home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


19


   На вечере появилась позже всех. Специально. Хмуро размышляя, какую бы мелкую пакость устроить в отместку за отказ Владу, я остановилась на следующем: вместо того чтобы явиться на вечер в ритуальном одеянии будущей невесты, надену-ка я траур. Осторожно высовываясь время от времени в коридор, я поймала момент, когда Агния, одетая строго по традиции - в золотистое, медленно - ушедшая в невесёлые думы - исчезла за поворотом к банкетному залу на втором этаже. У кого - у кого, а в комнатах Агнии барахла найдётся достаточно.

   Вскоре я присматривалась к зеркальному двойнику и качала головой: да, это именно то, что мне сейчас нужно. Агния, надеюсь, не рассердится, что я без спроса залезла в её гардероб, зато моя эпатажная выходка доведёт старших родичей до белого каления. Итак, широкие шёлковые брюки, поверх которых надевается, словно накидка, длинная же юбка и застёгивается на поясе на одну-единственную пуговицу; и - топ, без рукавов и плеча, с нехилым таким декольте. Всё - чёрное. Обувь даже не искала. Эпатировать - так эпатировать. Пойду босиком.

   В глубине души я надеялась, что дед с отцом просто вышвырнут меня с вечера, а Игнат... Ну его. В этом трауре я буду хороша рядом с Владом, одетым в чёрную кожу.

   И вообще. У меня две цели. Довести всех (своих, конечно) до психа своим нарядом. И неожиданно для всех - всё-таки сбежать. Это мы ещё посмотрим, что они смогут сделать со мной - всё же имеющей возможность уходить теневыми порталами.

   Расчесала волосы, отметив еле видную, но всё же существующую седую прядь.

   И выскочила в коридор, благодаря судьбу, что Агнии не понадобилось за чем-нибудь возвращаться в свои покои. Что же меня ждёт через минуты?.. Я уже не думала о том, что появлюсь в непотребном виде среди гостей, которые хотят полюбоваться на помолвку и на невест с женихами в ритуальных костюмах. Я думала о будущем, с диктатом старших родичей, - и чувствовала, как на голову что-то начало давить. Головная боль, наверное. Слишком много проблем, которых не решить ни мне, ни кому другому. Слишком много желаний, которым не суждено сбыться, потому что требуется покориться общему, а личное отставить как ненужное.

   Дошла до банкетного зала, заглянула сбоку в открытые двери. Папа вот всё это называет вечеринкой для своих? Невольно, хотя ноги подгибались от страха и бушующего в них адреналина, улыбнулась дрожащей улыбкой. Ну да. Дед, конечно, по-другому и не понимает: для него свои - это стражи. Все семьи. И - точка. Хотя среди знакомцев из стражи мелькнули и несколько человек незнакомых. Ага. По цвету одеяния узнала даже двух сопровождающих Игната - Харонов. А вон и волки. Даже здесь, среди весело расслабившихся стражей, настороже. Только Влада пока не видно.

   В душе, про себя, я робко фыркнула, словно нашкодившая кошка. Не сослаться ли на головную боль? Не сбежать ли? Но смысл - оттягивать неминуемое? Потом напомнила себе, что собираюсь шкодить по мелочи, раз по-другому нельзя, и, задержав дыхание, шагнула в зал. Босыми ногами... Ничего. Если запахнет жутким скандалом - сбегу в тени!

   Ободряя себя приготовленным отступлением, перешагнула порог и снова остановилась... Весело гудящий в предвкушении народ, празднично освещённый зал. Даже музыка живая - свой струнный ансамбль, играющий на всех вечерах... Почему же появилось странное впечатление, что все эти собравшиеся люди стали точками на моей внезапно чувствительной коже? И, если где-то ощущается насторожённость - по коже бегают мурашки, а если кто-то нервничает - хочется почесаться...

   Зал со стражами вдруг стал единым организмом. Отражением моего собственного?

   Додумать и понять не успела.

   На правую лопатку (я же в топе - плечи и спина обнажены) словно муха села. И не просто села, а пробежала чуть. Я дёрнула плечом - прогнать, машинально же повернулась вправо и увидела: у самой стены стоят трое - дед, отец и Назарий. Дядя-то что тут делает? Он же терпеть не может всякого рода сборищ - даже ради свадьбы ли, или похорон. И выглядит - по крайней мере смешно рядом с дедом и отцом, в тех же ритуальных, торжественно парадных костюмах, - в своём-то кургузом пиджачке.

   Взгляд повело чуть дальше. Алексис, странно безразличный, прислонился к стене. Алексис - и у стены? Вместо того чтобы флиртовать со всеми дамами напропалую? Или ему сегодня статус вечеринки не позволяет вести себя легкомысленно?.. Странно. Мама. Ещё дальше. Рядом с нею две магички, помогавшие ей на кухне деда. Они смеются и что-то рассказывают, точно не замечая, что мама становится всё бледней и бледней. Или это только кажется, что она бледная - из-за электрического света? Обычно мамино лицо нежнейше белое, что ещё подчёркнуто белыми волосами... Кстати, о птичках. А почему у неё волосы распущены? У гостей волосы приведены в порядок: у кого "хвост", у кого - косы, а то и изысканная причёска...

   Снова дёрнулась от мухи, севшей уже на шею. Толпа передо мной слегка раздалась. Агния. Стоит вместе с Игнатом. Держатся за руки. Оба решительные. На другой стороне зала - Влад. Сидит в одном из кресел. С непроницаемо спокойным лицом, не отрываясь, смотрит на пару. Какой он... Любимый. До слёз...Подбежать бы к нему, вцепиться в него и не отпускать!.. Ни за что... Фиг с ним - со скандалом.

   Только собралась бежать к нему, снова вздрогнула. Алексис отошёл от стены - к старшим. Дед что-то коротко сказал ему. Брат кивнул и пошёл через толпу. Трое старших молча смотрели ему в спину. Мама уже откровенно не слушает магичек, сжала руки на груди, кажется, сама не подозревая о том, - смотрит вслед Алексису.

   Что происходит?

   Алексис подошёл к Владу и что-то сказал ему. Влад поднял бровь. Слегка улыбнулся. Или показалось? Передо мной прошли двое болтающих стражей. Закрыли происходящее на секунды. Потеряла Влада. Нет, вот он - идёт напрямую к Агнии и Игнату. Алексис постоял и сел в кресло, с которого Влад встал. Лицо у брата впервые на моей памяти странно... беспощадное.

   Влад. Подошёл к паре, что-то сказал. Игнат сдвинул брови - видимо, резко переспросил. Влад кивнул, подтверждая сказанное.

   У меня уже, кроме макушки, заболели виски, словно на голову мне надели старинный шлем не моего размера. Пробовала я однажды примерить такой в подвале Назария... Что происходит? И почему я стою на месте, вместо того чтобы побежать и немедленно выяснить суть происходящего?

   Игнат постоял, с отчётливым недоверием глядя на Влада, и, коротко сказав что-то, чего я не могла прочитать по губам, пошёл прочь от Агнии. Теперь Влад встал на его место. Агния посмотрела на него насторожённо и вдруг вспыхнула радостной улыбкой - и поцеловала его! А Влад приподнял её руку и с улыбкой приложился к ней... После чего... После чего... Он обнял её за талию и слегка прислонил к себе!..

   В напряжённых висках что-то взорвалось, а тяжесть, до сих пор тупо давившая на голову, словно вмялась в мозги!

   Влад поднял голову, увидел меня - и довольно улыбнулся мне.

   Потолок рухнул, а вместе с ним рухнуло на меня и вокруг странное пространство, в котором я оказалась в одиночестве. Колокол, бивший в виски, не утих, как инстинктивно ожидалось, а грянул с большей силой и грохотом. Застыв, я стояла, совершенно не чувствуя собственного тела. Когда попыталась повести глазами, чтобы понять, где я очутилась, движение глаз отозвалось ноющей в голове болью. Пришлось глаза закрыть.

   А когда открыла... Я снова стояла на тусклом снегу, а над головой нависали тучи и метались молнии. А вокруг меня... Вокруг меня шелестели призрачные тени. И я знала, что они не шелестят - для кого-то другого из плоти и крови, но я-то слышала их шорох, зная, что только я и могу его услышать.

   Пустыня. Безграничная и страшная. Ледяная от скользкого холодного снега, с жёстким, больно проламывающимся под ногой настом, сколотым краем впивающимся в кожу, - и с низко нависшими тучами, сбрасывающими не молнии, а огонь.

   Но именно здесь я начала оттаивать. Пугающие тени, суматошно носившиеся вокруг, начали обретать для меня не только форму, но и свою суть. Как я сама вытаивала из ледяной глыбы, которая закрывала меня всю жизнь... Теперь я знала всех, кто мельком появлялся и снова исчезал перед моими глазами. И я могла остановить любую, пытающуюся промчаться мимо меня тень, даже если она обладала прозрачностью тающего в воздухе дымка... Хароны стояли там, внизу, на самой последней ступени, на коленях, молитвенно сложив ладони... И было смешно вспоминать, как кто-то пытался соединить меня и какого-то мальчишку Харона, который старался из любви к мелкой магичке Агнии убить собственную повелительницу. И который нашёл Каменного Паука, моего мелкого прислужника, в моих же владениях, чтобы убить меня же. Здесь, в этих странных для постороннего, но таких близких мне землях, почти всё ранее скрытое становилось явным и понятным...

   Я скользнула по снегу, по насту мягко, почти не касаясь его холодными ногами. Мне понравились ощущения. И я побежала - наперегонки с тенями, впереди теней, ведя за собой тени!.. Свобода... Кто-то мелкий не пристанет здесь ко мне с какими-то будничными вопросами и не заставит меня решать мелочные проблемы. Теперь я свободна от всего, что было низким, обыденным и казалось таким важным на какой-то смешной Земле. Здесь, в Тенях Земли, я буду существовать вечно, и волновать меня будет единственное - Вечность.

   Муха на спине...

   Что?..

   Замерев от странного присутствия, я медленно обернулась.

   Волк. Низшее существо. Неуклюжий зверь. Живой. Как сюда попал живой? Сюда - в мир, где "живут" Тени Мёртвых? Глупый зверь... Пожалеть - заморозив?

   Крупный, чёрный. Почему он не боится? Он - меня не боится? Я злобно засмеялась - и тени бросились на волка. Сначала он отшатнулся, когда они окружили его и принялись, мгновенно материализуясь и мгновенно пропадая в воздухе, колоть и рвать его острыми когтями. Мгновение - порез, мгновение укол! А я смеялась: уходи отсюда, волк, пока тени не разыгрались по-настоящему и не убили тебя!

   Но зверь остановился, хотя продолжал вздрагивать и дёргать мордой от боли, но глаза неотрывно смотрели на меня. И я узнала их - хотя сейчас они были остро жёлтыми и горели живым огнём - здесь, в серости мёртвого пространства. Узнала предателя. Узнала того, которому мелкий маг воздуха сказал, что его желание не выполнят и что он должен соединиться с той, что влюблена в другого. Я видела! И он подошёл, отнял её у моего прислужника и обнял её. И поцеловал. Тем поцелуем, что должен был предназначаться только мне. Мне. А ведь мне было высказано признание, которое он так легко забыл. Я восприняла признание как клятву... Клятвопреступник должен умереть!

   И что он теперь делает тут? В моём мире? Что ему надо? Кажется, ему нравится, что его убивают? Так на тебе!

   Взмахнув рукой, я послала ещё послушных теней на волка. Теперь он не мог смотреть на меня странными жёлтыми глазами, потому что не мог разглядеть меня в мелькании теней, да и некогда было: пытался отбиться от тех, которые резали его - уже с моего разрешения! - даже сквозь густую шерсть. Медленно, но верно убивая предателя! Он вертелся, прыгал, огрызаясь и рыча, но тени, призрачно смеясь, клубились вокруг него всё гуще, и скоро волк начал слабеть от потери крови, спотыкаться и падать, откидываемый ими на снег, а следом за ним сжигала снег чёрная дорожка из капель, которые падали и отлетали со всего его тела. Вскоре уже казалось, что зверь идёт тяжелей, потому что шерсть его отяжелела от крови, а не потому что его ранили. Зачем? Зачем он продолжает идти за мной? Что ему сейчас-то нужно? Зачем он тянет ко мне окровавленную морду?! Что повелительнице Теней до какого-то дикого зверя?! Его глупое желание повиниться? Вымолить прощение?!

   Я, рассвирепевшая, медленно подняла руки, чтобы обрушить на волка сонм теней, которые его убьют сразу и почти безболезненно.

   Внезапно будто что-то тяжёлое и мощное сбило волка в сторону, и он одним рывком грохнулся набок. И замер.

   Всё ещё держа руки вверх, ничего не понимая, я тупо смотрела на качавшуюся в его боку стрелу. Тени нависли над зверем, который дрогнул всем телом - и опал. Секунды - из пасти коротко вылилась струйка крови. И снова всё стихло.

   Тени вопросительно вскинулись на меня.

   Оглянулась.

   Алексис. Он стоял неподалёку с поднятым луком, чья тетива всё ещё дрожала от недавнего рывка. Брат перевёл взгляд на меня. И медленно опустил лук.

   - Лучше его убью я, чем ты.

   Он... мёртв? Влад - мёртв?

   Мои руки опустились. Я вглядывалась в обмякшее тело, снова чувствуя, как узкий обруч стискивает мою голову. Господи, какая боль.

   Отстранённо глядела, как Алексис сунул за спину лук и пошёл к мёртвому зверю.

   Влад мёртв... Мне теперь не на кого гневаться. Мне теперь не от кого ждать взгляда. И поцелуя. И никогда не смогу спросить, почему он так поступил - поцеловал Агнию, после того как признался мне в любви. Почему он так дрался из-за меня, когда Игнат легко и походя оскорбил меня... Никогда он не сможет прижать меня к себе, чтобы утешить и снова сказать, что любит меня...

   Спина выгнулась от взгляда в неё.

   Не оглядывалась. Знала, кто там. Только вот - Влад. Влад!!

   Обруч вонзился в голову, заставляя кричать от боли. Я упала на колени и кричала, потому что эта боль давала возможность кричать не от физической боли, а от боли по умершему. Хорошо, когда есть на свете живой человек, вызывающий не всегда лучшие чувства, но он жив и на него можно злиться, его можно проклинать, но он жив! Но что делать, когда он умер?! Когда невозможно подойти к нему и сказать, что счастлива, хотя бы оттого что он однажды сказал, пусть и в издёвку, что любит меня?!

   Алексис не подошёл ко мне помочь подняться с коленей. Хуже, что он ещё искоса посмотрел на меня - с опаской, словно готовый бежать, если я только сделаю понятное только ему движение. А потом подошёл к волку, небрежно выдернул стрелу из тела - я содрогнулась от боли: это из меня выдрали стрелу так, что мёртвое тело вздрогнуло, а с ним вздрогнула и я! Больно, Господи, как больно-о! Влад, что же я наделала?!

   Брат взял волка за шкирку и, оглянувшись на меня, поволок его куда-то за собой.

   А те, что смотрели мне в спину, уже рядом!

   И почему мои ноги подломились... Почему я упала на колени?! Я - повелительница Теней!! Не мне на коленях быть перед этой мелочью!!

   Но ощущение всемогущества оказалось слабым. Всего лишь ощущением! И я понимала это! Понимала, что вернулась, хоть продолжала видеть Тени!

   И как мне теперь с этим жить, когда теперь я вернулась - и перед глазами всегда уходящий во тьму Алексис, который тащит мёртвого волка?

   - Доченька, доченька! - Мама упала на колени рядом, жадно всматриваясь мне в лицо, обнимая мне его, гладя по нему тёплыми ладонями, стирая мои слёзы. - Доченька, миленькая... Не замёрзла? - Она сама громко заплакала и обняла меня изо всех сил. - Доченька! Асенька!

   Зато я перестала плакать. С изумлением, хлопая мокрыми ресницами, только и смотрела на прядь своих волос, которые невольно, после её объятий, откинулись вперёд, на грудь. Белые...

   - Мама?.. - беспомощно спросила я и снова покрутила в руках прядь своих волос. - Я не понимаю... Что это? Почему - белые?

   - Прости нас, доченька, милая! Прости нас с отцом!

   - Потом, всё потом, - почти скороговоркой сказал Назарий, вставший над нами. - Заморозим её, не дай-то Бог. Наговоритесь ещё - время будет.

   - Нет! - с ненавистью сказала я. - Или вы сейчас говорите, в чём дело, или...

   Рядом на колени опустился отец.

   - Астра, - коротко вздохнул он. - Мы наврали тебе, что ты приёмная. Ты наша родная дочь. Этого пока хватит? Остальное - клянусь! - объясню дома.

   Кажется, кто-то из нас сошёл с ума. Это единственная мысль, которая вертелась в мозгах. Но... Я снова подняла белую прядь своих волос.

   - Наврали?.. Это... жестоко.

   - Астра, прости-и... - прошептала мама.

   - Но зачем?! Зачем?!

   - Если успокоишься и будешь адекватно воспринимать действительность, я отвечу, - сквозь зубы сказал Назарий и огляделся. - Если ты сейчас не встанешь...

   - Не... - решительно начала я - и ахнула, когда старик легко нагнулся и поднял меня на руки. Наши глаза оказались близко-близко.

   - Не дури! - звонко мне в лицо сказал дядя. - Сначала уходим, потом - объяснения.

   Невольно оглянувшись, я наконец увидела, что вокруг происходит что-то странное. Тени, повелительницей которых я себя считала, постепенно сгущались перед нами, взяв нас в круг, который постепенно сужался. И настроены они были против нас всех - и против меня в том числе, на остатках сверхъестественного чутья поняла я.

   Всхлипывающая мама бежала впереди, в единственный просвет между тенями, с трудом удерживаясь на то и дело проламывающемся насте. Поспешая за ней, дед и отец время от времени поддерживали её под руки. Хотя она и пыталась бежать самостоятельно. Назарий, со мной на руках, спешил за ними, открывая порталы, которые тут же почему-то закрывались. Тени позади (я постоянно вертела головой) двигались за нами.

   Почему тени ополчились на людей? Может, они хотят, чтобы я осталась с ними? А я? Теперь хочу ли остаться в этом странном и страшном месте?

   В очередной раз обернулась посмотреть на тени через плечо Назария - и коротко взвизгнула. Что-то острое распороло мне скулу.

   Назарий прибавил шагу, воздвигнув над нами что-то вроде призрачной крыши, правда та слишком быстро таяла. Приглядевшись, я с тревогой поняла, что этот странный мир впитывает силу в мгновения! Почти на голых инстинктах я приложила ладонь к груди старика - и крыша над нами стала выглядеть гораздо прочней. Но высоченная и плотная стена теней уже не просто напирала сзади, а нависала - колюче и резко выкидывая из своей плотности длинные иглы и тончайшие лезвия, которыми тени теперь пытались достать меня. Вот когда я пожалела, что надела открытый топ... Хотя что в той пусть и закрытой одежде? Всё равно - никакой защиты.

   Обернулась мама, хрипло вскрикнула и, вырвавшись из рук помогавших ей мужчин, побежала к нам. Те - за нею. Но только шага два. Переглянулись, и я, уже и в самом деле перепуганная стремительно надвигающимися тенями, увидела мгновенно созданный дедом и отцом портал.

   Мама взметнула над крышей Назария ещё одну защиту, которая под напором теней быстро разрушилась. Ей приходилось вкладывать и вкладывать в защиту силы... Внезапно защита - воссияла! Стремительно вылепились от нашей крыши призрачные стены, тоннелем закрывающие от теней путь в открытый портал.

   Я - начала дышать. Оказывается, теперь не только дед и отец поддерживали нашу защиту, постепенно переходящую в портал. В самом портале появились Алексис и Агния, за их спинами маячил Игнат.

   Тени с налёту шлёпались о призрачные стены тоннеля, размазывались по ним и настырно ползали по ним дымными раскоряченными пауками, ищущими малейшую трещину, чтобы пролезть к нам, бегущим.

   Назарий со мной влетел в портал - за ним остальные, уже не бежавшие впереди, а прикрывавшие нас сзади. Привычное мгновение тьмы по глазам.

   Где мы?.. Вжав от неожиданности голову в плечи: слишком быстр переход из тусклых красок мира теней в полутёмное громадное помещение, - я не сразу узнала банкетный зал. Темно и пусто. Сколько же мы отсутствовали, если гости уже ушли?

   - Назарий, пусти меня, - попросила я шёпотом.

   - Не уйдёшь? - то ли пошутил, то ли всерьёз поинтересовался тяжело дышащий дядя и слегка встряхнул меня на руках. - Что ж ты какая тощая?

   - Модно сейчас - не есть, - вздохнула я.

   Назарий усмехнулся и поставил меня на ноги.

   Первой немедленно подошла мама.

   - Господи, наконец-то можно, - выдохнула она и прижала меня к себе.

   Растерянная, через её плечо я приглядывалась к родичам. Неужто не пошутили? Неужели я и правда... Поверила, когда Агния мрачно сказала:

   - Пап, а трудно было мне пару слов сказать про это?

   Отец тяжело оглянулся на неё.

   - Чтобы Асти с тебя сразу всё считала?

   - Хватит болтовни, - вмешался дед. - Идём ко мне. Там на всех хватит лёгкого перекуса на ночь, а заодно объяснимся. А то бедняжке Астре досталось за все эти годы здорово. Она имеет право знать всё.

   Я обрадовалась: здорово! И правда хочется узнать всё и сразу!

   И - сникла, когда заметила то, чего не должна была заметить на фоне бурно происходящих событий. Игнат, стоящий за Агнией, осторожно положил руку ей на талию. Сестра машинально и нежно погладила его ладонь, всё ещё разговаривая с папой. А потом, не глядя, уверенно прислонилась к синеглазому красавцу, чтобы он её обнял. И по моему сердцу простое их движение резануло больно.



предыдущая глава | Уходящая в тени (СИ) | cледующая глава







Loading...