home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава третья

Христианство

Евреи поступили совершенно иначе, чем римляне эпохи империи, где все более увеличивались безбрачие и бездетность. Хотя еврейка не имела права выбора мужа, так как отец назначал ей жениха, но брак был для нее обязанностью, которую она выполняла с верностью. Талмуд советует: «Когда твоя дочь достигает зрелого возраста, тогда подари одному из твоих рабов свободу и сосватай ее с ним». Точно так же евреи усердно следуют и заповеди их бога: «Плодитесь и множьтесь». Благодаря этому они, несмотря ни на какие преследования и притеснения, усердно размножались; они заклятые враги мальтузианства.

Уже Тацит говорит о них: «Они настойчиво держатся все вместе и обладают добровольною щедростью друг к другу и враждебностью к другим. Они никогда не едят за одним столом" с врагами и никогда не спят с ними, и, хотя крайне склонны к чувственности, воздерживаются от половых сношений с иностранками… Но все же они стремятся к увеличению своего народа. Убить рожденного для них грех; души погибших в бою или казненных они причисляют к бессмертным. Этим объясняется их любовь к размножению вместе с презрением к смерти». Тацит ненавидел и презирал евреев, так как они, вопреки религии своих предков, накопляли богатства и сокровища. Он называет их «самыми дурными людьми», «ненавистным народом».[58]

Под властью римлян евреи сплачивались все теснее. И страдания, которые им пришлось выносить в течение почти всего христианского средневековья, породили ту задушевную семейную жизнь, которая для современного буржуазного мира представляется своего рода образцом. Между тем в римском обществе совершался процесс разложения и распада, ведущий страну к ее окончательной гибели. Разврату, граничившему с сумасшествием, противопоставлялась другая крайность — самый строгий аскетизм. Подобно тому как прежде распутство, так теперь аскетизм принимал религиозные формы. Его проповедовали мечтатели-фанатики. Переходящая все границы невоздержанность и роскошь господствующих классов представляли резкий контраст с нуждой и нищетой миллионов, которые победоносный Рим из всех стран известного тогда мира сгонял как рабов в Италию. Между ними находилась масса женщин, оторванных от своего домашнего очага, от родителей, мужей и детей; они испытывали нищету всего глубже и жаждали освобождения. Многие римские женщины, возмущенные тем, что происходило на их глазах, находились в подобном же душевном состоянии. Они рады были всякой перемене своего положения. Глубокая жажда перемены и освобождения охватила широкие слои, и казалось, что спаситель скоро явится. Завоевание иудейского царства и Иерусалима римлянами уничтожило национальную самостоятельность евреев и породило среди аскетических сект этой страны мечтателей, провозглашавших возникновение нового царства, которое принесет всем свободу и счастье.

Христос пришел, и возникло христианство. Оно олицетворяло оппозицию против животного материализма, господствовавшего среди властителей и богачей Римской империи. Оно представляло собою протест против презрения и угнетения масс. Но так как христианство происходит от евреев, установивших полное бесправие женщины и так как согласно библейскому представлению женщина рассматривается как виновница всех зол, то христианство проповедовало презрение к женщине, воздержание и умерщвление плоти, так сильно грешившей в то время, и своими двусмысленными фразами предвещало будущее царство, которое одни считали небесным, другие — земным, царство, приносящее всем свободу и справедливость. В трясине Римской империи это учение нашло себе плодоносную почву. Женщина, как все униженные, надеявшаяся на освобождение и спасение из своего угнетенного положения, охотно и горячо примкнула к нему. Вплоть до настоящего времени не было ни одного значительного движения в мире, в котором женщины не выступали как борцы и мученицы. Те, кто прославляет христианство как великое культурное завоевание, не должны забывать, что большей частью своих успехов христианство обязано именно женщине. Ее старания обращать в христианскую веру играли важную роль как в Римской империи, так и среди варварских народов средних веков. Часто наиболее могущественные обращались в христианство благодаря женщине. Так, например, Хлодвига, царя франков, к принятию христианства побудила Клотильда. Берта, королева Гента, и Гизела, королева Венгрии, ввели христианство в своих странах. Влиянию женщин христианство обязано обращением многих великих людей. Но христианство плохо отплатило женщине. Оно содержит в своем учении то же презрение к ней, которым проникнуты все религии Востока. Оно приказывает ей быть послушной слугою мужа, и еще поныне должна она клясться перед алтарем в повиновении мужу.

Послушаем, как говорят о женщине и браке Библия и христианство.

Десять заповедей Ветхого завета обращены только к мужчине. В девятой заповеди женщина упоминается наряду с прислугой и домашними животными: мужчине предлагается не пожелать ни жены ближнего, ни слуги его, ни скота его, ни осла его, ни всего, что принадлежит ближнему. Женщина, таким образом, — объект, часть собственности, к которой мужчина, поскольку эта собственность находится в чужом владении, не должен предъявлять никаких притязаний. И Иисус, принадлежавший к секте, налагавшей строгий аскетизм (воздержанность) и самокастрацию,[59] на вопрос учеников, хорошо ли жениться, сказал им: не все вмещают слово сие, но кому дано; ибо есть скопцы, которые из чрева материнского родились так; и есть скопцы, которые оскоплены от людей; и есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для царства небесного. Кастрация, таким образом, — поступок, угодный богу, и отказ от любви и брака — хорошее дело.

Павел, которого еще более, чем Христа, можно назвать основателем христианства и который придал этому учению международный характер и освободил его от ограниченного еврейского сектантства, пишет коринфянам: «А о чем вы писали ко мне, то хорошо человеку не касаться женщины. Но, во избежание блуда, каждый имей свою жену, и каждая имей своего мужа…» «Брак — низкое состояние, жениться — хорошо, не жениться — лучше». «Поступайте но духу, и вы не будете исполнять вожделений плоти, ибо плоть желает противного духу, а дух — противного плоти». «Но те, которые христовы, распяли плоть со страстями и похотями». Он сам следовал своему учению и не женился. Эта ненависть к плоти есть не что иное, как ненависть к женщине, но также и страх перед женщиной, которая представляется соблазнительницей мужчины, как это видно из сцены в раю. В том же духе проповедовали апостолы и отцы церкви, так же как и церковь, в течение всех средних веков создававшие монастыри и вводящие безбрачие священников, что продолжается и поныне.

Женщина, согласно христианскому учению, — нечистая, соблазнительница, внесшая в мир грех и погубившая мужчин. Поэтому апостолы и отцы церкви всегда смотрели на брак только как на необходимое зло, как ныне смотрят на проституцию. Тертуллиан восклицал: «Женщина, ты должна постоянно ходить в печали и лохмотьях, с глазами, полными слез раскаяния, чтобы заставить забыть, что ты погубила человеческий род. Женщина! Ты — врата адовы!» И далее: «Должно выбирать безбрачие, хотя бы это привело к гибели человеческого рода». Иероним говорит: «Брак всегда грех, все, что можно сделать, это простить его и освятить», — поэтому его и сделали церковным таинством. Ориген заявляет: «Брак — нечто нечестивое и нечистое, средство сладострастия», — и, чтобы противостоять искушению, он кастрировал себя. Августин учит: «Безбрачные будут блестеть на небе, как светлые звезды, а их родители (произведшие их) уподобляются звездам темным». Евсевий и Иероним — оба согласны, что изречение Библии «Плодитесь и множьтесь» не соответствует более времени и не касается христиан. Можно было бы привести еще сотни цитат самых влиятельных учителей церкви, которые все учили в том же направлении. И своими непрерывными поучениями и проповедями они распространили неестественные взгляды на половые отношения, которые как бы то ни было являются повелением природы и выполнение которых — одна из важнейших обязанностей жизненной цели. Этими поучениями современное общество еще тяжело болеет и поправляется очень медленно.

Петр с особенным ударением восклицает: «Жены, повинуйтесь вашим мужьям». Павел пишет к ефесянам: «Муж есть глава жены, как и Христос — глава церкви», — и к коринфянам: «Муж есть образ и слава божия, а жена есть слава мужа». Из этого следует, что всякий глупый муж имеет право считать себя лучше, чем самая превосходная женщина, и на практике так бывает и поныне. Точно так же Павел поднимает свой авторитетный голос против более высокого образования женщин. Он говорит (Тимофей, 2, 11 и т. д.): «Жена да учится в безмолвии, со всякою покорностью, а учить жене не позволяю, ни властвовать над мужем, но быть в безмолвии». И к коринфянам (14, 34 и 35): «Жены ваши в церквах да молчат, ибо не позволено им говорить, а быть в подчинении, как закон и говорит. Если же они хотят чему научиться, пусть спрашивают о том у мужей своих, ибо неприлично жене говорить в церкви». Святой Фома Аквинский (1227–1274 годы) говорит: «Женщина — быстро растущая сорная трава, она неполноценный человек, тело которого только потому быстрее достигает полного развития, что оно меньшей ценности и что природа меньше с ним занимается». «Женщины родятся, чтобы вечно их держали под игом господина и учителя, так как природа во всех отношениях дала мужчине преимущество и предназначила его для господства».

Подобные учения свойственны не одному только христианству. Так же как христианство представляет из себя смесь иудейства и греческой философии, а последние опять-таки находят свои источники в древней культуре индусов, вавилонян и египтян, так и то подчиненное положение, на которое христианство обрекало женщину после прекращения материнской линии, было общим явлением для культурного мира. Вот что говорится в индусской книге законов Ману:[60] «Причиной бесчестия является женщина, причиной вражды является женщина, причиной мирского существования является женщина, поэтому следует избегать женщины». Наряду с унижением женщины в довольно наивной форме находит свое выражение и постоянный страх перед ней; так, у Ману говорится далее: «Женщины от природы постоянно склонны соблазнять мужчин, поэтому мужчина не должен даже со своей ближайшей родственницей сидеть в уединенном месте».

Таким образом, женщина является соблазнительницей как по индийскому, так и по ветхозаветному и христианскому воззрениям. Всякое господство предполагает унижение подвластного. Подчиненное положение женщины до настоящего времени у отсталых в культурном отношении народов Востока сохранилось еще более, чем у народов с христианским мировоззрением. Положение женщины в так называемом христианском мире постепенно улучшалось не благодаря христианству, а благодаря западной культуре, приобретенной в борьбе против христианского мировоззрения.

Христианство нельзя рассматривать как причину того, что положение женщины в настоящее время лучше, чем во времена его возникновения. Неохотно, уступая лишь необходимости, оно отказалось от своего истинного отношения к женщине. Те, которые увлекаются «миссией христианства, освобождающего человечество», держатся, конечно, другого взгляда. Они утверждают, что христианство вывело женщину из ее прежнего низкого положения, и опираются при этом в особенности на позднее возникший в христианстве культ Марии, или богоматери, что является знаком уважения к женскому полу. Но католическая церковь, поддерживающая этот культ, вряд ли разделяет это воззрение. Только что приведенные изречения святых и отцов церкви, которых можно было бы привести еще много, проникнуты все вместе и каждое в отдельности враждой к женщине и браку. Маконский собор, споривший в VI столетии о том, есть ли у женщины душа, и решивший этот вопрос в утвердительном смысле большинством одного голоса, тоже не является доказательством дружественного отношения к женщинам. Введение Григорием VII безбрачия духовенства[61] с целью иметь в нем силу, которая не отвлекалась бы от службы церкви никакими семейными интересами, было возможно лишь благодаря лежавшим в основе церкви воззрениям о греховности плотских побуждений. Также и различные реформаторы, в особенности Кальвин и шотландское духовенство, своей яростью против «плотской похоти» не оставили никакого сомнения в том, что христианство по своему воззрению враждебно женщине.[62]

Введя культ Марии, католическая церковь с умным расчетом поставила его на место культа языческих богинь, существовавшего у всех народов, среди которых тогда распространялось христианство. Мария заступила место Кибелы, Милитты, Афродиты, Венеры, Цереры и т. д. у южных народов, место Фрейи, Фригги и т. д. у германских народов, она была только идеализирована в христианско-спиритуалистическом духе.


5. Возникновение государственного порядка. Разложение рода в Риме | Женщина и социализм | 1. Положение женщины у германцев