home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 8

Не доверяя Матвею, взяла котенка с собой, устроив его на полотенце, пока валялась в ванне, отскребая с кожи пыль и вымывая из волос песок. Вот только немного нервировал взгляд пушистика, не сводящего с меня глаз.

— Пушистик, ты извращенец?

Хм, закрыл глаза и спрятал мордочку в лапах.

— Сладки-и-ий!

— Что?

Заразившись от Матвея паранойей, дверь в ванну я не закрывала, всегда оставляя слегка приоткрытой.

— А эти обезьяны разумны? Кстати, как они называются?

— Оринги. Нет, не больше, чем кошки.

— Он на меня пялится. — пожаловавшись, услышала лишь ироничный смешок. Ага, очень смешно.

— Может, он есть хочет?

— А у нас есть, чем его покормить?

— Есть фрукты.

— Ага… — домывшись уже более споро, завернулась в полотенце и предоставила ванну своему всё ещё грязному сожителю. — Всё, иди, я пока пушистика покормлю.

— Выкинула бы лучше…

— Почему ты не любишь животных? Они тебя тоже предали?

— Нет, не успели. А за что их любить? Разносчики заразы и паразитов. Какая от них польза?

— Эстетическая и нервоуспокоительная. — нравоучительно подняв палец, плюхнулась на диван и начала наглаживать пушистика по спине и за ушком. — А заразу и паразитов очень просто вывести. — взгляд ему в спину и уже тише. — Хотя не всех…

— Я всё слышу.

— Ну и ладно. — фыркнув, нашла взглядом вазу с фруктами и стянув оттуда банан с виноградом, предложила угощение пушистику. Хм, не хочет… — Ты не голодный? А чего тогда? Просто испугался?

— Да, кстати, спать он будет в гостиной. Даже не вздумай утащить его в постель.

— Жлоб. — нахмурившись, сама перебирала шерсть пушистика, расслаблено прикрыв глаза. Время было уже позднее, так что скорее всего эти минуты будут последними. Если шторм закончится к утру, то завтра он точно выкинет его из номера. Спинка, ушки, подбородочек, пузико… хм… это… что?

Снова проведя пальцами по странной выпуклости на животе пушистика, в итоге открыла глаза и с уже большим интересом посмотрела на занервничавшего зверька. Какая-то монетка.

— А ну-ка дай свое пузико, малыш. — крепко перехватив попытавшегося спрыгнуть с колен зверька, почти перевернула его на спину, как он…

Начал расти прямо у меня в руках.

С нервным визгом отбросив от себя животное, довольно быстро начавшее превращаться в зубастого и шипастого монстра, успела лишь перепрыгнуть за диван, когда шипы дали первый залп.

Да что за жизнь-то??!

— Гр-р-р… — низкое угрожающее рычание раздалось так близко, что я закусила губу. Пытаться справиться с ним бэлтами бесполезно, не успею я и пикнуть, как буду нашпигована иглами.

— Что опять? — Матвейка, сообразивший, что я сама так низко рычать не умею, настороженно поинтересовался из ванной.

— Он стал двухметровым дикобразом и швыряется иглами!

— Идиотизм! Жива?

— Пока да…

— Гр-р-р…

Рычание раздалось совсем близко, а затем тряхнуло диван, словно он на него запры…

Я почти успела.

Встретившись взглядом с монстром, смотрящим на меня сверху вниз, ведь он был на диване, а я на полу в узкой щели между диваном и стеной, моргнула… и он окаменел, успев выстрелить лишь тремя иглами, одна из которых вошла глубоко в плечо, а вторая, оцарапав щеку, воткнулась в стену. Третья же запуталась в моих волосах, лишь чудом не сняв скальп.

— Ма… Матве-е-ей…

— А?

— Выходи-и-и…

— Убила?

— СВОЛОЧЬ! — рявкнув, взвыла от того, какой болью прострелило плечо. — У-у-у!!! Он меня рани-и-ил!!!

— А я говорил, что животные зло…

— Демоны — ещё большее зло!

— Мы хоть полезными иногда бываем. — наконец выйдя из ванной в одном полотенце, обернутом вокруг бедер, мужчина нашел взглядом нашу живописную композицию и скептично хмыкнул. — Пушистик, говоришь?

— Он неправильный пушистик. Ты мне поможешь или нет??!

— А надо?

— Вообще-то я ранена! А если он ядовитый?

— Если бы он был ядовитый, ты бы не орала, а плевалась бы пеной и корчилась в конвульсиях.

— Фу… — наконец выползя на карачках из щели, обернулась, чтобы оценить масштаб разрушений. Ого… если бы инстинкты не приказали мне сигануть за укрытие, то я бы уже была игольницей. Кстати, об иглах. — Выдерни, а?

— А сама?

— Ты чем дальше, тем хуже. Ну что, сложно помочь?

— А если в следующий раз меня не будет рядом? Так и будешь ходить с шипом в ране?

— В смысле в следующий раз? Уже спланирован следующий раз? — не дождавшись помощи и в итоге выдернув десятисантиметровую иглу сама, зашипела от боли, и тут же поторопилась в ванную, чтобы промыть рану. — Матвей!

— Ну, ты же ещё жива…

Идиотизм.

Уже выходя из ванной, почувствовала, как защипало глаза и как загудела голова. Здравствуй, откат. На этот раз полегче, но всё равно приятного мало…

— Так, в течение ночи чтобы спасал от всех страждущих, понял? — не удержавшись и мелочно отпихнув его в дверях спальни с дороги, поторопилась в постель. Лёжа будет легче. Ещё бы компрессик…


— Сомневаюсь, что они будут. — не торопясь ложиться спать, Матвей с некоторым недоумением рассматривал каменную скульптуру на диване. Вот так пушистик. Это уже магия… кому же она ТАК мешает?


Ясным солнечным утром о вечернем происшествии напоминали лишь крохотные дырочки в диване, да мои красные глаза.

— А где труп?

— Утилизирован.

— А… а что так?

— Ты хочешь, чтобы все узнали, что ты не только кхаа-шарг?

Хм, логично. Что-то я с утра, кажется, ещё не проснулась… Блин, как глаза болят…

В итоге первым делом я настояла на том, чтобы мы зашли к оборотню и выклянчила у странно задумчивого Совершенства травяной сбор, снимающий воспаление с глаз. О-о-о… теперь можно жить! Заварив его в кружке благодаря чайнику, находящемуся в номере, блаженно растеклась по креслу. Никаких к чертям пушистиков! Никуда сегодня не пойду!

— Массаж.

— У-у-у! — обломщик светло-синий! — Давай сегодня выходной, а?

— С чего бы?

— Я ранена.

— Ерунда.

— У меня глаза болят!

— Так не на глаза же массаж.

— Тогда неси! Сама не пойду.

— Лентяйка… — хмыкнув, всё-таки поднял и понёс. Причем не как всегда, бэлтами, а на руках.

Хм? Чего это? Очередной коварный план, да? Когда же это уже всё закончится, а?

До лечебного корпуса мы не дошли совсем немного, как меня… уронили. Не успев не то, что возмутиться, а даже испугаться, содрала с глаз компресс и поняла, что на нас напали. СНОВА!

Матвей дрался с тремя нападающими на него мужчинами кхаа-шарг, причем довольно успешно отражая их атаки и отбивая все их попытки приблизиться ко мне на расстояние удара. Да, это уже перебор! Да, сколько можно-то??! Вчера только было!

Зло прищурившись, поняла, что сейчас можно опробовать второй пункт наследия мамочки, объединив его с бэлтами папочки. Скукожившись на траве, вонзила пальцы в землю. Ещё… ещё… где же… да!


Земля взбесилась. Сначала едва ощутимая дрожь, но он даже не придал ей значения, а потом… Ближайшего сначала окутали, а затем пронзили насквозь аж четыре черно-розовых бэлты, выросшие прямо из под земли, когда как двум другим досталось по три. Но и их было достаточно. Не ожидая нападения снизу, убийцы оказались не готовы к отражению атаки и всё завершилось в считанные секунды. Она не дала им шанса, заострив концы бэлт и вогнав их в сердца, шеи и солнечные сплетения.

Замерев в некотором ступоре, заторможено обернулся, отметив её неестественную бледность и руки, ушедшие в землю едва ли не до локтя.

— Я же предлагала сделать выходной, почему ты такой вредный? — тусклая улыбка, а затем усталый вздох и наполовину обескровленные тела за его спиной падают на землю, а она медленно вынимает грязные руки из земли. — Черт, опять крови нажрались… учти, меня сейчас опять будет тошни…


Меня опять тошнило. Не так, как в прошлый раз, но всё равно было паршиво. Кажется, я всё-таки не смогу питаться кровью… дурные бэлты! Я же не приказывала! Почему против моей воли?! А если жрете, то почему не перевариваете???

— Ну, всё-всё… зачем пьешь, если такой слабый желудок? — сидя рядом, Матвей контролировал, чтобы я не испачкалась и не упала в обморок.

— Они сами… бэ-э-э…

— Да? Тогда усилим контроль.

— Противный… бэ-э-э…

— Уже не сладкий?

— Сладкое тоже может вызывать рвотный рефлекс…

— Согласен. — хмыкнув, дождался, когда судороги начнут утихать и легко поднял, зашагав в сторону лечебного корпуса. — Так, давай, успокаивайся. Мы же не хотим, чтобы об этом инциденте узнал обслуживающий персонал?

— Трупы-то есть.

— А при чем тут мы?

Действительно. А то так не понятно, да? Мне кажется, мы тут единственные проблемные постояльцы. Ещё удивительно, что до сих пор ни одного свидетеля не бы…

— А-А-А!

О, а вот и свидетели.

Равнодушно слушая, как позади нас кто-то кричит и зовет охрану и администрацию, угрюмо ухмылялась подлой мыслишке. Не одна я нервы трачу.

Господи, в кого я превращаюсь???


За следующие две недели случилось еще пять покушений, но каждый раз мы выходили победителями, отделываясь лишь незначительными травмами вроде синяков и ссадин, когда как для нападающих всё заканчивалось смертью. Это уже напрягало. Это — я про частоту и упорство неизвестного злодея, желающего уничтожить меня любыми силами. Два раза было силовое нападение мужчин кхаа-шарг, раз в наш номер подкинули несколько ядовитых змей, пока нас не было, ещё раз меня едва не утащило в море неизвестное нечто, но я сумела от него избавиться, снова превратив в камень и оно ушло на дно, правда едва не утянув меня туда же, а последний раз, то есть сегодня вечером, на меня напала… эльфийка.

Уже лежа в кровати, я вспоминала её абсолютно безумный взгляд. Её или опоили, или укололи это однозначно. Матвей не убил её, лишь оглушив пощечиной, но когда к нам подбежали другие отдыхающие, на глазах которых эльфийка попыталась перегрызть мне горло, она была уже мертва. Бурая пена, потоком хлынувшая у неё изо рта, не оставляла сомнений — девушка умерла от интоксикации.

Бред… Разве моя жизнь стоит того, что умерло уже больше двух десятков существ? Зачем? Ведь это делает меня лишь злее, лишь безжалостнее и беспощаднее.

Страшная мысль промелькнула и… не пропала. Отец? Мог ли стоять за всеми этими покушениями мой собственный отец? Только лишь ради того, чтобы я стала полноценной кхаа-шарг?

— Матвей. — зная, что он не спит, повернула голову к нему и посмотрела четко в глаза.

— Что?

— Кто хочет моей смерти?

— С чего такой интерес на ночь глядя? Раньше тебя это как-то не волновало.

— Волновало, но было мало данных. Ты ведь даже не пытался допросить ни одного из них. Значит, ты что-то знаешь, верно?

— Верно. Во-первых, они все без исключения были профессионалами и не ответили бы на этот вопрос. Во-вторых, у нас уже есть подтверждения как минимум об одной кандидатуре.

Подтверждения… об одной…

Прищурившись, не могла понять, почему меня так царапнула эта фраза. А через несколько минут обескуражено уточнила:

— У меня не один враг?

— Да. — мимолетно усмехнувшись, продолжил: — Ты заметила, что покушения отличаются по стилю исполнения и времени? Перерыв, а потом два-три почти одновременно? Только физические, условно-магические и комбинированные?

— Да… — хмуро протянув, сморщилась и потерла лоб. — Ну и кто этот первый смертник? Он ещё жив? Или папочка его уже того?

— Твой кузен. Ещё жив. Но думаю, ненадолго.

— Кузен? А ему я чем не угодила?

— Своим существованием, конечно. Ты единственная наследница графа, кроме тебя у него больше нет детей и судя по тенденции, и не будет.

— Что за тенденция?

— Твоя мать оставила подарок не только тебе. Граф бесплоден.

— О, господи! — шокировано округлив глаза, надолго припухла, но мыслей было слишком много, да и этот вопрос до конца мы не прояснили. — И что? Кузену-то я чем не угодила?

— Если к своему семидесяти пятилетию граф не представит двору достойного наследника, то на первом же балу Самой Длинной Ночи будет объявлено, что всё его состояние, земли и прочее имущество переходит наследнику второго поколения, то есть старшему сыну его брата.

— Чушь какая… — заторможено прошептав, снова притихла, но опять же не до конца. — Нет, а раньше? Почему он не удавил меня раньше? Во младенчестве, например? В садике? В школе?

— О тебе никто не знал. Двор узнал о тебе лишь после того, как было совершено первое покушение, и Аркадо вынудил Нертаса, своего брата, сдать кровь на переливание. Это Нертас объявил всем, что у Аркадо всё-таки есть наследник.

Дядя. У меня всё-таки есть дядя. И почему я не рада? Но… стоп.

— Значит, Лучана послал кто-то другой?

— Верно. И этот кто-то другой действует уже более изощренно и осторожно.

— Значит, этот кто-то другой знал обо мне? Кто знал обо мне? Матвей!

— Круг довольно узок, но даже среди них сложно определить того, кто так заинтересован в твоей смерти. По идее никто…

— Ты лжешь. Я чувствую, что ты лжешь. Ты уже знаешь.

— У меня нет доказательств. — не став увиливать, телохранитель упрямо поджал губы. — И пока их нет, я не имею права обвинять голословно. Он слишком значимая фигура в Империи.

— Не обвиняй. Просто скажи. — мне тоже не занимать упрямства, сладенький. Гены…

— Рано.

— А поздно не будет?

— Не будет. — ухмыльнувшись лишь уголком губ, он закрыл глаза, словно тем самым обрубая разговор. — Спи. Завтра кстати едем домой…

Спи? После всего сказанного??? Садист!

Попыхтев, даже взрыкнула, но он не потрудился хоть как-то отреагировать. В итоге я уснула. Не сразу, конечно, ещё наверное с час обмусоливая полученные данные то с одной, то с другой стороны и всё не находя логики. До семидесяти пятилетия папы ещё больше полутора лет, ведь если он не солгал с датой рождения, то сейчас ему семьдесят три с половиной. И что? Покушения будут продолжаться ещё полтора года??? Да у них наёмники кончатся!

Нет, что-то тут не так…


Утро прошло буднично и без эксцессов. Мы позавтракали, собрали в спортивную сумку свои невеликие пожитки и спустившись вниз…

— Привет.

Рассматривая приехавшего за нами отца, отстраненно отметила, что теперь вижу его в совершенно ином свете. Не как любимого папочку, а как мужчину, из-за которого умерли слишком многие. Я им больше не восхищалась. Я ему больше не верила. Но самое главное — я его больше не боялась.

— Здравствуй, дочка. — немного насторожено рассматривая меня в ответ, кажется, чему-то удивлялся. — Ты изменилась…

— Да, Матвей постарался. — безразлично пожав плечами, смотрела в его глаза и видела в них только ложь и ничего больше. — Зачем ты приехал? Мы бы вполне добрались до дома сами.

— Мы поедем не домой. Необходимо посетить иное место…

— О? И какое?

— Очень важное. — махнув рукой Матвею, чтобы мы следовали за ним, судя по всему, отвечать не собирался.

Опять. А я уже успела подзабыть, как это бывает.

— Сёма, привет. — с трудом припоминая своё обычное поведение, когда была приветливой и улыбчивой, ничего не знающей человечкой, отметила, как брови нашего водителя удивленно взлетели вверх. — Что?

Быстрый взгляд на хмурого отца и ненатуральная улыбка мне.

— Здравствуйте, Арина. Прекрасно выглядите, отдых пошел вам на пользу.

О, да… ты не поверишь насколько. Не подав вида, насколько он неправдоподобен, послушно села на заднее сиденье. Отец устроился рядом, оставив переднее место Матвею.

Провожая безразличным и немного ленивым взглядом удаляющееся здание отеля, совершенно не грустила по тому, что мы его покидаем. Слишком много неприятных воспоминаний будет связано с ним…

Отметив момент, когда машину тряхнуло, что означало момент перехода, уже более внимательно всмотрелась в окружающую действительность. Пока ничего не понятно. Обычная дорога. Вот только что это… там, впереди?

— Па-а-ап?

— Потерпи. Приедем, узнаешь. — недовольно отмахнувшись от моего требовательного тона, папочка выглядел напряженным.

— Надеюсь, ты меня не убивать везешь? — раздраженно буркнув, отметила, как он тут же негодующе вскинулся. Ну ладно, успокоил.

— Ты что говоришь?!

— Что думаю. — отрезав, недовольно сузила глаза. Матвей научил меня многому… и это многое теперь заставляет меня вести себя именно так. Требовательно. С вызовом. — Что ты придумал на этот раз?

— Прекрати. — моментально потемнев взглядом, отец недовольно посмотрел на Матвея, словно именно он был виноват в моем испортившемся характере.

Вообще-то именно так. Но именно с твоей подачи, папочка. Верно?

Ехали мы ещё минут десять, причем чем ближе подъезжая к неопознанному строению, тем больше становилось понятнее, что мы не на Земле. Мы проезжали поля с пшеницей. Мы проезжали пастбища с овцами… С овцами, которые не были овцами. Так я их окрестила только потому, что они были с длинной кучерявой шерстью и рогами. Но в отличие от овец у них были хоботы, как у слонов, да и рога были неправильные — ветвистые, как у лосей.

Дурдом.

Ещё минут десять и мы въехали на территорию замка… мда. Дом, родной дом? Вот только не чувствую я его родным.

Без интереса рассматривая, как суетятся многочисленные жители поселка, расположенного непосредственно перед замком, отметила среди них тех, кто был одет в униформу прислуги и в униформу охраны. Но были среди них и те, кто не попадал под эти две легкоузнаваемые категории. Допустим, вот этот мужчина, вышедший нас встречать и очень сильно похожий на папу, но чуть помельче… Дядя, я так понимаю?

— Наконец-то. — крепко обняв отца, незнакомец попытался шагнуть ко мне, но я тут же недовольно нахмурилась, чуть подавшись назад, и он застыл. — Арина?

— Здравствуйте. — нисколько не комплексуя, что одета неподобающе, а именно в шорты и футболку, когда как немногочисленные женщины все как одна в длинных платьях, даже и не подумала улыбнуться. — Не надо меня обнимать, не люблю. Но вот представиться будет неплохим вариантом.

— Один в один мать… — оценивающе пройдясь по мне взглядом, в итоге чему-то кивнул. — Да, точная копия.

Ну и чему ты радуешься? В этом точно твоей заслуги нет.

— Позволь представиться, Нертас Иберриан, младший брат твоего отца и твой дядя.

Кивнув, что услышала, не смогла сказать «приятно познакомиться». Неприятно. А поздороваться я уже поздоровалась.

— Пап? Мы тут надолго? — мы уже вошли в сам замок, произведший на меня довольно угрюмое впечатление своим псевдоготическим стилем, и шли вглубь, продвигаясь всё дальше и дальше, а меня всё не оставляло неприятное предчувствие чего-то нехорошего.

— Если тебя интересует, вернемся ли мы на Землю в ближайшее время, то нет. Не вернемся.

— Почему? — ну вот и подтвердилось мое предчувствие. Интересно, а отсюда сильно сложно сбежать?

— Наш мир здесь. Там мы жили только потому, что ты была слаба. Теперь всё изменилось.

И снова ему плевать на то, что хочу я.

Стиснув зубы, чтобы не огрызнуться и не выйти на открытое противостояние, по итогам которого меня запрут либо в башне, либо в подвале (тут он точно есть, я уверена), послушно дошла до места, которое мне обозначили, как мои покои. Третий этаж южного крыла, состоящий из десятка комнат. Ну и зачем они мне? А самое главное — надолго ли?

И кстати! Кузен ещё на свободе, м?


— Ты будешь жить со мной? — отец ушел, но Матвей остался, поэтому и спросила, немного недоумевая.

— Пока да, ведь срок контракта ещё не истек. Но не в одной комнате, не переживай. — недолго постояв в дверях, но посторонившись, когда чуть ли не толпой начали заходить служанки и слуги под руководством мадамы в возрасте, махнул рукой в сторону. — У нас смежные спальни. Если что, кричи.

Угу. Помню я его «кричи». Придет только, чтобы трупы утилизировать. Эх… Кстати, а что это папочка самоустранился? А объяснить, что и как? И чего это они на меня так выжидающе смотрят?

— Здравствуйте, госпожа Арина. — чуть шагнув вперед, представительная и широкая мадама провозгласила: — Меня зовут мисти Корденса и я главная экономка замка. Господин граф оповестил нас о том, что вы прибудете издалека и можете не знать элементарных правил и вещей, так что я взяла на себя смелость кое-что подготовить для вас.

Отстраненно отмечая, что речь мне неизвестна, и её я понимаю только благодаря клипсе переводчика, с которым за этот месяц уже сроднилась, слушала дальше. Пока терпимо, пусть вещает.

— Итак, юной леди вашего высокого статуса положены две личные горничные. Я отобрала самых проворных и смышленых, — взмах рукой и две девочки лет пятнадцати делают шаг вперед, услужливо приседая в книксене. — Натси и Грети. В их обязанности будет входить контроль за вашей одеждой, питанием, помощь в одевании, купании, уборка в покоях и конечно выполнение мелких поручений.

Кивнула. Средневековье… махровое средневековье…

— Кроме того, по словам графа, у вас совершенно нет одежды, что я вижу сама. — позволив себе лишь секунду на то, чтобы недовольно поджать губы и окинуть меня пронзительным взглядом, мадам, сама одетая в темно-серое платье шестидесятого размера, продолжила. — В вашем распоряжении будут две швеи и одна белошвейка, они истинные профессионалы своего дела, так что ваш гардероб мы укомплектуем в кратчайшие сроки…

Она всё говорила и говорила, расписывая план мероприятий на ближайшие чуть ли не годы, представив мне и учителя танцев и этикета, и преподавателя письменности, и много ещё кого.

Психануть что ли? Вообще-то мне уже далеко не четырнадцать и даже не семнадцать, когда я с восторгом смотрела на мир и с энтузиазмом внимала всему новому и необычному. Да, мне всего девятнадцать, но за последних два месяца я повзрослела на годы. Они сделали всё, чтобы я повзрослела.

— Мисти Корденса, я очень рада, что вы такая ответственная и предприимчивая женщина. — постаравшись улыбнуться как можно непринужденнее, кивком поблагодарила её и всех присутствующих за внимание. — Мы обязательно обсудим с вами план обучения, но немного позже. Сейчас же я хочу немного отдохнуть с дороги и осмотреться. Единственное, что на текущий момент мне действительно необходимо, так это одежда, в этом я с вами целиком и полностью согласна. Может быть отпустим всех и приступим непосредственно к обсуждению необходимого и снятию мерок?

Сказала и сама очумела от своего высокого слога. Оказывается, я и так умею.

Кстати мадаме моя речь понравилась, да и остальные выглядели вполне приветливо, тут же откланявшись и оставив нас вшестером. Мои горничные, мадама, видимо как самая заинтересованная и две женщины лет тридцати, обозначенные ею, как швеи и непосредственно я сама.

Ну, что? Будем делать из меня наследницу?

Лишь бы не насмерть…


Глава 7 | Ленточки для Стихии (СИ) | Глава 9