home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement




* * *


С чего начинаются проблемы: с неудовлетворенности мужчины и женщины своими отношениями или же с их негативного восприятия друг друга? Я несчастлива с тобой из-за твоих личных недостатков или мое недовольство твоими существенными личными недостатками (а не вполне простительными причудами или внешними обстоятельствами) приводит к тому, что я несчастлива с тобой? Это, несомненно, действует в обоих направлениях. Но так как в начале отношений (в большинстве случаев) люди ни на что не жалуются, психологи наблюдали за парами в течение продолжительного времени, чтобы выяснить, что портит взаимоотношения в одних парах, но не влияет на другие. Они пришли к выводу, что негативные мысли и претензии друг к другу обычно возникают первыми и не зависят от того, насколько часто партнеры злятся друг на друга, испытывают депрессию или другие негативные эмоции [212]. Счастливые и несчастливые партнеры по-разному думают о поведении друг друга, даже если реагируют на одинаковые ситуации или поступки.

Вот почему мы считаем, что самооправдания являются главными «убийцами» брака. Каждый из супругов борется с внутренним диссонансом, вызванным конфликтами и раздражением, трактуя поведение партнера по-своему. Эти объяснения, в свою очередь, подталкивают их к спуску с пирамиды. Те, кто вступает на этот путь стыда и обвинений, заканчивают тем, что переписывают полностью историю своего брака. В результате они продолжают искать подтверждение своему негативному отношению друг к другу. Если раньше супруги не обращали внимания на мелкие проблемы, то теперь они их раздувают и используют как новые доказательства своей переписанной заново истории совместной семейной жизни. Как только новая история обрела форму, муж и жена, постоянно думая о своих проблемах или обсуждая их с сочувствующими им друзьями, совершенно забывают о хороших качествах партнера, из-за которых они когда-то друг в друга влюбились.

Переломным моментом, после которого пара начинает переписывать историю своей любви, Готтман считает ситуацию, когда «волшебное соотношение» опускается ниже отметки пять к одному: позитивных эмоций, проявляющихся в общении друг с другом (таких как любовь, привязанность и юмор), у счастливых пар в пять раз больше, чем негативных (таких как раздражение или жалобы). Важно не то, как часто пары ссорятся: эмоциональные люди могут ссориться и по десять раз в день, а спокойные люди — раз в десять лет — важно соотношение ссор и позитивного общения. «Эмоциональные люди с неустойчивым настроением могут орать и кричать друг на друга, но они в пять раз больше времени будут уделять позитивному общению, показывая, что любят друг друга, и стараясь загладить свою вину», — пишет Готтман. Тихие, сдержанные пары будут менее страстными, но и ссориться они станут в пять раз реже, и коэффициент снова будет равным пяти к одному [213]. Если соотношение больше или равно 5:1, то каждый негативный момент в целом компенсируется позитивными. Например, социальный психолог Айала Пайнс в своем исследовании ухудшения отношений в браке описывает, как счастливая в браке женщина, которую она называет Эллен, справилась с диссонансом, вызванным тем, что ее муж не смог подарить ей подарок на день рождения. «Я хотела, чтобы он подарил мне что-нибудь. Что угодно. Я сказала ему об этом, так как я всегда говорю ему о моих мыслях и чувствах, — рассказывает Эллен. — И когда я говорила ему это, я думала о том, как хорошо, что я могу открыто делиться с ним своими чувствами, даже негативными… Мое плохое настроение быстро прошло, как летний дождь» [214].

Но когда соотношение хорошего и плохого падает ниже отметки 5:1, люди разрешают диссонанс, вызванный такими же событиями, так, что отчуждение между ними только увеличивается. Пайнс рассказывает о том, как несчастная в браке женщина Донна реагирует на ту же проблему, которая расстроила Эллен: муж тоже не подарил ей на день рождения подарок. Но если Эллен приняла то, что ее муж никогда не сможет сравниться с Биллом Гейтсом, когда речь идет о подарках близким, то Донна сделала совсем другие выводы:

«Одной из последних капель, укрепившей мое решение развестись, стал мой день рождения. Этот праздник всегда был очень важен для меня. В шесть утра мне позвонил двоюродный брат из Европы и поздравил меня с днем рождения. Этот человек находился за тысячи миль от меня и вспомнил обо мне. А он сидел рядом, слушал это и даже не поздравил меня…

И, знаете, я внезапно поняла, что есть они — те люди, кто по-настоящему меня любят, а этот человек просто-напросто меня не цент. Он меня не ценит, а значит, и не любит. Если бы любил, то не обращался бы так со мной. Ему бы хотелось сделать для меня что-нибудь особенное».

Конечно, вполне возможно, что муж Донны не любит и не ценит ее. И, конечно, мы не знаем его мнения о ситуации с подарком. Быть может, он годами пытался подарить ей удачный подарок, но ни один из них ей не понравился. Вероятно, большинство людей не станут разводиться из-за того, что их супруг не подарил им на день рождения подарок. Так как Донна решила, что поведение ее мужа не только неисправимо, но и невыносимо, теперь она считает любой его поступок неоспоримым доказательством того, что «он меня не ценит, он меня не любит». Донна даже зашла дальше, чем другие недовольные супруги: она рассказала Пайнс, что вела специальный «дневник ненависти», в который записывала все поступки мужа, огорчавшие или расстраивавшие ее. Эти записи были для нее подтверждением правильности ее решения о разводе.

Когда отношения пары опускаются до этого уровня, супруга также начинают пересматривать свои воспоминания. Теперь желанием обеих сторон становится не отправить побыстрее все дурное «вниз по течению реки», а наоборот — вытащить его на поверхность. Искажение прошедших событий или полная амнезия, когда прошлого как будто вообще не было — еще одна причина мыслей о том, что супруга вступили в брак с совершенно чужим им человеком, да еще и не слишком привлекательным. Медицинский психолог Джули Готтман проводила психотерапию несчастливых пар. Когда она спросила у одной женщины: «Как вы познакомились с мужем?» — женщина презрительно ответила: «В университете. Тогда я ошиблась, думая, что он умный» [215]. «Редактируя» свои воспоминания, женщина полностью перекладывает всю вину на мужа: это не она сделала ошибку, выбрав его, а он обманул ее, прикинувшись умным.

Джон Готтман замечает: «Я пришел к выводу, что лучше всего предсказывает будущее семейной пары то, каким образом супруги рассказывают о своем прошлом» [216]. «Переписывание» истории их отношений начинается еще до того, как пара понимает, что их брак в опасности. Готтман и его сотрудники провели глубинные интервью 56 пар, 47 из них они смогли опросить еще раз тремя годами позже. Во время первого интервью, никто из пар не планировал расставаться, но исследователи смогли безошибочно определить семь пар, которые впоследствии расстались (из сохранившихся 40 пар, ученые точно определили 37, которые останутся вместе — впечатляющая точность). Те 7 пар, которые впоследствии расстались, начали «переписывать» историю своих отношений уже в первом интервью, рассказывая грустные истории и приводя подробности в подтверждение своих слов. Например, они говорили Готтману, что вступили в брак не из-за того, что были влюблены и не могли обойтись друг без друга, а потому что брак представлялся «естественным следующим шагом их отношений». По воспоминаниям разведенных супругов, первый год их брака был полон неоправданных ожиданий и разочарований. «Сразу многое пошло не так, но я уже не могу привести конкретных примеров», — говорит мужчина, который вскоре развелся с женой. Счастливые же пары вспоминают эти проблемы иначе, называя их «шероховатостями» в отношениях, которые они с гордостью преодолели, перенося размолвки с юмором и любовью.

Благодаря свойству нашей памяти пересматривать прошлое для оправдания наших решений, ко времени развода многие пары не могут вспомнить причину, по которой они вступили в брак. Будто им сделали «терапевтическую лоботомию» и удалили воспоминания о счастливых моментах. Мы часто слышим: «Уже через неделю после брака я поняла, что совершила ужасную ошибку». «Но почему же тогда у тебя трое детей, и ты уже 27 лет замужем за этим человеком?». — «О, я не знаю, я просто считала это своим долгом. Наверное».

Безусловно, некоторые люди решаются на развод обдуманно, взвесив все «за» и «против», но для большинства это решение связано с пересмотром прошлого и попытками ослабить диссонанс. Как мы узнаем об этом? Проблемы могут оставаться прежними, но как только один из супругов или оба решают расстаться, оценки проблем меняются. До тех пор, пока пара считает, что сюит сохранять неидеальный брак, они стараются уменьшить диссонанс таким способом:

«Все не так уж и плохо».

«Большинство браков еще менее счастливы, чем мой, во всяком случае, не счастливее, чем мой».

«Он забыл о моем дне рождения, но он делает много других вещей, показывая свою любовь ко мне».

«Да, у нас есть проблемы, но я люблю ее/его, несмотря ни на что».

Но с того момента, как один из супругов или оба начнут думать о разводе, они будут искать способы ослабления диссонанса, оправдывающие решение уйти:

«Этот брак действительно полная неудача».

«Он забыл о моем дне рождения. Выходит, что он меня не любит».

И, конечно же, безжалостные слова, которые говорят многие люди, покидающие своего супруга или супругу посте 20 или даже 30 лет брака: «Я никогда тебя не любил (а)».

Жестокость последней фразы состоит в том, что эта ложь нужна лишь для оправдания своих поступков. Супруги, расстающиеся по объективным причинам, например, один из супругов физически или психологически обижает и оскорбляет другого — никогда не скажут такого. Им просто не нужны дополнительные самооправдания. То же самое касается и тех пар, которые расстаются дружелюбно, а так же тех, кто сохраняет теплые дружеские чувства, когда проходит какое-то время, и боль, вызванная расставанием, стихает. Они не видят необходимости в том, чтобы представлять злодеем своего бывшего партнера или забывать о счастливых временах, так как они могут сказать: «У нас не получилось, жаль», «Мы просто слишком отдалились друг от друга» или «Мы были так молоды, когда поженились, и многого тогда не понимали». Но когда развод болезненный, тяжело переживается, связан с денежными проблемами и особенно, когда расстаться хочет только один из супругов, обе стороны будут переживать целый спектр негативных эмоций. В дополнение к гневу, тоске, обиде и душевным страданиям, эти пары будут испытывать и боль диссонанса. Именно этот диссонанс, а также то, как люди пытаются с ним справиться, являются важными причинами мстительности после развода.

Тот, кого бросили, может страдать от диссонанса, болезненного для его эго: «Я — хороший человек и был отличным партнером» и «Мой супруг покидает меня. Как это могло произойти?». Все это приводит к выводу, что вы не такой уж хороший человек, каким себя считали, а также были плохим супругом, но мало кто из нас станет избавляться от диссонанса, снижая свою самооценку. Гораздо легче «бросать камни» в своего партнера и переложить вину на него/на нее, т. е. говорить о том, какой он/она трудный и эгоистичный человек, и вы, мол, это поняли только теперь.

Если же вы сами бросаете партера, то вам также нужно ослабить диссонанс, чтобы как-то оправдать свои действия, причиняющие боль тому, кого вы когда-то любили. Но вы ведь хороший человек, а хороший человек не станет причинять боль другим. Значит, ваш супруг заслуживает, чтобы его/ее отвергли, возможно, даже больше, чем вам раньше представлялось. Людей, наблюдающих за разводом, часто удивляет необоснованная мстительность со стороны человека, инициировавшего развод. То, что они наблюдают, это механизм уменьшения диссонанса в действии. Одна наша подруга, рассказывая о разводе сына, говорила: «Я не понимаю свою невестку. Она оставила моего сына ради другого человека, который обожает ее, но она не выйдет за него замуж и не хочет работать полный рабочий день только для того, чтобы мой сын выплачивал ей алименты. Моему сыну пришлось пойти на работу, которая ему не нравится, чтобы удовлетворить ее запросы. Учитывая, что это она его бросила, то, как она обращается с моим сыном, кажется необъяснимо жестоким и мстительным». Но, с точки зрения ее бывшей невестки, однако, ее поведение по отношению к бывшему мужу — оправдано. Если он был таким замечательным парнем, она бы осталась с ним, не правда ли?

Медиаторы бракоразводных процессов и все, кто пытались помогать разводящимся друзьям, имели возможность наблюдать за процессом изнутри. Медиаторы Дональд Сапоснек и Чип Роуз описывают «…склонность одного из супругов отзываться о другом пренебрежительно, например: „Он — слабый человек и склонный к насилию пьяница“ или „Она двуличная, эгоистичная, паталогическая лгунья, которой нельзя доверять“. Эти излишне негативные, бескомпромиссные характеристики, которые разводящиеся и конфликтующие пары применяют друг к другу, укореняются и потом уже не изменяются» [217] Причина кроется в том, что когда супруги начинают унижать и оскорблять друга, ослабляя диссонанс для защиты собственного эго, им требуются все новые оправдания своей позиции. Таким образом, они яростно борются за каждый доллар, который «им принадлежит по праву», а другая сторона «не заслуживает и цента», не разрешают бывшему супругу встречаться с детьми или мелочно контролируют все детали этих встреч, так как «послушайте, это ведь мой бывший, он ужасный человек!». Ни одна из сторон не задумывается, что весь этот ужас может быть результатом невыносимой ситуации, возникшей из-за их собственного поведения. Каждый поступок одного из партнеров вызывает месть и самооправдания другой стороны, и наоборот, и так раскручивается спираль взаимной враждебности. Каждый партер, спровоцировавший другую сторону на плохой поступок, использует этот плохой поступок и для того, чтобы оправдать собственную месть, и для того чтобы показать «дурные и злобные» качества бывшего супруга/супруги.

К моменту обращения к медиаторам [†††] пары находятся в очень плохих отношениях, они уже почти у подножия пирамиды. Дон Сапоснек рассказал, что принимал участие в более чем 4000 процессах, в которых бывшие супружеские пары оспаривали права опеки над детьми. Он сообщает: «Я никогда не слышал, чтобы один из родителей сказал: „Ты знаешь, я думаю, что ты будешь лучшим родителем, чем я“. Это практически всегда выливается в спор, так как каждый считает себя лучшим и более достойным отцом или матерью, у которого/ой более близкие отношения с детьми, чем у оппонента. Они не признают у своего бывшего партнера никаких достоинств, и даже если признают, что мстят ему/ей, всегда оправдывают это, заявляя: „Он(а) этого заслужил(а), ведь он(а) разрушил(а) нашу семью!“. Соглашение, к которому они приходят, почти всегда является компромиссом, при этом они говорят: „Я отказался от своей позиции, так как меня принудили к этому. Я устал(а) бороться. У меня закончились деньги на оплату услуг медиатора… но в любом случае я лучший родитель (чем она или он)“».

Из теории диссонанса следует, что самую сильную потребность оправдать свой развод будут испытывать те люди, которые поначалу сильно сомневались, стоит ли разводиться, или чувствуют свою вину за то, что развод был их односторонним решением. В свою очередь, брошенный партнер отчаянно хочет отплатить за такое несправедливое и жестокое отношение к себе. Поскольку обе стороны вспоминают и прошлые, и недавние примеры ужасного, по их мнению, поведения своего бывшего супруга/-ги, оправдывающие их новые интерпретации этих прошлых событий, бывший супруг/-га представляется им законченным негодяем/-кой. Самооправдание — путь, на котором сомнения превращается в уверенность, чувство вины — в ненависть. История любви становится летописью ненависти.



Глава 6. «Убийца» любви: самооправдания в браке | Ошибки, которые были допущены (но не мной). Почему мы оправдываем глупые убеждения, плохие решения и пагубные действия | * * *