home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава XX

Всего нас было семеро, более чем достаточно для одного купе, поэтому мы поехали не вместе. Милорд щедро приобрел билеты в первый класс для всей нашей компании, но полковник заплатил за жандармов. Он отказался ехать в одном вагоне с благородным графом, откровенно и без малейших зазрений совести заявив, что предпочитает нашей компании общество честных старых солдат. Л’Эшель, все еще сохранявший нейтралитет, как мне показалось, примкнул к полковнику.

Приехав в Экс-ле-Бен, мы нашли омнибус, выполняющий service de la ville[45], но полковник отказался садиться на него и заявил, что пойдет пешком. Он, похоже, не испытывал ни малейшего унижения от того, что шел по улицам, как арестант, между двумя жандармами. Он сказал, что для него это честь. Ему явно хотелось обернуть происходящее в фарс, и многие прохожие хохотали при виде этого хорошо одетого джентльмена в залихватски сдвинутой набекрень шляпе, который шагал, уперев одну руку в бок, а второй фамильярно держа сержанта под локоть.

Он встретил и нескольких друзей, среди которых был один господин, весьма напоминающий его самого развязностью и высокомерием. Он приветствовал его, когда мы проходили угол площади рядом с «Отель д’Экс».

– Эй! Бэзил, мой мальчик! – воскликнул незнакомец. – Тебя замели? В полицию тащат? Что ты натворил? Ограбил церковь?

– Идем с нами, скоро узнаешь. Нет, правда, идем. Ты мне можешь понадобиться. Меня сейчас потащат к судье, и ты мне будешь нужен, чтобы засвидетельствовать мою личность.

– Конечно. Тут еще есть наши: Джек Тиррелл, Бобус Смит… Все из «Марса и Нептуна». Если нужно, они все поручатся. Куда нам идти?

– В mairie, ратушу, – ответил полковник, уточнив у своих конвоиров. – У меня там встреча с мсье комиссаром и достопочтенным графом Блэкаддером.

– А, этот благородный господин? А что с ним? Что он тебе сделал или ты ему?

– Я всего лишь ударил его по голове, вот и все.

– Значит, он это заслужил. Но Чарли Форрестер будет доволен. Счастливо оставаться, скоро увидимся. Я приведу всех, кого найду на улице и в гостиницах.

Наша процессия двинулась дальше, впереди полковник с жандармами, за ними мы с Тайлером и в конце л’Эшель.

Милорд уже ждал нас. Он уехал вперед на фиакре и теперь стоял сам у входа в полицейский участок, расположенный на первом этаже «Отель де Вилль», красивого старого серокаменного здания, обращенного фасадом к Establissement Thermale, знаменитым источникам, которые и дали этому городу название Экс-ле-Бен[46].

– Сюда? – спросил милорд и, коротко махнув рукой, хотел войти первым, но жандармы довольно грубо оттолкнули его и пропустили вперед задержанного.

Однако, когда мсье комиссар, сидевший там напротив своего greffier[47], встал и сдержанно поклонился, осведомившись о цели нашего прихода, милорд вышел вперед и вежливым голосом начал на неплохом французском:

– Я – потерпевшая сторона и требую наказать обидчика. Я требую правосудия… у вас.

– Pardon, monsieur, je vous prie[48]. Для таких случаев существует определенный порядок, и позвольте вас заверить, во Франции правосудие превыше всего. Не нужно требовать его таким тоном.

Комиссар, человек степенный, держался крайне официально и напыщенно – обычное дело для французских государственных чинов, особенно низшего ранга. На нем был черный костюм, над тугим белым воротничком с обязательным для французских официальных лиц белым галстуком громоздилось непроницаемое лицо.

– Позвольте спросить… – сухо произнес он.

– Я сейчас все объясню, – торопливо начал милорд.

– Подождите, мсье, я хочу услышать объяснения не от вас. Это обязанность присутствующих здесь представителей закона, которые, я уверен, готовы доложить. Слушаю вас, сержант.

– Но вы должны выслушать меня, мсье комиссар. Я требую, чтобы вы это сделали. Этот человек, – он указал пальцем на полковника, – напал на меня. Я лорд Блэкаддер, английский пэр, и имею право требовать к себе внимания.

– Каждый человек, даже самый бедный и низкий, имеет на это право в республиканской Франции. Вам будет уделено все необходимое внимание, но только тогда, когда я посчитаю нужным. Сначала я должен выслушать своих людей. Продолжайте, сержант.

– Протестую, – настойчиво воскликнул милорд. – Вы обязаны выслушать меня. Я буду жаловаться вашему начальству… Я поставлю в известность британского посла. Вы хоть понимаете, кто я?

– Вы – человек с неуправляемым темпераментом и ведете себя непозволительно. Я прошу вас держать себя в руках и уважать convenance[49], в противном случае я буду вынужден указать вам на дверь.

– Я не позволю себе затыкать рот. Я буду говорить, я… я…

– Успокойтесь, мсье. Я еще раз прошу вас сменить тон и проявить уважение к моему чину. – С этими словами комиссар выдвинул ящик стола, достал трехцветный кушак, медленно обвязался им и снова вопросительно обратился к сержанту.

– Не произошло ничего серьезного, мсье комиссар, – заявил вероломный жандарм. – Обычная потасовка. Один удар, возможно, удар в ответ, обычная rixe[50].

– Между двумя порядочными людьми? Fi donc![51] Да обычные voyous, r^odeurs de barri`ere[52] не повели бы себя так. Это не по-французски. Мужчины чести здесь выясняют отношения иначе. Они не приходят в police correctionnelle[53].

– Только не подумайте, что это была моя идея! – вмешался в разговор полковник с присущей ему несдержанностью. – Я предлагал лорду Блэкаддеру решить наш спор по-джентльменски, и я готов встретиться с ним, когда и где он сам захочет.

– Нет, сударь, дуэли противоречат нашим законам. Но я хочу посоветовать вам выяснять отношения где-нибудь в другом месте и не занимать мое время.

– Это неслыханно! – возопил милорд, теряя терпение. – Вы не выполняете свои обязанности, мсье комиссар, и это нельзя терпеть.

– Я перед вами не отвечаю, сударь, и действия свои объясню `a qui de droit[54], тем, кто имеет право задавать мне вопросы. Дело закрыто. Жандармы, отпустите задержанного. Попрошу всех освободить помещение.

Мы всей компанией вышли на площадь, где уже собралась довольно большая группа людей, по-видимому, друзей полковника, потому что, как только он появился, они громогласно приветствовали его.

– Заключенный покинул суд с незапятнанной репутацией, – закричал полковник в ответ на посыпавшиеся со всех сторон шумные вопросы.

– Но что произошло? Почему вас задержали? – не унимались они.

– Спросите у этого господина, лорда Блэкаддера. Возможно, кто-то из вас знает его. Во всяком случае, вы о нем слышали. Мы с ним разошлись во мнениях, и мне пришлось его наказать.

Ту же посыпались грубоватые шуточки:

– Познакомьте меня с его светлостью, – сказал кто-то.

– Ваша светлость надолго в Экс? Мы вам никак не пригодимся?

– Не обижайтесь на Бэзила Эннсли, он такой выдумщик.

– Надеюсь, он вас не сильно помял? Он не хотел, правда!

По лицу графа я видел, что он с трудом сдерживает ярость. Потом, процедив что-то насчет «хамов» и «сброда», он протолкался сквозь толпу и зашагал прочь, крикнув нам последнее указание присоединиться к нему как можно раньше в гостинице «Откомб» на холме.

Мы быстро последовали за ним, и нас сразу же провели в его частные апартаменты. Было крайне необходимо обсудить и принять какой-нибудь план действий. Однако, когда я спросил у него, что он предлагает делать дальше, мой безобидный вопрос был встречен ураганом брани и упреков.

– Вы жалкие, бездарные идиоты! Я что, должен рассказывать вам, что нужно делать? За что я вам плачу? И правда! Вы не сделали ничего полезного, напротив, это по вашей милости я оказался в унизительном положении и стал всеобщим посмешищем. А ко всему этому вы еще и провалили дело. Я послал вас найти моего ребенка, а что сделали вы? Где эта гнусная женщина, которая выкрала его у вас из-под носа? Мерзавцы! Растяпы! Болваны! Безмозглые ослы!

– Прошу прощения, милорд, – кротко вставил Тайлер, ибо, признаюсь, я после подобного совершенно незаслуженного выговора не мог бы говорить вежливо, – но я могу заверить вашу светлость, что очень скоро все наладится. Поверьте, положение не безнадежно. Мы не сегодня-завтра найдем беглецов. У меня есть зацепка и, с позволения вашей светлости, я займусь этим немедленно.

Он несомненно поверил в то, что леди поехала на запад, и я почувствовал, что обязан предупредить графа о возможной ошибке Тайлера.

– В этой версии ничего нет, милорд. Это чистой воды предположение, не имеющее ни единого доказательства.

– Расскажите, что это за версия, – попросил его светлость. – Я решу, чего она стоит.

И Тайлер огласил свою версию.

– Все было бы так, – вставил я, – если бы я не знал, что все было иначе. Леди с ее сопровождением видели, когда они ехали в противоположном направлении. Мне это точно известно.

– А я точно так же уверен в том, что видел сам, – сказал Тайлер.

Его светлость смотрел то на меня, то на Тайлера, явно озадаченный и со все нарастающей злобой.

– Черт возьми, какое счастье, когда на тебя работает пара беспомощных существ, которые настолько запутались, что даже не могут придумать общий план действий. Как я должен решать, что лучше, если вы мне не помогаете?

– Если ваша светлость позволит, у меня есть предложение, – произнес я серьезно и, надеюсь, с достоинством, потому что хотел показать ему, что мне не нравится, как он с нами себя ведет. – Куда поехала леди, на юг или на север, на восток или на запад, пока что непонятно, и, хоть я не сомневаюсь, что точно знаю направление, предлагаю дождаться развития событий, прежде чем продолжать погоню. На мой взгляд, ключ к решению находится здесь, в наших руках. Нам нужно лишь немного подождать. Этот полковник сам нам укажет путь.

– Полагаете, у него с беглецами есть какая-то связь?

– Не сомневаюсь. Я уверен, что леди во многом полагается на него и, вероятнее всего, скоро позовет его или хотя бы сообщит ему, как у нее дела.

В первый раз за весь этот разговор его светлость посмотрел на меня одобрительно. Тон его изменился, воинственный запал стих.

– Вы правы, Фальфани, и я полностью поддерживаю ваше предложение, – искренне произнес он. – Займемся этим немедленно. Установите наблюдение за этим негодяем Эннсли. Не спускайте с него глаз.

– Сначала придется найти его, – угрюмо буркнул Тайлер.

– Это не будет сложно, ведь он был здесь всего полчаса назад, да и л’Эшеля можно найти. У меня есть причины надеяться, что он на нашей стороне и знает, где полковник.

– Сделайте это. Я доверяю вам. Результаты сообщите мне незамедлительно. После этого посоветуемся и решим, что делать дальше. Теперь оставьте меня.

Я кивнул и направился к двери, но Тайлер задержался, и я услышал, как он несмело произнес:

– Прошу прощения, ваша светлость… Я надеюсь, вы не сомневаетесь, что я готов исполнять поручения вашей светлости… Но есть одна вещь, которую я бы очень хотел сделать.

– Продолжайте.

– Я бы хотел проверить свою версию. Она верная, я в этом уверен, и я понимаю, что неправильно, даже преступно от нее отказываться. Вы дадите мне пару дней? Этого хватит, чтобы все проверить и разобраться. Если окажется, что я не прав, я тут же вернусь, а если след окажется верным, на что я надеюсь и чего жду, уверяю вас, вы не пожалеете.

– В этом что-то есть. В любом случае это направление тоже нужно проверить, – веско произнес его светлость. – Я согласен подождать два-три дня, пока вы не вернетесь с отчетом или пока не появится что-то определенное в другом направлении. Я полагаю, его можно отпустить, Фальфани?

– Здесь его использовать никак не получится, поэтому лучше отпустить. Пусть поищет ветра в поле. Очень скоро он убедится, что я был прав.

– Увидим, – запальчиво и самоуверенно ответил Тайлер, и я с готовностью признаю: мы действительно увидели, что он был совсем не так глуп, как мне казалось.


( Снова Фальфани) | Пассажирка из Кале (сборник) | Глава XXI