home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 21

Удалось лишь выяснить, что Беллу в один субботний день видели плачущей в лесу в месте, которое называется Лощина. На следующий день она пришла в церковь бледная, сама не своя. После этого ее больше никто не видел. Когда ее видели плачущей, на ней не было шляпки. Все как один утверждали, что за Линой никто не ухаживал.

Мег взглянула на стопку бумаг, исписанных удивительно аккуратным почерком Росса.

Оба весь день провели в гостинице, где их было легко найти, обедали, разговаривали с прихожанами, которые тайком приходили чаще всего через заднюю дверь, чтобы викарий их не заметил. На это ушел не один час. Мег даже не удалось поцеловать Росса, коснуться его, спросить, как он нашел ее, как любовь вытеснила его недоверие. Но оба то и дело глядели друг на друга, ведь ожидание обещало много радостей.

— Моя любовь, думаю, нам придется отказаться от дальнейших поисков, — заключил Росс, собирая бумаги. — Я оставлю хозяину гостиницы наш адрес и пообещаю ему солидное вознаграждение за сведения, которые ему удастся раздобыть. Вот идет он сам. Надеюсь, он сообщит о том, что пора обедать и что нашел гостиную, о которой я его просил.

В гостиной было уютно и уединенно. Как только дверь затворилась, Мег бросилась в объятия Росса:

— Ах, Росс. Ты действительно любишь меня? После того, что случилось в Лондоне? И после тога, что ты узнал обо мне?

— Дай мне поцеловать тебя. — Росс наклонил голову и нежно прильнул устами к ее губам, целовал ее страстно, медленно, лаская. — Я так боялся, что больше не смогу целовать тебя.

Мег обвила руками его шею и заглянула ему в глаза. Его обычно мрачное лицо сияло.

— Когда ты понял, что любишь меня?

— Когда мне показалось, что я потерял тебя. — Открылась дверь и стукнула Росса в спину. — Видно, принесли обед. — Мег отстранилась от него, села за стол, стараясь вести себя так, будто ее тело не покалывает с головы до ног от поцелуя. Дженни Уилкинс то входила, то выходила, пока не заставила стол блюдами, затем отошла в сторону, взглянула на них, порывисто вздохнула и вышла.

— Ах, Росс. Всем так нравится то, что судьба уготовила нам, да благословит их Бог. — Всем, кроме ее отца, разумеется. Как-никак он может тешить себя лишь мыслью о том, что нисколько не ошибся в дочери. Сначала та сбежала с женатым мужчиной, потом устроила непристойную сцену в церкви.

— Но мне это нравится больше всего, — говорил Росс, разрезая цыпленка. — Мне казалось, я потерял тебя. Я не понимал, почему стало так плохо. И дело не в том, что я разозлился на тебя, потому что ты скрыла от меня правду. Причиной стало чувство, какое я не испытывал прежде. Я понял, почему чувствую себя так на протяжении нескольких недель.

— Нескольких недель? — Мег положила Россу овощей и вдруг догадалась, что ведет себя как подобает жене. Ей хотелось броситься в его объятия, оказаться в постели с ним. Но первым делом надо выговориться, Мег была готова ждать и предвкушать счастливые мгновения.

— Несколько недель. Думаю, отчасти я чувствую себя так оттого, что снова вернусь домой. Домой, — повторил он, смакуя это слово. — Мег, ты превратила имение в мой домашний очаг.

— Я заменила несколько картин, подобрала несколько букетов, — возразила Мег, наливая себе вина.

— Я не то хотел сказать. Я имел в виду, что своим присутствием ты создала домашний очаг, внесла в дом жизнь, тепло и любовь. — На его лицо легла тень не только от занавески на окне. — Ты приняла Уильяма. Ты заботилась обо мне, избавила от кошмаров, заставила отбросить мысли о смерти, стрельбе и боли.

— Увидев тебя впервые, — призналась Мег, — я приняла тебя за саму Смерть. Ты был таким мрачным, безжалостным, обреченным. Но ты спас того парнишку, дал мне приют. И я поняла, что ошибаюсь.

— Я потерял надежду. — Росс бережно держал фужер, уставившись в глубины красного вина. — Я знал, что такое долг и чувство вины. Я снова переживал воспоминания, которые преследовали меня, и думал, что проведу остаток своих дней калекой.

— Ты доверил свою жизнь судьбе?

— И этой судьбой оказалась женщина среднего роста, с рыжими волосами, серыми глазами, острым язычком. К тому же ее поцелуи отдают вкусом свежей малины. — Росс оторвал глаза от фужера с вином, его лицо сияло. — А я-то представлял судьбу злой старой каргой без зубов с ржавыми ножницами в руках, которая только и ждет, чтобы оборвать нить моей жизни в самый неподходящий миг.

Оба молчали, им было приятно. Тишина ободряла. Больше не придется мучительно думать, о чем говорить, болтать о пустяках, чтобы нарушить молчание. Достаточно быть вместе, наслаждаться приятной едой и вином.

Однако оставалось кое-что, о чем надо сказать.

— Я не рассказала тебе о Джеймсе и нашем браке, которого и вовсе не было, потому что с самого начала мне было очень больно. Никто никогда не просил, чтобы я сказала правду, как сбежала с ним, каков был наш брак. Я держала это внутри себя. Чем больше времени проходило, тем труднее становилось говорить. Я именовала себя миссис Халгейт, а иначе как? Те пять лет прошли впустую.

Сказать об этом кому-либо было труднее, чем казалось. Даже Россу, который сидел, наблюдая за ее лицом и влажными от волнения глазами, после чего было нелегко удержать слезы.

— Мне и в голову не приходило, что в Корнуолле кто-то узнает, кто я. Мы не встречали никого, связанного с армией. Я подумала, твоей экономке ничто не грозит.

— А я вдруг попросил твоей руки.

— Да еще Лондон, уж там-то могли знать про меня. А с тобой приходится считаться, несмотря на то, что ты делаешь вид, будто всего лишь провинциальный сквайр. Однажды тебе вздумается занять место в палате лордов, заняться чем-то серьезным, и я почувствую себя обузой для тебя. — Тут Мег осенило. — О чем только я думала, соглашаясь стать твоей женой? Ведь пока еще не случилось ничего такого, что могло бы раздуть скандал.

— Ничего. Если не считать, что я убедил тебя в одном: мне все равно, что моя романтичная любовь однажды сбежала и была сбита с толку мужчиной, которому поверила. Я был зол и шокирован этой историей. Мне следовало обуздать свои чувства, прежде чем говорить с тобой. Прости меня. С твоего позволения я сделаю все, чтобы об этом узнало как можно больше соседей. Ты была молода, доверчива и совершенно неопытна. Мы обойдемся без тех, кто из-за этого станет избегать нас. Любому, кто посмеет упрекнуть тебя, придется иметь дело со мной. Я говорю откровенно, держи голову высоко, и сплетники увидят, что с нами шутки плохи.

— Ты действительно не сердишься?

— Признаюсь, если этот бедняга лейтенант Халгейт был бы жив, я бы наградил его таким пинком под зад, что он улетел бы до самого Опорто[18]. Нет, я не сержусь. — Росс развернулся так, что Мег оказалась у него на коленях. — Мадам, вы, случайно, не заигрываете со мной? Среди бела дня, да к тому же мы еще не разделались с обедом.

— Ты хочешь подождать, пока мы не поженимся? — Сама эта мысль казалась мучительной. Мег извернулась и с тревогой посмотрела ему в глаза, по лицу Росса, к ее радости, стало ясно, что подобная мысль ему невыносима.

— Ждать придется никак не меньше месяца или полутора, правда? Я хочу, чтобы мы сыграли настоящую сельскую свадьбу, поэтому надо основательно все продумать. К тому же тебе стоит купить свадебное платье. Думаю, есть смысл воздержаться, правда?

Росс говорил так серьезно, что Мег на мгновение поверила. Но озорные искорки в глазах выдали его.

— Росс Брендон, ты очень шаловливый мужчина.

— Возможно, — признался он. Комната закачалась, когда он встал, держа Мег на руках. — А что, если нам немного пошалить вместе?

— Да, с удовольствием.

Странно, как Росс своим поведением заставил ее почувствовать себя женственной и хрупкой. Он понес ее вверх, ударился головой о низкую балку и выругался, когда стукнулся локтем о перила. Оба смеялись, когда Росс опустил ее на постель и пошел запирать дверь. Вернувшись, он уже не смеялся. Мег заметила в нем страсть, от которой напрягалось ее тело и пересохло в горле.

Росс разделся, не спуская с нее глаз. Мег сидела среди спутавшихся юбок, смотрела на него при свете вечернего солнца, пробивавшегося сквозь тонкие старые занавески из ситца.

— Когда тебя принесли на корабль и раздели, я делала все необходимое в такой ситуации. Ты был всего лишь очередным раненым мужчиной, у которого разорваны мышцы и кожа. Я хотела накрыть тебя простыней и невольно поймала себя на том, что разглядываю тебя. Причем я, к своему позору, возбудилась, видя столь прекрасное мужское тело. Мне стало стыдно за себя, но то, что я увидела, никак не выходило из памяти.

— А я запомнил изгибы твоего тела, его жар и гибкость, когда уложил тебя на койку. Это случилось вечером, когда ты лежала рядом со мной, — признался Росс. — Мег, разденься сама.

Она медленно и томно снимала один за другим предметы одежды, отбрасывала их в сторону до тех пор, пока на ней ничего не осталось. Она не без удовольствия заметила, какой эффект произвела на Росса. Оба смотрели друг на друга. В его лице сквозили страсть и нежность.

Она лежала тихо, вцепившись в лоскутное одеяло. Росс стал целовать ее лодыжки, продвигаясь к коленям, бедрам, влажной сердцевине, сгоравшей от страсти.

Все мысли о планах на будущее испарились, растворились в первородном инстинкте и реакции, пока он целовал ее интимные складки, доводил языком до безумной страсти, заставил стонать от томного ожидания.

Он держал Мег в огромных мозолистых руках стрелка, готовых совершить любой грех, позволительный во время любовных утех. Обнимал до тех пор, пока она не вскрикнула и не прильнула к нему. Он слился с ней, проник в сокровенные глубины и довел до сладострастия, когда забывается все.

Росс еще не покинул ее жемчужину, когда Мег пришла в себя. Он совершал нежные движения, достаточные, чтобы приливы удовольствия не покидали ее. Мег напряглась, обхватила его, он закрыл глаза и даже не заметил, как она извернулась, оседлала его узкие бедра, уперлась пальцами ему в грудь, руками потирая твердые соски.

— Собираешься покататься? — задыхаясь, спросил Росс не без удивления. Его достоинство внутри Мег напряглось до предела.

— О да. — Мег то поднималась, то опускалась, медленно продлевая изумительные муки любви. Вверх, вниз. Она дразнила его. Шея Росса напряглась, голова заметалась на подушке. Мег начала подниматься выше и опускаться резче. Она оседлала его, управляла им. Росс обхватил бедра Мег, отвечал на каждое ее движение. Когда она снова достигла вершины удовольствия уже вместе с ним, он звал ее по имени, отдавая жар своего тела. Мег слышала слова любви и восторга. Он не скупился на обещания.

— Я буду любить тебя вечно. Вечно.


Еще сияло солнце, когда они медленно спустились с гранитного крыльца и оказались в большом церковном дворе, погруженном в рассеянную тень. Волны в речке набегали на поросший мхом край дерна. Древние надгробные камни вдоль тропинок вели в долину к церкви.

Все собрались в полном составе, бросали розовые лепестки и рис, хлопали в ладоши и громко повторяли их имена. В том месте, откуда тропинка уходила к древним священным родникам, стояли девушки с розами в волосах и гирляндами в руках.

Мег остановилась и обернулась. Росс крепко держал ее за руку и улыбался гостям. Уильям смотрелся не менее элегантно, чем лондонские джентльмены, и был чрезвычайно горд, что выступает в роли шафера. Лили была серьезна и не скрывала слез. Старик Билли был поразительно чист, его сопровождала собака, ошейник которой украшали цветы.

— Это наша семья, леди Брендон, — тихо произнес Росс.

Оба посмотрели на то место, где под усеянной цветами землей покоился Джайлс. Мег снова обернулась и стала бросать цветы, целясь в Лили. Однако она предвидела сплетни, которые навлечет на себя.

— Твои сестры душой вместе с тобой. Мы не перестанем искать их.

— Это еще не вся наша семья, — тихо ответила Мег, прижимая его руку к своему животу. — Но пока ты не увидишь нового члена семьи.

— Мег! У нас будет ребенок?

— Да, похоже на то. — Мег крепче взяла Росса под локоть.

Тот смотрел на нее, по лицу от неожиданной вести расплывалась улыбка.

— Тогда идем готовить старый дом к ее появлению на свет. Мы встретим ее с любовью.

— Или его, — сказала Мег. Оба начали подниматься к тому месту, где стояли экипажи.

— Любовь станет нашей спутницей, — сказал Росс, остановился, обнял Мег и поцеловал под радостные возгласы гостей.

Испуганные галки взвились в небо. Росс почувствовал на своей руке слезы Мег, плакавшей от радости. Слезы, напоминавшие нежную пшеницу Корнуолла.


Глава 20 | Расчетливая вдова | Примечания







Loading...