home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


ГЛАВА 25

Рассказывая о своем исковерканном детстве, Лан сильно преуменьшал: ошейник оказался страшным приспособлением. В самых мрачных фантазиях я не могла представить себе подобное орудие пыток! Металлическое кольцо с хитрой застежкой плотно обхватывало шею. Снаружи он был покрыт кожей, по которой вились почти стершиеся от времени надписи. С внутренней стороны металл покрывало напыление из особого жидкого серебра с примесью магии. Оно жгло шею, как открытую ранку йод. Главным испытанием были небольшие шипы, которые впивались в кожу сзади и по бокам. Смачиваясь в крови, они блокировали сущность.

По сравнению с той болью, которую я испытывала последний час, уколы в шею показались пустяковыми. Но потом… По венам серебристыми нитями расползалась магия. Она спеленала маленькую испуганную волчицу, заперла ее в клетку, до смерти напугала, почти уничтожила. Серо-серебристая боролась за жизнь и свободу изо всех сил. Нас словно разъединили, лишили связи, при этом оставив ее внутри меня. Сделали врагами? Чувство было такое, будто меня изнутри рвали когтями, по-настоящему, не щадя. Это было адски больно.

Но мы же вытерпим? Должны, если хотим выжить среди оборотней!

— В первый день действительно ужасно, — гьета честно обрисовала перспективы. — Но у нас нет цели тебя специально мучить, завтра к обеду должно стать полегче.

Я прикинула, сколько еще терпеть, и зашлась рыданиями. Но не отступилась, хотя Лан периодически предлагал снять ошейник и помочь с оборотом.

Остаток дня прошел как в тумане, четкой была только боль. Лан забросил все дела и сидел рядом. Поначалу я еще пыталась прогнать его. Не хотела, чтобы он видел меня слабой, истерзанной болью. И без того ничем, кроме происхождения, похвастаться не могу. Вдруг он потом сочтет меня недостойной? Но разноглазый никуда не ушел, боль нарастала и дурманила, и, в конце концов, мне стало все равно.

Доктор также остался на целые сутки.

Митрианна появлялась и исчезала, укутывала меня в свой туман, поила ароматными отварами — в общем, делала все, чтобы как-то облегчить муки.

Жаль, что она не сделала этого много лет назад для родного внука. Даже если гьета не могла реально помочь, она могла быть рядом, проявить участие и сострадание, этого было бы достаточно. И между ними не разверзлась бы пропасть отчуждения.

Звонили Рендаллы, пару раз заглядывала Исэль и еще кто-то из знакомых.

Вечером в меня практически силой влили суп.

А последующие двенадцать часов я бы предпочла вычеркнуть из памяти навсегда.

Что ни говори, а в магии Митрианна толк знала. К полудню нового дня мой испуганный звереныш притих, свернулся клубком в своей воображаемой, но такой мучительной для нас обеих клетке, боль не исчезла, просто стала ровной, без резких всплесков, и я уплыла в тягучую полудрему.

Иногда меня тормошили, чтобы накормить или дать лекарство. Но в основном я пребывала в состоянии хрупкой невесомости. Ничего не видела, ничего не слышала и мало что осознавала.

До тех пор, пока Лан не сообщил «чудесную» новость:

— Разбирательство завтра в девять. Ты туда не идешь.

— Это еще почему? — встрепенулась я.

Затянутое мутной пеленой сознание пока не позволяло понять истинных размеров бедствия.

— К примеру, потому что не сможешь встать, — напомнил мне хитрый волк и запечатлел теплый поцелуй на моем виске.

Я почувствовала себя приколотой бабочкой в чьей-то коллекции. Вроде и понимала, что бессмысленно, а все равно продолжала трепыхаться.

— А перенести нельзя?

— Никак, — удрученно покачал головой белый вожак.

— Морды хвостатые, — простонала я, прячась под одеялом. — Обещали же учесть мое мнение!

— Мм, правда? — Он улыбнулся впервые за без малого два дня. — Что-то не припомню, чтобы говорил подобное…

Правильно, это был Дахор. Но на Лана я тоже обиделась за компанию.

— Ну что ты расстраиваешься? — проворковал Ланхольт и отогнул край одеяла, чтобы видеть мое лицо. — Мы же все решили, так? Завтрашнее сборище — не более чем формальность. Или ты мне не доверяешь?

Вопрос, ответа на который не подразумевалось. И у меня просто не хватило силы духа заикнуться про какую-то там самостоятельность.

Сухих губ коснулся нежный короткий поцелуй, я оглушительно чихнула, почуяв магию, и… мгновенно уснула. Желая завершить неприятный ему разговор, оборотень просто меня усыпил.


Боли не было, но и сил тоже. Просто моргать стоило огромных трудов.

Арнелла напоила меня травяным чаем и последний час безуспешно пыталась отвлечь болтовней. Ее оставили присматривать за мной. Гьета уехала в человеческую общину вместе с Ланом. Лично мне казалось немного странным, что оборотни решают свои проблемы на территории людей, но из слов Арнеллы следовало, что до образования общины волки все вопросы разрешали силой. Теперь стараются договориться. Выходит, люди им все-таки нужны.

Вливавшаяся серебряными нитями в кровь магия больше не была клеткой, она стала частью меня.

Терпеть осталось недолго. Завтра можно будет снять ошейник.

Время тянулось мучительно. Сначала я злилась, после полудня начала беспокоиться, еще через три часа стало страшно. До мурашек по коже и цветных кругов перед глазами. Ну что там у них? Почему так долго? Разбирательство пошло не так? Не смогли договориться? С мамой что-то?

— Не волнуйся, — успокаивала меня Арни. — Ланхольт — рассудительный и действительно любит тебя. Он плохого не сделает.

Сомнений в белом волке не было, но страхи сводили с ума. Да лучше бы мне еще один день боли вытерпеть, чем маяться тут в неведении!

— Позвонить-то мог! — проворчала еле слышно.

Около пяти вечера моя сегодняшняя сиделка встрепенулась и подбежала к окну.

— Наконец-то…

Я чуть приподняла голову и, прищурившись, уставилась на дверь. Замок огромный, и стены здесь толстые, шагов по лестнице слышно не было. А внук с бабкой не спешили. Или это мне так казалось, потому что, когда чего-то очень ждешь, время всегда тянется очень медленно.

— Ну как тут наш волчонок? — поинтересовался Лан, не успев войти.

Гьета недовольно фыркнула за его спиной.

Настроение у вожака было хорошее. Это что-то значит?

— Чуть не покусала меня от нетерпения, — улыбнулась чернушка.

— Я чувствую магию, — сообщила, опережая их вопросы. — Это… щекотно.

— Хорошо.

Митрианна выплыла из-за широкой спины внука и одобрительно склонила голову набок.

— Еще все время хочется спать, и сил совсем нет, — не упустила случая пожаловаться.

Надо было в первую же секунду расспросить о разбирательстве, но слова не шли с языка. Было страшновато.

— Потерпи, — прошептал мужчина, целуя меня в уголок губ. Потом в другой. — Совсем немного осталось.

— Куда я денусь?

— Знаешь… я горжусь тобой. И восхищаюсь.

Все! Я откинулась на подушку, слабо улыбнулась и растеклась сладкой лужицей.

— Рассказывай, как все прошло! — с нескрываемым любопытством спросила я. — Почему так долго?!

Лан сбросил пиджак, расстегнул пару пуговиц на рубашке и уселся на кровать рядом со мной.

— Неплохо.

На его губы набежала хитрая улыбка.

— Мы долго подбирали оптимальный вариант, который бы устраивал всех, потом оформляли документы, после пришлось решить несколько вопросов, касающихся нынешней ситуации в городе.

— Результат того стоил? — преемница гьеты опередила меня с вопросом. — Решение в нашу пользу?

— Как сказать…

Улыбка Вимара стала какой-то особенно широкой.

— Джая так и осталась собственностью двух стай. При этом с сегодняшнего дня она считается моей невестой и ученицей леди Митрианны. Жить будет в замке.

— Как это — невеста? — слабо пробормотала я. — А меня спросить?

— Эй, ты лежишь в моем замке, в моем ошейнике и, если не ошибаюсь, все это ради того, чтобы не потерять магию и однажды стать достойной спутницей белому волку. Вожаку, — практично заметил Лан. — О чем тут еще спрашивать?

Нет, я его точно пристукну! Вот поправлюсь, и какому-то хитрохвостому жизнь сказкой не покажется!

Дальше были подробности. Гьета удалилась, все же, какой бы несгибаемой она ни выглядела, возраст никуда не денешь, и к концу безумно утомительного для всех дня она еле держалась на ногах. Так что просвещать меня остались Лан с Арни. Правда, Арнелла в событиях лично не участвовала, но местные порядки знала отлично, поэтому также оказалась весьма полезной.

В моем нынешнем состоянии воспринимать новую информацию было сложно, но главное до меня дошло.

Все обращенные оборотни считались собственностью стаи. Прямо скажем, незавидное положение. Что-то между статусом полукровок и черных волков в стае Лана.

Но мне повезло: формально оборотнем меня сделал серый, когда спасал, но так уж вышло, что при укусе мне передалось немного магии серебристых. Уникальный случай, между прочим! Вряд ли когда-нибудь выяснится, кого за это надо благодарить, и был ли он полностью серебристым, но на нынешнее положение дел это нисколько не влияет.

Добычу в моем симпатичном лице честно поделили между стаями. Бело-черные, конечно, и близко не серебристые, но только они в окрестностях владеют магией, а значит, только они могут помочь мне обернуться.

Также учли мое желание жить у серых, требование гьеты сделать меня своей ученицей и заявление Лана о его серьезных намерениях. Представляю, какой там творился дурдом!

В итоге каждый получил, что хотел, а я кучу проблем.

Но думать об этом совершенно не было сил. Надо было еще успеть задать последний вопрос:

— А мама? Что решили с ней?

— Отругали и отпустили, — усмехнулся Лан. — Ну, еще конфисковали серебряный пистолет, допросили насчет охотников. Адастис пообещал, что в Логово пришлют психолога. Думаю, дня через три отменим домашний арест.

Удовлетворенно улыбнувшись, я закрыла глаза. Справляться с навалившимися проблемами гораздо проще, когда близкие вне опасности.


— Джая, просыпайся.

Чернушка настойчиво трясла меня за плечо.

Пришлось нехотя разлеплять глаза. В комнате было темно, горел единственный ночник на столе в нескольких шагах от кровати. Там же дымилась кружка с очередным травяным чаем. Я вяло шевельнулась, прислушалась к себе и пришла к выводу, что ничего не болит. Только противная слабость так никуда и не делась.

— Иди, Арни, дальше я сам. — С этими словами Лан настойчиво выпроводил женщину за дверь.

— Уверен, что я не понадоблюсь?

— Отправляйся спать. Я останусь с ней до утра.

Белый вожак выглядел уставшим, но успел сменить деловой костюм на светлые брюки и синюю рубашку. Мысль о том, что он останется со мной на всю ночь, дразнила, отзывалась приятным теплом в измученном теле. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы не рассматривать его слишком откровенно.

Когда дверь за Арнеллой закрылась, Лан усадил меня, подсунув под спину подушку, взял со стола кружку и все время придерживал ее, чтобы я не обожглась. Вкус был приятный — мятный и чуточку сладковатый. После пятого глотка в голове просветлело.

— Приворотное зелье? — поддела новоявленного жениха.

— Я не настолько не уверен в себе, — ухмыльнулся оборотень. — Это укрепляющий отвар.

Настроение мгновенно поднялось. Я провела языком по губам и послала разноглазому испытующий взгляд.

— И зачем он мне?

Обидно. Ответ оказался далеко не таким, как мне бы хотелось.

— У нас на сегодня планы, ты забыла?

— Мм…

Я напрягла память, но ничего ценного из ее недр не всплыло. Черт! Я бы не могла с уверенностью сказать, даже какой сегодня день!

— Все-таки забыла, — подловил Лан.

— Ну, извини!

Внутри едкой волной поднималось раздражение.

— Последние двое суток мне было так плохо, что можно удивляться, как я еще собственное имя помню!

— Ладно, не фырчи.

Лан поцеловал меня в висок и забрал из рук опустевшую кружку.

— Через час приедут за девушками. Ты говорила, что хочешь присутствовать.

Почему-то это казалось важным — быть там, рядом с ним. Разумеется, я не собиралась влезать, вообще никак не хотела участвовать. Посижу безмолвной тенью в уголке. Но сам факт, что Лан разрешает мне немного вклиниться в дела стаи, приятно грел душу. Значит, считает достойной. Не просто подружкой на несколько месяцев, пусть даже лет, а равноправной спутницей жизни.

Я кивнула своим мыслям и слабо улыбнулась оборотню. Мое состояние никак не должно повлиять на наши планы. Я иду!

Лан достал из шкафа простое платье и пару домашних туфель на плоской подошве. Игнорируя мое смущение, помог одеться. В это время мой взгляд впервые с полным вниманием прошелся по комнате. Второй или даже третий этаж, удобная и светлая, но не слишком большая. С мягкой кроватью, гардеробной, похожей на кладовку, узким, но стильным шкафом, письменным столом, над которым висела полка с книгами, угловым диванчиком и столиком для чаепития. Идеальная!

Оформляла явно гьета, притом давно. Это стало ясно по довольно старой мебели, к тому же в глаза бросились названия книг. Учебники по магии. Видимо, леди Митрианна желала иметь внучку-наследницу, но на свет появился Лан.

— Решение поселить тебя здесь принял не я, — слегка извиняющимся тоном сообщил разноглазый, заметив мой взгляд.

— Мне нравится! — уверила я его. — Если ты, конечно, не против.

— Лучше пусть обожает тебя, чем начнет нам мешать, — ровно заметил Лан.

Хорошо, что он так думает. И мне было приятно нравиться такой особе, как его бабка.

Ланхольт склонился ко мне и весьма откровенно лизнул в шею. А потом, пока я возмущенно пищала, взял на руки и понес в свой кабинет. Чтобы скрыть мою временную слабость, мы должны были прийти не только раньше гостей, но и прежде чем начнут собираться невесты.

Бр-р! Дикость какая-то.

— В последний раз, — требовательно прошипела на ухо белому вожаку.

— Даю слово.

На самом деле теперь можно было бы обойтись без этого, но интуитивно чувствовала — надо. К тому же Лан заверял, что та стая белых в этом действительно нуждается, да девчонки и сами не против, а мне до безумия хотелось дать шанс Исэль. Пусть она уедет, начнет все сначала! Все, что с нами случается, — хорошее или плохое — имеет определенный смысл, который так или иначе влияет на дальнейшую жизнь независимо от нашего желания.

Вспомнились почему-то первые дни в Логове. О да, я не была в восторге! Кто бы мог подумать, что все вот так получится…

Улыбку я прятала, прижавшись губами к шее любимого. И тот факт, что он был оборотнем, меня сейчас нисколько не заботил. Подумаешь! Я сама не лучше, серо-серебристая мелочь.

— Не хочешь спросить, как, имея Исэль, мне удалось заполучить тебя в невесты? — вернул меня к реальности белый.

— Рассказывай!

Он хмыкнул, но послушно заговорил:

— В вечер перед тем, как у тебя начались неприятности с оборотом, она изменила свою интерпретацию событий. Ритуал действительно был начат, но начат неправильно. Он не считается действительным.

То, что мы все и так подозревали, но подтвердить могла лишь сама Исэль, оказалось правдой. Агорн был психом и садистом. Вряд ли он мог просто искупаться в озере с девушкой, на которой он тогда сильно зациклился, и ничего с ней не сделать. А осквернить место силы кровью — плохая примета. Вот он и поплатился через несколько дней жизнью.

— Я знала, что она использует возможность.

Выдохнула удовлетворенно и еще раз коснулась губами шеи Лана. Тут же почувствовала, как легкая дрожь прошла по его коже.

— А что гьета?

— Сказала, если тебя обижу, голову оторвет, — фыркнул Лан.

— А ты?

— Я тоже.

Кабинет был выдержан в старинном стиле. Полутемное и немного мрачное помещение с массивными шкафами для книг и документов, огромным столом и глубокими креслами. В этот поздний час тяжелые шторы были задвинуты, а из источников света была включена лишь небольшая настольная лампа. Видимо, чтобы гости не расслаблялись.

За недели своего пребывания в статусе вожака Лан здесь кое-что поменял. Нет, конечно, у меня не было возможности осмотреться здесь раньше, но некоторые вещи буквально бросались в глаза. Совсем новое кресло за столом. Видимо, ему не хотелось сидеть в том, которое годами занимал отец-изверг. В шкафах среди разных чаш и магических жезлов появились свободные места, будто оттуда совсем недавно что-то убрали, а на стене взгляд выхватил три гвоздя, на которых, вероятно, прежде висели картины. Может быть, портреты?

Что-то потянуло меня сегодня на дедукцию…

Ланхольт усадил меня в кресло, скромно приткнувшееся в самом дальнем от стола углу, и набросил шерстяной плед. Я тут же поморщилась: не люблю их, колючие! Но послушно натянула его до самого подбородка, чтобы спрятать ошейник. Нечего посторонним об этом знать.

Теплые пальцы ободряюще сжали мое плечо, когда в дверь постучали первый раз.

Одна за другой появлялись невесты. Все похожие между собой, худенькие, белокурые, светлоглазые. У каждой имелся магический дар, но довольно посредственный. Как выяснилось, я теперь могу чувствовать и это. Девушки были преисполнены важности и на полном серьезе считали, что отправляются служить своей стае, это их долг. Ни от одной не разило обидой или недовольством. Кое-кого сопровождали родственники, но слезливых прощаний не случилось.

Люди бы уже утонули в слезах и жалости к себе, а эти ничего, держатся спокойно, даже сухо. Не понимаю я их…

Последней появилась Исэль, едва не опоздала.

— Я уже решил, что ты передумала, — сдержанно заметил Ланхольт.

— Были такие мысли, — пожала плечами оборотень и вместо того, чтобы присесть на кожаный диван вместе с другими, встала у стены.

Вот она на общем фоне выделялась. Несовременная одежда, волосы кое-как собраны в пучок, искусанные в кровь губы и черные провалы глаз, будто зрачок поглотил радужку. В них давно поселилась пустота. Другие девушки косились на Исэль и переглядывались между собой. Она заметила, но не показала вида.

Черт! Почему я не подумала раньше? Они ведь будут знать ее историю, в общих чертах, но будут. И судя по тому, что эти змеюки белобрысые уже продемонстрировали, они не считают это несчастное создание одной из них, и можно не сомневаться, начало новой жизни для Исэль вряд ли окажется приятным.

Может, не пускать ее никуда?

Но перейти к решительным действиям я не успела, в кабинет вошли оборотни.

Незнакомцы мало чем отличались от белых из стаи Лана, такие же высокие худощавые блондины. Разве что они носили короткие стрижки и знаки принадлежности к стае находились на шеях, а не на руках.

— Вожак Эрмеч.

Лан поднялся из-за стола и протянул руку одному из гостей.

Оборотень лет тридцати охотно ответил на рукопожатие и даже слегка улыбнулся.

— Ланхольт Вимар.

Серо-стальные глаза оценивающе смотрели на собеседника.

— Признаться, не ожидал такого щедрого предложения.

— Вы знаете нашу ситуацию.

— Как и то, что в последнее время она несколько поменялась, — чуть настороженно заметил гость. — Мне следует ждать подвоха?

Лан прямо посмотрел ему в глаза:

— Я другой Вимар.

Несколько секунд они обменивались взглядами и отвернулись одновременно. Взаимопонимание достигнуто? Или нет?

Несмотря на сильный и едкий запах, который от него исходил, магия и что-то еще, Эрмеч мне понравился. Проглядывало в нем что-то настоящее. И смотрел чужой вожак прямо в лицо, опять же честно высказался о своих опасениях.

Как только мужские разговоры стихли, девчонки повскакивали со своих мест и начали дружно производить впечатление. В этой ситуации они действовали примерно так же, как вели бы себя, например, мои подруги из прошлой жизни: знакомились, спрашивали о новом доме, строили глазки, немного флиртовали. Учитывая, что мужчин на данный момент было трое, вожак и его братья, а активных невест четыре, девичий напор все возрастал… Каждая хотела отвоевать себе более комфортное место в новой стае. Где же может быть лучше, если не рядом с вожаком?

Лан подождал минут пятнадцать, после чего негромким покашливанием вернул всеобщее внимание к себе.

— Эрмеч, это Исэль.

Кивком он подозвал девушку, которая до последнего момента успешно притворялась, что ее вообще здесь нет.

— Я рассказывал тебе о ней.

Вожак проницательно посмотрел на девушку, съежившуюся под его взглядом. Казалось, ей не хватает воздуха. По кабинету невидимым туманом плыл ее страх.

— Меня зовут Гердан Эрмеч. — Блондин с мягкой улыбкой протянул ей руку. — Рад знакомству.

Исэль попятилась и шумно втянула в себя воздух. Вид у девчонки был такой, будто она собирается его за эту руку цапнуть.

Но Эрмеч терпеливо ждал, не убирал ладонь, но и ближе не подходил, позволяя ей принять решение самой. Мы все тоже не влезали, наблюдали молча. А Исэль все никак не могла заставить себя сделать ответный жест.

В конце концов кто-то не выдержал.

— Зачем вам подстилка бывшего вожака? — сморщив нос, вопросила самая бойкая из девиц. — В стае полно нормальных волчиц, которые, кстати, очень расстроились, что выбрали не их. Одна из моих сестер с удовольствием заменит это недоразумение, если нужно.

На целую секунду над нами повисла гробовая тишина. Эта секунда показалась вечностью.

Потом вожак другой белой стаи опустил руку и очень медленно повернулся к говорившей, смерил ее заинтересованным взглядом.

— Напомни, как тебя зовут? — Голос мужчины звучал ровно, в нем невозможно было прочесть эмоции.

— Элиса.

— Так вот, Элиса, — бесстрастно продолжал Гердан Эрмеч, — ты еще очень молода и глупа, поэтому я позволю тебе выйти отсюда живой. Но моей стае ты больше не нужна. Надеюсь, для тебя это будет хорошим уроком.

— Но… — затравленно пискнула оборотень, оглядываясь на дверь. — П-почему?

— Ты только что оскорбила Исэль и проявила неуважение к двум вожакам, — прохладно отметил Лан. — Подожди за дверью, я позже с тобой разберусь.

Больше на нее никто не смотрел, и Элиса, помявшись какое-то время, выскользнула из кабинета. Другие девушки опасливо притихли и жались друг к другу.

Внимание Эрмеча тем временем вернулось к Исэль.

— В общем, я надеюсь, что мы найдем общий язык, и ты приживешься в моей стае.

Вожак ограничился словами, рук к ней больше не тянул.

— Если же нет, путь назад открыт. Ну что, едешь? Решиться надо сейчас, через полчаса выезжаем.

Исэль кивнула и подхватила свой чемодан.

Что ж, кажется, она в надежных руках.

Некоторое время ушло на улаживание формальностей. Эрмеч оставил координаты для родных девушек, чтобы те могли связаться с ними. Минутой раньше они с Ланом подписали договор в двух экземплярах на разных бланках. Помимо подписей, были еще знаки: Лан приложил к плотному листу ладонь тыльной стороной, как раз тем местом, где чернел ромб, а Эрмеч снял с шеи кулон, с которым проделал то же самое. У обоих при этом под рубашками засветились плечи. Клеймо.

Девушек рассадили по машинам. Насколько я успела услышать, Исэль предстояло ехать с вожаком, об оставшихся трех девушках позаботятся его братья.

Все уже попрощались с нами и ушли, когда белый волк из чужой стаи впервые посмотрел на меня. До этого будто и не замечал присутствия в кабинете еще одной персоны.

— У тебя красивая и сильная невеста, Ланхольт Вимар, — слабо улыбнулся гость. — Береги ее.

— Буду, — Лан серьезно кивнул.

— Вот и хорошо, — вздохнул Эрмеч.

И я вдруг поняла, что лет ему все-таки больше, чем кажется на первый взгляд.

— Говорят, у вас тут сейчас опасно? Если надо, я мог бы потрясти кое-кого из знакомых насчет информации.

Вожаки обменялись испытующими взглядами, после чего Лан решительно покачал головой:

— Сами справимся. Но все равно спасибо.

— Уверен?

В светлых глазах Эрмеча появился осуждающий блеск.

— Должны.

— Ладно. Но в случае чего ты знаешь, где меня найти.

Эрмеч отрывисто кивнул и направился к двери.

— Присмотрите там за Исэль, — неожиданно для себя самой бросила я вслед удаляющемуся оборотню.

Он обернулся и поймал мой взгляд.

— Обещаю.

На этом и расстались. Дверь открылась и снова закрылась, вскоре стихли шаги на лестнице, а еще минут через пять от замка отъехали три внедорожника. Для кого-то началась новая жизнь.

— Он… ничего, — поделилась впечатлениями с Ланом, борясь с подступившими к глазам слезами.

— Согласен.

Лан присел на подлокотник кресла, притянул меня к себе и запечатлел теплый поцелуй на виске.

— Давно его знаешь?

Мне было интересно.

— Прилично. Когда я сбежал из дома, Эрмеч помог мне пересечь границу. Он тогда немного промышлял контрабандой.

Видя шокированное выражение на моем лице, Лан широко заулыбался.

— Потом у них в стае многое поменялось. Вроде бы его жену убили, он остался с ребенком один и, по слухам, в близких отношениях больше замечен не был. Понятия не имею, как он стал вожаком!

Эти волки такие… неожиданные. Я фыркнула и прижалась носом к плечу своего белого. Его рассказ внушал мало оптимизма, и в стае, приткнувшейся у самой границы, наверняка было опасно, но интуиция подсказывала, что Исэль вряд ли вернется.

Удачи ей.

— Еще одно дело на пять минут, и я весь в твоем распоряжении, — предупредил разноглазый вожак и отстранился.

Оставшийся у нас экземпляр договора был бережно убран в папку.

— Можешь войти.

Признаюсь, об Элисе я успела забыть, поэтому сразу не поняла, кому адресован громкий приказ.

Провинившаяся оборотень появилась мгновенно, из чего можно смело делать вывод, что все это время она проторчала под дверью. Впрочем, это был предел волчьего смирения. Девчонка гордо вздернула подбородок и попыталась испепелить Лана взглядом. Тот, конечно, и не подумал осыпаться пеплом, хотя при желании наверняка мог, у него же магия!

— Вожак?

Ланхольт не удостоил ее даже беглого взгляда.

— Ты пришла одна? Родители не проводили тебя?

— Брат помог донести вещи, но он уже ушел, — не совсем понимая, к чему клонит глава стаи, отозвалась белая.

— Вернешься домой и сама расскажешь родным, почему ты все еще здесь, — начал отдавать команды вожак. И тут же внес необходимое уточнение: — Честно расскажешь! Поняла?

Клеймо под рубашкой снова засветилось. Девчонка сильно побледнела, сглотнула с трудом, потом кивнула:

— Да. Это и есть мое наказание?

— Элиса, быть честной — это вообще не наказание.

Мой волк проявлял прямо-таки чудеса терпения, в то время как внутри наверняка боролся с желанием придушить девчонку.

— Поэтому завтра же утром пусть брат отвезет тебя к шахтам, будешь жить в лагере и помогать на кухне.

Девица не просто побледнела, посерела.

— Но я не умею готовить! И вообще, эта работа для чернушек… А я — маг. — И она попыталась придать несчастной мордочке надменное выражение.

Не помогло.

— Уверен, ты сможешь многому у них научиться, — спокойно заметил Лан. — Иди, ты свободна.

Приказу несостоявшаяся невеста не вняла. Нет, я, конечно, всегда знала, что характер у оборотней не сахар, но тут представилась возможность убедиться в этом воочию. Элиса шумно втянула в себя воздух, уперла руки в стройные бока и… зарычала на своего вожака. Я ошалело моргнула. Она соображает, что делает?

Ланхольт совершенно не впечатлился, просто ухмыльнулся и рявкнул в ответ. Надо уточнять, у кого получилось более внушительно?

Нахалка всхлипнула и выбежала вон.

— Однако наглые у тебя волчицы, — протянула я, рассматривая усталого любимого.

— Прежний дрессировщик был неважный.

Лан подмигнул и медленно направился ко мне.

— Не похоже, чтобы твой отец им многое позволял…

— Дочери его приближенных были неприкосновенны, их баловали и лелеяли. Результат ты только что имела счастье наблюдать.

Поравнявшись с креслом, в котором сидела я, Лан присел на корточки и пытливо заглянул мне в лицо.

— Давай ненадолго забудем обо всех. Хотя бы час хочу побыть счастливым и свободным оборотнем.

Его тон внушал опасения. Но высказать их вслух я не успела. Плед сполз на пол, а секунду спустя теплые пальцы принялись вырисовывать затейливый узор на прикрытой платьем коленке, постепенно продвигаясь к бедру. Черт! Даже через ткань теплые… Я прикрыла глаза и с трудом подавила желание выгнуться под его руками. Тело предательски заныло, отзываясь на ласку. А еще зачем-то вдруг вспомнилось, что, кроме платья, на мне сейчас ничего нет.

Ну, если забыть про ошейник.

— Лан? — позвала срывающимся голосом.

— М-да? — невинно мурлыкнул блондин.

— А разве ты не собирался вернуть меня в спальню?

Он сделал вид, что задумался.

— Вообще-то да, но… Мы двое, спящий замок, лекарство все еще действует, здесь рядом есть камин, и на кухне для нас оставили ужин. Тебе не кажется, что эта ночь становится многообещающей?

После получаса возни с пледами, подушками и едой, которую требовалось разогреть, мы забыли про камин и обосновались в его комнате на диване. Я поспешила зарыться во что-то мягкое и теплое и без особого энтузиазма принюхивалась к отбивной, рядом с которой высилась небольшая горка тушеных овощей. Пить хотелось намного больше, чем есть, так что руки в первую очередь потянулись к морсу из местных ягод.

Включенный ноут показывал какую-то романтическую комедию. Я не очень-то следила за сюжетом, но, кажется, там был красавчик-оборотень и штуки три бестолковых волчиц, сражающихся за его внимание. Это что, намек?

— Надеюсь, к концу он найдет себе четвертую, — проворчала себе под нос, глядя на жующего Лана.

Тот отделался улыбкой.

Когда с ночным перекусом было покончено, поднос с тарелками исчез с глаз, а голодный и уставший волк превратился в сытого и довольного, началось самое интересное. Про фильм мы вообще забыли! Лан бессовестно придавил меня своим весом и жарко задышал в шею. Его руки как-то совершенно неожиданно оказались под пледом и теперь скользили по платью, заставляя кожу под ним приятно покалывать.

Мур-мур-мур… Жаль, что я намереваюсь превратиться в волчицу, а не в кошку.

Серая вредность внутри ехидненько фыркнула.

— Собираешься воспользоваться ситуацией?

— Возможно…

Его лицо оказалось прямо над моим так, что нос уловил запах чего-то солнечного и щекотного. Где-то на краю сознания мелькнула мысль, что он изменился. В смысле запах. Стал спокойнее. Должно быть, это связано с тем, что Лан нашел свое место в жизни и… меня.

Щеку приятно обдало горячее дыхание, я улыбнулась. Ловкие пальцы мягко обвели линию весьма скромного декольте и сдвинули плед к талии. Кожа на шее покрылась мурашками. Не потому, что в комнате было холодно, просто теперь его прикосновения не скрывала плотная ткань.

Теплые пальцы скользнули вверх по шее, погладили подбородок, нежно обвели нижнюю губу. Я шумно вздохнула и откинула голову на мягкий подлокотник, рефлекторно прикрыла глаза, впрочем, тут же не удержалась от соблазна снова на него посмотреть.

Этот взгляд был ошибкой, наверное.

Искупавшись в золоте и серебре разноцветных глаз, я поняла, что уже не смогу остановиться. Не хочу.

Дышать стало трудно, в груди — тесно, платье вдруг показалось очень узким и неудобным. Я нетерпеливо изогнулась, чувствуя, как внутри вспыхивают и вибрируют серебристые нити. Магия и… что-то еще? Лан негромко рассмеялся, и мое лицо покрыли первые мучительно нежные поцелуи.

Полностью расслабиться не получилось, меня захлестывали противоречивые желания. Пусть это уже случится, раз мы все равно вместе! Почему нет? С другой стороны присутствовала некоторая неуверенность и полный набор девчоночьих страхов.

И вообще, душа романтики требовала! А тут ошейник, лекарство, диван и кино… М-да. Зная волков, могло быть и хуже, но все равно хотелось чего-то… большего.

Пока я обдумывала, как оно все должно быть в первый раз, руки оборотня оставили мое лицо в покое и снова сместились ниже, мягко, ненавязчиво лаская все, до чего могли дотянуться. Ощущать тяжесть его тела было приятно. Минуту спустя мне уже хотелось большего, но…

Смутно осознавая, что именно собираюсь делать, я вцепилась в его пальцы. Ланхольт пробормотал что-то невнятное и переплел их с моими, видимо, расценив это как попытку партнерши поучаствовать в процессе.

Не знаю, какие слова должны были сорваться с приоткрывшихся губ, но я не успела ничего сказать. Он меня поцеловал. Теплые твердые губы мягко накрыли мой рот. Язык осторожно погладил нижнюю губу и проник дальше. Сопротивляться не хотелось. Медленные дразнящие движения дурманили. Почти сразу я начала отвечать: сначала неуверенно, потом все с большим удовольствием. Глаза все-таки закрылись, и в этой темноте было хорошо и уютно. Его запах окутывал легким коконом, смешивался с моим собственным. Слегка дрожащие пальцы запутались в его волосах.

Этот поцелуй вскружил голову, заставил забыть вообще обо всем. В голове воцарилась звенящая пустота, которую медленно, капля за каплей, заполнял сладкий туман. Лишая воли, избавляя от сомнений, заставляя цепляться за полулежащего сверху Лана и извиваться в его руках.

Секунды сливались в минуты, но все равно время бежало слишком быстро. Иногда мы отрывались друг от друга, жадно глотали воздух и возобновляли поцелуи. С каждым разом они становились все более раскованными. Мы кусали друг друга, потом с нежностью зализывали «пострадавшие» места, однажды я попробовала перехватить инициативу, но Лан не дал.

Окунувшись с головой в необычные, сводящие с ума ощущения, я пропустила момент, когда он расстегнул платье. Просто вдруг почувствовала его руки на обнаженной коже и тут же нетерпеливо рванула его рубашку.

Не получилось.

Так нечестно! Я тоже хочу!

Но, похоже, это никого не волновало. Лан тихонько рассмеялся и продолжил меня целовать.

Это длилось и длилось. Страстные головокружительные поцелуи чередовались с игривыми, нежными, волнующими, его руки жгли кожу, заставляли желать большего… намного большего. Мои стоны и всхлипы смешивались с рычанием возбужденного оборотня.

Все было так хорошо! Я чувствовала себя в его руках самой важной, самой нужной… Единственной… Я почти перестала бояться, почти расхотела романтики… Здесь и сейчас!

Ага, как бы не так!

Влажные дразнящие поцелуи как раз сместились на шею, когда я почувствовала, что начинаю отключаться. Сладкий туман улетучился в ту же секунду.

— Черт! Ну почему сейчас?!

— Что такое?

Лан мгновенно вскинул голову.

— Кажется, твой бодрящий отварчик перестал действовать, — с тоской отметила я, прислушиваясь к ощущениям.

Слабость накатывала волнами. Черт, черт, черт!

— Ну что ж, продолжим как-нибудь в другой раз, — пробормотал белый вожак и стал поправлять на мне платье, не забывая попутно поглаживать разгоряченную кожу.

— А может, у тебя еще где-нибудь есть? — спросила из чистого упрямства.

— Прости, я и так дал тебе предельную дозу.

Вид у оборотня был сожалеющий, но почему-то на меня это не произвело впечатления. Если дозировку смог просчитать, значит, и время действия примерно знал. Нет, мне, конечно, все понравилось, но… Девушка в нашей паре я, следовательно, найти причину в самый неподходящий для него момент — моя прерогатива.

В следующий раз так и сделаю! — решила мстительно и позволила наконец глазам закрыться.

Ну, держись, волк…

— Джая?

— Мм? — пробормотала я сонно.

— Что-то не нравится мне твоя загадочная улыбка…


ГЛАВА 24 | Я ненавижу оборотней | ГЛАВА 26







Loading...