home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 13

Жин-Жин была бы против… И не просто «против», а «ПРОТИВ». Она предлагала Агнии дождаться окончания съемок и снова ехать вместе. Ситуация становится опасной, и раз уж они не обращаются ни к кому за помощью, разумнее будет хотя бы не разделяться.

Поэтому Агния ничего и не сказала подруге. Из вежливости она покивала, со всем согласилась, а когда Жин-Жин уехала, отправилась по данному соседкой адресу.

Она не игнорировала риск, просто чувствовала, что времени мало. Вчера Жин-Жин отзвонился Андрей и сказал, что дома Зоя не появлялась, ее родные абсолютно уверены, что она в Минске. Кроме них двоих, никто вообще не подозревает, что она пропала.

Да и потом, нет ничего страшного в поездке в жилой район в разгар дня. Ситуация на порядок стабильней, чем во время их визита в привокзальную «башню»: судя по карте, район старый, с небольшими домиками, и даже в рабочее время в квартирах должен кто-то быть.

Наличие машины сыграло решающую роль.

– Не смей никуда соваться, – предупредила Жин-Жин, выдвигаясь на съемочную площадку. – Я днем буду звонить и проверять! Не дай Бог поедешь туда, будешь до конца жизни китайскими аналогами французской косметики пользоваться!

Наивная, звонить она будет! Сотовый телефон – такая замечательная штука, которую можно взять с собой и в кафе, и в магазин, и на диверсию.

– Я? Да никуда я не поеду! – вдохновенно соврала Агния.

Уже через полчаса после отъезда съемочной группы она сама покидала отель.

Погода заметно улучшилась по сравнению со вчерашним днем. Конечно, о теплом солнце оставалось только мечтать, но хотя бы прекратился нудный ледяной дождик. Даже небо, затянутое тучами, казалось скорее перламутровым, чем серым.

По дороге Агния старалась успокоить себя: нет ни единого шанса, что ее поджидают в квартире матери. Да, они с Жин-Жин по глупости не забрали с собой бумажку с упоминанием матери. Но им-то повезло столкнуться с разговорчивой соседкой! А двум громилам придется разыскивать Екатерину Синевич самостоятельно. Тут как раз есть подвох: мало того, что женщин с таким именем в городе девять, так еще и нужная в справочнике почему-то не указана! Агния уже все проверила.

Карта не обманула, район и правда оказался провинциально-очаровательным. Пожалуй, пенсионерке здесь даже гораздо лучше, чем рядом с оживленным вокзалом, вот она и удрала от сыночка без сомнений! Тут хорошо: много деревьев, зелени, а машин, наоборот, мало. Прямо путешествие в советскую эпоху! Завершающим аккордом стало обнаружение небольшой скульптуры – двух медведей. Они, видимо, сохранились еще с тех времен, когда слово «демократия» было не в моде.

«Что дальше, «Девушка с веслом»? – подумала Агния.

Нужный дом она нашла не сразу, пришлось побродить по дворам, оставив машину у поворота с главной дороги. Еще и номер на кирпичной стене оказался изрядно затертым. В то же время спокойные окрестности полностью соответствовали ее ожиданиям: никаких похитителей в близлежащем пространстве! Даже бомжей нет.

Она собиралась войти в подъезд, но инстинкт самосохранения, обостренный неоднократным попаданием в неприятности, заставил ее отскочить – и вовремя! Потому что мимо нее пулей пролетел потрепанный мужичонка средних лет. Если бы Агния не отошла, они бы не просто столкнулись, а слились в единое целое, настолько резво он ретировался из подъезда.

Да и немудрено, потому что следом за ним выдвигалась внушительных размеров дама… со скалкой. Агния даже глазам своим не поверила, слишком уж анекдотично получилось. Нет, правда, скалка! Впрочем, судя по тому, что на одежде и волосах женщины был заметный слой муки, скалка просто оказалась у нее под рукой, а не являлась в этом доме постоянным орудием воздействия.

– Одиннадцать часов дня! – сокрушалась женщина. – Только одиннадцать, а ты уже в хлам пьяный!

– Ну бубуся, – мужчина сложил тонкие руки на груди в умоляющем жесте. – Ну не куксись! Такое же дело… У Степки сын родился!

– Три месяца назад! У него второй ребенок раньше родится, чем вы бухать перестанете!

– Святое ж дело!

– Молчи уже, а? Скотина! Всю жизнь мне испортил!

Похоже, пошло по накатанной. Разъяренная дама напоминала Агнии королеву инопланетян из старого фильма «Чужие»: сильная, раза в два больше самца своего вида, и близко к ней лучше не подходить.

Мужчина предпринял еще несколько попыток пробраться на законную жилплощадь, но, получив-таки скалкой, сдался.

– Дура! – гордо объявил он, подтягивая застиранные штаны. – Сама же меня искать в итоге будешь!

– Не надейся!

– А то я тебя не знаю!

Будет. Агния неоднократно убеждалась, что такие всегда в итоге ищут, ночами не спят, дожидаясь свое «сокровище». А потом жалуются подружкам на «тяжкую бабью долю».

Уж лучше быть одной, чем с таким! А еще лучше с Даниилом, но… что уж теперь возвращаться к этому?

Мужчина ускакал куда-то – в буквальном смысле: убежал вприпрыжку. Скорее всего, вспомнил, где его еще ждут и бить не будут.

Глядя ему вслед, постсоветская валькирия только головой покачала:

– Ну и мужики нынче пошли! Нет чтобы оплеуху мне дать да уверенно в дом войти! Так он как тряпка вести себя будет! Горе мне, горюшко!

Да уж. Оплеуха – вот оно, истинное женское счастье!

Женщина собиралась возвращаться к дом, к недоделанным хлебобулочным изделиям, когда заметила Агнию:

– Девушка, а вам что? На бесплатный цирк посмотреть захотелось?

Конечно, полдня здесь сидела и мерзла, только чтобы дождаться, пока она своего задохлика гонять выйдет!

– Нет, я ищу женщину… Вашу соседку, Екатерину Синевич.

– Кого? – нахмурилась женщина, перекидывая скалку из руки в руку. Жест получился угрожающий. – Бабу Катю, что ли?

– Кому как. Не думаю, что обращение «баба Катя» с моей стороны ее порадует.

– А зачем она вам?

Что-то определенно не так. Как обычно реагируют на вопрос о соседке? «Вторая квартира направо, стучите громко, старушка глуховата» – как-то так. А здесь – очевидная настороженность.

Не стоит даже пытаться сойти за давнюю знакомую, нужен нейтральный вариант.

– Я из больницы. С ее сыном, Эдуардом, случилось несчастье, мы ищем близких родственников.

– Этот упырь вас сам послал?

Опа, не любят тут Эдика… Да и настороженность в голосе только усилилась.

Ложь в таких случаях – это как игра в «Горячо или холодно». Сейчас ее собеседница подавала очевидный сигнал «Холодно», есть риск попасть мимо кассы.

– Нет, он без сознания, в реанимации лежит. Я поехала по его адресу, но с ним никто не живет.

– Немудрено, с поленом жить проще и радостней!

– Э… насчет полена не знаю, насчет Эдуарда – тоже. Мы с ним не общались. Но человек в тяжелом состоянии, и я хочу найти его родных. Его соседка дала мне этот адрес.

– Да? Тогда соседка явно не друг семьи!

Что вообще за манера говорить загадками?

– Все может быть, – не сдавалась Агния. – Я бы и рада обратиться к другу семьи, но таковых не обнаружила. Так Екатерина Синевич здесь живет или нет?

– Уже нет. Баба Катя лет десять назад умерла.

К такому Агния точно не была готова! Но теперь понятно, почему мать Эдика прекратила отвечать на письма подруги-соседки. Некому отвечать стало!

Что тогда имел в виду Эдик?

– В общем, некому идти к нему в больницу, – продолжила женщина со скалкой. – Не сомневаюсь, что семьей он так и не обзавелся! Я ж говорю – упырь.

– А почему, смею спросить, упырь?

– Потому что мрачный, угрюмый и нелюдимый! Ему было наплевать на собственную мать. Заходил к ней редко, минут на пять, чаще – принести что-то. Баба Катя больше с нами общалась, чем с ним! Она к нему ездила, пока силы были, потом перестала. Она с моей матерью много общалась, говорила, что беспокоится за сына. Хотела внуков, да не дождалась! Я до сих пор поражаюсь, как у такой доброй, жизнерадостной женщины родился такой пень! То, что он остался один в больнице, – наказание ему. Он сам в жизни никому не сочувствовал! Когда у бабы Кати рак обнаружили, она ему очень долго не говорила ничего.

– Почему? – тихо спросила Агния.

– Вот уж не знаю! Но явно не потому, что он хороший добрый сын. Боялась, видно, что и краткосрочные его визиты прекратятся! Она долго сама о себе заботилась, потом мы помогать стали! Баба Катя не хотела ехать в больницу, да пришлось, очень быстро болезнь прогрессировала. В больницу к ней Эдик вообще не ездил – по крайней мере, моя мать его там не видела. Когда были похороны… На похороны он пришел. Но не плакал. Представляете? На похоронах собственной матери не плакал!

Агния из вежливости кивнула и не стала объяснять, что это ничего не значит. Нет шаблона для горя, боль люди воспринимают и выражают по-разному. Кто-то будет молчать там, где другой рыдает.

Правда, Эдика это не сильно оправдывает, на звание идеального сына он в любом случае не претендовал.

– Как мать похоронили, так он больше тут и не появлялся, – вздохнула женщина. – Квартиру продал через агентство вместе с мебелью, лишь бы избавиться от памяти!

Вот оно как… Если до этого Агния еще надеялась, что Эдик указывал на мамину квартиру, то теперь эта надежда отпала. Он не связан с квартирой десять лет!

Но он ведь и не писал «в квартире у мамы», правильно? Он написал «у мамы». Люди, даже мертвые, не растворяются в пустоте…

– Так на похоронах же он все-таки появился, – заметила Агния. – И на кладбище он, думаю, поехал!

– Еще бы он не поехал! – Женщина угрожающе стукнула скалкой по ладони. – На кладбище все мы поехали, даже я, хотя тогда еще маленькая была. Но это что, подвиг?! Кладбище-то сразу под Минском, Северное! Эдик, собственно, только и сделал, что поехал да денег дал, обо всем мои родители договаривались, чтобы можно было бабу Катю к ее мужу подхоронить! Вместе на участке этом… Сто семьдесят какой-то, точно не помню. Я и сама там не была давно. Стыдно, конечно, а что делать? Заботы, дела домашние, придурок этот! – Она бросила гневный взгляд на кусты сирени, за которыми скрылся ее возлюбленный. – А бабу Катю жалко. Не думаю, что Эдик к ней ездит. Вот и получил он за свое равнодушие: теперь к нему некому поехать!

– То есть других родственников у него нет?

– Нет, на похороны, по крайней мере, никто не явился. Так что либо нет родни, либо она вся такая же черствая, как Эдик.

Пора закругляться. Визит оказался не таким плодотворным, как ожидала Агния, но и не совсем напрасным. Эдик еще… детектив недоделанный! Нет чтобы сразу сказать, что и где искать, к чему все это «Следуй за белым кроликом»?

– Спасибо вам большое, – Агния чуть наклонила голову. – Вы мне очень помогли.

– Да ничем я не помогла. Вы не подумайте, что я Эдику смерти желаю! Просто… День сегодня неудачный!

– Я понимаю. Все равно спасибо.

– Удачи вам.

И женщина направилась обратно в подъезд. Там из приоткрытой двери квартиры уже выглядывали дети лет трех-четырех, ожидая, пока мама папу закончит гонять.

Да, если десять лет назад она еще «маленькая» была, то… рано же она начала демографическую ситуацию улучшать!

Агния направилась к своей машине. Проходя через лабиринт дворов, на одной из лавок она обнаружила побитого скалкой мужичонку. Он поедал разложенные на газете лук и черный хлеб, запивал это какой-то мутной жижей из пластиковой бутылки и вещал собравшимся вокруг товарищам, «какая у него все-таки гарпия!».

А гарпия тем временем следила за детьми и готовила обед, в том числе и для него. Так что семья устоит!

Вернувшись в машину, Агния достала из бардачка пачку карт. Поначалу она возмущалась, что в прокатном центре ее нагрузили всей этой макулатурой, а теперь даже мысленно благодарила их за это. Карта области сейчас будет не лишней!

Кладбище она нашла без труда. Здоровое все-таки! Хорошо, что ей обозначили примерную зону поиска, потому что иначе и дня не хватит!

Главный вопрос все равно заключается в том, ехать самой или ждать Жин-Жин. Нет, модель освободится ближе к вечеру, а ехать на кладбище ночью – это уже слишком! Агнию и так не грела мысль, что придется обыскивать чужую могилу. Она слабо представляла себе, как это будет происходить, но пока сосредоточилась на принятии принципиального решения: ехать ли на кладбище, и если да, то когда..

Пожалуй, разумнее все-таки сегодня. День промедления даст тем верзилам возможность собрать нужную информацию, да и для Зои опасно. Чем скорее, тем лучше.

«Докатилась, – думала Агния, высматривая нужный поворот, – уже по кладбищам шастаю! Лара Крофт, блин!»

Минск, приближающийся к дневному часу пик, – не Москва, потому что машин поменьше и свободный асфальт все равно остается видимым. Однако мельтешение железных коней точно не упрощало Агнии, не совсем понимающей, куда ехать, жизнь.

Пришлось поплутать, а в некоторых районах девушка так и вовсе несколько раз останавливалась, чтобы спросить дорогу. В одном случае немолодая дама с собачкой при вопросе: «А как проехать на кладбище?» – почему-то подхватила пухлого питомца на руки и ускорила шаг.

Агния не смущалась и даже не злилась, какая-то часть ее вообще надеялась, что дорогу найти не удастся (трусливая часть, этого не отнимешь). Страшно, что она может столкнуться там со своими преследователями, страшно, что могут застукать за копанием на чужой могиле. А что делать? Зое тоже невесело!

Когда она выехала за город, стало попроще: и указатели имеются, и движение на загородном шоссе в будний день спокойное. Хотя указатели как раз ее несколько смутили, потому что вели они к «Пауночным могилкам». Такое ощущение, что это какой-то клуб по интересам для сатанистов-полуночников!

«Не знаешь чужого языка – не выпендривайся», – мысленно упрекнула себя Агния.

В целом надписи на белорусском языке она понимала легко и без лишних проблем, тем более, что чаще всего они дублировались на русском. Но некоторые слова приводили ее в полнейшее замешательство. Одна из уборщиц в гостинце густо вплетала их в свою русскую, в общем-то, речь, и всем, кто находился с ней на этаже, невольно приходилось слушать. Агния предпочитала пропускать ее рассуждения мимо ушей, пока однажды женщина не объявила, умильно глядя на Чипса:

– А якая ж пысачка прыгожая!

Оказалось – мордочка…

Но это так, посторонние воспоминания, нынешняя ситуация к ним не очень располагает. Потому что по бокам уже лес, ограда, а за оградой – кресты.

Приехала.

Судя по надписям возле шлагбаума, загораживающего ворота, проезд на территорию кладбища разрешался, но за дополнительную плату. Агния денег не жалела, однако поняла, что вести поиск на машине будет значительно сложнее. Поэтому «Тойоту» она оставила на общей парковке, приготовившись к прогулке в компании холодного ветра.

Женщины, торгующие искусственными цветами, бросали на нее заискивающие взгляды. Оно и понятно: с клиентами у них в рабочий день проблемы, да и погода не способствует. Люди не идут, а из укрытий – только сомнительная палатка, и так целый день!

В равной степени из жалости к ним и с целью маскировки Агния решила обзавестись букетом. Выбрала большие белые розы: такими при необходимости и закрыться можно. Правда, когда ей объявили стоимость, она несколько смутилась: да за такую цену эти розы должен был лично Юдашкин крутить, при этом играя на флейте и жонглируя пуделями! Впрочем, буквально через пару секунд девушка вспомнила, что белорусские и российские рубли – не одно и то же, соотношение ноликов другое.

Шлагбаум Агния обошла, следовательно, деньги с нее брать не за что. Понимая это, охранники даже не выглянули из добротного бетонного домика, служившего им «командным пунктом».

В реальности кладбище оказалось еще огромней, чем на карте. Конечно, продавщица цветов на радостях объяснила ей, как пройти к нужным участкам, но «нужные участки» – все равно очень большое пространство. К тому же здесь ведь не поле ровное, здесь холмы, много высоких деревьев, цветы… проще говоря, лабиринт.

Агния застегнула куртку под горло и приготовилась к тому, что придется побродить. Но это не так уж и плохо, особенно для фотографа: подобные места обладают особой атмосферой. Это тоже красота, просто другая, отличная от привычного понимания.

Правда, гармония не была безупречной: кое-где на умиротворенную картину «ляпнули краской». Вот, например, сидят двое мужчин за столиком, выпивают. Один наклонился и взял с соседней могильной плиты вареное яйцо, которое кто-то оставил на рюмке.

– Холодно было, не должно испортиться, – пояснил он своему собеседнику. – А этой тушке уже ничего не понадобится!

С ними была солидарна и ворона, расклевывавшая кусок хлеба. Агния поспешила ускорить шаг, вступать в разговоры с «отдыхающими» ей не хотелось. А вот то, что она здесь не одна, несколько успокоило.

Каким-то чудом ей удалось не потерять направление среди многочисленных узких дорожек и поворотов, и скоро рядом стали мелькать таблички с нужными цифрами.

«Отлично. Если так пойдет и дальше, я часа за два могилку точно отыщу, – прикинула Агния. – Еще и вернусь вовремя, Жин вообще ничего не заметит!»

Но «так и дальше» не пошло. Поднявшись на холм, Агния увидела, что присутствия живых на кладбище даже больше, чем нужно: возле одной из могил копались двое рослых мужчин в темной одежде.

Сказать, что они проводили уборку перед наступлением зимы, было бы слишком мягко. Они вообще не церемонились: уже вывернули лавку и распотрошили содержимое хозяйственного ящика, стоящего под ней. Но краска, кисти и садовые щипцы их, видимо, не устроили, потому что теперь один пытался открутить бронзовую вазу, закрепленную на плите, а другой лопатой раскидывал крупные декоративные камни, закрывавшие доступ к земле.

«Выкапывать будут, не иначе, – догадалась девушка. – Они что, совсем идиоты?! Подумали бы, каким образом Эдик мог спрятать что-то на глубину!»

Однако мужчины на такие детали не заморачивались, они продолжали идти по накатанной.

Разум просигналил Агнии: «Уходи!» Нет, даже не просигналил, а объявил с фейерверком и военным парадом. И был проигнорирован, потому что девушка хотела наконец рассмотреть лица преследователей, а если повезет, то и услышать, о чем они говорят. Поэтому страх она задавила и спокойно направилась к нужному участку.

Именно спокойно, иначе нельзя. Это ведь общественное место! А на странную парочку ей, скорбящей родственнице, вообще внимание обращать не обязательно: может, это рабочие, все официально!

Основную ставку девушка делала на то, что ее не запомнили. Они ведь похитили Зою, похожую на Жин-Жин, о ней вообще речи не шло! По поводу собственной внешности Агния комплексов не испытывала, однако прекрасно понимала, что ее черты запомнить все-таки сложнее, чем копну кудряшек и лазурные глаза модели. К тому же, сейчас она волосы убрала под платок, лицо прятала в розах, да и куртку надела не ту, в которой гуляла по подземному городу. Мужчины ведь по таким приметам и запоминают, вряд ли они обратят внимание на иные подробности!

Маскировке способствовала и местность: кто-то высадил здесь несколько небольших яблонь и иву, так что деревья очень удачно перегораживали пространство.

Как и следовало ожидать, мужчины проигнорировали Агнию. Девушка сделала вид, что убирает траву возле соседнего памятника, а сама прислушивалась к их разговорам. Может, они обмолвятся, где находится Зоя!

Бесполезно. Все, чего она дождалась, это незатейливый мат да проклятья в адрес всех живых и мертвых. Да уж, не в восторге ребята от своей работенки!

Зато наблюдения дали неожиданный результат. Агния, сидящая на корточках, заметила то, что просмотрели мужчины. Вместе с очередной кучкой камней, перемазанных землей, на траву полетела и небольшая пластиковая баночка, похожая на те, в которых продавалась фотопленка до повсеместного распространения цифровых фотоаппаратов.

«Оно», – мелькнуло в голове у Агнии. Догадка была инстинктивной, хотя и логика ей не противоречила: обычный мусор вряд ли оказался бы на такой глубине под камнями. Да и спрятать баночку Эдик мог без труда, для этого такие глобальные раскопки, как сейчас, не нужны.

Только как ее достать?… Слишком далеко, чтобы ненавязчиво подхватить, подходить ближе опасно, а время поджимает. Они сами могут обнаружить, что нашли!

Драться с ними Агния точно не собиралась, весовая категория не та! Ее просто схватят, запихнут в багажник стоящей неподалеку машины, и появится у Зои компания! Нет, ей нужно что-то хотя бы отдаленно напоминающее план…

Помощь пришла неожиданно. Пока Агния соображала, как быть, объекты ее наблюдения кто-то окликнул:

– Эй! Вы что делаете?!


Глава 12 | Знакомство со всеми неизвестными | Глава 14