home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



II–III

«…и пред папским легатом отцом Амальриком, пред главным инквизитором отцом Велларио, в присутствии отца Гираута, главного викария, замещающего судью, в присутствии брата-доминиканца Ганелона и двух свидетелей по имени Йезер и Жаню предстала перед судом отступница девица Амансульта, прозванная Кастеллоза и прозванная сестра Анезия, и когда она предстала перед судом, ей сказали: ввиду полного единогласия и ясности в ее деле она должна тут же сознаться и покаяться для облегчения совести.

И девица Амансульта, прозванная Кастеллоза и прозванная сестра Анезия, тут же сказала, что согласна, и попросила их милостей поскорее закончить это дело.

Тогда ей сказали, что по ее собственным признаниям относительно всех святых, и обедни, и насмешек над смиренными монахами, и книг, не рекомендованных Святой римской церковью, и связи с нечистым, как подтвердили также свидетели по имени Йезер и Жаню, есть основания считать ее еретичкой и отступницей, своей волею и желанием разделяющей многие заблуждения так называемых катаров, в невероятной своей гордыне считающих себя единственно чистыми, и что из любви к Богу и к его Святой матери ей советуют сказать и объявить чистую правду относительно того, что она сделала и сказала против святой католической веры, а также назвать лиц, внушивших ей это.

Но и после такого убеждения отступница девица Амансульта не смогла сказать больше того, что уже сказала на исповеди, причем она добавила, что хотя и сказала многое, но не верит всему сказанному.

Тогда ей сказали, что ее дело рассмотрено вышеназванным судом и судьи и советники – все они вынесли впечатление, что она говорит неправду, вследствие чего пришли к убеждению, что необходимо пытать ее. Однако предупредили, что из любви к Богу ей предлагают еще раз до начала пытки сказать всю правду, ибо сие необходимо для облегчения ее совести.

Она ответила, что сказала всю правду.

Ввиду сего по рассмотрении документов и всех данных процесса суд вынужден присудить отступницу девицу Амансульту, прозванную Кастеллоза и прозванную сестра Анезия, к пытке веревками по установленному способу, чтобы подвергалась пытке, пока на то воля наша. И суд предупреждает, что в случае, если она умрет во время пытки или у нее сломается какой-либо член, это случится по ее вине, а не по нашей. Мы так провозглашаем, приказываем и повелеваем в сей грамоте, заседая в суде.

Затем приказали отвести означенную отступницу девицу Амансульту в камеру пыток. И судья спросил, не хочет ли она сказать правду до раздевания?

Она ничего не ответила и стала раздеваться.

И когда была раздета, сию отступницу девицу Амансульту, прозванную Кастеллоза и прозванную сестра Анезия, стали увещевать сказать правду еще до начала пыток.

И она ответила: «Я не знаю, что угодно вашим милостям».

Тогда ее посадили на специальную скамью и стали вязать руки веревками. Но прежде чем прикрутить их, еще раз увещевали сказать правду. И она ответила, что ей нечего сказать. Тогда было приказано прикрутить винт и дать один поворот веревке. И так было сделано. И девица Амансульта ахнула и произнесла: «О, Господи!»

Тогда приказали дать второй поворот винта, и дали, и предложили ей сказать правду. Она опять ахнула и ответила: «Скажите, чего вы хотите от меня, и я готова служить вашим милостям».

Тогда приказали еще раз прикрутить веревку, и прикрутили, и сказали ей, чтобы сказала правду из любви к Богу.

Она ничего не ответила.

Тогда приказали еще раз прикрутить веревку, и она громко застонала.

Тогда приказали еще раз прикрутить веревку и сказали, чтобы она сказала всю истинную правду из уважения к Богу. И она ответила: «Я сказала всю правду». И заплакала.

Приказали еще раз прикрутить веревку и прикрутили, и она ничего не ответила, только застонала. Тогда еще раз прикрутили веревку и сказали, чтобы сказала правду. И она промолчала. Тогда приказали еще туже прикрутить веревку, и прикрутили, и сказали, чтобы сказала всю правду. И она застонала и ответила, что не знает, чего от нее хотят.

Ей сказали, что желают узнать от нее всю правду. И она ничего не ответила.

Приказали еще раз прикрутить веревку, и прикрутили, и увещевали ее сказать правду. Она ничего не ответила. Но потом сказала: «Я была сумасшедшая». Ее спросили: «Где и когда?» Она заплакала и ответила: «Я не знаю, где и когда».

Тогда приказали еще раз прикрутить веревку, и прикрутили, и сказали ей, чтобы сказала правду перед Богом. И она застонала.

Тогда приказали еще раз прикрутить веревку и сказали, чтобы она сказала всю правду. И она не ответила.

Еще раз прикрутили веревку, и она ничего не сказала.

Еще раз прикрутили веревку, и она сказала: «Ох!»

Приказали еще раз прикрутить и прикрутили. И она заплакала и сказала: «Я могу повторить только то, что уже говорила. Некий старик Сиф, старый маг из Абдорры, родившийся в Вавилонии и прозванный Триболо-Истязатель, и некий катар-еретик Матезиус помогали мне. Я нашла тайные книги Торквата в подземелье замка Процинта. По этим книгам старик Сиф, старый маг, родившийся в Вавилонии, по моему приказу искал секрет золотоделия и великой панацеи. Секрета он не нашел, и я не знаю, где сейчас находится этот маг. Последний раз я видела его в городе городов. Все мои книги пропали в горящем Константинополе, когда я подверглась ужасному нападению на себя. Только малая часть книг осталась у монаха Викентия в монастыре Барре. Но монах Викентий теперь тоже умер. Меа кульпа. Моя вина».

Ее спросили, в чем заключается ее вина. Она ответила: «Я погубила многих».

Ее спросили, где теперь находятся упомянутые тайные книги и в чем истинная ее вина, заставляющая терпеть такую боль. Она застонала и ответила, что не знает.

Тогда приказали привязать к станку веревки, оттягивающие ноги, и привязали.

И сказали ей, чтобы из любви к Богу она сказала правду прежде, чем прикрутят винты. И она ответила, что некий старик Сиф, старый маг, родившийся в Вавилонии, и некий катар Матезиус, чистый, научили ее тому, что оставило в ее душе чувство вины перед Богом. А монах Викентий из Барре занимался старыми книгами по своей воле, она даже доверила ему часть тех чудесных книг, что были извлечены из тайников замка Процинта.

Потом она сказала, что не знает больше, что говорить.

И приказали привязать ее к станку за каждое бедро отдельной веревкой, по веревке сверху, и над коленями, и еще за ступни, по веревке на каждой. Затем в каждую веревку вставили палку – к рукам, к бедрам, к ступням, и привязали ей голову, и сказали, что просят из уважения к Богу чистосердечно сказать им правду еще до поворота винта. И она ответила: «Я готова служить Богу». И заплакала.

И за нежелание сказать правду приказали прикрутить веревку правой руки и прикрутили. Она заплакала и ничего не сказала.

Тогда прикрутили палку левой руки и сказали, чтобы сказала правду. Она закричала, плача: «Прощай, пресвятая дева Мария!»

Тогда приказали прикрутить другую палку левой ноги и попросили сказать правду. Она закричала и заплакала. Но потом сказала, что имела связь с разными нечестивыми людьми в Константинополе, и среди них многие были отступниками, еретиками и магами. А крест на ее левой груди начертан там же в городе городов Константинополе святым человеком. Об этом брат Ганелон знает. Спросите его.

Тогда сказали, чтобы она указала, где спрятаны тайные нечистые книги, раскрывающие тайну золотоделания и великой панацеи. Ей сказали, что такие книги опасны для веры, что они во многом совращают и затемняют умы. Она сама служит тому примером. И она ответила на это, что ничего не знает.

Тогда приказали прикрутить палку правой ноги и сказали, чтобы говорила правду. И она крикнула: «Иисус! Мария!»

Тогда было приказано прикрутить палку правого бедра. И она крикнула несколько раз: «Иисус! Мария!»

Тогда ее еще раз попросили сказать правду из любви к Богу. И она ответила: «О, Господи! О, пресвятая Дева! Разве я знаю, что говорить?»

Тогда приказали прикрутить палку левого бедра и прикрутили. И она застонала.

Тогда было приказано прикрутить палку от нижней части ее ноги и прикрутили. И она ничего не сказала.

Тогда было приказано прикрутить палку от правой ноги и прикрутили. И она опять ничего не сказала, только впала в забытье.

Тогда приказали принести чашку с холодной водой и поднесли эту чашку к ее лицу. А когда она открыла глаза и увидела мир и чашку с холодной водой, еще раз сказали ей, чтобы она сказала правду. Она ничего не сказала, но снова впала в забытье.

Тогда приказали облить ее холодной водой и облили. И она, очнувшись, сказала: «О, Господи, чего они хотят от меня?»

Тогда ее облили из второй чашки с водой. И она открыла глаза, и ей сказали, чтобы она сказала всю правду прежде, чем ее снова подвергнут пытке. И, заплакав, она сказала: «Я не знаю, чего хотят ваши милости».

Ей ответили, что хотят, чтобы сказала правду.

Снова заплакав, она сказала, что отрекается от своего отца.

Ее спросили, почему она отрекается от своего отца. И она несколько раз прочла молитву и сказала, что ее отец богохульник и еретик.

Тогда приказали облить ее холодной водой всю и, когда она открыла глаза, спросили, не хочет ли она сказать, верует ли она в Бога-отца, в Бога-сына и в Бога-Духа святого. И она сказала: «Верую».

Тогда еще раз облили ее водой и спросили, верует ли она в Иисуса Христа, родившегося от пресвятой девы Марии, страдавшего, воскресшего и восшедшего на небеса. И она сказала: «Верую».

Тогда спросили, верует ли она в то, что за каждой обедней, совершаемой святой братией, хлеб и вино божественной силой истинно превращаются в кровь и в тело Христово. И она сказала: «Верую». И сказала: «Разве я не должна веровать в это?» И еще сказала: «Верую во все, во что верует Святая мать римская церковь и чему она публично нас поучает».

Тогда сказали ей: если так, то почему она не хочет сказать всей правды, которую знает? И, заплакав, она ответила: «Отпустите меня. Я уйду в монастырь молиться Богу за ваши милости». И снова заплакала. И, застонав, добавила, что если останется живой, то утопится в дальнем колодце замка Процинта…»


Часть шестая. Тайный брат | Тайный брат (сборник) | cледующая глава