home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


20

Кейт обещала ему ни о чем не спрашивать, не собиралась умолять его остаться на ночь, давать невыполнимые обещания. Но она с разочарованием обнаружила исчезновение Тайлера, проснувшись утром в четверг. Бросив взгляд на соседнюю подушку, она ничего не увидела – ни записки, ни цветка, никаких глупых сантиментов. Ничего.

Она улыбнулась своей наивности. Это был просто секс, а не любовь и не романтическое свидание. Она взяла подушку, на которой спал Тайлер, глубоко вдохнула, почувствовала мускусный аромат его тела. Закрыв глаза, Кейт мысленно увидела его, почувствовала его руки на своем теле, сильные и нежные – волшебные руки.

Жаркая волна пробежала по телу. Она просто дура, если думала, что одной ночи достаточно. Нет, это не для нее. Но Тайлер исчез с первыми лучами солнца. Видимо, он получил, что хотел, и потерял к ней интерес. Эта тревожная мысль заставила ее встать с кровати. Тело восхитительно ныло, испытывая приятную боль, боль удовлетворения. Бессмысленно искать записку от Тайлера, но, надев халат и тапочки, Кейт обошла дом от спальни до кухни. Ничего.

Кофе, решила она, и может, немного еды, потом на работу, как в любой другой день, как и во все последующие дни. Она не скучала по нему. И она не будет скучать. Ни сегодня, ни завтра… Ну, может, всего несколько дней. Потом она станет жить дальше. У них нет будущего. Тайлеру здесь не место. А она не может уехать отсюда.

Кейт поежилась. Показалось, что в доме холодно этим утром. Не значит ли это, что теперь она будет чувствовать себя так, словно кого-то не хватает рядом, не достает тепла и близости? Ей не стоило приводить Тайлера домой. Это неразумно – устроить такое приключение у себя дома. Поехали бы в нейтральное место, где она бывает лишь изредка. Такие советы она читала в какой-то книге – как иметь любовную связь, не разбивая своего сердца.

Впрочем, у Тайлера, думала она, нет сердца, а ее сердце разбить невозможно, но в груди болезненно ныло. Или ее сердце пробудилось, а она не заметила? Может, это случилось в момент приезда Тайлера в город? Тайлера, который обладал всем, что она хотела видеть в мужчине, – силой, юмором, состраданием и телом, которого нельзя было не желать. Она улыбнулась пришедшей в голову мысли – глупой улыбкой. Такая улыбка никогда не появлялась на ее лице, такую никогда никто не видел. Она держала свои чувства к Тайлеру втайне, подобно другим секретам.

Эта мысль немедленно согнала улыбку с лица. Неважно, какие чувства она испытывала к Тайлеру, между ними стояли тайны. Они оба признали этот факт, не призывали верить друг другу, не обещали быть абсолютно честными друг перед другом, но прошлой ночью они были честными. Они испытали чувство, похожее на любовь. Но разве возможна любовь без доверия?

Кейт занималась тем, чего обещала себе никогда не делать: переосмысливать и сожалеть. Надо остановиться прямо сейчас. Что бы ни случилось здесь или за пределами дома, прошлая ночь была. Она знала, где-то в мире есть мужчина, способный тронуть ее сердце, даже если она не смогла затронуть его.

Зазвонил телефон, Кейт потянулась за трубкой, волна надежды накатила на нее.

– Кэти?

На линии потрескивали помехи, но она узнала голос отца.

– Ты где? – спросила она. – Я едва тебя слышу.

– Я говорю с платного автомата из дока. Я собираюсь взять под парус твоего друга репортера. Мне нужно знать, изменила ли ты свое мнение о гонках в субботу. Рик давит на меня. Если ты не пойдешь со мной, я не смогу участвовать в гонке.

– Я уже сказала тебе…

– Пошли слухи, будто Кей Си болтает о нас всякую ерунду, размазывая по стенке наше имя.

Слухи или воспоминания? Кейт надеялась, что речь о первом из того, что перечислил отец.

– Твоя мать, наверное, переворачивается в своей могиле, – продолжал Дункан. – Ты должна согласиться. Нам нужно соединиться всем вместе, всей семьей. Мне необходимо выиграть эту гонку, Кэти. Не подведи меня. Скажи «да».

Кейт закрыла глаза, стиснула трубку. Сколько раз он произносил эти слова? Сколько раз она шла вместе с ним? Она всегда поддерживала его, всегда вмешивалась, если могла, всегда служила подпоркой, но сейчас отец просил о невозможном.

– Не могу, – сказала она наконец. – Я не могу участвовать с тобой в гонке.

Кроме треска в трубке, она больше ничего не услышала. Его молчание стоило любого аргумента.

– Прощай, Кэти, – сказал он наконец, и это встревожило ее.

– Подожди, папа. – В ответ – гудки. Кейт несколько секунд смотрела на телефон, соображая, что предпринять, потом набрала номер отеля Тайлера. Может, он зашел переодеться, прежде чем спуститься на причал. Она хотела сказать ему…

Что она хотела ему сказать? Не ходи. Не говори с моим отцом. Или позаботься о моем отце. Он в депрессии. Он не получил желаемого и потому опасен.

В трубке нудно раздавались длинные гудки, Тайлера не было в номере. Вероятно, он уже с Дунканом. Черт. Он, наверное, стоял рядом с отцом во время телефонного разговора. Кейт положила трубку, она рассердилась и одновременно забеспокоилась. Даже если она сейчас быстро оденется и помчится к пристани, отец, скорее всего, исчезнет из поля зрения, когда она доберется до причала. По крайней мере, отец говорил как трезвый. Сумасшедший, но трезвый. Она надеялась, что точнее последнее.

Ничего, они будут в полном порядке. Отцу придется принять ее решение и пережить разочарование. Этого не случилось бы, не сделай она то, что сделала.

Кейт включил кофеварку. Ей необходим кофеин, чтобы пережить этот день. В ожидании, пока приготовится кофе, необходимое для поднятия духа, она проверила сообщения на автоответчике. Ничего важного.

Кейт просмотрела счета на столешнице, отложила те, которые придется оплатить в первую очередь. Может, позже, когда она не будет так подавлена.

– Кейт! – раздался через минуту голос Эшли, и хлопнула входная дверь. – Ты дома?

Кейт встретила сестру в холле.

– Что-то случилось?

– Нечто, – сказала Эшли с улыбкой. – Шон купил на аукционе мою корзинку вчера вечером.

– Я видела.

– Мы прекрасно провели время.

– Почему бы тебе не пойти на кухню и не выпить со мной кофе? Мне кажется, тебе есть что мне рассказать. Не торопясь и в подробностях.

Эшли прошла за ней на кухню, села за стол, а Кейт налила ей чашку кофе.

– Итак, рассказывай, – попросила она, усаживаясь напротив сестры.

– Мы поужинали в парке и разговаривали почти до полуночи. Никому из нас не хотелось закончить вечер и расстаться.

– О чем вы говорили?

– В основном о том, чем занимался Шон в последние несколько лет. Он действительно хочет работать на своего отца, Кейт. Он любит проектировать и строить яхты. Там его сердце, а не в гонках. И это по-настоящему хорошая новость – Шон… решил не участвовать в гонке в Каслтоне. Он собирается остаться на острове и строить лодки. Я думаю, это то, что он всегда хотел делать.

– Я тоже так думаю, – сказала Кейт со вздохом. Она была рада за Шона, но такая новость означает еще больше проблем в будущем для Эшли.

– Ты думаешь, это станет проблемой? – спросила Эшли.

– А ты?

– Ну… не имеет значения. Шон не должен оставаться в стороне от семьи. Если кому-то придется уехать, то мне.

– Но ты не сделаешь этого?

– Я люблю остров, Кейт, вероятно, так же сильно, как и ты. Но я хочу Шону счастья. И я хочу, чтобы он был в безопасности. Если это означает, что он останется здесь, то я хочу этого тоже. Если станет слишком трудно, я найду вариант, как поступить.

– Ты вдруг стала такой сильной, – с одобрением заметила Кейт.

– Шон вернул мне силу, Кейт. Я не знаю, как ему удалось, но я чувствую себя гораздо лучше с его возвращением. Я начинаю верить, что могу стать прежней.

– Надеюсь на это. Мне нравилась та девочка.

– Мне тоже. – Эшли встала. – У меня есть работа. Я должна идти.

– Я провожу тебя.

Кейт прошла за сестрой по коридору, только сейчас сообразив, что они должны пройти мимо гостиной.

– Ого! – воскликнула Эшли. – Вчера был пикничок ничего себе.

Кейт боялась заглянуть в комнату. Она не помнила, в каком состоянии там все осталось, но то, что в беспорядке – очевидно. Она заставила себя заглянуть за угол. Диванные подушки на полу, сбившийся измятый плед, на котором валялись контейнеры с едой, некоторые все еще наполовину полные.

– Это взбитые сливки? – изумленно спросила Эшли. – Ты положила их в корзину?

– Это для мороженого. Они не входили в корзину.

– Бьюсь об заклад, их там не было. – Эшли повернулась к сестре, глядя на нее с интересом, граничащим с беспокойством. – Ты уверена, что это разумно?

– Далеко не уверена. Но это случилось. И, прежде чем ты спросишь, никакого разговора на подушке, никакого раскрытия секретов не произошло. Просто много действительно важных… – Кейт не могла найти нужное слово.

– Разговоров?

– Точно, – кивнула Кейт с улыбкой.

– Скажи мне, старшая сестра, взбитые сливки на самом деле подают к мороженому?

– Эшли!

– Кейт, ты мой всегдашний наставник. Если со взбитыми сливками можно делать нечто интересное, твой сестринский долг рассказать мне.

– Я думаю, тебе самое время отправляться работать.

Эшли задержалась у входной двери.

– Я рада, что ты хорошо провела время. Ты это заслужила. – Она помолчала. – Я хочу, чтобы кто-то спровоцировал в тебе эмоциональный прорыв.

– Это было бы проще, – согласилась Кейт.

– Ну, пути МакКенна простотой никогда не отличались.

– Я была эгоисткой. Я могла поставить нас всех в трудное положение.

– Это не эгоизм – влюбиться, – покачала головой Эшли.

– Я не влюбилась.

– Да ладно, Кейт. Ты не занималась с парнями сексом просто ради секса, тебя это не заботило.

– Это просто случайность. Он уедет через несколько дней. И ничего более.

– Это для него может и ничего, но для тебя что-то значит. Ты не даешь воли ни своему телу, ни сердцу. Меня не волнует, что ты сказала Тайлеру Джеймисону. Я знаю, что произошло на самом деле. Если ты спала с ним, значит, ты запала на него.

– Он не для меня, Эш. Я не хочу беспокоиться о нем.

– И я не хочу беспокоиться о Шоне, но мы не выбираем любовь. Она выбирает нас. Однажды схватит и не отпускает.

Эшли наклонилась и подняла с пола листок бумаги.

– Что это?

Сердце Кейт екнуло. Может, Тайлер все-таки оставил ей записку?

– Кейт? – Эшли смотрела на сестру с замешательством. – Где ты это взяла?

– Что это?

– Один из моих медицинских счетов.

Сначала Кейт испытала разочарование, потом смутилась.

– Откуда он здесь? – недоумевала она.

– Понятия не имею, – пожала плечами Эшли. – У меня даже нет с собой сумки.

Сестры смотрели друг на друга секунду-другую, и обе пришли к одному и тому же выводу одновременно.

– Тайлер, – пробормотала Эшли. – Он приходил ко мне вчера.

– И в моем доме он был вчера вечером, – добавила Кейт. Но это не имело никакого смысла.

– Зачем Тайлеру красть копию моего медицинского счета? Что он надеялся обнаружить? – спросила Эшли, высказывая вслух свои мысли.

– Он, должно быть, на ложном пути.

Эшли посмотрела на нее с беспокойством.

– Или, может быть, мы.


Тайлер сидел в лодке, а Дункан выводил ее из гавани, мимо буев, отмечавших начало дистанции дневных гонок. Было множество парусных лодок в районе старта, но Дункан, видимо, выбрал другой курс. Он направлялся подальше от зоны гонок к северной оконечности острова.

– Вы горите желанием участвовать в гонках? – спросил Тайлер.

Дункан кивнул.

– Не могу ждать. Нет ничего лучше быстрого старта, чтобы разогнать кровь.

– Эта гонка – не то что кругосветка. Там вы должны идти впереди всех неделями, месяцами. Для этого нужна большая выносливость, а не просто быстрый старт.

– Длинные океанские дистанции в парусном спорте – это как марафонский забег. Ты изнуряешь себя, следишь за изменением погоды, температуры, за состоянием парусов, за каждой мелочью, которая может повлиять на исход гонки.

– И вы не остановитесь ни в коем случае, даже если произойдет что-то серьезное? – поинтересовался Тайлер. – Даже если кто-то заболел или пострадал? Вы просто продолжаете свой путь?

Дункан бросил на него задумчивый взгляд.

– Мы не должны думать об этом.

– Девочки не болели все это время?

– Они были такими, каким положено быть любому экипажу на такой гонке.

За исключением одной, беременной. Почему никто не узнал об этом? Тайлер нахмурился, понимая, что этот его заход ничуть не лучше предыдущего. Дункан слишком умен для простодушно ответа.

Глядя на воду, Тайлер пытался сосредоточиться и задать новые вопросы в поисках истины. Но пришлось признаться себе, что, проведя невероятную ночь с Кейт, он чувствовал еще меньше желания охотиться за этой самой истиной. Она удивительная женщина. В ней соединилось все, что он хотел бы видеть в любимой, – не только красивая, но сексуальная, теплая, веселая, умная. Такая женщина, с которой мужчина может дружить, а не только заниматься сексом. Хотя секс оказался потрясающим.

Но он не заслужил ее. Он лгал ей.

Дело в том, что и Кейт, вероятно, лгала ему, но делала это лучше, чем он. Тайлер не хотел, чтобы между ними стояла преграда. Но, возможно, ему стоит радоваться, что она существует. Уйти, расстаться с Кейт будет легче, а ему придется это сделать.

И он уйдет. Уедет. Его жизнь и работа сосредоточились за много миль от острова на северо-западе Тихого океана. И с какой стати Кейт отдаст свое сердце мужчине, приехавшему в город разрушить ее жизнь или жизнь одной из ее сестер? Она никогда не простит человека, причинившего боль ее семье. Ее верность глубока и надежна. Это он любит и ценит в ней. Не любит, одернул он себя в отчаянии. Нравится, поправил он себя. Она просто очень нравится ему.

– Смотри, – окликнул его Дункан, указывая направо.

Тайлер поднялся. Ошеломленный, он увидел двух огромных серых китов всего в нескольких футах от лодки. Они плыли, разрезая воду с силой и грацией.

– Потрясающе, – пробормотал он. – Я не понимаю, как мы могли подойти так близко.

– Они привыкли к лодкам и не обращают на нас внимания.

Тайлер увидел радость на лице Дункана.

– Вы любите этот мир, правда?

– До последней капли. Но я не возвращался сюда некоторое время. А теперь – пора.

– Вы собираетесь участвовать в гонках в Сан-Франциско на следующей неделе?

– А потом на Гавайях. Может быть, – добавил он, удивив Тайлера.

– Может быть? Я думал, это дело решенное.

– Рик хочет, чтобы девочки были со мной на борту. Я надеялся, что Кейт передумает. Она всегда меняла решение. – Голос Дункана звучал устало и тускло. – Наверное, она наконец отказалась от меня. Хочешь подержать руль?

– Что?

– Просто держать курс вон на те деревья. Я хочу настроить паруса.

Тайлер чувствовал себя неловко, держа руль в руках. В отличие от Дункана он не чувствовал себя комфортно на воде, особенно когда движение лодки зависело от пары кусков холста и палки у него в руках. Не слишком высокие технологии. И эта лодка, очевидно, видела лучшие дни, равно как и ее хозяин. Они реликвии ушедшей эпохи. Они никогда не будут прежними, но обоим есть что рассказать.

– Я сейчас вернусь. Ты молодец, – похвалил Дункан и скрылся в каюте.

Молодец? А что особенного он делает? Просто держится за руль, надеясь, что не наткнется на что-нибудь. Хорошо, что они далеко от большинства лодок. Тайлер не знал, что залив настолько большой и такой пустынный.

Дрожь пробежала по его рукам, когда поднялся ветер, и показалось, что лодка вот-вот взлетит. Но ветер как налетел быстро, так и пропал. Тайлер расслабился, когда скорость снизилась. Он любил приток адреналина в крови, но ему всегда хотелось знать, что происходит, держать ситуацию под контролем.

Тайлер недоумевал, когда же старик поднимется к нему. Он надеялся, что Дункан не припрятал выпивку в каком-нибудь шкафу. Но подозревал, что это напрасная надежда. Дункан, казалось, не мог держать большую дистанцию между собой и бутылкой спиртного.

Тайлер полез в карман ветровки и вынул мобильный телефон. У него есть и домашний номер телефона Кейт, и ее книжного магазина, он заложил их в память телефона. Он попробует найти ее в книжном магазине.

– Магазин «Фантазия», – откликнулась Кейт. – Чем могу вам помочь?

Звук ее голоса возбудил Тайлера настолько, что у него перехватило дыхание. Мгновенно он вернулся во вчерашнюю ночь, снова услышал ее нежные слова, произносимые в порыве страсти. Его затопило желание. Ему незачем торчать на этой проклятой лодке. Он хотел быть с Кейт, заниматься с ней любовью.

– Есть кто-то на линии? – спросила она.

– Это я, Тайлер, – поспешно ответил он, догадавшись, что сейчас она положит трубку.

– Кто? Тайлер? Я тебя не слышу.

– Я хотел убедиться, что ты в порядке, – сказал он громко. – Я хотел попрощаться с тобой утром, но решил не будить.

– Я тебя не слышу, Тайлер. Все в порядке?

– Все прекрасно.

– Тайлер? Ты здесь?

Он вздохнул, понимая, что она не слышит его. Они уже слишком далеко отплыли от острова и с каждой минутой уходили все дальше. Тайлер рассчитывал на приятную короткую прогулку вокруг острова, но у Дункана, оказалось, другие планы.

– Позвоню тебе позже. Я скучаю по тебе, Кейт. Мне жаль, что ты не слышишь это. – А может и хорошо, что она не слышит его.

Тайлер закрыл телефон и сунул обратно в карман. Именно в тот момент он заметил Дункана, который стоял на верхней площадке лестницы и смотрел на него.

– Это была Кейт? – спросил Дункан.

– Да. Она не слышала меня. Плохая связь.

Дункан поднес к губам серебряную фляжку и отхлебнул большой глоток.

– Кэти не оставит Каслтон. Она вросла в него. А ты не тот человек, чтобы сидеть на одном месте. – Он помолчал, потом продолжил: – Так чего ради ты возишься с моей дочерью?

– Я не вожусь с ней. Она мне нравится.

– И ты ей нравишься?

– Думаю, да, – кивнул Тайлер.

– Я считал, что у нее больше разума, чем оказалось на деле. Впрочем, она дочь своей матери. Нора была падка на приятную внешность и очаровательную улыбку.

– Вы говорите про Кей Си, – догадался Тайлер.

– Ей понадобилось время, чтобы понять, кто он на самом деле. Совсем не тот, кем себя выставлял. Даже тогда она осталась слишком мягкосердечной, чтобы порвать с ним. Точно так же и Кэти. Она должна была отправить тебя куда подальше.

– Она пыталась.

– Недостаточно сильно. Ты все еще в городе. – Дункан подошел к Тайлеру. – Подвинься.

– С радостью, – сказал Тайлер, отдавая ему руль. – Мы можем повернуть назад?

– Мы только начали.

– Куда мы идем?

– Туда, куда ветер унесет нас, – проворчал Дункан.

– Вот как? Мы отдаемся на милость ветра?

– А ты хотел бы властвовать над ним, не так ли?

– Да, – признался Тайлер.

– Тогда почему ты работаешь на Кей Си?

Тайлер удивился неожиданному повороту темы.

– Почему вы спрашиваете меня об этом?

– Это просто совпадение, что вы вдвоем оказались в городе примерно в одно время? Я так не думаю. Ты часть плана Кей Си, а его план – уничтожить меня. Он ведь помнит, не так ли?

– Помнит что? – спросил Тайлер, чувствуя, что Дункан невольно может привести его к открытию истины.

– То, что произошло в ту ночь, – сказал МакКенна нетерпеливо. – Не валяй дурака, Тайлер. Ты можешь запудрить мозги Кейт своим ухаживанием, запугать Эшли или крутиться вокруг Кэролайн, но ни одна из них не знает то, что я знаю.

– Что вы знаете, Дункан?

– Что это стоит?

– Я не понимаю.

– Мы можем заключить сделку, – предложил Дункан. – Что-то хочу я, что-то хочешь ты.

– У вас нет того, что я хочу, – сказал Тайлер.

– У меня есть Кэти. – Дункан посмотрел ему прямо в глаза. – Ты хочешь ее, разве нет?


предыдущая глава | Две тайны, три сестры | cледующая глава







Loading...