home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 6

За ужином Полина молчала. Она не вступала в тихую беседу Майкла и Тони, даже не слышала, о чем они говорят, просто смотрела на нетронутую еду в своей тарелке и думала об Алексе. Несколько раз хотела позвонить ему, даже брала телефон в руку, но тут же откладывала в сторону. Обида продолжала контролировать ее действия, не давая сделать то, к чему стремилась душа. Меньше всего Полина хотела злиться на брата, но именно это чувство сейчас руководило ею, запрещая первой идти на примирение. Постоянно прокручивая в голове слова Алекса о ее частых изменах Люку, она продолжала раздражаться. Но ведь он не солгал, не придумал ничего лишнего, отчего же тогда она обижается? Наверное, потому, что было невыносимо слышать правду от близкого человека, в особенности произнесенную в столь резкой форме. Полина и сама знала, насколько бесчестным было ее поведение в отношении мужа. Она давно раскаялась в этом и сожалела, что не нашла сил поставить точку в браке до того момента, как он начал причинять боль обоим. Впрочем, супружеством больше тяготилась Полина, нежели Люк. В их паре она чувствовала себя несчастной, так как не любила. Люк же, наоборот, обожал свою неверную жену, что делало его «жертвой» в глазах окружающих.

– Ну, позвони ему, – не выдержал Майкл, видя, что сестра неотрывно смотрит на экран телефона.

– Обойдется! В следующий раз будет думать, что можно говорить вслух, а о чем следует молчать.

– Играй в политкорректность с посторонними. Мы – семья, у нас не может быть секретов, и тем более мы не должны носить друг перед другом маски. Алекс сказал, что думает. Ты тоже. Поэтому вы квиты.

– Зато ты ловко выкрутился, – ухмыльнулась Полина и встала из-за стола. – Всю грязную работу предоставил злобной сестрице, а сам остался чистеньким.

Как настоящий джентльмен, Майкл поднялся следом, Тоня же невозмутимо продолжила ужин, чем вызвала у Полины новый приступ раздражения.

– Я ухожу, – сказала она, сверля подругу тяжелым взглядом.

– Хорошо. Встретимся за завтраком, – ответила Тоня и улыбнулась, глядя в спину Полины, выбежавшей из ресторана после этих слов. – Как на метле улетела, – засмеялась она. – Знаешь, я видела ее разной: подавленной, испуганной, сердитой. Однако не думала, что она умеет быть одновременно обиженной и разъяренной.

– Обычное дело после ссор с Алексом. Но она не умеет долго злиться. Сейчас поднимется к себе, попинает подушки и позвонит ему. Полина всегда первой гасит конфликты, в этом ее и сила, и слабость.

– Майкл, поцелуй меня, – неожиданно попросила Тоня, он не отказал, легко коснулся ее губ.

Свидетелем их первого поцелуя совершенно ненамеренно стала Полина. За минуту до этого она поняла, что не желает весь вечер провести в одиночестве в своем номере, поэтому быстро спустилась с лестницы и снова направилась к брату и подруге, которых оставила в ресторане. Посчитав, что будет лишней в столь «теплой» компании, она развернулась и медленно побрела по холлу, но в номер не стала подниматься, удобно устроилась в зоне отдыха недалеко от бара и заказала виски.

Как никогда, Полина ощущала себя одинокой, даже захотелось плакать, настолько безрадостным было ее состояние. Именно в такие минуты в голову приходят унылые мысли, вспоминаются старые обиды и разочарования. Жизнь крайне жестко играет с человеком, находящимся в подавленном настроении. Она заставляет его, беззащитного и чувствительного, размышлять о том, чему не придаешь значения в моменты спокойствия и радости. Наверно, это правильно, потому что благодаря боли, которая становится полноправной хозяйкой тела и души, появляется возможность осознать ошибки. Все внутри начинает отчаянно сопротивляться, человек жалеет себя, при этом обязательно находит виновных в случившихся с ним неудачах. И, разумеется, снимает с себя ответственность за все произошедшее, перекладывая вину на других. Так же поступила и Полина, сделав Алекса зачинщиком ссоры, а себе оставила в этой «пьесе» роль благородной, невинно оскорбленной героини. Однако спустя время картина виделась в ином ракурсе: они с Майклом «прижали» Алекса к стенке, поэтому он и повел себя грубо, не найдя другого способа защититься от нападок. «Я была не права», – наконец, решила Полина, быстро набрала номер брата, но, к сожалению, услышала в трубке лишь длинные гудки, а после автомат предложил оставить сообщение.

– Алекс, не игнорируй меня, – сказала она после недолгого молчания, затем хотела признаться, как сильно любит его, но вместо этого произнесла: – Сам виноват! Если бы подумал, кого укладываешь к себе в постель, нашей ссоры не случилось бы. Черт! Такое чувство, будто она тебе дороже меня. С нее ты наверняка пылинки сдуваешь, а меня можно обижать и оскорблять. В общем, дуйся сколько угодно. Прощения просить не стану, потому что ни в чем не виновата. Все, что я сказала и сделала, было ради твоей безопасности. Надеюсь, ты поймешь. Нет? Тогда это твои проблемы.

Положив телефон на столик, Полина тихо выругалась, потому что в очередной раз поступила не так, как желало ее сердце. Она знала, что может все исправить прямо сейчас, для этого нужно было лишь оставить новое сообщение. Однако в последний момент, когда уже готова была нажать кнопку вызова, решила не делать этого, к тому же отвлеклась на появившихся в холле Майкла и Тоню, которые, держась за руки, подошли к лифтам. Нахмурившись, Полина посмотрела на эту влюбленную парочку, подумав, что их в отличие от нее не мучает совесть и они заняты совершенно другим… Она отвернулась, не в силах видеть их счастливые лица, и бросила взгляд на нетронутый стакан с виски. Пить не хотелось, хотя настроение располагало. Задумавшись, стоит ли заставлять организм делать то, к чему он вовсе не стремится, Полина вздрогнула от неожиданности, когда Майкл тронул ее за плечо.

– Целомудренный поцелуй в щеку, пожелания спокойной ночи и все? – спросила она, протянув брату стакан.

Майкл сделал маленький глоток и присел рядом.

– Ожидание усиливает удовольствие, – сказал он. – Хотя будь моя воля, я остался бы с Тоней не только на эту ночь, но и на все последующие.

– Значит, это она не позволила тебе войти? – усмехнулась Полина. – Молодец, девчонка! Играет по-крупному и, похоже, у нее на тебя долгосрочные планы. Иначе мадемуазель Арланова уже давно позволила бы залезть себе под юбку.

– Не понимаю, откуда в тебе столько яда? Неужели, так сложно проявлять тактичность?

– Ты же сам сказал, что мы – семья. И мне не нужно носить перед тобой маску учтивости, – Полина поднялась и отряхнула брюки. – Я иду спать. Настроение ни к черту. Отвезешь нас в аэропорт? Конечно, я думала, это сделает Алекс, но учитывая, что мы в ссоре…

– Отвезу, – Майкл с нежностью обнял сестру за плечи. – Какие же вы упрямые! Хороших снов, дорогая. Встретимся завтра.

– До завтра, – эхом повторила Полина и долгим взглядом проводила его тонкую фигуру, направляющуюся к выходу.

Возвращаться в номер не было желания, она еще некоторое время провела в холле, заказала кофе и, делая маленькие глотки, наблюдала за постояльцами и служащими отеля. Одни из них куда-то спешили, другие, наоборот, сосредоточенно читали газеты и журналы, удобно устроившись в креслах, потягивая вино или напитки покрепче. Тихие разговоры заполнили холл и приятно смешивались с музыкой, идущей из бара. Атмосфера легкости и беззаботности, какая бывает только в дорогих отелях, расслабила Полину, она почувствовала, что раздражение, наконец, ушло. Однако на смену ему пришла грусть, которая никак не хотела уходить.

Открыв дверь номера, Полина задержалась на мгновение у порога, испытав желание постучать в комнату Тони. Конечно, подруга с радостью составила бы ей компанию, утешила бы, однако Полина не стала тревожить ее. К тому же сейчас мысли Тони заняты Майклом, девушка счастлива, как никогда, а счастливый человек, как известно, никогда не поймет грустного. Вздохнув, Полина закрыла за собой дверь.

Час она просидела в полумраке гостиной, потом приготовила одежду на следующий день. Не выдержала, позвонила Мануэлю в Париж и долго, взахлеб рассказывала о своем дурном настроении и его причинах. Мудрый Ману, как всегда, спокойно выслушал ее эмоциональный рассказ, после назвал их с Майклом «эгоистичными и жестокими», но добавил, что они поступили правильно, пытаясь оградить Алекса от неприятностей, к которым может привести этот опасный роман. Разговор помог Полине воспрянуть духом, а в конце, слушая уверения Мануэля, что Алекс непременно поймет мотивы и простит, так как сам сделал бы то же самое для брата и сестры, она даже начала улыбаться. Заснула она далеко за полночь, до этого целый час рассматривала хорошо освещенную улицу из окон гостиной своего номера, а после беспокойно ворочалась с боку на бок в постели. Простыни были безжалостно измяты, одеяло наполовину свисало на пол, и Полина, свернувшись в комочек, наконец, забылась в тревожном сне. Едва слышно она что-то бормотала, иногда взмахивала рукой, отгоняя от себя мрачные картинки, и дрожала в ознобе, беспомощно обнимая себя за плечи.


Глава 5 | Высшее наслаждение | * * *