home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 5

Мег стояла на месте, прислушиваясь, как внизу стихают полные негодования крики. Теперь, когда забава закончилась, она ощутила слабость в ногах. Этот отвратительный случай потряс ее больше, чем она ожидала. На палубе послышались неровные, хромающие шаги, и Мег подняла голову:

— Что там произошло?

— Оба схватили тарелки с раздаточного стола и прикрыли ими свой срам, так что большинство присутствующих были избавлены от самого неприятного. Сейчас оба не посмеют высунуть нос из каюты в течение оставшегося путешествия. — Росс стоял рядом и смотрел на нее сверху вниз. — Джонни заметил, как они крались за вами, и явился ко мне. Мег, с вами все в порядке?

— Да, конечно, — ответила Мег, но вдруг ее голос сорвался. — Нет, не совсем. Все получилось очень глупо, мне бы лучше…

Росс обнял ее и привлек к себе. Возникло ощущение, будто ее обхватил медведь, с каким она его сравнивала. Медведь, пахнувший речной водой, плохо высохшей одеждой с привкусом пороха и дыма, но он чудесным образом успокаивал ее. Однако подобный поворот совершенно не вписывался в создавшуюся ситуацию. Мег обняла Росса за талию, прижалась щекой к темно-зеленому сукну кителя, упираясь носками в его сапоги. Сколько времени прошло с тех пор, когда ее обнимали в последний раз?

Росс был крупным и сильным. Настоящим мужчиной. Соответствующие женские части ее тела стало покалывать, она смутилась, ощутив, как ей хорошо с ним.

Подбородок Росса уперся в макушку ее головы. Он действительно умел хорошо обнимать, но, похоже, дальше этого дело не пойдет. Слава богу. «Слава богу», — отчаянно повторила она про себя, чувствуя, как ее тело впитывает тепло Росса, а его крепкие руки пробуждают чувства, которые не имели ничего общего с облегчением. Чувства пробудили не что иное, как близость настоящего мужчины, обнимавшего ее.

Действительно, пора отстраниться, пока Росс не испытал то же, что и она. Мег начала извиваться и сказала, прижавшись губами к его груди:

— Сейчас со мной все в порядке, спасибо.

— М-м-м? — Росс немного разомкнул руки, так чтобы она могла податься назад и посмотреть ему в глаза.

Было трудно видеть при свете раскачивающегося фонаря. Мег нахмурилась, пытаясь разглядеть выражение его лица. Только когда Росс наклонился и поцеловал ее, она догадалась, что положение их тел и продолжительность объятия равнозначны приглашению к развитию сюжета. Поцелуй не был нежным, но устроил ее. Дрожь пробежала по телу до самых кончиков пальцев ног. Неожиданный поцелуй. Мег смутно чувствовала, что Росс не менее, чем она, удивлен тем, что произошло. Она обняла его за шею и поцеловала. Тут Росс, похоже, вышел из шокового состояния и начал соображать, чем он занимается.

В это мгновение он коснулся ее уст нежно, интимно, намного увереннее и возбуждающе. Мег было трудно выдержать это. Она предпочла бы видеть его смущенным. К тому же не привыкла к таким поцелуям. Джеймс обычно приступал к делу без предварительной игры.

— Нет, — произнесла Мег, отстраняясь. — Росс, нам не следует вести себя так.

Росс отпустил ее не сразу, как мог бы поступить, чувствуя, что его отвергают, а лишь ослабил объятия.

— Нет?

Мег обнаружила, что у нее не хватает сил ответить. В это мгновение она не могла сообразить, почему, ложась в одну постель с попавшим в беду незнакомцем, которого не понимала, ведет себя не совсем разумно. Тут корабль качнулся, и Мег снова оказалась в его объятиях, ухватившись за густые волосы Росса. Ах, как приятна эта близость, этот жар тел.

Но тут Росс решил поставить точку.

— Спускаемся вниз. — Он направился к сходному трапу, крепко держа ее за руку.

Мег не стала сопротивляться. Она была чуть взволнована, чуть испугана и не способна оказать ему никакого сопротивления.

Шум голосов, встретивший их в общей каюте, говорил о том, что скандальное развлечение, устроенное Россом ранее, все еще занимало пассажиров.

— Миссис Брендон!

Мег обернулась и покраснела, осознав, что слишком охотно отзывается на это имя, и увидела полную женщину, рядом с которой сидела за столом.

— Вы видели это возмутительное зрелище! Двое мужчин, совершенно… я хотела сказать — в чем мать родила!

— Боже милостивый! Как это отвратительно. Должно быть, они были пьяны. Как вам кажется?

— Или спятили, — мрачно добавила другая женщина. — А вот и дорогой майор Брендон, храбрый спаситель Хосе. Сеньора нам уже все рассказала. Как вы себя чувствуете, майор?

— Я вполне здоров, мадам, — ответил Росс так, будто стоял перед военным трибуналом. — Извините нас… — Он провел Мег через общую каюту и направился к себе, крепко держа ее за руку.

Когда за ними затворилась дверь, они остановились и уставились друг на друга. Мег с ужасом начала понимать, что они вели себя очень неосторожно. Росс выглядел так, будто трибунал приговорил его к смерти.

— Спать, — прошипел он.

— Я думаю, что не… — заговорила Мег, осознавая больше прежнего, насколько этот мужчина крупный и сильный. Она раздразнила его, разогрела кровь, а теперь не знала, как не дать ему завершить то, что сама предложила. А желает ли она вообще остановить его? Нет! И это честный ответ. Но что будет потом?

— Мы не думали, что делаем. Идите спать. — Росс взял одеяла, которые Мег свернула и оставила на сундуке. — Я буду спать на полу.

Мег уселась на край койки. Ноги не слушались. Росс и не собирался довершить то, что у них началось на палубе, — ни силой, ни уговорами. Мег показалось, что у нее от облегчения закружилась голова. Теперь не придется ничего решать.

— Вы не будете спать на полу. — Чувство вины взяло верх над облегчением. — Мы оба будем спать на койке. Если вы ляжете на полу, у вас заболит нога, а я стану беспокоиться и не смогу уснуть. А если я лягу на полу, вы не сможете спать, тревожась за меня.

Звук, изданный Россом вместо ответа, можно было назвать фырканьем.

— Вы думаете, мне легко спать рядом с женщиной, которую я только что целовал? Держал в своих объятиях? Мег, вы ведь были замужем, разве не так? Вы знаете, чем все закончится.

Росс забрал подушку и бросил ее на пол.

Краснея, Мег подумала, что он ведет себя вполне искренне. Конечно, ей известно, как чувствует себя мужчина, целующий женщину. А если после этого оба лягут в одну постель и между ними ничего не произойдет, мужчина будет чувствовать себя весьма неуютно. Это ясно.

Мег могла положиться на обещание, которое Росс дал прошлым вечером! С ним ей ничего не грозит, даже если он проведет ночь, испытывая боль в ноге и невольную реакцию собственного тела. Теперь она чувствовала себя виноватой. И смущенной. И была весьма недовольна собой.

— А если мы оба устроимся на койке, то будем похожи на две доски, — добавил Росс. Он стоял подбоченясь, с неудовольствием глядя на матрас.

— Думаю, никому из нас не станет лучше, если вы будете спать на полу. Прошу прошения. Я обнимала и целовала вас просто от радости, поскольку испытала почти такую же радость, как тогда, когда Питер спас меня.

— Я первый поцеловал вас, — возразил Росс с видом человека, который останется честным, даже если это погубит его.

— Дело даже не в радости, — добавила Мег. — Пусть это побудит нас не давать воли… гм… животным страстям, как вы изволили выразиться, — бодро сказала она с большей решимостью, чем чувствовала. — Полагаю, мы взрослые люди, а не распущенные подростки, и Богом наделены силой воли.

Это прозвучало очень хорошо, но Мег все равно снова почувствовала себя семнадцатилетней девочкой, хотя по опыту знала, что в реальности романтическим мечтам приходит конец.

«Только взгляни на него. Он совсем некрасив, мрачен, суров, загадочен и всегда не в духе. Так что же на меня нашло?» Эти мысли ни к чему не привели. Мег понимала, что Росс настоящий мужчина, страшно волнует ее, а она его желает. Она, Маргарет Шелли, поклявшаяся никогда не позволить эмоциям снова вовлечь себя в беду.

— Животные страсти, — повторил Росс с еще более мрачным выражением лица. — Сила воли. Верно. Раздевайтесь за занавеской, а я лягу. Если погасите фонарь до своего выхода из-за занавески, можете представить себе, что я та крупная женщина, с которой мы только что повстречались. А я сделаю вид, что вы не ошиблись.

— Это может сработать, — согласилась Мег. Она скрылась за занавеской и занялась крючками и петельками. Она никак не могла понять, обладает ли Росс чувством юмора или говорит вполне серьезно. Она сняла платье через голову и заметила, обращаясь к безмолвной каюте: — Мы испытаем лишь временные неудобства. Утром после хорошего сна мы даже не вспомним об этом.


Росс лежал в темноте и умышленно напрягал мышцы ноги, чтобы боль в колене отвлекала от напряжения в паху. Он отвернулся в другую сторону, чтобы последствия поцелуя не дали знать о себе сквозь тонкую простыню. Что с ним происходит? Росс всего лишь поцеловал женщину, когда та нуждалась в утешении, а она ответила. И больше ничего. Ему даже в голову не пришло, что это может привести к чему-то еще. Росс был уверен, что Мег гоже ничего подобного не подумала.

Однако легче убеждать себя в этом, нежели укрощать тело. Росс ведь не был развращенным подростком, как выразилась Мег. Хорошо, она не видела свидетельства того, что он ведет себя как возбужденный семнадцатилетний мальчишка. И речь не шла о долгом воздержании. До самой битвы он удовлетворял свои потребности с услужливыми проститутками. Эти постоянные спутницы армии и источник удовольствий все время перемещались вместе с войсками. Россу пришло в голову, что он возбудился с тех пор, как впервые встретил Мег.

Занавеска зашуршала, свет погас. Даже то, как Мег едва слышно задула лампу, возбуждало его. Наверное, ее мягкие розовые губы сложились в кольцо, пока она дула на свечу…

«Прекрати это». Росс мысленно представил довольно глупые черты лица полной женщины, тонкие губы, неопределенного цвета глаза, бессмысленную болтовню. Так уже лучше. Простыня натянулась, пока Мег забиралась в постель и занимала место между ним и стеной. Узкое место. Забралась, извиваясь всем телом. Образ полной женщины исчез, Росс почувствовал запах теплой самки и дешевого мыла, стал дышать ровно и смирился с тем, что его ждет долгая ночь.

Он лежал неподвижно и безмолвно терпел, пока хирург вытаскивал пулю из ноги. Это случилось только после победы в шумном споре с хирургом, настаивавшим на том, что ногу необходимо ампутировать. После такого можно вынести и это мучение.

Росс был вынужден признать, что сейчас он переживал возбуждающую агонию и еле держался, чтобы не встать и не отправиться гулять по палубе. Миссис Халгейт стала для него досадной занозой. Мег упрямая и возмутительно здравомыслящая, зато дала ему пишу для раздумий не только о собственных несчастьях.

Лежа в темноте с открытыми глазами, Росс признался, что думал только о себе, когда его вынесли с поля боя и доставили в палатку хирурга. Он уже не мог ни влиять на ход битвы, ни командовать своими людьми. Впереди неумолимо замаячило будущее, о котором он пытался не думать.


Утром Росс проснулся в том же положении, в каком заснул. Свершилось настоящее чудо. Он спал, и ему удалось остаться в одном положении, а Мег ночью инстинктивно не обняла его. Действительно, Росс чувствовал себя совершенно спокойно и владел своими эмоциями.

Он обернулся и оказался нос к носу с Мег. Та открыла глаза, темные зрачки расширились. У нее был озабоченный вид. В ее глазах он увидел свое мрачное отражение. У нее были все причины тревожиться. Росс уже не держал себя в руках, ему хотелось лишь обнять и взять ее, забыться, слившись воедино с ней. Прильнуть к ней, заставить ее кричать от неудержимой страсти к нему…

— Доброе утро, — тихо произнесла Мег. — Вы хорошо спали?

— Я спал. — Росс чувствовал себя как доведенный до возбуждения медведь, у которого болит голова. — Сегодня я не стану валяться в койке.

Пусть Мег возражает, тогда можно будет поспорить и разрядить ситуацию.

— Разумеется. — Мег соскользнула с койки и скрылась за занавеской. — Теперь легкая прогулка пойдет на пользу вашей ноге.

— Вы не хотите подождать, пока принесут горячую воду?

Росс думал о любимой прогулке, затем мельком увидел себя в кусочке зеркала, которое Мег поставила на сундук, чтобы ей было легче заплести волосы. Весьма действенное противоядие от его похотливости. Стоит ли удивляться, что она относится к нему настороженно? Создавшееся положение можно было описать выражением «красавица и чудовище». Вчера вечером Мег перепугали, ей понадобилось немного нежности, вот и все. Такой женщине меньше всего нужен покалеченный некрасивый убийца.

— Нет. И так хорошо. — Послышался плеск воды, занавеска заколыхалась. Росс закрыл глаза и терпел. Тело почему-то не подчинялось ему так легко, как ум. — Я оденусь и выйду на палубу, пока вы соберетесь. Если придете в общую каюту, мы позавтракаем вместе.

— Вы не собираетесь проверять мои повязки?

— Нет, если только вам не стало хуже. Но если хотите, можно проверить.

— Нет. — Росс задал этот вопрос, желая укротить непослушное тело до того, как Мег коснется его обнаженной плоти. — Нет, спасибо.

Оба говорили так, будто того поцелуя и не было вовсе. Наверное, это к лучшему. Росс не привык жить с женщиной, он не понимал перепады настроения Мег и ее поведения в неловких ситуациях. Однако Мег привыкла жить с мужчинами. Как-никак уже жила с двумя. Стала женой одного и близким товарищем другого мужчины, поэтому явно понимала Росса лучше, чем он ее. Или думала, что понимает. Если бы она могла заглянуть в его голову, то забрала бы свою сумку, покинула каюту и остальную часть путешествия спала на верхней палубе. Росс совершенно уверен в этом.


«Чувствует ли он себя лучше или пытается что-то скрыть от меня?» Мег расхаживала по палубе, делая вид, будто живо интересуется детьми сеньоры Риверы, их характерами, причудами и очаровательной внешностью. Хосе, наказанного за неосторожное поведение, крепко держали за руку. Но у Мег уже полчаса болела голова от его постоянного нытья.

Росс сидел на крышке люка и с самого утра систематически опустошал карманы пассажиров, которые соглашались играть с ним в пикет. К счастью, он делал небольшие ставки. «Играет по маленькой», — проворчал один из игроков, после чего стал проигрывать одну партию за другой. После второй партии он уже перестал жаловаться на ставки.

Похоже, выигрыши радовали Росса не больше, чем отражение солнца на волнах, косяки дельфинов, изредка появлявшиеся у носа корабля, или голубое небо. Он играл серьезно, умело и не жалел своих партнеров. Мег было подумала, что Росс настаивает на низких ставках, опасаясь обвинения в мошенничестве, стоит ему только повысить их.

Джеймс пытался научить Мег этой игре, но она никак не могла понять сложную стратегию пикета, что страшно раздражало его. Он даже не смог втолковать ей, как сбрасывать карты.

— Новая партия, — заявил Росс в тот момент, когда мимо него снова прошли неторопливо прогуливавшиеся дамы.

— Ваш муж — отличный игрок, — заметила испанка.

— Верно. Думаю, пикет ему нравится, потому что это стратегическая игра. — Мег наблюдала, как Росс, прищурив глаза, сосредоточенно ведет игру. Она помнила, что хорошие картежники в полку были стратегами. Майор играл каждую партию так, будто вел войска в бой.

Игра в карты никогда не заменит ему армейскую жизнь, которой он лишился. Мег лишь надеялась, что Росс одолеет любые трудности, ожидавшие его дома, куда ему не хотелось возвращаться, но почему-то уже начала сомневаться в этом.

Росс выиграл еще одну партию, его партнер — коммерсант — расплатился и ушел, пытаясь сохранить хорошую мину.

— Извините, — сказала Мег, найдя предлог, чтобы избавиться от сеньоры Риверы и ее надоедливого сына. — Я должна проследить, чтобы майор совершил прогулку.

Когда Мег подошла к Россу, тот взглянул на нее и приподнял бровь:

— Да, моя дорогая?

— Дорогой, пора на прогулку, — сказала Мег ласково, как полагается жене, но ее слова предназначались для ушей находившихся вблизи пассажиров.

— Я не ручная собачонка, которую выводят гулять на палубу, — тихо возразил Росс, сгребая карты и выигранные деньги.

— Вы похожи на мастифа, которому хочется пробежаться по парку или загрызть быка. — Говоря, Мег все время улыбалась. — Вашей ноге сейчас нужны частые неторопливые прогулки. К тому же, если я позволю вам обчистить всех пассажиров до нитки, нас вышвырнут за борт прежде, чем мы увидим сушу.

— Вы думаете, я подтасовываю карты, да? — Росс положил колоду карт в карман и встал.

— Я уверена, вы выиграли своим умом, а не ловкостью рук, — заверила его Мег, шагая в ногу рядом нарочно медленно, чтобы не дать ему разогнаться.

Росс должен ходить не спеша, обуздать нетерпение так же, как вчера укротил свое желание овладеть ею. Росс испытывал безудержное желание, как бы ни пытался скрыть его. А это уже само по себе возбуждало Мег и, к несчастью, не отпускало.

Мег снова и снова твердила себе, что не может позволить себе любовную интригу с мужчиной, которого больше не увидит после того, как сойдет на берег. Для него это станет всего лишь удовлетворением физической потребности. А она считала, что не имеет права относиться к этому просто. Наверное, снова дал о себе знать старый наивный романтический дух, однако мысль о близости без взаимной любви, без чувств пугала ее.

Они добрались до кормы, затем совершили половину круга, Мег считала что для него это приемлемое расстояние. Она решила заговорить снова, уверенная, что Росс будет упорно молчать весь остаток путешествия, если она не растормошит его.

— Чем вы займетесь, когда вернетесь домой?

На мгновение ей показалось, что он не ответит на этот вопрос. Но, сделав еще два шага. Росс сказал:

— Буду осваивать ремесло землевладельца.

В его голосе не чувствовалось ни малейшей радости, хотя исчезла нотка полного безразличия, которая так беспокоила ее. Вместо этого слышалось отвращение. Мег считала, что все к лучшему.

— У вас много земли?

Вряд ли у Росса много земли, ведь если он унаследовал ее четыре месяца назад, мог хотя бы купить себе новую рубашку.

— Достаточно много для человека, не способного отличить хвост поросенка от скирды пшеницы.

Свиньи и пшеница настораживали Мег не так, как городская жизнь и общество, ведь она выросла в сельской местности. Конечно, солдату это должно показаться скучным и трудным делом. Что ж, в небольшом имении у Росса появится много свободного времени для восстановления сил. Он будет охотиться, ловить рыбу, как все сквайры, найдет себе жену… такую, которая сможет обойтись без улыбок и любви… у него появится целый выводок мрачных детей со злыми глазами.

— Что? — спросил Росс, заметив ироничную улыбку Мег. — Неужели вы знаете, в чем заключается разница?

— Разумеется. — Мег снова направилась к крышке люка, их прогулка завершалась. — В скирде больше колосьев, чем колец на хвосте поросенка.

Мег неожиданно услышала хохот.

— Что случилось? — спросила она, не веря своим ушам. — Вы рассмеялись.

— Вы изволили пошутить, — ответил Росс. Его лицо снова стало непроницаемым.

Раз уж он вспомнил, как люди смеются, то нечего беспокоиться, когда они расстанутся в Фалмуте.


Глава 4 | Расчетливая вдова | Глава 6







Loading...