home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 20

Олейор Д'Тар. Лилея

Как бы мне хотелось не быть, не знать, не помнить, не чувствовать… да только позволить себе такую роскошь я не мог.

Вилдор, всего-навсего пытаясь дать мне представление о своих целях, к которым он шел весьма замысловатыми путями, вынужденно приоткрыл и самого себя. И если первое мне импонировало, то в отношении второго… было над чем задуматься.

Сила и непредсказуемость этого правителя были настолько велики, что слепо верить всему, что он хотел до меня донести, было сродни самоубийству. И хотя последнее еще можно было попытаться как-то объяснить, то вероятность потянуть за собой не только свою расу, но и весь мир, никакому оправданию не поддавались.

Поэтому вместо того, чтобы в те немногие, выдавшиеся свободными, мгновения залить неприятный осадок от принятого мной решения содержимым полудюжины бутылок из подвалов, которые еще недавно принадлежали отцу, мы вместе с Гадриэлем занимались тем, что придумывали самые невероятные версии того, что же могло стоять за озвученным планом все еще действующего Ялтара Дарианы.

А так как фантазия у нас была богатая, да и по части многослойных комбинаций в новичках мы тоже не значились, наши варианты были не только разнообразными, но и весьма перспективными. Для того, чтобы при случае воспользоваться ими самим.

Когда для этого наступит время.

После прорыва первого рубежа наступило некоторое затишье. Мы согласованно отступали, стараясь сберечь воинов и устраивая засады вырывающимся вперед командам. Даймоны столь же слаженно наступали, время от времени мобильными группами теребя отстающих. И если смотреть на происходящее с точки зрения того, что нам уже было известно…

Это смотрелось весьма подозрительно со всех точек зрения. Хотя и вполне соответствовало тому, о чем предупреждал Вилдор.

Помочь открыть портал в свою резиденцию он должен был лишь после того, как его воины завязнут на второй линии. А те несколько дней, что отделяли наш разговор и это событие нужны были ему для того, чтобы закончить кое-какие дела. И что это были за дела, я мог предположить.

Похоже, шанс завоевать Леру у него еще оставался и он не собирался от него отказываться. Если, опять же, нарисованная картинка не скрывала под собой другую.

Однако, вторжением на Лилее командовал Яланир и, судя по словам того же Вилдора, в его планы он посвящен не был. И это наводило на мысль о том, что у старшего сына Ялтара вполне мог быть собственный план. А это, в свою очередь, наводило на другую…

И чем дальше мы с Гадриэлем продвигались в своих рассуждениях, тем четче понимали, что готовиться нам стоит ко всякого рода неожиданностям.

— Тебе не кажется, что нам не хватает Элильяра с Саражэлем? — Задумчиво протянул мой черноволосый друг, когда я разгромил его очередную идею.

Впрочем, это не помешало мне сделать кое-какие заметки в памяти. Каким бы невероятным не казалось предположение моего начальника разведки, если что-то подобное окажется близко к действительности, наши прогнозы в отношении будущего Лилеи окажутся слишком оптимистичными.

— А еще Арх'Онта и самого Закираля, которому ты в глаза скажешь, кем его считаешь. А если в это время здесь еще окажется и Таши…

Несмотря на мое мрачное настроение, мелькнувшая в воображении располосованная нежной женской рукой физиономия Гадриэля, не могла не вызвать похожий на истерический смех.

— Да… — мой друг в притворном смущении опустил голову, — страшнее встречи с разъяренной женщиной, может быть лишь встреча с двумя разъяренными женщинами. Так что снимаю этот вариант, как не выдержавший основательной критики. Но твой отец нам точно бы не помешал.

Что можно было на это сказать… только согласиться. И если бы не отсутствие желания с ним встречаться, именно так я и поступил. Но…

После того, как мы с ним разобрались, что оба считаем именно себя виновными в том, где именно и с кем была сейчас моя жена, неожиданно возникшая между нами пропасть уже не стала. Мне все так же было стыдно и больно, а ему… больно и стыдно. И для того, чтобы что-то изменилось, нужно было время. А его прошло еще слишком мало, чтобы эта рана прекратила кровоточить.

И ради того, чтобы избежать новых недоразумений, повелитель демонов отправил Элильяра именно туда, куда тот и стремился — на север. Отдав мне проблемы на границах с орками и оставив приглядывать за происходящим в горах Хорхаш Аль'Аира с Саражэлем и своего наследника — Ролана, назвавшего такое перемещение коротким, но весьма емким словом: ссылка.

И выглядело это все… Как должно было выглядеть, так и выглядело. Воины рвались в бой, не желая прятаться за чужими спинами. Даже осознавая, что их жизнь и способность мгновенно принимать решения, распоряжаясь жизнями других, значили значительно больше, чем несколько дюжин врагов, отправленных в небытие твердой и сильной рукой.

Но вместо того, чтобы повторить за Гадриэлем то, что он сказал, я увел разговор в другое русло. Все равно ничего умного пока в наши головы не приходило. Да и новых сведений от тех, кто всеми доступными, а чаще недоступными способами добывал нам сейчас информацию пока не поступало.

— Когда Сашка обещал вернуться?

Взгляд Лорда, обращенный ко мне, был полон сарказма. И то, что за ним стояло… тоже не давало мне покоя.

Не знаю, какой из аргументов маг посчитал наиболее весомым, но он согласился поговорить с юной драконицей, прося ее стать его женой. Что же касалось второго пункта этого разговора…. Все оказалось совершенно не так, как мы могли предположить.

К тому времени, как Александр добрался до дворца правителя светлых, Альена уже знала не только о том, что Гадриэль и Лайсе дали друг другу клятвы, но и о том, что ее дед передал для них притягивающий душу эликсир. И сама сделала соответствующие выводы, оправдав мое предположение о том, что эта девушка вполне способна брать ответственность на себя и вполне обоснованно может считаться гордостью своих родителей.

Ритуал прошел на закате следующего дня. И оценив мужество этого совсем еще ребенка, я сделал все, чтобы в эти мгновения ничто не напоминало им о кровопролитных боях, шедших в это время у первого рубежа. Поклявшись самому себе, что если нам всем доведется не просто выжить, но и сохранить свою свободу, делом моей чести будет сделать все для того, чтобы они были счастливы.

Если бы я знал в тот момент, когда опрометчиво произносил эту клятву, что пройдет всего день, и у меня возникнет непреодолимое желание стереть своего советника в порошок. За все то, что он устроил, ликвидируя прорыв на основном направлении. Тем более что задолго до того, как началось само вторжение, мы определились: последним рубежом, за который мы будем бороться не жалея ничьих жизней, станет третий. Тот самый, что вплотную подходил к памятному для меня Сарадину. Городу, с которого начался путь Леры по Лилее.

И потерять главный козырь в лице мага Равновесия, когда до последнего боя еще могло произойти все, что угодно…

С его стороны это была даже не бесшабашность — глупость. И раз слова он не воспринимал, игнорировав не только меня, но и Арх'Онта, я решил действовать иначе: не позволив ему восстановиться, отправил в сопровождении Сарката на Землю, к Альене.

Возможно, он бы и ослушался, но неожиданно для меня Закираль, и сам больше похожий на собственную тень от тех противоречий, что рвали его на части, счел эту идею удачной. Ну, а даймон, даже если и хотел помочь своему учителю-другу-родственнику, не выполнить приказ Ялтара, которому присягнул на верность, не мог.

Насколько я был прав, узнать удалось уже к следующему вечеру — раньше этого времени я запретил Сашке появляться на Лилее.

Он вернулся тихий и задумчивый. И войдя в мой кабинет, где я в тот момент в очередной раз вытягивал из Гадриэля все подробности его пребывания на Дариане, надеясь, что у кого-нибудь из нас сработает чутье и мы разгадает головоломку по имени Вилдор, неожиданно склонился передо мной. Без ставших уже привычными издевок, которыми он обычно это действо сопровождал.

Не знаю, как мне удалось скрыть свое удивление. Хорошо еще разъяснилось все довольно быстро. После первой же, сказанной им фразы: "Спасибо, что дал мне возможность понять, прежде чем прибил'.

Остальное рассказал уже Саркат, после того, как я отправил Александра отсыпаться, не в состоянии смотреть на залегшую под его глазами синеву. И судя по тому, как даймон отводил взгляд, повествуя о двух обнявшихся женщинах — бабушке и жене, которые рыдали навзрыд, встретив выжатого до предела мага, выглядело это достаточно болезненно, чтобы в его голове безрассудство и оправданный риск не поменялись местами в списке приоритетов.

Воспоминания о Сашке тут же вытащили из-за мощных щитов самообладания, которые я выстроил опасаясь скатиться в бездну отчаяния, лицо Леры. Единственной женщины, рядом с которой я чувствовал себя бесконечно счастливым. И которую безжалостно отдал во имя спасения мира.

И хотя ни она сама, ни кто другой вряд ли могли меня осудить… я сам себе был и судьей, и палачом.

— Думаешь о Лере? — Гадриэль всегда очень тонко ощущал мое состояние.

— Даже когда я не думаю о ней, я все равно ее не забываю. — Я не стал добавлять, что верить в ее возвращение я тоже продолжаю — он это знал и без меня. Вместо этого вновь задав тот же вопрос: — Так когда он собирался вернуться?

— Да уже должен быть. Он собирался заглянуть к демонам, да по просьбе Аарона прощупать будущего правителя Дарианы. — И заметив мой вопросительный взгляд, тут же добавил: — Повелитель опасается, что тот не выдержит тяжести выбора, который ему пришлось сделать. Все-таки отсутствие в его прошлой жизни столь сильных эмоций делает для него все происходящее серьезным испытанием.

Похоже, мой друг считал также. В отличие от меня.

— Закираль — сын своего отца. Вряд ли Вилдор, выстраивая такой план, не учел этот момент. Да и связь с Единственной не позволит ему сорваться в пропасть переживаний. Скорее уж, что-то задумал и не хочет, чтобы об этом узнали раньше времени. Вот и прикрывается разбушевавшимися чувствами.

Гадриэль задумчиво откинулся в кресле, разглядывая мою мысль, как иные ценители рассматривают прекрасно ограненный камень. С тем же блеском в глазах, выдающим неподдельный интерес и со столь же далеко идущими планами.

— А если он все-таки в открытую участвует в замысле отца?

Вряд ли лорд и сам верил в то, что предполагал. Уж больно многое говорило против этого. Да и Таши не могла этого не почувствовать. Не говоря уже о Рае, которая возвращала его душу с границы Хаоса. Так что…

— Если он и участвует в чьем-то замысле, то только в своем собственном. Помяни мое слово: пройдет совсем немного времени и в паре Арх'Онт-Закираль, именно последний начнет доминировать. И не только потому, что Аарон уже начал воспринимать того, как еще одного сына, но и благодаря опыту, который даймон приобрел под негласным руководством своего отца.

— Мне кажется, или Вилдору удалось произвести на тебя впечатление? — Взгляд Гадриэля был…

Именно так он посматривал на меня в те счастливые дни, когда мы с ним готовили очередную вылазку по укрытым защитными заклинаниями погребам Элильяра или… свободные от священных уз брака барышни казались нам слишком легкой добычей.

— Только не говори, что у тебя не возникло желания поиграть с ним в так любимые нами игры? — Усмехнулся я, вспоминая, рассказ друга о том, как он заполучил Кайласа.

Отрицать он даже не попытался. Или… не успел.

Дверь в гостиную впечаталась в стену, напомнив мне день начала вторжения. Да и вид влетевшего в комнату Сашки очень был похож на тот.

Так что вряд ли, увидев все это, можно было ожидать хороших вестей. И только наша с Гадриэлем готовность к любым неожиданностям не позволила нам озвучить то, что произнес маг, теми самыми словами, которые моя жена произносила в похожие моменты.

— Закиралю удалось узнать, где находятся его сыновья. И он отправился туда. Один. Не поставив никого в известность.

И он мог больше ничего не говорить. Потому что и без всяких слов было понятно, что кое-кто решил засунуть свою голову в ловушку. И оставалось лишь надеяться, что он подумал о том, кто и как его оттуда будет вытаскивать.


Лера Д'Тар. Дариана

Теперь я знала, что значит паранойя в исполнении правителя Дарианы, двух теров и начальника его охраны. И хотя последний оставался приглядывать за тем, что будет твориться в Совете во время нашего отсутствия, то ли подчиняясь Маргилу, то ли надзирая над ним, ему удалось внести свою лепту в доведение меня до полной потери контроля.

За то время, что мы готовились отправиться на Лилею, я успела вспомнить все эльфийские слова, которые выучила первыми. Да и весьма специфичные дарианские, что стали мне известны уже здесь, тоже.

Кроме того, что меня вновь заставили влезть в форменный костюм Черных Жриц, накинув сверху набиру, мои ноги украшали ленты блокираторов, а на руках были закреплены браслеты с рохсашами. Про меч, парочку амулетов, узнав назначение которых я тщетно пыталась найти соответствующие моему настроению эпитеты, я предпочла бы умолчать. Потому что все это выглядело так, словно я собиралась в одиночку избавиться от одной стационарной базы в моем мире, вместе с теми, кто в тот момент там будет находиться.

И обиднее всего было то, что сам Вилдор к своему арсеналу не прибавил ни одной игрушки.

— Сэнар…

Мы были в покоях Ялтара. И хотя внешне их хозяин выглядел как обычно, спрессованные в монолит щиты, которыми он отгородился в том числе и от меня, лучше иных признаков говорили о его состоянии.

— Вилдор, — небрежно перебила я его, нисколько не смущаясь присутствием посторонних: они видели и не такое, — ты собираешься в десятый раз напомнить ему о том, чтобы он не сводил с меня глаз? Боишься, что у него память плохая, или… — я насмешливо приподняла бровь, пытаясь хоть как-то вернуть ему если и не пошатнувшееся самообладание, так ту бесстрастность, которая всегда действовала на меня очень отрезвляюще, — опасаешься, что Яланир вновь решит бросить тебе вызов, требуя меня себе в жены?

Не подействовало.

Он полоснул по мне таким взглядом, что моя защита жалобно взвизгнула, жалуясь на лезвие изначального Хаоса, пытавшееся проникнуть сквозь нее. Но… ответил. Настолько спокойно, что это наводило на мысль о том, что сдерживается он из последних сил. Но отнюдь не из-за создавшейся ситуации: будь его воля, он бы и без моей помощи справился с уничтожением всего, что посмеет ему сопротивляться.

Похоже, в его словах о том, что его старший сын едва его не переиграл, был смысл.

— Я пытаюсь понять, зачем ты лезешь вместе со мной в эту ловушку.

Интересно, это можно посчитать извинением?

— Если я тебе отвечу, — я довольно удачно воспроизвела его тон, — ты потеряешь большую часть своей репутации умеющего себя контролировать берсерка. А я этого не хочу.

Меня обдало леденящим душу холодом.

Да… с таким подходом к спасательным операциям он явно раньше не сталкивался. А ведь я ему рассказывала, как мы ходили вытаскивать моего прадеда. Мог бы и сделать соответствующие выводы.

Хотя… его можно понять. Если бы мне несколько дней тому назад сказали, что я буду прикрывать его… тыл, вряд ли бы поверила.

Напряженная тишина вокруг меня заставила отвлечься от своих раздумий. Одно из двух: или я в очередной раз произнесла вслух то, что предназначалось для одной меня, или… мы все уже находились на ментальной связи, которую я хоть и не позволила активировать у себя, но не отказалась от небольшого приборчика, обеспечивающего ту же функцию.

— Госпожа Лера, если вы не хотите, чтобы ваши мысли стали достоянием всех остальных, просто четко отдайте команду: связь отключить. — Пояснил Кадинар, пряча под опущенными ресницами восторг от моих выходок.

Все-таки… он весьма настойчиво продолжал напоминать мне Сашку. Или… это брала свое его человеческая природа. Впрочем, с вопросом об отношении души к расе мне еще предстояло разобраться. Когда для этого наступит время.

— А раньше об этом никак нельзя было сказать? — Смущенно уточнила я, подумав при этом, что в клоуны к четырем самовлюбленным идиотам не нанималась.

И… отключила связь: повеселились и хватит. Кое-кто из присутствующих в этой гостиной был не в состоянии оценить черный юмор на борту тонущего корабля.

Ну а если серьезно… Все притворное веселье исчезло с моего лица.

— Вилдор, где находится грань души Закираля?

Дорога к откровенности грозила оказаться долгой и запутанной.

В глазах Ялтара появилась легкая задумчивость, словно он пытался понять, что ему со мной сделать, чтобы я не путалась у него под ногами. Остальные трое… смотрели на меня так, будто я пыталась выведать их семейные тайны.

Интересно, как они отнесутся к тому, что они мне уже известны?!

— Твоя попытка меня выдрессировать, должна была закончиться довольно плачевно. Для меня. — Не знаю, насколько хватит моей выдержки, но… я собиралась добиться своего. А Вилдор вряд ли был способен до конца поверить чувствам, так что приходилось взывать к разуму. — Не думаю, что Яланир этого не понимает. И если увидит меня рядом с тобой, то будет воспринимать лишь как твою игрушку. Но никак не возможного противника.

И опять… тяжелая и напряженная тишина. И я словно вижу каждую его мысль обо мне. Всю ту цепочку метаморфоз, которую я прошла, чтобы сегодня говорить с ним на равных. Не ища его милости, а готовясь встать плечом к плечу, чтобы спасти того, кто ему дорог.

Ему… и мне. Потому что Закираль не только цель, он — надежда этого мира на иной, чем безжалостное истребление других, путь. И я должна была… нет, я не могла не доказать ему свое право на его доверие.

— Для Яланира я — та Лера, которую он пытался соблазнить за ужином, и за которую дрался со своим отцом. И в то, что я добровольно могу напроситься к тебе в телохранители, он не может предугадать даже в состоянии глубокого просветления. — И видя, как опускаются его ресницы, выдавая готовность принять решение, говорю то, о чем однажды уже просила… другого. Даже не догадываясь, что мне придется еще раз повторить эти слова. Тому, кого еще недавно считала врагом. — Попробуй мне поверить.

Но вместо ожидаемого облегчения — все та же вязкая тишина, в которой идет незримый бой. Веры и неверия, замысловатых игр и откровенности. Бой между тем, кто прошел долгий путь потерь и ошибок и тем, кто только делал по нему свои первые шаги.

И осознание того, как утекает время, заставляет меня сорваться на рык.

— Если ты хочешь, я дам тебе клятву не причинять вреда твоему сыну.

Чтобы тут же в душе усмехнуться: надо не забыть уточнить, какому именно. Потому что одному из них встреча со мной не предвещает ничего хорошее.

Судя по всему, Тася смягчала некоторые проблемные места моего характера.

Взгляд стоящего напротив меня Кадинара слегка затуманился. У Вилдора тоже. А мое терпение при виде этого стремительно падало к минусовым отметкам: он еще думает!!!

Впрочем, остановила я сама себя, вряд ли это были сомнения. Скорее… он просто корректировал свои планы, вписывая в них неожиданное вмешательство сына и мою настойчивость. И оценивая, насколько сильным окажется влияние этого на то, что он задумал.

— Если это ловушка и Яланир знает, где ты прячешь этот клинок, твой коммандер может просто не успеть справиться с ситуацией. Тебе его брать с собой нельзя — все, что придумает твой старшенький, будет рассчитано на твою силу. Я же могу стать для него неприятным сюрпризом. В самом крайнем случае, я переброшу его порталом сыну.

Как бы мне пригодились сейчас совет и помощь Тинира, но… пока еще был шанс самой справиться с проблемой, стоило действовать самостоятельно. Тем более что уже давно пришла пора не просто осознать до конца полученные мною силы, но и дать возможность остальным познакомиться с ними поближе. Может и Вилдор задумается, не лучше ли ему передумать…

— Хорошо. — Холодно. Отстраненно. Отрезвляюще. — Кадинар, принеси.

— А клятва? — Довольно дерзко уточнила я. Намекая, что в отличие от остальных, предпочитаю рассчитывать на партнерство.

В определенных рамках, конечно. Если у меня и есть врожденная склонность к авантюризму, то холить и лелеять ее придется еще долго.

— Ты просила о доверии. — Он даже не взглянул в мою сторону, но… слегка расслабился.

Словно я избавила его от одного из стоящих перед ним препятствий.

— Про остальных тоже не забудь.

Ну почему в такие моменты из меня начинает выползать ехидство?! Нет, чтобы сказать что-нибудь уместное.

Быстрый взгляд, застывший в глазах вопрос, на который я отвечаю легкой улыбкой, убеждая в том, что ради того, чтобы закончить нашу игру я готова сделать все для спасения их жизней.

Короткий кивок, и Сэнар с Айласом вытаскивают тонкие стилеты из-за голенищ сапог, которые тут же прячутся за мягкой кожей моих. Туда же исчезает и оружие вернувшегося Кадинара.

А мои руки нежно ласкают кинжал, который можно было бы спутать с тем, что висит на моем поясе, если бы не отголосок совершенно иной магии, что доносится до меня.

Так вот ты какой, будущий Ялтар Дарианы!

Если отец похож на жгучий холод, на бьющий в лицо леденящий ветер, грозящий сбить с ног, то от клинка сына перед глазами встает морозная зимняя ночь, хрустящий снег и мерцающий вдали в ожидании позднего путника огонек.

И я, позволив Вилдору увидеть возникшие образы, закрепляю кинжал рядом с его подарком.

И тут же, со всей наивностью, на которую только могу быть способна, уточняю:

— А твой?

В ответ качает головой. Если бы не знала… могла и отстать, но уж больно интересно, как он будет выкручиваться.

— Кого угодно, но только не себя?

Коммандер фыркает, Сэнар отводит глаза, а Айлас… с напряжением следит за нашим разговором. Еще раз наводя меня на мысль, что он в планы своего друга-господина не посвящен.

— Его здесь нет. Если что, твой тер знает, где его найти.

Судя по тому, как в глазах Кадинара плещется веселье, об этом знает не только мой тер. Хорошо, что они не могут даже предположить, что об этом известно и мне. Просто потому, что эту тайну кроме них знал лишь Тинир. А он по их представлениям… находится где-то на границе Пустоты, замещая спасенную им душу Таси.

Вот ведь нагородили…

Впрочем, все это сейчас не имеет никакого значения. Да и с шуточками пора уже заканчивать.

— Что ты намерен сделать с Яланиром?

Это был отнюдь не праздный вопрос. Прежде чем ввязываться в эту историю, нужно хотя бы узнать о пределах своих полномочий.

— Живым он на Дариану не вернется. — Жестко и бескомпромиссно.

Можно было сказать и по-другому: планы меняются. Точнее, смещаются по времени. Надеюсь, на все остальное это никак не повлияет. Хотя… мы с Тиниром успели обговорить не только тот замысел, который могли считать идеальным. Так что с нашей стороны все было под контролем, но… уж больно хотелось дать Вилдору закончить свою историю, чтобы в последний момент все изменить.

— Тогда ты оставишь его мне. — Спокойно. Словно мы обсуждали не чью-то жизнь. Да только… я уже знала, что некоторые узлы можно развязать лишь ударом меча.

Похоже, мне опять удалось их удивить. Смотрят на меня так, будто я выведала всех их дарианские секреты.

— И за что Вы его так невзлюбили? — Осторожно, держа взглядом своего господина, уточнил Кадинар.

— Он отдал меня другому. — С интонацией оскорбленной стервы заметила я, усмешкой давая понять, что на все вопросы подобным тоном, он будет получать соответствующие ответы. И уже серьезно добавила. Вилдору. — За тобой и так тянется кровавый след. Не хочу, чтобы смерть одного сына затмила спасение другого.

В отличие от меня, его это нисколько не смущало. Но, тем не менее, он, соглашаясь, кивнул. Сочтя нужным предостеречь. Или… напугать.

— Он сильный воин. В честном бою тебе с ним будет сложно справиться.

Мне ничего не оставалось, как окинуть его внимательным взглядом, намекая на то, что мне удалось сегодня пролить кровь того, кого на Дариане считают лучшим. И, чтобы успокоить, убрав из голоса даже намек на легкомысленность, ответить:

— Значит бой не будет честным.

Удивляться тому, как спокойно он отнесся к моему заявлению — не стала. Уже догадываясь, что его согласие со мной ничего не значит. И он сделает все, чтобы избежать этого.

Ну а я… тоже умела настаивать на своем — эту смерть я возьму на себя. Ему хватило и отца, которого он хоть и ненавидел, но… тот не являлся достойным противником и не имел шансов выстоять против Вилдора. И именно это преследовало Ялтара все эти тысячи лет, заставляя сожалеть о том, что он не нашел иного способа взять власть.

— Пора. — Ничем не примечательное слово, ударило меня своей неотвратимостью. Как бы я не храбрилась, мне все еще не удавалось смириться с тем, что все начинается значительно раньше, чем предполагалась. Хотя я и понимала, сколько жизней это спасет. — Лера, активируй защиту и связь.

Я выполнила его приказ с той же четкостью, как мог сделать любой из его воинов. Убеждая в том, что готова ему подчиниться. И как только это сделала, перед нами вспыхнул четкий контур портала.

Кадинар покинул комнату первым, следом вступил в серый туман Вилдор, затем мимо проскользнул Айлас, Сэнар отступил в сторону, пропуская меня вперед и я едва успела ощутить движение воздуха, как мы оказались на той самой базе, которую мне позволили громить в ночь начала вторжения.

— Мой Ялтар.

Похоже, без Маргилу ничто на Дариане не обходится. И я могла бы выдать еще какую-нибудь экстравагантную мысль, если бы не тревога, что была в глазах моего родственника и которую он не счел нужным от меня скрыть.

Но мне не нужно было еще и этого подтверждения серьезности происходящего — я и сама все понимала. И если я позволяла себе язвительность, то лишь для того, чтобы спрятать за ней не страх — его не было, ту ответственность, которую я на себя взяла.

И теперь мне приходилось думать не только о будущем Лилеи, но и… о том мире, где враги сумели стать друзьями. Где видимое уступило место тому, что лишь ощущалось, но оказалось более реальным, чем то, что улавливал взгляд. И эта ответственность была мне по силам, но… была ли она мне по духу. И вот именно это мне и предстояло узнать.

В самом скором времени.

И оставалось верить, что Вилдор знает меня лучше, чем я сама, раз согласился втянуть меня в эту авантюру, которая даже при наших с ним способностях не выглядела уж столь безобидно, как мне бы хотелось.

Не стоило забывать, чья именно кровь течет в жилах Яланира.

— Портал на Лилею?

От тона, которым Вилдор задает свой вопрос, по моей коже бегут мурашки, а сердце сбивается со своего ритма. Боюсь, когда я посчитала, что знаю о Ялтаре все, очень сильно ошибалась. И он вполне способен преподносить сюрпризы.

И если внимательно вглядеться в глаза Маргилу, то не только мне.

— Вас ждут на стационарной базе. Талтар Яланир оповещен о том, что Вы прибудете. Но я не знал, что принцесса Д'Тар будет Вас сопровождать.

— Ее высочество решило сделать моему сыну подарок. — Я едва успела удержать метнувшуюся на лицо улыбку: двусмысленности умела произносить не только я. — Мне кажется, ему будет приятно встретиться с ней в такой день.

Мои чувства была обострены, щиты впитывали в себя все, что происходило вокруг. И это позволило мне уловить едва ощутимо всколыхнувшиеся эмоции Маргилу, который сумел по достоинству оценить скрытый смысл сказанного своим господином.

— Да благословит Вас Хаос! И да одарит Вас силой и мощью! — Застыл мой родственничек с воинском приветствии, уже через мгновение сделав шаг назад, пропуская нас к портальной площадке.

'Куда уж больше?!" — вырвалась у меня довольно четкая мысль, заставив Вилдора бросить на меня мрачный взгляд, в котором явно читалась обреченность, а Кадинара резко отвернуться, демонстрируя явную озабоченность чем-то.

'Еще одна выходка, и ты возвращаешься в свои покои', - и ведь знает, что остальная троица становится свидетелями нашей перепалки.

'Извини'. — С искренним раскаянием. — "Но ты не объяснил, что считаешь выходками'.

И напряженная тишина в "эфире'. Но я уже встаю рядом с Ялтаром на матовой площадке.

'Все, что вызовет у меня сомнения в том, что мне не придется беспокоиться еще и за твою жизнь'.

И вряд ли мои слова способны убедить его в том, что такой собранной, как сейчас, я еще никогда не была. И я оборачиваюсь к нему, пропуская его сквозь свои щиты. Глаза в глаза. Позволяя не только видеть и чувствовать — стать мною. Пусть на миг, пусть на один стук сердца, но ощутить, насколько я готова к тому, чтобы защитить каждую из тех жизней, что стали для меня значить не меньше, чем жизни моих друзей и близких.

Потому что сейчас судьба моего мира зависела не только от мужества воинов, что отдавали себя на защитных рубежах Лилеи, но и от того, получится ли у Вилдора закончить начатое. Сможет ли он… мы вернуть нового Ялтара на Дариану до того, как один брат попытается избавиться от другого.

И пусть даже нам удастся, в самом крайне случае, воскресить его душу, подарив ей новое тело, вряд ли Совет признает того, кто оказался слаб.

'Постарайся реально оценивать свои силы. И… не рискуй собой попусту'.

— Открыть портал.

Серый туман всколыхнулся, обдав ощущением пустоты, а яркая белизна стен ударила по глазам, заставив ощетиниться многослойными щитами.

— Приветствую моего Ялтара. — Яланир шагнул навстречу отцу и подойдя почти вплотную к портальной пластине застыл, склонив голову и отведя левую руку за спину. — И Вас, Ваше высочество.

Он протянул затянутую в черную перчатку руку, предлагая мне опереться на нее.

'Будь осторожна'.

'Только если ты мне пообещаешь то же', - фыркнула я мысленно, поймав отголосок неудовольствия Сэнара. Хорошо еще, комментировать не стал.

— Я рада, что Ялтар не отказал мне в этой просьбе. — Я чуть смущенно опустила ресницы и немного ослабила защиту, давая ему возможность ощутить легкое смятение и возбуждение. — Наша последняя встреча закончилась совершенно не так, как я на это рассчитывала.

'Если я не ошибаюсь, у вас это называется — флиртом?"

Очень точное замечание. И… весьма своевременное. Но я его игнорирую, делая вид, что полный не вполне искреннего интереса взгляд Яланира и его ладонь, слегка сжимающая мою, более привлекают меня, чем слова дарианского кошмара.

— Вы простите меня, Ваше высочество, если я позволю себе бестактность оставить Вас. Воинские заботы.

'Мне его простить?" — Нежно улыбаясь Яланиру и нехотя вытягивая свою ладонь из его, уточнила я у Вилдора.

Стараясь не обращать внимания, как меня обдает холодом: кто-то начинает считать мою легкомысленность опасной. Все-таки в отношении женщин у него предубеждения. Или… он действительно беспокоится за меня.

И это могло оказаться приятным, если бы он вспомнил, что из всех образов, в которых я могла сейчас предстать, единственным правильным был образ воина. Которым я сейчас и была.

И тень сожаления, которую он должен был ощутить, сделала больше, чем все уговоры.

'Помни, что мы — рядом'.

— Конечно, Талтар Яланир. Но только в том случае, если Вы пообещаете показать мне базу.

И вновь улыбка. Для него. В которой нет ответов — лишь обещания.

— Как только доложу Ялтару о наших успехах. — Он склонил голову, но лишь после того, как дал понять взглядом, что ощутил то, о чем говорили ему мои губы. — Прошу простить, отец. Долг гостеприимства.

И он уже рядом с Вилдором. И в нем больше нет той притягательности, что была мгновение назад. И это хищник, готовый бороться за свое право. Даже с тем, кого называет отцом.

Вот только то, что происходит дальше, удивляет даже меня.

Или… моя идея оказалась весьма удачной.

— Я тебе дал шанс бросить мне вызов и ты не сумел его использовать. — Так тихо, что я слышу лишь потому, что мы все связаны мысленной связью. — Эта женщина принадлежит и будет принадлежать только мне. И если мне придется для этого убить тебя — я это сделаю.

Я стараюсь даже не поднимать глаз. Напряжение вокруг этих двоих сворачивается в жгуты, выдавая невидимый бой, который они ведут друг с другом. И причина, которую они для этого нашли, бесконечно далека от той, ради которой мы оказались здесь.

И это была наша первая, крошечная, но… победа.

— Я никогда не преступлю волю моего Ялтара. — Шаг назад и не поклон — лишь намек на него.

И это больше, чем признание. В том, что он именно это и сделает.

Это — тот самый вызов, в котором уже нет предположений, а есть только уверенность.

— Я хочу видеть Закираля. — И от той властности, которая исходит в этот момент от Вилдора не только мне хочется с благоговением опуститься на колено.

И восторг, с которым на него смотрят присутствующие в зале воины, уж больно похож на преклонение перед божеством.

— Может, я сначала расскажу, как мне это удалось?

Если бы я не знала о том, кого именно скрывает под этой маской Вилдор, вполне могла признать, что они друг друга стоят. Но… их цели были слишком разными, чтобы я разрешила себе их сравнивать. И если одному нужна была власть, чтобы идти вперед, то другому… иметь то, что сейчас принадлежало его отцу.

— Мне это известно.

А вот это уже было интересно. Но я не рискнула неосторожной мыслью вклиниться в то противостояние, что разворачивалось перед моим взором.

— Ты знал о том, что я собираюсь его захватить? — Он все-таки не сдержал этого вопроса.

А я вздохнула с облегчением. Ялтар великолепно вел свою роль.

— Где сейчас его сыновья?

'Лера, попробуй вскрыть его защиту'. — Хоть и звучит, как просьба, но это — приказ. Который нельзя не выполнить.

Вот только кое-кто с этим опоздал.

'Уже. Пока мило с ним заигрывала. Что тебя интересует?" — Мои успехи Вилдора нисколько не удивили. Надеюсь, именно так дальше и будет продолжаться.

'Насколько он будет искренен в своем ответе'. — И даже в его мыслях звучит металл, вызывая желание вытянуться, олицетворяя собой готовность сделать все, что он скажет.

Если у нас все получится — надо будет взять парочку уроков.

'Поняла'.

— Здесь, на базе.

И пусть Яланир пытается казаться бесстрастным, я очень хорошо ощущаю сомнения, которые он испытывает. Осведомленность отца явно не входила в его планы. А последний вопрос Вилдора почти убедил Талтара в этом.

'Они здесь. Но уж больно он спокоен по их поводу'.

'Я почти уверен, что мы их найдем там же, где и Закираля'.

'Камеры в подземельях. С магической защитой', - это уже голос Сэнара.

И то, что он говорит, меня настораживает.

'Тогда из магов у нас остается только двое. Ты — Лера и Сэнар'.

И вот теперь я удовлетворенно фыркаю: не зря я сделала из своего тера повелителя стихий. А судя по тому, что перед его именем стояло мое, на присутствие Равновесия защита камер не рассчитана.

'Тебя блокирует полностью?"

Не думаю, что я ошибусь с его ответом. Потому что он не похож на того, кто сунет голову в петлю не озаботившись тем, чтобы веревка была вовремя перерезана.

И в тех эмоциях, что доносит до меня с той стороны, где он стоит — обещание развлечения. С весьма серьезными последствиями для тех, кто вовремя не осознает и не раскается.


Глава 19 | Покер для даймонов. Тетралогия | Глава 21