home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



13

До Мирамар-Пойнт было не больше двух миль. Кейт быстро домчалась туда на своем велосипеде, нашла местечко, откуда открывался вид на залив, а значит, и прекрасно видны были парусники, соревнующиеся между собой.

Там уже оказалось еще несколько местных жителей с биноклями в руках. А девушка, одетая в ярко-красный свитер, была ей прекрасно знакома. Этот свитер Кэролайн взяла у нее месяц назад и до сих пор не вернула. Сестра сидела на земле, скрестив ноги, внимательно всматриваясь в происходящее на воде. Кейт опустилась на траву рядом с ней.

– Привет, – сказала она.

Кэролайн удивленно посмотрела на нее.

– Кейт? Вот уж кого не ожидала здесь увидеть.

– Зов ветра, – ответила Кейт с усмешкой.

– Тебя тоже позвал? Я думала, у тебя иммунитет.

– Не тогда, когда ветер. Я рада, что ты здесь. Хотела поговорить с тобой о Кей Си и папе. Ты вчера исчезла так быстро, что у меня не было шанса.

– Ты узнала, почему Кей Си купил «Мун Дансер»? – поинтересовалась Кэролайн.

– Нет, но я узнала, что папа собирается отправиться шкипером на «Саммер Сиз». Он намерен выступить против Кей Си. А главная фишка – папа хочет, чтобы мы стали его командой. Он задумал сделать ставку на гонку с Кей Си, и если мы победим, то получим «Мун Дансер» обратно.

– Ого! – Новость взволновала Кэролайн. – Я правильно поняла, что папа участвует в гонке ради «Мун Дансер» и хочет, чтобы мы ему помогли победить?

– Да, я именно так и сказала. И самое страшное, он был в тот момент совершенно трезв. – Кейт смотрела на воду, но видела не лодки, а блеск в глазах отца в тот момент. Он выглядел оживленным, счастливым, энергичным, каким она давно не видела его, и страшно рассердился, когда она не поддержала его идею. Кейт не хотела чувствовать себя виноватой, она не хотела стать иголкой, проткнувшей воздушный шарик счастья, но, черт возьми, она однажды изменила свою жизнь ради него и не хотела повторить подобное снова.

– Это вовсе не сумасшествие, – медленно проговорила Кэролайн. – Я не хочу видеть кого-то другого на нашей лодке. Это неправильно.

Кейт нахмурилась, услышав ответ сестры.

– Кэролайн, прекрати! Папа не годится для гонки. Он старый, он почти все время пьет.

– Папа по-прежнему тренируется время от времени, – оборонялась Кэролайн.

– Не смеши меня. Направляясь к «Устричному бару»? Это не тренировка. Нельзя же считать гимнастическими упражнениями его пьяные пируэты.

– Если мое мнение отличается от твоего, это не означает, что я не права.

– И каково твое мнение?

– Море может поддержать папу. Если он снова окажется на воде – для него это будет совсем неплохо.

– Мы не говорим о парусном спорте, мы говорим о гонках, – охладила пыл сестры Кейт. – Это не одно и то же, сама знаешь.

– Я знаю, насколько он несчастлив, Кейт. Уже давно. Что меня расстраивает больше всего? Я могу пригласить его на обед или зайти поболтать, но мы всегда говорим о тебе. Не имеет значения, с чего начинается разговор, но он всегда сворачивает на тебя. И я в очередной раз выслушиваю, что ты единственная из нас не уважаешь его, ты не любишь его, ты относишься к нему, как к ребенку.

– Ничего подобного я не делаю. А если такое порой случается, значит, он ведет себя как ребенок.

– Дело в том, Кейт, что твоего уважения и твоей дружбы отец хочет больше всего. Я могу сказать ему, что он вполне может участвовать в гонке. Но он не испытает счастья, если ты не скажешь ему это. Ты единственная. Ты.

– Кэролайн, я так не думаю.

– Ну, конечно, ты так не думаешь. – Кэролайн сняла с себя свитер. – Становится тепло. Ветер, кажется, утих так же быстро, как налетел. Многие моряки будут разочарованы.

Кейт взглянула на сестру, собираясь сказать, что ее уже не волнует, разочарован отец или нет, но забыла об этом, заметив лиловые синяки на левой руке Кэролайн.

– Что с тобой случилось? – спросила она с тревогой.

Кэролайн проследила за ее взглядом.

– Да я ударилась обо что-то. Ничего особенного.

– Не похоже. – Кейт не понравилось, что Кэролайн отвела глаза. – Кто-то обидел тебя?

– Я в порядке.

– Это Майк Стэнвей?

– Нет. – Кэролайн накинула свитер на плечи, скрывая синяки, хотя было уже поздно.

– Тогда кто?

– Никто. Дверь. Я просто ударилась рукой, вот и все. Оставь меня в покое.

– Я оставляла тебя в покое слишком надолго, – покачала головой Кейт. – Кэролайн, ты должна рассказать, если попала в беду.

– Ты когда-нибудь перестанешь играть роль старшей сестры? – взорвалась Кэролайн – Я давно уже взрослая.

– Знаю. Но не сейчас, когда тебе кто-то причинил боль или ты сама ушиблась. Позвольте мне помочь, – уговаривала ее Кейт.

– Мне не нужна твоя помощь. У меня все под контролем.

– Под контролем? Ты имеешь в виду свидания с бывшим заключенным? Я слышала, что Майк бил свою жену. Вот почему она ушла от него.

– Она ушла не из-за этого, – возразила Кэролайн, – но это не твое дело. Я уже сказала тебе, что Майк ничего плохого мне не сделал, и я не встречаюсь с ним. Так что отстань.

Кейт не хотела отставать от сестры, но наседать на Кэролайн было бесполезно, это она прекрасно знала. Наверное, стоит поговорить с Майком.

– Расскажи мне о папе и о гонке, – попросила Кэролайн. – Он действительно вправе подобрать экипаж? Неужели Рик Бердсли принял такое решение? Удивительно.

– Так сказал папа.

– Папа собирается на гонку в Сан-Франциско и на Гавайи или просто вокруг острова в субботу? – продолжала расспрашивать Кэролайн, хотя Кейт совершенно не хотелось говорить на эту тему.

– Я даже не спросила. – Эта мысль не приходила ей в голову.

– Таким образом, папа может исчезнуть из Каслтона на неделю. Вот странно.

Было бы странно остаться без папы в городе. Хотя он часто доставлял неприятности, он все-таки их отец, по-прежнему защитник и единственный родитель.

– Мы должны остановить его, Кэролайн. Мы обе знаем, каким безрассудным он способен стать на состязании. Никаких правил на море, никакого сдерживающего чувства, понятия о том, что можно и чего нельзя, особенно если папа войдет в раж. Для собственной безопасности нам следует занять определенную позицию, нам, всем вместе. Готова ты поговорить с ним? Мне нужно знать.

– Я не уверена. Может быть, если я отправлюсь в гонку с ним… – Она не договорила.

– Он станет к тебе лучше относиться? Ты это собиралась сказать? – спросила Кейт с вызовом, прочитав правду в глазах сестры. – Папа любит тебя, Кэролайн. Я не знаю, почему ты вбила себе в голову, что это не так. Ты его малышка. Его принцесса.

– Я огорчаю его больше всех, – с грустью признала Кэролайн. – Ничего страшного, не переживай, Кейт. Я поняла. Я получила сполна за свое прошлое. Что сделать никак невозможно – это переступить прошлое. Оно настигает. Каждый день оно становится все ближе. Разве ты не чувствуешь?

Кейт чувствовала. Даже сейчас кожа у нее на руках покрылась мурашками.

– Мы выбрали наш курс давно. И должны его придерживаться. Нет неизведанных вод, помнишь?

– Папа выступит в гонках независимо от того, что мы скажем.

– Мы должны попытаться отговорить его, Кэролайн.

– Хорошо, – сдалась младшая сестра. – Если хочешь, я пойду с тобой, даже поговорю с ним. Я готова.

– Спасибо.

Минуту они сидели в тишине, смотрели на лодки, а потом Кейт почувствовала напряжение в позе сестры.

– Что такое? – спросила она.

Кэролайн указала на воду залива.

– Она там.

Кейт, прищурившись от яркого солнечного света, всматривалась в даль. Конечно же, вон знакомый ярко-синий парус с белым голубем, парящим в небе.

– «Мун Дансер», – выдохнула она.

– Кей Си не может использовать те же самые паруса. Никак не может…

– Да и паруса были не в том состоянии, – согласилась Кэролайн. – Если он их, конечно, не скопировал.

– Зачем ему это? – горячилась Кейт. – Мама сама придумала эти паруса. Она гордилась ими – они единственные в своем роде.

– Я не знаю, почему он делает то или другое. Я младшая из вас, не забыла? Я меньше всех знала о прошлой жизни семьи. Я мало сталкивалась с Кей Си в детстве, только с его противным сыном.

– Тебе не нравился Дэвид?

– Конечно нет. – Кэролайн даже поморщилась при одном воспоминании о нем. – Он ужасно раздражал всех, настоящий идиот.

– Я его почти не помню.

– Потому что ты старше. Я единственная, кому приходилось иметь с ним дело, когда он приезжал к нам. Он не любил нас. Он ревновал отца из-за того, что Кей Си проводил с нами много времени. Я помню, как однажды Кей Си принес тебе одной снежный шар. Дэвид страшно разозлился, он даже пытался разбить его, когда ты не видела. Но я остановила его. Так что сейчас ты можешь меня поблагодарить.

– Почему же не сказала мне тогда? – Кейт с любопытством посмотрела на сестру.

– Не помню. Наверное, потому, что меня не должно было быть в твоей комнате.

Кейт обдумывала слова Кэролайн. Похоже, Дэвид давно обижен на их семью, причем настолько сильно, что сочинил ложь, будто Кей Си ее настоящий отец. Или Дэвид хотел когда-то испортить ее снежный шар, чувствуя, что она важнее для его отца, чем он? Кейт не хотела верить в это, но она не могла отбросить мысли, возникшие после сказанного Дэвидом.

– Разве ты не скучаешь хоть немного? – Кэролайн махнула рукой в сторону «Мун Дансер», гордо скользящей по воде. – Мы должны находиться на борту этой лодки. Она наша. Она не принадлежит Кей Си и его противному сынку.

Кейт пришлось признать – трудно смотреть на их яхту, находящуюся в чужих руках. Особенно в руках того человека, кто сделал их жизнь столь трудной во время очень длинной гонки вокруг света.

Кэролайн повернулась к сестре с тем же блеском в глазах, как у отца, и Кейт почувствовала каждый мускул в ее напрягшемся теле.

– Не говори так, – предупредила Кейт. Но Кэролайн не слушала ее.

– Я думаю, мы должны сделать это, Кейт. Мы должны помочь папе вернуть «Мун Дансер».


предыдущая глава | Две тайны, три сестры | * * *