home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


16

Кейт поспешно высадила его возле отеля, даже не выключая двигатель. Она пробормотала «до свидания» и отъехала, стоило ему закрыть за собой дверцу машины. Все, что ни делается, – к лучшему. Цель предпринятой им поездки на остров – поиски биологической матери Амелии. И сейчас ему следует сосредоточиться на этом.

Тайлер чувствовал себя слишком взвинченным, не мог даже думать о том, чтобы вернуться в пустой и тихий номер отеля. Большинству обитателей Каслтона, видимо, тоже не хотелось оставаться в этот вечер дома, понял Тайлер, когда вернулся на городскую площадь.

Прилавки, на которых проводилась дегустация супа из моллюсков, были уже демонтированы, но народ все еще толпился вокруг столиков, люди болтали, смеялись, переговаривались. Несколько человек, с которыми он познакомился сам или через Кейт, приветствовали его. Тайлер провел в этом городке всего несколько дней, но эти люди заставляют его чувствовать себя частью сообщества, частью их жизни. Приятное чувство, даже слишком приятное.

Небольшой остров в северо-западной части Тихого океана – не то место, где он мог бы осесть. Здесь не найти чрезвычайно важных новостей, интересных всему миру, здесь не нужны репортеры, занимающиеся журналистскими расследованиями. Это место хорошо для туристов, рыбаков, моряков, велосипедистов и пеших путешественников, молодоженов и пенсионеров, оно прекрасно для людей, жаждущих расслабиться, наслаждаться жизнью – но все это не для него. Он любил быть в пути, летать на быстрокрылых самолетах в разные страны, названия которых он едва ли мог записать без подсказки. Он любил непредсказуемые приключения и неожиданные встречи.

Разве нет?

Тогда почему это место так привлекательно? Почему маленький дом Кейт очаровал его? Почему его влечет к женщине, которая ясно дает понять – она никогда не намерена уезжать с этого острова? Почему ему вдруг стало интересно, каково было бы иметь здесь собственный дом и друзей? Они принимали бы его у себя дома, интересовались бы его делами и рассказывали о своих. Почему мысль о единственной женщине, о долгосрочных отношениях с ней, о семейной жизни кажется ему столь заманчивой?

Черт, он точно не в своем уме. Не нужно ему ничего из перечисленного. То, что ему надо прямо сейчас, – это выпить. К счастью, «Устричный бар» за углом.

В баре оказалось многолюдно для вечера вторника. Тайлер постоял минуту, огляделся, отыскивая знакомые лица. Конечно же, они были: Кэролайн и Дункан сидели за столиком в углу. Тайлер подумал: интересно, о чем между ними идет речь. Похоже, разговор шел горячий, судя по тому, как они подались навстречу друг другу, по острому взгляду Дункана, брошенному на Кэролайн, когда он говорил ей что-то.

Тайлер подошел ближе, беззастенчиво вслушиваясь в разговор, но они слишком увлеклись и не заметили его.

– Я хочу помочь тебе, папа, – говорила Кэролайн. – Ты знаешь, как я этого хочу. Но Кейт не будет выступать, а Эшли не может заставить себя даже войти в лодку.

– Ты должна убедить их, Кэролайн. Я рассчитываю на тебя, – сказал Дункан твердо.

– Я с тобой, папа. Я буду участвовать в гонке. Я твой партнер. Может быть, этого достаточно? Мы соберем хороший экипаж. Вокруг полно опытных моряков, они пойдут с нами. Нам не нужны ни Кейт, ни Эшли.

– Нам необходима Кейт. – Дункан помахал рукой в воздухе, словно отыскивая подходящее слово. – Она единственная, кто сделает всю работу.

– Я тоже могу сделать все.

Дункан подозвал официанта и попросил принести им два пива.

– Я не хочу пива, – отказалась Кэролайн. – Слушай, почему бы тебе не взять меня потренироваться завтра? Ты увидишь, насколько я хороша в деле.

– Ты не ходила в море столько лет.

– Как и ты, – упорствовала она. – Но я в форме. Давай, папа, испытай меня.

Официант поставил перед ними два пива. Дункан взял свой стакан и припал к нему, как человек, неделю мучимый жаждой и забывший вкус воды, но, судя по пустым стаканам на столе, это было не первое его пиво за вечер. Не станет, вероятно, и последним. Дункан поставил свой стакан, увидел Тайлера и махнул ему рукой.

– Вот и ты, мой любимый журналист. Что будешь пить?

– Пиво.

– Уилл, принеси пиво для моего друга, – заказал Дункан. – И запиши на мой счет.

– Как дела, Кэролайн? – Тайлер подтащил пустой стул к их столику и сел.

– Хорошо, – сказала она, не слишком приветливо взглянув на него. – Похоже, вы постоянно всплываете там же, где мы.

– Девочка расстроена, – объяснил Дункан. – Она хочет со мной в гонку, но мне нужна и Кейт.

– Я все еще не понимаю почему, – заспорила Кэролайн.

– Ну, дорогая, я не хочу оскорбить твои чувства, но ты способна все сглазить.

Кэролайн резко выпрямилась на стуле.

– Ничего подобного. Как ты можешь так говорить?

– Проблемы тащатся за тобой, как хвост за собакой.

Дункан улыбнулся Тайлеру.

– Если бы рядом стояло ведро, Кэролайн точно ступила бы в него. Если бы было выпивки по локоть, она опрокинула бы ее в себя, случайно, конечно. – Он посмотрел на свою младшую дочь. – Ладно. Ты не можешь ничего с этим поделать, но ты всегда стараешься, я знаю.

– Я не такая уж неловкая, – запротестовала она.

– Глядите, вот и Руди. – Дункан помахал рукой своему другу. – Эй, Руди, иди сюда и опусти свою задницу за нашим столом.

Высокий, дородный мужчина под шестьдесят неторопливо подошел к их столу.

– Кто это с тобой? – спросил Руди.

– Тайлер какой-то, – ответил Дункан. – Он репортер, собирает истории про парусный спорт.

– Не верь ни одному слову этого ублюдка, – посоветовал Руди, дружелюбно похлопывая Тайлера по спине. – Дункан лжет так, что забывает, на что похожа истина.

– Это точно, – жестко подтвердила Кэролайн и встала. – Я ухожу.

– Эй, ты не дотронулась до пива, – заметил Дункан. – Подтолкни-ка его сюда. Я не позволю пропадать хорошему напитку.

Кэролайн, казалось, собиралась сделать то, что попросил отец, но, когда ее рука коснулась стакана, она заколебалась. Потом поднесла стакан к губам и отпила глоток. Она бросила на отца жесткий, неумолимый взгляд, откинула голову и выпила пиво до последней капли, потом со стуком поставила стакан на стол.

– Видишь, кое-что я делаю хорошо, – сказала она и повернулась к двери.

Тайлер хотел было пойти за ней, но Дункан что-то говорил, обращаясь к нему, а Руди положил руку ему на плечо, чтобы он остался. Когда Тайлер извинился перед ними и подошел к двери, Кэролайн уже исчезла. У нее был опасный, безрассудный взгляд, она явно искала неприятностей. А если она найдет их? Но он почему-то надеялся, что все обойдется.

Он приехал в Каслтон, чтобы дискредитировать сестер МакКенна или, по крайней мере, ту, которая стала матерью Амелии, а ею могла быть и Кэролайн. Но теперь, когда он здесь, ему все труднее представить любую из сестер своим врагом. Ему нужно все проанализировать, переосмыслить факты и соединить в голове. Как бы хороши ни казались сестры МакКенна, одна из них намерена забрать у Тайлера его племянницу, а он не может этого допустить.


Рано утром Кейт совершала пробежку по маршруту, по которому обычно бегала к причалу по средам. Она едва не совершила огромную ошибку накануне вечером и сегодня утром хотела наказать свое тело активной физической нагрузкой. Она надеялась, что если утомится как следует, то перестанет думать о Тайлере, усмирит желание заняться с ним любовью, не будет больше вести себя как дура.

Это он призвал вчера остановиться. А она попалась как самая настоящая простушка, и это терзало Кейт даже после долгой бессонной ночи. Она привыкла контролировать все и всегда, особенно себя и свои эмоции, но прошлым вечером на несколько минут полностью потеряла над собой контроль.

О чем она думает? Она почти не знает его. И вовсе не уверена, что вообще может ему доверять. Инстинкт подсказывал – Тайлер что-то скрывает. Впрочем, как и она сама. Трудно назвать его лжецом, когда он может то же самое сказать о ней.

Но если отбросить сомнения и терзания, Тайлер очаровательный, веселый, сексуальный. Он заставил ее смеяться, пробудил эмоции, она очень давно не чувствовала себя так, как вчера, если вообще когда-то испытала нечто подобное. Эта предательская мысль заставила ее отправиться на пробежку.

Было ли настолько хорошо ей с Джереми? Были ли ее чувства настолько же сильными? Да и имеет ли она право сравнивать? За давностью времени воспоминания померкли. И она изменилась. Она стала взрослой женщиной. Ее потребности, ее желания теперь иные.

Кейт остановилась возле перил, глядя на воду и на яхты. Она вполне была довольна своей жизнью до появления в городе Тайлера. Кейт убеждала себя, что есть работа и семья – для нее этого вполне достаточно. В ее жизни мужчине нет места, зачем ей страдания, эмоциональные проблемы, неизбежно связанные с любовью? Она не хотела, чтобы ее сердце снова разбилось. И она едва не купилась на все это, пока не появился Тайлер.

Теперь она попробовала то, от чего так долго отказывалась, и поняла, что ей хочется большего.

Это может оказаться болезненно, напомнил ей внутренний голос. Возможно, ее ждут потери. Разве не лучше прежняя безопасность?

В то время как она предавалась своим размышлениям, из кафе вышел мужчина. Это был Майк Стэнвей, с которым она видела младшую сестру на пристани в понедельник. Кейт пыталась поговорить о нем с Кэролайн на дегустации супа из моллюсков, но сестра сослалась на чрезмерную занятость, а потом исчезла.

Может, ей стоит сейчас поговорить с Майком? Пока Кейт раздумывала, как начать разговор, Майк быстро шагал по тротуару. Она побежала за ним трусцой, но он спустился на причал и скрылся в своей лодке.

Не дожидаясь приглашения, Кейт поднялась на борт, окликнула его по имени, потом спустилась по лестнице в каюту. Она застыла на месте, увидев, как Майк предлагает сестре чашку кофе. Кэролайн сидела на кровати, на ней была черная майка на тонких бретельках. Скомканная простыня накрывала нижнюю половину тела.

Ее волосы были в беспорядке, тушь на ресницах размазалась, словно она плакала.

– Что ты здесь делаешь? – требовательно спросила Кэролайн.

Ошеломленная Кейт едва не лишилась дара речи.

– Я… Я хотела поговорить с Майком… – запинаясь, сказала она. – Я не знала, что ты здесь.

– Обо мне? Ты хотела поговорить с ним обо мне?

– Одевайся. Я отвезу тебя домой. – Кейт посмотрела на Майка, осмелится ли он остановить ее, но он не сказал ни слова.

– Мне не двенадцать, Кейт. Я пойду домой, когда захочу. – Терпение Кэролайн лопнуло. – И я хочу, чтобы ты ушла.

– Что?! – Кейт была потрясена до глубины души.

– Ты слышала. Я хочу, чтобы ты ушла.

– Только с тобой. Я не оставлю тебя здесь с ним.

– Я в порядке.

– По твоему виду этого не скажешь, – разозлилась Кейт. – Ты выглядишь как человек, который опустошил вчера вечером винный магазин.

Кэролайн горько засмеялась.

– Ты ничего не знаешь.

– Я знаю, что это не самое лучшее место для тебя.

– Майк мой друг.

– Кэролайн слишком молода для тебя. Что ты делаешь с ней? – потребовала Кейт ответа у Майка.

– Это ее дело и мое, – сказал он тихо, но твердо.

– Я знаю, что делаю, Кейт, – подала голос Кэролайн. – Ты должна доверять мне.

– Я не доверяю ему. – Кейт кивнула в сторону Майка.

– Он ничего дурного мне не делает.

– Уже сделал. Посмотри на свои руки.

– Я уже объясняла тебе, что сама ударилась. Ради бога, Кейт, ушла бы ты, а? Я позвоню тебе позже или приеду в книжный магазин. Иди, – добавила Кэролайн с умоляющей улыбкой. – Позволь мне самой о себе позаботиться.

Кейт не хотела оставлять сестру с этим типом, но что она могла сделать?

– Тебе лучше не причинить ей боль, – сказала Кейт, стараясь скрыть отчаяние. – Потому что, если ты это сделаешь, будешь иметь дело со мной.

Майк ничего не ответил, только кивнул в знак согласия. Кейт поколебалась, потом повернулась и побежала вверх по лестнице. Оказавшись на пристани, остановилась, обдумывая свои дальнейшие действия. Лучше ей побыть рядом, тогда она услышит, если Кэролайн позовет на помощь. Но позовет ли она? Кэролайн, конечно, не хочет ее вмешательства. Но если она уйдет, то будет беспокоиться за сестру весь день.

Не в состоянии прийти к какому-то решению, Кейт ходила взад и вперед по узкому причалу, когда заметила мужчину, направлявшегося к ней. Это был Кей Си. И это в тот самый момент, когда ей казалось, что сегодня уже ничего хуже не может произойти.

– Если хочешь посмотреть, почему бы тебе просто не попросить? – Кей Си остановился перед ней.

– О чем ты говоришь?

– Я был бы счастлив устроить для тебя экскурсию, Кэти. Я уверен, тебе интересно.

Только теперь Кейт поняла, что «Мун Дансер» стоит чуть ниже яхты Майка. Занятая мыслями о нем и Кэролайн, она до сих пор не заметила лодку.

– Я пришла сюда не для того, чтобы увидеть тебя или «Мун Дансер». – Хотя, теперь, может, она выяснит, чего ради Кей Си явился в Каслтон.

– Хорошо, иди своей дорогой, – сказал он, проходя мимо нее.

– Подожди. Я хочу спросить кое-что.

Кей Си улыбнулся, повернулся к ней лицом.

– Я так и думал.

– Зачем ты сюда явился? Почему купил нашу яхту, а паруса сделал новые, сохранив наш дизайн? Я уверена, неслучайно.

– Я купил «Мун Дансер», потому что хотел этого, потому что мы с твоей матерью придумали ее, прежде чем они с Дунканом решили ее построить. Она должна была быть моей… Как и многое другое, что Дункан украл у меня.

У нее перехватило дыхание.

– Полагаю, ты имеешь в виду мою мать?

– Нора принадлежала мне. И Дункан это знал.

– Моя мать сама сделала выбор, – возразила Кейт. – А вы трое были друзьями. Я помню, ты отмечал каждое важное событие в нашей семье, пока моя мать не умерла. Почему ты бывал у нас, если ненавидел моего отца?

Кей Си бросил на нее прямой, оценивающий взгляд.

– Из-за тебя, Кэти.

Ее сердце остановилось. Этого не может быть, того, что он имеет в виду.

– Я думал, что ты моя дочь, – добавил он, подтвердив ее худшие опасения.

– Но это неправда. – Она произнесла эти слова не как вопрос, а как утверждение. Она почти не дышала, ожидая ответа.

– Да, это неправда, – согласился он наконец, и, казалось, с сожалением. – Нора мне сказала. Но у меня были сомнения, и они имели под собой почву. Мы с ней спали в тот критический отрезок времени.

– В это трудно поверить. – Ей была ненавистна мысль о связи матери с Кей Си или с кем-то другим, кроме отца.

– Мы с Норой встречались, но однажды поссорились, и возникло недоразумение. Через несколько дней Дункан вернулся из очередной своей поездки. Мой хороший друг вернулся, – с горечью усмехнулся Кей Си. – Я обрадовался ему. И Нора тоже. Она познакомилась с ним несколько месяцев назад. Я не понимал, какое впечатление Дункан произвел на нее, пока он не вернулся. Они начали встречаться, а потом поженились. Я не знал, что Нора беременна, но потом ты родились на шесть недель раньше. – Он долго молчал. – Когда она сказала мне, что я не твой отец, я не поверил. Я думал, она защищает свой брак, защищает Дункана. Я не мог бороться с ней, не нанеся ей обиды. Поэтому остался рядом, полагая, если я не могу быть с тобой, я, по крайней мере, вижу тебя, провожу с тобой время.

– Дарил мне подарки, из-за которых твой собственный сын тебя ревновал, – вставила Кейт.

Кей Си удивленно посмотрел на нее.

– О чем ты?

– Ты не понимаешь, как твое поведение действовало на Дэвида? Он до сих пор считает, что ты мой отец и что я твоя любимая дочь.

– Неправда. Я его очень люблю. И я никогда не говорил ему, будто я твой отец.

– Значит, он сам догадался. Что бы ни случилось тогда, вы должны прекратить старую вражду.

Кей Си ответил не сразу:

– Я думаю, должно быть, Дункан не просто обманул меня, он отнял любимую женщину. Он обманул меня во многом другом, в том числе в кругосветной гонке.

Кейт застыла и мысленно молила: пожалуйста, не напоминай. Пожалуйста, не напоминай.

Кей Си испытующе смотрел на нее.

– Не станешь же ты отрицать, что он это сделал?

Это был рискованный вопрос, на который Кейт не знала, как ответить, тем более что она не знала, что именно известно Кей Си.

– Это гонка закончилась давно, – уклонилась она от прямого ответа.

– Я был ведущим – я первым шел в шторм. Я должен был выиграть эту гонку.

– Мы не виноваты, что твоя лодка пошла ко дну.

Не похоже, чтобы Кей Си ей поверил.

– Мы все должны жить дальше, – добавила она быстро. – Разве ты не думаешь, что вам с отцом все это лучше оставить в прошлом? Как долго ты будешь пытаться заставить его платить за победу в любви к моей матери?

– Столько, сколько понадобится, – холодно бросил Кей Си. – Ты слышала о нашей ставке, Кэти?

– Да. Мой отец хочет получить обратно «Мун Дансер». – Она умолкла, не в силах удержаться и не подлить масла в огонь. – И он, наверное, победит.

Кей Си ощетинился.

– Думаю, все будет зависеть от его экипажа. Ты всегда была лучшим матросом, чем твой отец. Вот еще одна причина, почему я считал, что ты моя дочь. Но не будем об этом. Когда твой отец проиграет, я получу то, чего давно хочу.

Кейт знала, что пожалеет о своем вопросе, но не могла удержаться – слова сами сорвались с кончика языка.

– Что именно?

– Портрет твоей матери с тобой и сестрами.

– Он мой! – Кейт не в силах была поверить.

– Фактически он принадлежит твоему отцу, разве нет?

Кейт не могла взять в толк – неужели отец сделал ставку на портрет? Эго Дункана не знает границ. Он, вероятно, не видит в заключенном пари никакого риска.

Кейт повернула голову, услышав шум за спиной. Это была Кэролайн. Она нахмурилась, увидев сестру и Кей Си.

– Ты ждешь меня, Кейт?

– Нет, просто Кей Си остановился поговорить со мной, – объяснила она, пользуясь его присутствием. От него сейчас есть даже какая-то польза.

– Я иду домой, – пробормотала Кэролайн. – Не ходи за мной. Я не в настроении видеть тебя или выслушивать твои нотации.

Кейт не стала возражать, поскольку было совершенно очевидно, что говорить с ней здесь и сейчас не стоило. По крайней мере, Кэролайн ушла одна. Это уже что-то. Она повернулась к Кей Си.

– Ты никогда не получишь мой портрет.

– Кто меня остановит?

Кейт хотела бы стереть насмешливую улыбку с его лица и сказать, что остановит она. Но не могла. Ее слова означали бы согласие участвовать с отцом в гонке. Снова. Как она могла это сделать?

– Никто не остановит меня, Кэти. Ты оставила отца на этот раз. И мы оба знаем, что он не может выиграть без тебя. И никогда не мог.


Тайлер отвернулся от экрана телевизора в гостиничном номере и понял, что не может больше откладывать звонок брату ни на одну минуту. Он должен был позвонить вчера, но чувствовал себя настолько противоречиво после вечера с Кейт, что у него духу не хватило говорить с Марком. Он чувствовал себя так, словно его тянули в двух противоположных направлениях, ему казалось, что он предал их обоих. В этой ситуации невозможен выигрыш для обеих сторон. В конце концов, кому-то придется пережить боль.

Взяв сотовый телефон, он набрал номер Марка и ждал.

– Алло? – отозвался детский голос.

– Привет, дорогая. Это дядя Тай.

– Привет, дядя Тай.

– Как ты, милая?

– Я в порядке. Папе нужна была вода, и я налила ему в стакан. Я даже положила лед.

– Ты хорошая помощница. Но я думал, это работа Шелли.

– Она вышла ненадолго. Она еще не вернулась.

– Не вернулась? – переспросил Тайлер, размышляя, куда могла уйти сиделка. Марку нужен круглосуточный уход, особенно из-за присутствия в доме маленькой Амелии.

– Ты хочешь поговорить с папой? Я думаю, что он спит, но я могу проверить.

Тайлер чувствовал себя еще более неуютно при мысли о том, как себя чувствует маленькая девочка, когда больной отец спит, а сиделки нет поблизости. Амелии всего восемь лет, хотя сейчас она разговаривала с ним словно взрослая. В первый раз Тайлер спросил себя, правильно ли он поступает. Марку предстоит длинный путь к выздоровлению, ему нужны уход, деньги, внимание. Хорошо ли Амелии расти в такой обстановке?

– У тебя все в порядке? – спросил он девочку.

– Я не одна. Папа здесь. Он проснется, если будет мне нужен.

– А что делать, если ты упадешь или что-то еще случится?

– Тогда я встану, – ответила она ему просто, по-детски логично.

Тайлер не мог удержаться от улыбки в ответ на ее практичность.

– Ты умница, дорогая.

– Мы с папой написали маме письмо и оставили на обеденном столе, чтобы она увидела его, когда посмотрит на нас. Я написала его большими буквами, чтобы она смогла читать его с неба.

У Тайлера внутри все сжалось в ответ на ее слова.

– Хорошо.

– Хочешь послушать, что я написала?

Хотел ли он, чтобы его сердце вырвали из груди?

– Конечно, – сказал он, зная, какой ответ нужен Амелии.

– Я сейчас возьму.

Тайлер услышал, как она положила трубку, и ему захотелось позвать ее обратно. Он мучил себя – наказывал за то, что вчера увлекся Кейт и отмахнулся от Марка, неважно, что только мысленно.

– Ты еще здесь? – спросила Амелия, вернувшись к телефону.

– Я слушаю.

– «Дорогая мамочка, мы скучаем по тебе очень сильно, – читала девочка. – Мы надеемся, что ты счастлива на небесах, но мы бы хотели, чтобы ты была здесь, с нами. Я пела твою песенку папе вчера вечером, и он сказал, что у меня хорошо получается, как у тебя, а он поет очень плохо. Я буду стараться походить на тебя, когда вырасту».

Сердце Тайлера сжалось от нежности и от ее простых слов, и он не мог не спросить себя в тысячный раз, почему Марк и Сьюзен не сказали Амелии, что она приемная дочь. Может быть, не стоило открывать все обстоятельства – кто она, где родилась, но сказать что-то такое, чтобы Амелия не испытала потрясения, узнав однажды, что она не та, кем себя считала все годы.

– Я разговариваю с дядей Таем! – крикнула Амелия, вероятно, отцу. – Папа хочет поговорить с тобой, – сообщила она. – Пока.

– До свидания, дорогая.

– Ты? Что случилось? – спросил Марк через мгновение. – Почему не позвонил вчера? Я оставил тебе три сообщения.

– У меня нет ничего нового.

– Ну, может быть, у меня есть кое-что новое, – нервно произнес Марк. – Джордж получил еще одно письмо от мистера Уотсона. Тот нашел на Гавайях врача, через которого была отдана Амелия. У него есть подписанное письмо, в котором сказано, что доктор на Гавайях отдал ребенка Джорджу точно в тот день, в который мы удочерили ее. Он подбирается все ближе, Тайлер. У врача есть даже мое имя в списке приемных родителей. Но нет никаких подписанных матерью или отцом девочки бумаг с согласием на усыновление. Джордж заверил меня, что у него была одна, но он не может ее найти.

– У него никогда ее не было, Марк, ты сам знаешь, – ответил Тайлер напряженным голосом. – Вот почему он потребовал у тебя столько денег за усыновление. Вот почему он велел вам немедленно убираться с Гавайев. И вы это сделали, потому что не хотели никаких лишних вопросов.

– Да, я так и поступил. Ради Сьюзен, – признался Марк. – Я очень сильно ее любил. Не знаю, можешь ли ты понять это. Она стала для меня всем, и после всех этих выкидышей я больше не мог видеть ее боль. Я бы сделал это снова, если бы оказался перед выбором. Меня не волнует, подписала бумагу биологическая мать или нет, она все равно отдала ребенка.

– Или это сделал ее отец, – сказал Тайлер. – Но разве в этом смысл? Разве кто-то из дочерей относится к Дункану с ненавистью? А могли бы, если бы он украл ребенка и отдал его. Никто не реагировал на него подобным образом, возможно, за исключением Эшли, она старается держаться подальше от отца.

– Я думаю об отъезде из города, – сказал Марк, не обращая внимания на его комментарии. – Заберу Амелию и исчезну навсегда.

– Ты не можешь так поступить, Марк. Тебе нужна медицинская помощь. Тебе нужна реабилитация. Как ты сможешь прятаться? Тебе необходима круглосуточная сиделка.

– Ты мог бы помочь, Тайлер. Тебе незачем больше торчать в Каслтоне. Почему бы не вернуться сюда и не помочь нам с Амелией исчезнуть?

Как исчезли они с отцом? Всегда жить в бегах? Никаких шансов подружиться с кем-то, почувствовать себя частью чего-то, осесть где-то. Хотел бы он нечто похожее для племянницы?

– Это для меня самый лучший вариант, – настаивал Марк. – Мир велик. Мы не могли найти тебя шесть лет. Я полагаю, что довольно скоро биологическая мать Амелии сдастся и оставит поиски.

– Это страшная жизнь, Марк. Я не хочу такой жизни ни для тебя, ни для Амелии.

– Это лучше, чем отдать ее, – возразил Марк. – Она моя жизнь. Она все, что у меня осталось.

– Но ты же не хочешь испортить ей жизнь?

– Я не испорчу, я пытаюсь спасти нас обоих.

– Ты говоришь, точно как папа когда-то.

Сколько раз отец повторял, что он спасает его, Тайлера. Избавляет от боли – жить в доме, где ты никому не нужен. Но его отец пытался спасти себя, а не своего ребенка. Точно так же Марк поступает сейчас.

– Никогда не сравнивай меня с ним. – В голосе Марка звучал холод. – Я сделаю это с твоей помощью или обойдусь без нее. Я думал, ты можешь найти выход, но, очевидно, ошибался. Я устроюсь по-другому.

– Ничего не предпринимай, – потребовал Тайлер, зная, что он в ловушке. Он не мог позволить Марку уехать. Он не хотел снова потерять связь со своим братом. – Дай мне еще немного времени. Я выясню, кто она, до субботы. И тогда мы примем решение.

Брат долго молчал.

– Я подумаю, Тайлер. Но можешь не сомневаться – я сделаю все, чтобы не расставаться с Амелией. Если они подберутся слишком близко, я уеду.


предыдущая глава | Две тайны, три сестры | cледующая глава







Loading...