ты, Эшли и Кэролайн. Я хочу забрать то, что принадлежало нам. Скажи «да».


предыдущая глава | Две тайны, три сестры | cледующая глава