home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 3

Ной Армстронг получил дело Роджера Мортона менее суток назад и, изучая его, находил все больше несостыковок.

Ганс Виго сдержал свое слово и предоставил ему все документы на преступника. Тот признался в двух эпизодах изнасилования и одном эпизоде покушения на убийство федерального агента, но наказание ему назначили обескураживающе мягкое. Скотта убили при попытке к бегству, у них имелись лишь показания Мортона. Хотя Ной и понимал необходимость сделок со следствием, эта казалась ему крайне непродуманной. Шесть лет? За все то, что мерзавец натворил, не говоря уже о том, что обвинения по дюжине других эпизодов были попросту сняты? На кону стояли человеческие жизни, а следователи, похоже, были в отчаянии. А где отчаяние, там и ошибки…

Его освободили из федеральной тюрьмы условно-досрочно. Условия освобождения были жесткими. Мужчина не имел права покидать штат Колорадо, где он устроился на работу к двоюродному брату, владевшему автомастерской неподалеку от Денвера. Он не имел права иметь огнестрельное оружие, ему запрещалось пользоваться услугами индустрии для взрослых, включая стриптиз-клубы и секс-шопы, возвращаться к своим прошлым делам в сфере законной или незаконной порнографии и нельзя было общаться с кем-либо из своих прошлых знакомых или с жертвами своих преступлений. Нарушение любого из данных правил отправило бы его обратно за решетку.

Новым напарником Ноя по этому делу стала специальный агент Эбигейл Резник, сотрудница ФБР с десятилетним стажем, начавшая службу в Вашингтоне, но переведенная пять лет назад в Атланту. Ей было около тридцати пяти, она производила впечатление эффективного и организованного агента. Когда женщина впервые представилась Ною и сказала, что пока будет работать с ним, от нее веяло уверенностью в себе. Похоже, миссис Резник была рада возвращению в округ Колумбия. У нее имелся едва заметный акцент, но, как показалось Ною, не южный, а скорее бостонский.

Эбигейл сидела на рабочем месте, которое ей временно выделили. Увидев мистера Армстронга, она положила трубку телефона, крутанулась в кресле и, откинувшись на спинку, широко улыбнулась.

– Итак, Мортон вылетел из международного аэропорта Денвера последним рейсом пятого января и прибыл в вашингтонский аэропорт имени Даллеса в пять сорок пять утра следующего дня. По словам его куратора по УДО, Мортон должен был отмечаться каждую первую и третью среду месяца. В последний раз он отмечался пятого числа в четыре тридцать вечера. – Женщина на мгновение оторвала взгляд от блокнота и весело посмотрела на Ноя. – Я бы сказала, что после встречи парень отправился прямиком в аэропорт. Билет он купил через Интернет в тот же день, используя удостоверение и кредитку двоюродного брата. Тот утверждает, что ничего об этом не знал.

Ной покачал головой:

– Если он врет, его ложь будет сложно доказать, но все-таки стоит отправить пару агентов – пусть потрясут кузена, вдруг добудут еще какие-нибудь интересующие нас сведения.

Эбигейл сделала заметку в блокноте.

– Подразделение по преступлениям среди офисных служащих в Денвере возглавляет Моника Гардино. Она знакома с делом Мортона и уже направляется к нему в квартиру.

– А билет на обратный рейс у Мортона был?

– Никак нет. Билет в один конец, из Денвера в «Даллес». И никаких других броней на его имя или на имя его брата. Хотя он мог сделать себе фальшивые документы, либо здесь, либо в Денвере.

Планировал ли Мортон вернуться в Денвер? Или же собирался залечь на дно? Для чего он прилетал в Вашингтон? Временная остановка, прежде чем покинуть страну? Хотя насильник якобы и рассказал властям о всех своих счетах, в том числе открытых им в зарубежных банках, кто знает, что у него было припасено на черный день? Но почему только сейчас, почему не сразу после освобождения? Зачем он ждал шесть месяцев?

– Эй! – прервала напарница поток его мыслей. – Армстронг, ты здесь?

– Прости, задумался.

– Думай лучше вслух, приятель. Мы же партнеры, не так ли? – Она выразительно взглянула на него.

Ной привык работать в одиночку, но Эбигейл была права.

– Я размышляю о том, что он собирался делать в Вашингтоне. Интересно, хотел ли он затем улизнуть из страны?

– Ему потребовался бы поддельный паспорт. У его кузена нет паспорта.

– Подложный документ не так уж сложно завести, – ответил Ной. – Свяжись с госдепом, проверь, нет ли заявки на получение паспорта на имя и номер социального страхования его двоюродного брата.

– Сделаю. – Эбигейл снова сделала запись в блокноте. – Я перечитала отчет о вскрытии. Тело Мортона обнаружили в семь утра. Патологоанатом считает, что время смерти – около одиннадцати вечера в пятницу.

– Есть записи с камер видеонаблюдения?

– Нет. Я собиралась съездить на место, осмотреть все, прочесать окрестности и место, где обнаружили жертву, но местная полиция тщательно все проработала по первому вызову. Я прочитала распечатки опросов всех служащих пристани. Последние сотрудники покинули пристань в пять тридцать вечера пятницы. После убийства они проверили все лодки и принадлежности и сказали, что ничего не пропало.

– Нашли отпечатки обуви или другие улики?

– Никаких отпечатков – земля там твердая, как бетон. Ты в курсе, что уже минус пять? – Эбигейл недовольно покачала головой. – Одежду Мортона отправили в лабораторию ФБР для проверки на трасологические[2] улики. При трупе не обнаружено ничего – ни документов, ни ключей от отеля, вообще никаких ключей. Либо у него действительно ничего с собой не было, либо киллер ограбил его.

– И что ему воровать? Если учесть, что Мортону отбили гениталии, то данное преступление, скорее всего, было совершено из чувства мести.

– Больше похоже на казнь. Никакой ярости – лишь одно аккуратное отверстие в затылке.

Ной задумался.

– Должно быть, нападение стало для насильника неожиданностью.

– Едва ли. Ты видел фотографии места убийства? Открытое пространство, всё как на ладони, у реки, рядом с сухими доками…

Ной давно уже просмотрел фотографии.

– Киллер мог поджидать его у лодок. Они стоят тесно друг к другу.

– Но тело обнаружено на открытой площадке.

– Похоже на встречу.

Эбигейл кивнула:

– Машины обнаружено не было. Пробивали по арендным бюро и гостиницам для автотуристов.

– Он мог прийти и не один. Никаких признаков борьбы или того, что его волокли, не обнаружено.

– Почему все произошло именно на пристани?

– Для удобства. Но не то чтобы тело просто выбросили там – все указывает на то, что преступление было совершено именно на пристани.

– Мой человек сейчас обзванивает мотели. Начиная с тех, что находятся неподалеку от «Даллеса», и заканчивая расположенными рядом с Вашингтоном. Если мы найдем берлогу, где скрывался Мортон, сможем лучше понять его планы.

Ной бросил взгляд на свои заметки.

– А что, если он угрожал последней из известных жертв? Или Кейт Донован – агенту, которая его и повязала? Может, она убила его в ходе самообороны?

Женщина покачала головой:

– Если Мортон угрожал Кейт или Люси Кинкейд и был убит в результате этого, значит, у них был мотив.

– Может быть. Но если она застрелила его небезосновательно, ей самой нужно было доложить об этом.

– Ты не знаешь Кейт Донован.

– Скоро узнаю. Мы отправляемся к ней домой после обеда.

Эбигейл вздохнула:

– Мне бы не хотелось туда идти.

– Почему? Нам надо убедиться в том, что она не причастна к убийству Мортона.

– Кейт горой стоит за свою золовку. Ты в курсе того, что произошло с Люси Кинкейд?

– Я ознакомился с этим делом, хотя информации было не очень много. Кинкейд похитили и держали в заложницах на острове неподалеку от побережья штата Вашингтон. Почти два дня ее многократно насиловал Мортон и еще двое неустановленных мужчин, пока ее не спасла агент Донован с подмогой. Это ужасное преступление транслировалось в режиме реального времени в Интернете, и несколько тысяч человек заплатили за просмотр. Более того, они голосовали за то, каким образом девушка должна была умереть.

За свою карьеру, как в военно-воздушных силах, так и в ФБР, Ной повидал множество мерзостей, но никогда не встречал ничего более извращенного и тошнотворного, чем люди, готовые платить большие деньги за то, чтобы наблюдать, как насилуют и убивают подростка.

– В свое время мне удалось изучить материалы данного дела, – сказала Эбигейл. – Адам Скотт и Роджер Мортон чуть не уничтожили всю ее семью. Пока Кейт пыталась отследить источник онлайн-трансляции, Скотт установил ловушки. Мы послали агента на проверку, с ним отправился один из братьев пленницы, полицейский из Сан-Диего; так он едва не погиб. Оказался в больнице с раскроенным черепом, два года провел в коме. После того как спасли Люси, Скотт взял в заложники другого брата, заминировал весь его дом и пытал мужчину. Затем заставил мисс Кинкейд слышать его крики.

В отчете содержались лишь размытые намеки на эти обстоятельства.

– Здесь сказано, что Люси убила Адама Скотта.

– Она находилась в состоянии невероятного стресса. Ей было всего восемнадцать.

– Кинкейд всадила в него шесть пуль. Она всегда срывается под давлением? А что, если она так и не оправилась после всего случившегося?

– Нас с тобой не было там. Ситуация вышла хреновая. Один брат в коме, другой в заложниках, а этот ублюдок сказал, что убьет всю ее семью, если она не придет к нему сама. Но, – добавила Эбигейл, – кажется, сейчас у нее все налаживается. Собирается стать агентом ФБР.

Ной немигающим взглядом смотрел на агента, ошарашенный этим известием.

– Они никогда не возьмут Люси в Бюро.

– Почему?

– Девушка пережила невероятную травму. В психологическом плане она…

Напарница подняла руку, остановив его.

– Минуту. Ведь ты еще не встречался с ней. – Она вытащила папку из ящика стола. – Я не имею доступа ко всем документам на нее – они на рассмотрении комиссии по приему на работу, – но мисс Кинкейд сдала письменный тест на «отлично». У нее две ученые степени – одна в области компьютерных наук, вторая по психологии; она магистр криминальной психологии, училась в Джорджтаунском университете. Год проработала в департаменте шерифа Арлингтона, окончила кучу специальных курсов – самооборона, поиск, спасение, дайвинг. Выступала за школу и университет по плаванию, могла бы участвовать в Олимпийских играх, но отказалась.

– Ты восхищаешься ею.

Эбигейл моргнула.

– Разумеется! После всего, что ей пришлось пережить, она умудрилась вернуться к нормальной жизни. Тот факт, что женщина подверглась изнасилованию, вовсе не означает, что она должна нести этот груз до конца своих дней или что данный факт должен лишать ее многих возможностей.

– Я вовсе не это имел в виду; просто хотел сказать, что агент ФБР должен быть беспристрастен. Не уверен, что человек, переживший такую эмоциональную и физическую травму, сможет спокойно расследовать преступления, с какими нам приходится иметь дело.

– Да ну? А как насчет солдат?

Ной напрягся.

– В каком смысле?

– Ты же кадровый военный? Десять лет в ВВС? Ты участвовал в боевых действиях. Наверное, убивал. И друзей, наверное, терял. Мужчин, женщин, которых считал своими братьями и сестрами…

– Не сравнивай. Мы хорошо обучены службе в армии и готовы к потере человеческих жизней.

– Я лишь пытаюсь сказать, что не все солдаты подходят для действительной военной службы. Одни жертвы изнасилований никогда не оправляются после нападения, но другие – их большинство – учатся мириться с трагедией и ведут относительно нормальную, успешную жизнь, работая в самых разнообразных сферах, включая ФБР.

– Прости, не хотел сказать ничего…

– Я лишь напоминаю, что изнасилование все еще ассоциируется с клеймом, от которого крайне сложно избавиться, и это несправедливо по отношению к жертвам. Когда мы встретимся с Люси, относись к ней как к любому другому допрашиваемому.

– Или подозреваемому?

Эбигейл глубоко вздохнула:

– Или подозреваемому.


* * * | Люби меня до смерти | Глава 4







Loading...