home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 9

Я был у себя дома уже почти час — время достаточное для того, чтобы приготовить бифштекс и приняться за вторую порцию выпивки, — как зазвонил телефон.

— Ну что, совсем запутался, Уилер? — поинтересовался далекий голос.

— Кто говорит? — огрызнулся я.

— Опять твой старый приятель Микки. — И опять тот же самый невыносимый смешок. — Чак Генри был у тебя прямо в лапах, а ты дал ему уйти. Грубая оплошность, лейтенант. Особенно теперь, когда он знает, что Элис Медина мертва.

— Довольно странно, что ты мне все это выбалтываешь.

— Нас с приятелем Дональдом наняли забрать тело и поместить его куда следует, рядышком с убийцей. Но дела приняли другой оборот. Сначала на нашем пути стал ты с той полоумной блондинкой, а после… — Голос на мгновение затих. — Давай не будем тревожиться о том, что будет после! Дело в том, что теперь Чак узнал, что его подружка мертва, он знает и убийцу. Чак, естественно, никакой не герой и быть убитым не собирается, верно?

— О’кей. Так кто же убил Элис?

— Мендоза, — довольно доложил голос в трубке. — Кто же еще? Он немножко поздновато хватился, когда обнаружил, что Элис ему подослали те сумасбродные бабы из этой их дурной организации ШЛюХИ. К тому времени она слишком много знала насчет планов Эрнандеса с компанией и их завтрашнего марша. Так вот он ее и пристрелил и упрятал в домике у Чака в надежде, что подозрение падет на того.

— Как он узнал о Генри и его домике?

— Может, спрашивал у Элис. Может, он со своей профессиональной «крышей» — ну, охранниками, понимаешь, заставил ее все выложить. — Голос вдруг окреп. — Лейтенант, для расспросов больше нет времени! Чак минут десять назад выехал в долину, тебе следует поторопиться, если хочешь отловить его прежде, чем он доберется до Мендозы.

И мой старый приятель Микки положил трубку. Я отыскал номер Генри в телефонной книге и набрал его. На второй звонок последовало напряженное «алло».

— Стивенс, это Уилер.

— Он еще не показывался, лейтенант, — ответил сержант уже нормальным тоном.

— И не покажется. Так что закрывай лавочку и иди на свидание.

— Ой, спасибо, лейтенант! — обрадовался он. — Спасибо за двоих. Аннабел Джексон благодарит вас тоже. — И он положил трубку, опасаясь, как бы я не переменил решение.

Я гнал машину изо всех сил, и все равно казалось, путь до Куни занял чертовски много времени. По дороге мне не встретилась машина с Чаком Генри. Перед домом же стояло три автомобиля, каждый из которых мог быть его. Я выключил зажигание и фары, вылез, меня тут же ослепил свет фонарика.

— Что вам угодно? — спросил голос, в котором я признал одного из охранников Мендозы.

— Увидеться с Мендозой, и срочно.

Я сделал пару шагов по направлению к дому.

— Стоять на месте! — скомандовал голос грубо. — Мистер Мендоза ни с кем не встречается сегодня вечером. Он очень занят.

— Я представитель закона. Со мной он встретится.

Я шагнул еще, и меня пронзил звук выстрела, мимо головы рикошетом пролетел осколок камня.

— Слушай, коп, — голос даже повеселел, — ночь темная, а мы все здесь очень нервные. Кто-то услышит шуршание, сделает предупредительный выстрел, а потом, ко всеобщему прискорбию, на дороге найдут мертвого лейтенанта.

— Вам это просто так не пройдет.

— А мы отгоним вашу машину на шоссе, будто вы шли пешком, вложим в руки оружие — и получится, что вы подкрадывались. И если уж не убедим полицию, что вас убили люди Эрнандеса, то, во всяком случае, запутаем их так, чтоб они хотя бы версию такую допустили. Так что, лейтенант, либо предъявите официальную бумагу, дающую вам право вторгаться сюда, либо убирайтесь подобру-поздорову!

Складывалась ситуация подобная тем, которые Уилер Бесстрашный преодолевает одним махом. Не колеблясь ни секунды, я влез в машину и отъехал на порядочное расстояние. Убедившись, что этого достаточно, чтобы не был слышен шум мотора, я остановился на обочине. Остаточный холодок внизу живота напомнил мне, что охранник пристрелил бы меня не раздумывая. Что это, интересно, такое произошло в доме, что стоило убийства полицейского?

Я пересек дорогу, перебрался через изгородь и пошел сквозь апельсиновую рощу к дому. Уже показались звезды, и легкий ветерок овевал мое лицо. Через несколько минут показался темный массив дома, я решил зайти с тыла. Надо было ожидать, что люди Мендозы наблюдают с тыла, так же как и с фасада. Мне требовалось как-то их отвлечь плюс немного удачи.

Ярдах в двадцати от дома я вытащил пистолет и быстро выстрелил пару раз в освещенное окно кухни, расположенное достаточно высоко, чтобы не задеть кого-нибудь внутри. Потом стал пробираться, словно маньяк, вдоль стены к наружной веранде. Если моя задумка верна, все внутри должны будут собраться у задней стены. Если нет, то, верно, получу сейчас пулю в живот.

На веранде никого не было. Я быстро сделал несколько шагов, и тут свет в доме погас. Не раздумывая, я ухнул вниз, опершись руками и коленями, повинуясь автоматическому рефлексу и испытывая приступ клаустрофобии, как будто меня завернули в непроницаемый конверт. Несомненно, это был логичный поступок с их стороны. Дом, освещенный изнутри, являл собой для кого-то, кто пытался заглянуть в кухонное окно, легкую мишень. Без освещения они могли относительно безопасно пользоваться внутри карманными фонарями. Я прокрался по веранде, поднялся на ноги и нащупал дверную ручку. Она легко поддалась, я проскользнул внутрь. Перевел дух и чуть расслабился. Пока все сработало отлично! Оставалось только подождать, когда свет загорится снова и кто-нибудь войдет в комнату. И тут свет загорелся, к чему я оказался совершенно не готов. Инстинктивно зажмурившись, я получил сильнейший удар по правой руке. Пальцы разжались, пистолет упал на пол.

— Глупый коп, — произнес спокойный голос, — мы что тут, по-твоему, любители?

Голова у меня повернулась против воли, и я увидел охранника, угрожавшего мне пятнадцать минут назад. Он стоял поодаль, прислонившись спиной к стене, наставив на меня ствол пистолета.

— Эй, Пит! Иди сюда. Готово дело.

Появился Мендоза в сопровождении второго охранника.

— Самый старый в мире трюк, — произнес мой приятель без тени насмешки. — Швырни что-нибудь в тыл дома и беги к фасаду.

— Где Чак Генри? — спросил я Мендозу.

— Кто? — О прикурил сигарету.

— Невысокий толстяк, который опередил меня минут на десять, чтобы убить вас.

— Что он там болтает про какого-то толстяка, — произнес кто-то у него за спиной, — что он там еще выдумывает?

— Заткнись, — бросил ему строго Мендоза. — Я никогда не слышал ни о каком маленьком толстяке по имени Чак Генри.

— Элис Медина была его подружкой, — сказал я. — Или, во всяком случае, полагала, что была. Сегодня он увидал ее тело, кто-то сказал ему, что ее убили вы.

Дай мне пива, — бросил он через плечо.

Охранник пожал плечами и вышел. Мендоза буквально впился в меня своими жгучими темными глазами. Потом повторил более выразительно:

— Я никогда не слышал ни о каком Чаке Генри. Вы можете забрать свое оружие и уйти, лейтенант. Я готов забыть обо всем происшедшем здесь сегодня. Спишем все на ваш чрезмерный энтузиазм.

— Мне бы хотелось так и сделать, мистер Мендоза. Только никак не могу понять, отчего десять минут назад было настолько важным не пускать меня в дом, что ваш приятель, — я кивнул на охранника рядом с собой, — был готов убить меня, сделай я еще шаг.

— Мы и сейчас можем, Пит, — высказался тот.

Так даже лучше. Те две пули, что он выпустил по кухне, послужат доказательством. Вполне естественно открыть огонь в целях самозащиты. Это что, наша вина, что мы оказались столь удачливы или неудачливы, что убили полицейского? Разыграем как по нотам.

Мендоза попыхивал сигаретой, в комнате воцарилась тягостная тишина. Вернулся второй тип с открытой банкой пива, которую Мендоза взял у него не глядя.

— Ну а дальше что? — промурлыкал он. — Проделать это для нас пара пустяков. Но даже если все сойдет чисто, дальше-то что?

— Ну, сойдет чисто, и делу конец, — пробормотал охранник нетерпеливо.

— Лэйф, ну ты же не дурак, — произнес Мендоза, — зачем же болтать глупости? Даже если сойдет чисто, все равно история всплывет. Называется, наняли Мендозу с ребятами решить проблему. Спросят: а постой-ка, не они ли убили копа где-то в Южной Калифорнии? С такой репутацией мы полгода будем на пособии по безработице!

— Ну хорошо, Пит, ты что предлагаешь?

— Надо попытаться договориться с лейтенантом здесь.

— С ним? — Лэйф засмеялся. — Он, может, несколько туповат, но уж, безусловно, предан делу. Что ты собираешься ему предложить? Полсотни баксов в месяц одной купюрой в конверте, посланном по почте?

Мендоза отпил пива и вытер пот носовым платком. Потом произнес мягко:

— Просто попытаюсь. Если не получится, мы всегда сможем воспользоваться твоим вариантом.

— О’кей. — Лэйф раздраженно дернул плечом. — Все же, по-моему, ты спятил!

— Не желаете присесть, лейтенант? — Мендоза указал на диван.

Поскольку это больше походило на приказ, чем на приглашение, я сел. Мендоза устроился в кресле напротив, использовав паузу, чтобы допить пиво.

— Во всякого рода операциях, подобно этой, я настаивал на предоставлении мне заказчиками помещения под штаб. — И он сделал рукой широкий жест. — Такой вот. Пока Тони и Лэйф охраняют меня с флангов, я могу расслабиться и заняться работой. Мы пробыли здесь примерно сутки, когда появилась эта женщина.

— Элис Медина? — поинтересовался я.

— Разумеется. Она появилась с первоклассной рекомендацией, которой можно было верить на сто процентов.

— От кого?

— Не ждите от меня ответа, лейтенант. — Он тонко усмехнулся. — Скажем так: в сравнении с рекомендовавшей ее группой метеобюро — это просто детский сад! Она заявила, что очень хорошо знакома со здешней местностью, знает прекрасно сложившуюся ситуацию и уверена, что может оказать большую помощь, так почему бы ей не присоединиться к нам в целях экономии времени. Тут не было ничего, кроме интеллигентско-любительского энтузиазма, особенно со стороны девушки, да еще и хорошенькой. Вы ее видели, лейтенант?

— Только мертвую, — бросил я сухо.

— На другой день она выдала поразительную информацию. Сказала, что знает малого, получившего целую партию тех дурацких масок, и почему бы нам не…

— Это все я знаю, — прервал я его. — Что дальше?

— Хозяева плантаций дали денег, она отправилась и все организовала. Просто прекрасно. Она трудилась не покладая рук весь день и…

— И осчастливила Пита ночью, — добавил Лэйф.

— Это не важно, — строго заметил Мендоза. — Потом, ближе к полудню в прошлую пятницу, сказала о каких-то личных делах в Пайн-Сити и обещала вернуться поздно вечером. С тех пор мы ее не видели.

— Правильно, — важно подтвердил тот, кого звали Тони. — Пит был на грани отчаяния, я его таким еще не видал.

— Ох, не разрывайте мне сердце! — воскликнул я.

— Это правда. — Мендоза раздавил окурок в пепельнице. — Она никогда ничего не говорила о своей прежней жизни, и мы даже не знали, есть ли, например, у нее муж. Поэтому, когда вы сказали мне, что она мертва, мне ничего не оставалось, как притвориться, что я о ней и слыхом не слыхивал. А потом мы подумали, что это дело рук Эрнандеса.

— Вы ей полностью доверяли?

— Полностью.

— То есть, если у вас были какие-то особые планы на завтра, она бы об этом знала?

— Лейтенант, у нас нет никаких особых планов на завтра, — произнес он резко. — Все, чем мы заняты, это защита…

— Да ладно, — отмахнулся я, — слышал я уже всю эту чепуху! Но предположим, у вас были особые планы. Тогда бы Эрнандес захотел выведать их у нее, а не убивать, а?

Мендоза пожал плечами:

— Может, он и пытался что-нибудь разведать, но не поверил, когда она сказала, что ничего не знает. А кто это сказал Генри, что я ее убил?

— Микки Маус, — ответил я.

— У него паршивое чувство юмора, — проворчал Лэйф. — На то он и коп паршивый.

— Ладно, — произнес Мендоза. — Давайте говорить прямо. Минут за десять до того, как вы сюда явились первый раз, прибыл маленький толстяк. Он исходил потом и так нервничал, что едва мог слово сказать.

— Смеху подобно, — вставил Лэйф, — как можно всерьез говорить с таким типом.

— Так вот, — продолжил Мендоза, — он представился Чаком Генри, торговцем, раздавшим маски. Спросил, знаем ли мы, что Элис мертва, убита, а мы ответили, что полиция нас уведомила вчера.

— Сказал, что он приятель Элис. — Тони как бы оправдывался. — Что у него для нас важные сведения. Жизненно важные, так как указывают прямо на убийцу, и что за тысячу баксов эти сведения будут нашими.

— Тысяча баксов была обещана как бы между прочим, — сказал Лэйф. — Но мы действительно желали получить информацию. И мы ответили: согласны, если сведения подлинные.

— Единственный способ удостовериться в подлинности — увидеть самим, — добавил Тони. — Покажи нам, сказали мы ему.

— Он запустил руку в карман и… вытащил пистолет, — дополнил Лэйф.

— К тому времени он совсем обезумел, — продолжил Мендоза, — сказал, что знает, что я убил Элис, и что собирается меня убить, хотя бы это и было последним делом в его жизни.

— Вы не обыскали его по приходе? — спросил я Лэйфа недоверчиво.

Тот ответил с неохотой:

— Да кто мог подумать, что у такого смешного человечка будет с собой оружие.

— Да и говорил он слишком много, — добавил Тони. — Может, хотел еще сильнее взвинтить себя, прежде чем спустить курок.

— Это дало Лэйфу шанс выстрелить первым, — подытожил Мендоза.

— Благодарю покорно! — отозвался тот с горечью. — Вы все так разложили копу по полочкам, словно он сам его пристрелил.

— Не важно, — отрывисто бросил Мендоза. — Ты спас мне жизнь. Еще миг, и Генри бы меня пристрелил. Я это прочел в его глазах.

— Где тело? — спросил я.

— В кухне. Мы едва успели его перетащить до вашего прихода.

— Таким образом, вы утверждаете, что Лэйф застрелил его, спасая вас, в целях самозащиты?

— Что же еще? — Он глядел на меня почти с мольбой.

— Так мы и доложим Большому жюри присяжных, — резюмировал я.

— А пока? — спросил Лэйф.

— Вы все явитесь в полицейское управление и сделаете заявления. Если вы признаетесь в убийстве Генри, мы должны вас зарегистрировать и…

— Нет, — заговорил Мендоза. — Мы здесь должны договориться. Нам нужно двадцать четыре часа, только и всего. Завтра, по окончании демонстрации, мы явимся в полицию и сделаем все, что требуется. Но не ранее.

— Шутки шутите, — сказал я, — вы к утру уже будете в Мексике!

— Лейтенант, я откровенен с вами, — голос Мендозы звучал тихо, — последние два заказа мы отработали не слишком хорошо.

— Оба провалены! — прорычал Лэйф. — И все из-за тех же самых глупостей, которые ты делаешь теперь, Пит.

— Заткнись! — зло оборвал его Мендоза и обратился ко мне: — Лейтенант, я сейчас делаю то, чего не делал никогда в жизни. Я вас умоляю! Дайте нам двадцать четыре часа завершить начатое дело, и потом мы будем сотрудничать с вами всю оставшуюся жизнь.

— Ну вы же понимаете, Мендоза. Мы поедем сейчас же, а дальнейшее зависит от шерифа.

— Глупый коп, но верный, — проворчал Лэйф. — Я же с самого начала говорил, Пит, ты зря тратишь с ним время! Теперь придется перейти к моему варианту. — Он быстро переместился за диван и приставил пистолет к моей шее. — Подымайся, коп!

Я выполнил приказание. В кулаке Мендозы треснула судорожно сплюснутая пивная банка. Монотонный голос Лэйфа холодно звучал позади меня:

— Так вот. У нас есть пули, всаженные им в кухню из его оружия. Для нас он бродяга. Может, какие другие полицейские нам и не поверят, но и доказать ничего не смогут.

— Ты говорил, лейтенант дурак, — зашептал Мендоза. — Ты говорил, я дурак. — Он резким движением отшвырнул смятую банку. — Теперь послушай меня, Лэйф! Это ты самый большой дурак! Просто ответь мне: если мы приняли по ошибке лейтенанта за бродягу, то за кого мы приняли того толстяка?

— Решим это позже, — ответил Лэйф. — Пока же ты, Пит, не в состоянии что-либо сообразить. Так что беру все на себя.

— Да кто ты такой? — Лицо Мендозы побагровело. Он выхватил пистолет. — Пока я начальник, чертов псих!

Почувствовав, что ствол оторвался от моего затылка, я решил, что будущее мое в качестве прослойки сандвича между ними весьма ограничено во времени. И резко рванулся вперед, туда, где на полу валялся мой пистолет, а следом прогремели два выстрела подряд. Ухватив правой рукой своего любимца 38-го калибра, я отпрыгнул в сторону. Лэйф снова выстрелил, и пуля угодила как раз в то место, которое я покинул секундой ранее. Я выстрелил дважды, и обе пули попали ему в грудь. Он пошатнулся, колени подогнулись, и он рухнул на пол.

Тони стоял на месте с вытянутыми вперед руками и широко разведенными пальцами. Поднявшись на ноги, я увидал Мендозу в кресле в полной прострации. Один черный глаз смотрел на меня, другой представлял собой кровавое месиво.

— Что заставило тебя выйти из игры? — спросил я Тони.

Он пожал плечами и ухмыльнулся:

— Я ведь жив, не так ли, лейтенант?

— О’кей. Пошли на кухню.

— Как скажете, лейтенант. — Он был почти вежлив.

Чак Генри лежал на полу вниз лицом. Он был убит двумя выстрелами в спину. В общем, решил я, это была не лучшая ночь Эла Уилера.


Глава 8 | Шлюхи | Глава 10