home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 5

Как ни странно, но королевские помощники действительно повели себя вполне тактично — в кабинет вошли с совершенно обыденными, ничего не выражающими лицами и даже не покосились в сторону дивана, на котором сидела я.

Они просто направились каждый к своему столу, уселись и тут же зарылись в бумаги. Эта подчеркнутая невнимательность дала возможность не только отдышаться, но и немного привести себя в порядок — пригладить волосы, расправить платье и подтянуть слегка опустившийся лиф.

Ринарион в бумагах не копался. Он тоже сидел за столом, развалившись в огромном кожаном кресле, и усиленно о чем-то размышлял. Но, в отличие от подчиненных, косился на меня довольно часто. Невзирая на то что я сама занималась тем же, эти взгляды ужасно злили.

А спустя минут десять тишина, наполнявшая кабинет, отступила. Ринар прекратил думать и окликнул:

— Сарс!

Плотный тут же поднял голову и уставился вопросительно. А монарх продолжил:

— Бросай то, чем сейчас занимаешься. Нужно срочно составить приказ для тайной канцелярии.

Сарс мгновенно потянулся к стопке бумаг, лежавшей на краю стола, выхватил чистый, как я поняла, лист и ответил:

— Да, ваше величество. Записываю.

— Пусть вышлют с территории дворца всех, у кого нет земель и обширных родовых связей. Тех, у кого связи есть, но кто в ссоре с семьей — тоже из дворца убрать. И всех, кто испытывает значительные финансовые трудности. Отдельное внимание тем, у кого есть крупные «азартные» долги.

Ринар взял паузу, позволяя помощнику записать, и я услышала, как скрипит перо, которым Сарс орудовал. И чуть-чуть удивилась — неужели в мире, где есть вполне нормальная сантехника и качественное освещение, не могли придумать шариковую ручку? Ну или хотя бы обычный карандаш…

— Сделать нужно немедленно, — продолжил Ринар. — На чины и звания не смотреть. Сразу по завершении проверки предоставить списки. Впрочем, промежуточные списки тоже подать.

Король снова замолчал, а помощник принялся скрипеть еще активнее. А когда Сарс скрипеть перестал…

— То же касается прислуги. Еще раз и очень внимательно проверить всех. И личную прислугу проживающей во дворце аристократии рассмотреть. При малейших сомнениях — за ворота.

Лично меня дела чужого королевства не интересовали, но звучавшее в голосе Ринара спокойствие не привлечь внимания не могло. Уж слишком решительным, слишком непоколебимым оно было. Ну и понимание того, что приказ может послужить поводом для массовых увольнений, некоторую роль сыграло. Откуда такая жестокость? Для чего?

Бирис, который все это время занимался какими-то своими делами, тоже отвлекся. Поднял голову и внимательно уставился на короля. А тот, заметив интерес второго помощника, новое распоряжение выдал. И уже не Сарсу, а, собственно, ему.

— Магов пригласи. Пусть проверят защиту.

Тощий точно хотел кивнуть, но потом нахмурился и выдал:

— Магов? Они же всего месяц назад были. И плановая проверка показала…

— Мне плевать! — отрезал Ринарион. — Пусть придут и проверят еще раз.

Вот теперь Бирис кивнул и… впервые с момента возвращения покосился в мою сторону. Потом потянулся за чистым листком и даже что-то там написал, но…

— Что тебе непонятно? — вопросил монарх.

Бирис не стушевался. Он отложил перо, кашлянул и озвучил:

— Все эти проверки, включая аристократию и прислугу, займут несколько дней. Если учесть, что леди Светлана пробудет у нас всего неделю, подобные меры не слишком рациональны.

Вот теперь я заинтересовалась по-настоящему. Даже невольно выпрямилась и на мгновение привстала.

— Согласен, — ответил Ринар. — Но что, если наша драгоценная настоятельница очнется позже? Что, если она упрется или нам потребуется дождаться полного восстановления ее сил?

Бирис поджал губы, Сарс тоже рожу скорчил. Ну а я изумленно приоткрыла рот и выдохнула:

— Что?..

Меня привычно проигнорировали, но пояснений в общем-то не требовалось. Этот пазл и без подсказок сложился.

Ведь я как бы дар, и от моей сохранности зависит благополучие не только Ринариона, но и всего, что ему подвластно. Учитывая, что Ринар — король, ставки довольно высоки, и меня действительно лучше сберечь.

Но в том, что касается озвученных мер, это было слишком. И я даже хотела сообщить его величеству свое мнение, но вспомнила книжки про попаданок и мгновенно осеклась.

Да, я читала не так уж много, но составить общее представление успела. В книгах буквально каждой девчонке предлагалось пройти через огонь, воду и прочие ужасы. Буквально всех поджидали смертельные ловушки, коварные враги и… да-да, покушения на жизнь!

Более того, мучения некоторых героинь доходили до такой степени, что хотелось найти автора и как следует поколотить! Не из злобы, а просто для того, чтобы преподать урок. Чтобы отучить от зверств и садизма.

При том, что я тоже оказалась… ну как бы в фэнтези, стало жутко. И вместо слов об излишней мнительности Ринара с языка сорвалось:

— Вот только покушений не надо!

В этот раз внимание на меня таки обратили. Оно ограничилось подчеркнуто недовольным взглядом, но, учитывая характер и повадки некоторых индивидов, — уже прогресс.

Поймав этот взгляд, я подумала и замолчала. Вновь откинулась на спинку дивана и опять попробовала отрешиться от всего. В конце концов, его величество не дурак. Он знаком с ситуацией, обладает ресурсами и очень заинтересован в безопасности своего «дара». А я наоборот — с ситуацией не знакома, ресурсами не обладаю и вообще…

И вообще, если взглянуть на происходящее здраво, главная опасность — не придворные и даже не слуги. Мой главный фактор риска сидит сейчас за огромным письменным столом, раздает указания и морщит свой королевский нос.

Поэтому, если так хочется заморочиться на угрозе, то думать нужно именно о нем.

Впрочем, нет. Уж о ком, а о Ринаре думать точно не стоит! Увы, но подобные мысли чреваты нежелательными состояниями. И если ярость пережить еще можно, то все остальное — ни за что!

А раз так, то… лучше просто взять и расслабиться. Сосредоточиться, например, на дыхании. Или на огромной витиеватой люстре. Или на чем-нибудь еще…


Следующие полчаса в кабинете было очень тихо. Эту тишину нарушало лишь одно — мерный скрип перьев. Причем бумагу не только Сарс с Бирисом марали. Ринарион тоже что-то писал и выглядел при этом как-то очень мрачно, но решительно.

Я в это время сидела, наблюдала за мужчинами и все так же пыталась расслабиться. Только вместо умиротворения меня охватила скука. Стоило представить, что сижу вот так до вечера, и скука стала прямо-таки нестерпимой.

Неудивительно, что в какой-то момент я не выдержала и спросила:

— Ваше величество, а можно мне… ну какую-нибудь книжку, например.

Монарх оторвался от своей писанины и глянул хмуро. Потом обвел кабинет взглядом и тоже спросил:

— Ты видишь здесь книги?

Нет. Книг тут явно не имелось. Два больших шкафа с прозрачными дверцами, которые в дальнем углу стояли, точно были завалены отнюдь не литературой, а документами. Но проблемы это не отменяло.

— Можно не книгу, — не обратив внимания на оттенок хамства, сказала я. — Можно что-нибудь другое. Что-то, чем можно занять руки и голову.

Ринар… да-да, скривился! Тут же попытался отмахнуться и вернуться к своему занятию, но вскоре вновь уставился на меня. Он поразмышлял несколько секунд, потом повернул голову и приказал:

— Бирис, проводи леди в библиотеку, пусть выберет себе что-нибудь.

Проводи? А как же…

— Библиотека близко, — угадав ход мыслей, пояснил Ринар. И добавил, смерив очередным, в этот раз непонятным взглядом: — Ничего не случится.

Я припомнила, сколько мы добирались от покоев до зала, куда меня телепортировало в прошлый раз, и кивнула. Расстояние было весьма приличным, и если величество говорит, что библиотека ближе, значит, так оно и есть.

Заинтригованная предстоящим знакомством с местной литературой, я встала с дивана и последовала за подскочившим со своего места Бирисом. Вот только дойти до библиотеки было не суждено…

Нет-нет! Никаких выскакивающих из воздуха ниндзя! Никаких служанок с кинжалами или прочей опасной для жизни ерундой! Причина оказалась проще и, несмотря на состоявшийся несколько минут назад разговор, неожиданней. Когда мы с Бирисом вышли из приемной и зашагали по широкому коридору, меня… телепортировало.

Ощущения были точь-в-точь как раньше — я почувствовала, как тело стремительно обволакивает какая-то невесомая субстанция, и через мгновение словно провалилась в пустоту. Вместо дворцового коридора взгляду предстал роскошный кабинет, массивный письменный стол и сидящий за этим столом Ринар.

Мое появление, конечно, заметили, и в следующую секунду в царившей вокруг тишине прозвучало:

— Что-о-о?!


Ринарион вскочил. Вытаращился на мою удивленную персону, потом повторил:

— Что-о-о?!

Тут же вылетел из-за стола, сделал несколько шагов, но замер на довольно порядочном расстоянии.

Теперь молчал. Смотрел злобно, дышал шумно, но обвинять в смертных грехах не спешил. Когда дверь распахнулась, и в кабинет вбежал ошарашенный Бирис, резко повернулся и выпалил, обращаясь уже к помощнику:

— Что произошло?!

Вопрос был, конечно, риторическим. Смысл произошедшего угадывался на раз и поводов для сомнений не оставлял. Но Ринара этот смысл не устраивал. Впрочем, как и меня.

Еще полминуты на раздумья, и король обернулся, чтобы приказать:

— Стой здесь и не двигайся!

Я, разумеется, кивнула, а Ринар решительно зашагал прочь и даже массивной дверью напоследок хлопнул.

Кабинет снова заполнила тишина. Королевские помощники таращили глаза и не дышали, а я стояла и верила в лучшее.

Нет, ну а вдруг? Вдруг мы столкнулись с каким-нибудь магическим сбоем? Вдруг причина в том, что это я удаляться начала, а не он? Вдруг сейчас все наладится, станет как прежде и вообще рассосется? Вдруг…

Увы, но чуда не произошло. Спустя несколько минут я поймала уже знакомое ощущение и осознала себя в том самом коридоре.

Его величество, который бодро шагал к библиотеке, почувствовал и остановился. Обернулся, смерил уже не злобным, а каким-то усталым взглядом, шумно выдохнул и направился обратно. То есть ко мне.

Ну а я тихонечко взвыла. Когда же монарх приблизился, сказала укоризненно:

— Допроверялся?

Ринар привычно поморщился и ответил:

— Я не думаю, что проблема в этом.

— А в чем тогда?

Он заговорил не сразу. Кажется, вообще проигнорировать хотел, но потом все-таки передумал…

— Полагаю, причина в том, что силы, которые переместили тебя в наш мир, очень хотят нас с тобой соединить. Вот радиус действия телепортации и сократился.

Объяснение прозвучало здраво, но я не прониклась. Впрочем, какая разница, почему это произошло? Последствия «сокращения радиуса» куда важней!

— Я не хочу быть к тебе привязанной, — сказала честно и хмуро.

Ринар отреагировал на эту реплику очередной гримасой и язвительным:

— А я буквально мечтаю. Сплю и вижу, как ты ко мне липнешь.

— Кто липнет? Я?!

Все. Вот теперь его величество милостиво включил игнор и решительно устремился обратно к приемной. Он, безусловно, считал, что побегу следом, но я сложила руки на груди и осталась где была. Просто «липнуть» или «бегать» действительно не собиралась. За кем угодно, только не за ним!

И вообще — зачем дергаться, если телепортация сама куда нужно отправит?

Как ни странно, но монарх мое отсутствие заметил. Добравшись до конца коридора, обернулся, подарил несколько удивленный взгляд, и только после этого поспешил дальше. Я же сделала шаг назад — ну чтобы наверняка, а через несколько минут вновь оказалась в кабинете.

Телепортировалась, чтобы тут же увидеть предельно недовольную мину и недобрый прищур голубых глаз.

Кажется, ничего необычного. Похоже, за последние сутки я даже привыкла и научилась относиться к выходкам Ринара философски. Но эти вопиющие слова о том, что я якобы липну, откровенно взбесили.

Поэтому я тоже взгляд подарила, но не хмурый, а испепеляющий. И сказала:

— Хватит надо мной издеваться! Хватит смотреть на меня так, будто это я во всем виновата! Я, в отличие от тебя, вообще никакого отношения к происходящему не имею! Я ни с какими настоятельницами не ссорилась! И на храмы не покушалась!

Повисла пауза. Она была недолгой, но довольно насыщенной.

А потом замерший на полдороге к столу Ринарион спросил:

— Откуда знаешь про храм? — И, закатив глаза, сам же на собственный вопрос ответил: — Ах… Тебе Визо разболтал.

Моя ярость чуть притухла. Увы, но я совершенно о своем информаторе не подумала. Даже хотела попробовать оправдаться, заявить, что это вовсе не он, но быстро поняла — отрицать глупо, ибо, кроме Визо, некому.

В итоге сказала:

— Какая разница? Я бы все равно рано или поздно узнала. А вот ты…

— Что я? — перебил Ринар, причем таким тоном, что я невольно осеклась и замолчала.

Кабинет снова наполнился тишиной. Король стоял и взирал, а я… тоже стояла и взирала. И очень надеялась если не на извинения, то на объяснения точно. Но упертый самодур сказал о другом:

— Вот теперь я точно этот храм передвину. А если Лария не исправит то, что натворила, вообще в порошок сотру. Она, видите ли, решила, что имеет право шантажировать короля. Что может безнаказанно сотворить любую глупость!

Честно? До сего момента мне и самой очень хотелось матушку настоятельницу прибить, но сейчас стало страшно. Просто Ринар не шутил и прощать ушлую храмовницу точно не собирался. Ларии грозили не просто серьезные, а прямо-таки гигантские проблемы. На этом фоне ее летаргия выглядела истинным благом.

— А ты, — рыкнул король, — не лезь! Сиди… — Рука величества взметнулась, указывая на тот самый диван. — И молчи! И вообще постарайся вести себя так, чтобы я не только не слышал, но и не видел. Поверь, это в твоих же интересах, С… Света.

Последние слова были подкреплены очень недвусмысленным взглядом — Ринар прошелся по моей фигуре, отдельно задержавшись на бедрах, груди и губах. И главная подлость момента заключалась в том, что я вспыхнула! Причем не только внешне.

Чертово напряжение будто именно этого и ждало. Оно словно сидело в засаде, и стоило Ринариону дать малейший повод, тут же из своего укрытия выпрыгнуло.

Но я не растерялась. Несмотря на прилив жара, скривила губы в подобии улыбки и ответила:

— Как прикажете.

Потом гордо вздернула подбородок, еще более гордо прошествовала до дивана, села и уставилась на уже изученную люстру.

Ринарион тоже пришел в движение. Добрался-таки до своего стола и тоже сел. И даже успел вооружиться пером и что-то написать, когда Сарс осмелился окликнуть:

— Ринар…

— Что?!

Королевский рык прозвучал настолько грозно, что подпрыгнули все — полагаю, даже обитающих за дверью стражников задело. Однако Сарс, судя по всему, работал с величеством достаточно долго, чтобы приобрести некоторый иммунитет. В том смысле, что помощник не отступил. Продолжил после паузы:

— Ринар, я тут подумал… Если леди Светлане теперь позволено покидать покои, то, может быть, ты все-таки встретишься с тарийским посольством? Тем более к переговорам все готово, а сами послы здесь и восторгов по поводу задержки не питают.

Я ждала нового рыка, и монарх точно собирался эти ожидания оправдать. Но задумался, и вместо того, чтобы разораться, выдал одну из бесчисленных неприязненных гримас. Потом бросил взгляд на меня…

Лишь поймав этот взгляд, я сообразила, что прекратила рассматривать люстру и опять глазею по сторонам. Хотела вернуться к своему занятию, однако дальнейший разговор был слишком интересен, чтобы отвлекаться на витиеватую ковку.

— Как? — спросил Ринар, причем спокойно.

— Просто, — пожав плечами, отозвался Сарс. — Слухи о леди уже разлетелись, и послы точно в курсе, то есть вы можете взять Светлану с собой. Или, если не хотите показывать леди тарийцам, попросите ее посидеть в соседней комнате. Радиус действия телепортации это позволяет.

Кому как, а лично мне мгновенно вспомнилась гостиная возле покоев королевской фаворитки, и ко все еще тлевшему возбуждению опять добавилась злость. Ринар эту реакцию точно заметил, но притворился, будто не понимает. И сказал так, словно меня в кабинете вообще нет:

— Я бы показал леди тарийцам, но проблема в том, что леди не соответствует.

— Ну какая же это проблема? — встрял уже Бирис. — Вопрос решается за несколько часов.

Ринарион картинно заломил бровь, ну а я слегка опешила. Да-да, я уже привыкла к бесконечному хамству, но это… точно был перебор.

Я, разумеется, не слепая, и хотя возможности как следует рассмотреть местных леди у меня не имелось, отлично поняла, о чем речь.

То есть я знала, что распущенные волосы тут не приняты — и у Пиниции, и у других волосы были забраны в сложные высокие прически. Момент с косметикой, которой здесь по минимуму, но пользовались, тоже отметила. В том же, что касается кожи и лица в целом — простите, но вот тут у меня точно все хорошо.

Насчет одежды — я опять-таки не слепая и видела, что мои платья не хуже. И не могу не отметить: если бы не Визо, я бы до сих пор в покрывале ходила.

А если добавить сюда тот факт, что я нездешняя, то претензии касательно внешнего вида переходят любые границы. Ведь у меня не то что денег, собственного угла нет! Я даже ванную только с разрешения хозяина апартаментов посещаю. Так о каком соответствии речь?

Бирис сказал что-то еще, но я не слышала. Просто настолько обидно стало… вот прям до слез! Однако радовать королевскую сволочь слезами я не собиралась. Больно закусила губу и уставилась… нет, уже не на люстру, а в окно.

Окна располагались довольно далеко, и все, что я могла видеть, было небо. Но этого хватило, дабы отгородиться от окружающих людей, их разговоров и дел.

Единственное, за что все-таки зацепилось мое сознание, стала фраза:

— Бирис, отнеси это Визо. И да, передай ему, что обедать буду у себя.


Обед, который состоялся через несколько часов, проходил в молчании. Величество жевал с заметным аппетитом, зато мне кусок в горло не лез. Несправедливость озвученных обвинений, да и само поведение монарха задели слишком сильно. Настолько, что даже убивать уже не хотелось.

Лениво ковыряясь ложкой в супе, я пыталась сосредоточиться на мысли о скором возвращении в родной мир. Пыталась вообразить, как покину негостеприимный дворец и вновь окунусь в такие рутинные, но такие понятные проблемы.

Вот только радости эти мысли, увы, не доставляли. Даже наоборот.

Неделя! За это время родные точно сойдут с ума, а начальство перестанет волноваться и запишет меня в запойные алкоголички. А срок выплаты аренды за квартиру достигнет критической отметки, что заставит хозяйку нервничать и звонить.

А если дело затянется еще немного, то меня не только из квартиры, но и с работы вышвырнуть могут. Причем уволить не по-хорошему, а, как в случае прогулов положено, по статье.

И вот вопрос — за что мне такое счастье? Ладно бы я удовольствие в этом мире получала. Ладно бы развлекалась, моталась по балам и кабакам! Я же… сижу в компании коронованного мужлана и регулярно ловлю оплеухи. И не то что на бал — даже в город выйти не могу.

Где, скажите, справедливость? Нет, ну где?

Когда суп сменился жарким, аппетита не прибавилось. Зато возникла новая, на мой взгляд, интересная мысль.

Она заставила оторваться от тарелки и обратить внимание на Ринариона. Спросить:

— Можешь прояснить один вопрос?

Удивительно, но Ринар не поморщился и кивнул почти сразу. Я же нахмурилась, пытаясь сформулировать, потом сказала:

— В вашем мире есть магия, и ты приказал вызвать магов, чтобы они проверили защиту дворца. А почему бы не привлечь их к решению нашей проблемы? Ведь переход из другого мира — это самая настоящая магия, и раз так…

Король отрицательно качнул головой, и я замолчала.

— Твое появление в ведении храма, — сказал его величество. — Маги тут ни при чем.

Ничего не поняла. Но тут же поспешила задать следующий вопрос:

— А телепортация? Ведь это…

Ринар опять головой мотнул, а я снова замолчала. И уставилась выжидательно, очень рассчитывая на то, что величество пояснит.

Невероятно, но он таки снизошел. Правда, прежде чем начать акт просвещения, тоже спросил:

— А разве в твоем мире магии нет?

— Нет, — ровно ответила я.

В голубых глазах мелькнуло удивление, однако уточнять Ринарион не стал. Хлебнул воды из бокала и сказал:

— Существует два вида магии: обычная и магия храма. Первая занимается бытовыми вопросами вроде защитных плетений и налаживания освещения, а вторая заведует более серьезными вещами, такими, как благословения или усмирение стихий, например. Твой переход — тоже к храмовой магии относится, но это из разряда самого высшего воздействия. Когда на молитву людей сами боги откликаются.

— Боги? — переспросила я.

— В данном случае, как понимаю, Богиня.

Вопрос о здешней религии и пантеоне я задавать не стала. Прикладные вещи интересовали больше.

— А метки?

— Что — метки? — Король все-таки скривился. — Они появляются без участия людей, и, как ты могла слышать, убрать их нельзя.

— Но когда я вернусь в родной мир, метка исчезнет?

— Полагаю, что да.

— А почему это случится?

— Разрыв станет слишком большим.

Мм… Пояснение не впечатлило, но вдаваться в подробности я все-таки не стала. Поспешила вернуться к главному.

— Но телепортация! Ее же можно убрать?

— Как? — поджав губы, буркнул король.

Я нахмурилась, припоминая разговор с монашками, и с большим неудовольствием отметила: про возможность убрать метку Ринар спросил, а вот о телепортации — нет. Но…

— Но ведь телепортация — это что-то отдельное, — неуверенно предположила я. — Это…

— Часть метки, — разбивая хрупкую надежду, припечатал Ринар. — Подобные метки часто имеют какое-нибудь дополнительное свойство. Или даже несколько свойств.

При этих словах я ощутила прилив уже заманавшего жара и чуть не взвыла. Но спрашивать о том, является ли постоянное возбуждение особенным свойством, поостереглась.

И вообще замолчала. Просто от всех этих пояснений стало очень и очень кисло. Ну, Лария… Ну, удружила! Но…

— Но в том, что касается храма, ты все-таки не прав, — вслух сказала я и, не желая нарваться на очередной исполненный злобы взгляд, тут же уткнулась в тарелку.

Правда, толку в этом моем действии было немного. В том смысле, что аппетит все равно не появился, и попытка пообедать по-прежнему сводилась к банальному ковырянию в отлично приготовленных продуктах.

Однако вскоре я искренне порадовалась тому, что съела столь мало. Просто меня ждал довольно специфический сюрприз…


Едва я, хмурая, но посвежевшая, вышла из ванной комнаты, куда меня благополучно отпустили, Ринар развернулся и, буркнув, чтобы следовала за ним, бодро направился к выходу.

Логично предположив, что возвращаемся в кабинет, я вздохнула и подчинилась. Но когда покинули апартаменты, величество свернул в другую, противоположную сторону и вскоре остановился у весьма приметной, очень роскошной двери. Это оказались еще одни покои, причем королевским они не уступали.

Все так же следуя за Ринаром, я миновала две смежные гостиные, а вот оказавшись перед дверью, которая, согласно моему пониманию, вела в спальню, испытала смешанные чувства.

С одной стороны, вспомнилась сегодняшняя проверка, и стало жутковато. С другой, в сознании вспыхнула шальная мысль: а что, если меня переселяют? Вернее, отселяют от нервного короля?

Второе, в отличие от первого, воодушевило. Только уверенности в том, что покои расположены в пределах радиуса телепортации, не было, поэтому радоваться я не стала. И немного опешила, когда Ринарион проявил галантность — распахнул дверь и замер, пропуская вперед.

Вовремя вспомнив о том, что причинить вред моей скромной персоне не посмеют, я этот жест приняла. А переступив порог, растерялась неимоверно. То, что комната действительно оказалась спальней — это ладно, это полбеды. Но встретить тут толпу женщин я реально не ожидала!

— Что… — начала нервно. Сразу же осеклась и развернулась, дабы задать вопрос лично величеству, но…

Ринар был в своем репертуаре! Вместо того чтобы пояснить, банально закрыл дверь.

Я моментально вспыхнула злостью, но пытаться вернуться в гостиную не стала. Развернулась к женщинам и выдохнула:

— Здрасте…

Вся толпа, за исключением одной-единственной дамы, дружно присела в реверансе. Лишь теперь я осознала, что передо мной не придворные, а служанки. Однако выглядели они не так, как встреченная мною у покоев Пиниции. Их платья выглядели иначе, и никаких накрахмаленных передников не наблюдалось.

В том же, что касается дамы…

Она тоже отличалась. В смысле, никакой формы или типичного скромного платья. Женщина была одета довольно ярко, но и на аристократку все-таки не тянула. В ней угадывался этакий старший менеджер, этакий бригадир.

Когда дама сделала шаг вперед, я догадалась, в чем соль, и едва не вспылила! Лишь понимание того, что женщины не виноваты, заставило прикусить язык и предпринять хоть какую-то попытку успокоиться.

— Ага… — протянула тем временем старшая. Причем старшая во всех смыслах, ибо лет ей было под шестьдесят. — Кожа, как вижу, хорошая, а с остальным будем работать.

Что она могла видеть с такого расстояния, я не знала. Опять-таки захотела вспылить, но вместо этого я подняла руку в запрещающем жесте и принялась глубоко дышать.

То есть Ринарион предлагает мне познакомиться с местной бьюти-индустрией? Хочет сделать из меня леди, которая будет… «соответствовать»? Ну, знаете! Ну…

Я осеклась и вновь взглянула на толпу помощниц. Вздохнула еще раз и подумала: а почему нет? Да, форма, в которой это все преподнесли, неприятна, но у меня сейчас столько свободного времени… К тому же наводить красоту гораздо интереснее, нежели слушать скрип перьев и периодический бубнеж.

Ну и еще одно: Ринар убежден, что я сейчас выйду и стану ему выговаривать. А раз так, мне точно следует остаться и… просидеть тут минимум до утра!

— Меня зовут Санта, — не выдержав тишины, представилась старшая.

Это стало последним аргументом — пусть сейчас не Рождество, а я ни разу не католичка, но на Санту точно согласна!

Через несколько минут я испытала еще один маленький шок — просто меня отвели в ванную и заставили раздеться. При этом Санта наблюдала за процессом довольно пристально… Потом улыбнулась и заключила:

— Это лучше, чем я могла предположить.

Что именно ей понравилось, я спрашивать не стала. А сама этого мнения не разделяла — лишние пять кило, которые нервировали на протяжении последней пары лет, никуда не делись, увы. Тот факт, что с момента последней депиляции прошел почти месяц, восторга также не вызвал. Но в этом мире о депиляции, вероятно, вообще не знают, а раз так…

Мне закололи волосы и запихнули в наполненную горячей водой ванную. Только расслабиться не получилось, потому что Санта скомандовала:

— Сиди так, чтобы шея и голова находились над водой!

Этот приказ вызвал разумное напряжение, а через секунду в воду добавили содержимое двух подозрительного вида колб.

Только задавать вопросы я опять-таки не стала. Мне было немножечко плевать на происходящее — это во-первых. А во-вторых, я была готова на многое, лишь бы оставаться подальше от одного напыщенного хама, которого здесь называли королем.

Зато в момент, когда главный бьюти-мастер попросила самостоятельно выдернуть пробку, дабы слить воду, стало жутковато. Это что же за химия такая, что ни одна из десятка служанок не может руку в ванну пихнуть?

Дальше последовал продолжительный душ и дружное растирание меня мочалками. Последнее было совсем непривычно и вызвало естественный протест.

Но Санта возражений не принимала, в итоге меня терли пятеро. А когда остатки мыла и пены оказались смыты, суть проделанной процедуры открылась во всей красе…

Депиляция! Я очень погорячилась, решив, будто этот мир не знает сего замечательного способа. Более того — ее самую со мною сейчас и провели!

Да, безболезненно. Да, относительно быстро. И еще одно «да» — на теле не осталось ни одного, даже самого крошечного, самого тонкого волоска.

При том, что я имею свойство сползать в ванну и затылок непременно намокает, стало жутко. Нет, в этот раз, учитывая общую напряженность и указания Санты, я сдержалась, но…

Но владевший мной пофигизм резко отступил! И смыслом последующих процедур я интересовалась очень активно.

А пережить пришлось многое… Еще две ванны: одна для полного расслабления, вторая — для питания и тонизирования кожи. Три маски для лица. Четыре для волос.

Потом были маникюр с педикюром, причем покрывавший мои ногти лак никаких вопросов не вызвал — его стерли в два счета, и жидкость, кстати, пахла очень привычно, почти как моя.

Еще одним пунктом программы стал массаж. И это было поистине волшебно! Однако самой полезной и приятной из всех процедур оказалась другая — процедура общения с Сантой.

Все началось с обсуждения приготовленных для меня косметических мероприятий и обычной болтовни. Служанки, разумеется, помалкивали, зато «старшая» говорила весьма охотно.

Вдобавок держалась Санта дружелюбно, и это, особенно в свете манер Ринара, подкупало. Я не могла не проникнуться. Притворяться букой тоже не могла.

Я проявляла любопытство, улыбалась и даже шутила. А спустя какое-то время решилась задать очень важный, с моей точки зрения, вопрос:

— Вы занимаетесь всеми обитающими во дворце леди? — спросила осторожно. — Или только…

Я осеклась, ибо Санта рассмеялась.

— Я лично не занимаюсь никем, — ответила она. — И во дворце давно не живу.

Слова озадачили, и я недоуменно приподняла брови. А Санта пояснила:

— У меня большой салон в городе. Я хозяйка и занимаюсь исключительно управлением. Мои клиентки в основном богатые горожанки. С обитательницами дворца работают другие мастера.

Ответ порадовал и удивил одновременно. Просто еще вначале возникло подозрение, что ко мне прислали команду, которая помогает Пиниции и прочим королевским фавориткам, и это, несмотря на дружелюбие Санты, вызывало нервный тик.

Но тот факт, что Санта и ее «девочки» никакого отношения к дворцовой жизни не имеют, с происходящим вообще не вязался. Во-первых, дворец для посетителей закрыли. Во-вторых, зачем морочиться и звать команду из городского салона, если есть другие, собственные мастера?

— А кто именно вас пригласил? — спросила я напряженно.

— Визо, — с улыбкой ответили мне. — Он решил, что отдавать вас в руки тех, кто общается с придворными леди, небезопасно. К тому же я хоть и не практикую, но до сих пор являюсь лучшим специалистом во всем Накасе.

— Где-где?

Губы собеседницы дрогнули в улыбке.

— Накас, — повторила Санта. — Наше королевство.

— А-а… — сообразив, протянула я.

И вновь уставилась недоуменно. Я пыталась переварить услышанное, хотя картина была предельно ясна.

Визо! Мой единственный союзник и благодетель! Бирис передал ему записку от Ринара, и слуга постарался устроить все наилучшим образом. Даже о потенциальной опасности задумался, что приятно. Но…

— Но вы же не практикуете, — напомнила я Санте. — Так почему взялись за меня?

— Прежде всего, Визо очень просил. Да и на будущую королеву взглянуть захотелось.

На последних словах я застонала и невольно закатила глаза. Ну вот! Еще одна фантазерка на мою светловолосую голову! Какая, блин, королева? Я покину этот негостеприимный мир через неделю, и вообще! Мы с Ринарионом на ножах, и…

От размышлений отвлек заливистый смех Санты. Я тут же напряглась и выпалила:

— Что?

— Нет-нет, — все так же смеясь, поспешно ответила собеседница. — Ничего!

Но через секунду не выдержала и заговорила снова:

— Во дворце я не бываю, но слухов через мой салон проходит много. К тому же когда-то я сама здесь работала, и у меня сохранились связи. То есть я в курсе происходящего, и знаете что? Вы, Светлана, очень нашему королю подходите. Даже если забыть про метку, вы именно та женщина, с которой его величество может стать счастливым.

— Почему? — не постеснялась уточнить я.

— Вы спокойная, — ответила Санта. — Умная, воспитанная и не капризная. Вы точно не из тех, кто устраивает истерики и с упоением вьет из влюбленного мужчины веревки. В вас есть что-то настоящее и правильное. Вы именно та, кто может пробиться через защиту Ринариона.

Санта говорила искренне, но лично меня объяснение не впечатлило. Мало ли нас таких, воспитанных и не капризных, по свету бродит!

А вот слова о защите заинтересовали. Опять какая-то магия? Или простой речевой оборот?

Оказалось, все-таки второе. Но Санта придавала этому «второму» поистине огромное значение…

— Светлана, вы простите, но я все-таки скажу, — выдохнула она. — Знаете, сколько женщин возле нашего короля отирается? Но за все эти годы ни одна даже на шаг к титулу королевы не приблизилась. И это о чем-то да говорит!

Угу. Осталось понять о чем.

Но вслух я, конечно, не сказала. Я вообще за другой момент зацепилась.

— Вы сказали «годы»? — переспросила вежливо. И тут же уточнила: — Кстати, а сколько его величеству лет?

Санта на миг задумалась, потом сообщила:

— Трон ему уступили в двадцать четыре, значит, сейчас ему тридцать пять.

Я… нет, не удивилась. Сама примерно так же возраст Ринара и оценила. Но кое-что в этом ответе царапнуло.

— Уступили трон? А это как? Почему?

Санта глянула недоуменно, но пояснила:

— Как… обыкновенно. Отец Ринариона решил, что пора передать бразды правления сыну, и, собственно, передал.

Мои знания о монархии сводились фактически к нулю, тем не менее я была убеждена, что подобные титулы передаются лишь посмертно. И тут же поспешила эту мысль озвучить, чтобы услышать в ответ:

— Да, такое тоже бывает. Но отец его величества решил, что раньше — лучше. Они с королевой-матерью рассудили, что сделали для страны достаточно, и теперь, когда сын вырос, самое время отдохнуть.

Вот теперь я опешила по-настоящему. То есть у Ринара не только отец, но и мама есть?

— И… как его мама относится к тому, что у сына три фаворитки и куча любовниц? — поинтересовалась я. А когда сообразила, что именно ляпнула, попыталась исправиться и задала другой, более уместный вопрос: — А что насчет братьев и сестер? Они тоже присутствуют?

Санта почему-то рассмеялась. Сказала:

— Братьев и сестер нет. Ринар — единственный ребенок. В том же, что касается поведения… а что королева-мать может сделать? Топнуть ногой и запретить?

Я хотела кивнуть, но все-таки сдержалась. Однако Санта заметила и хитро сощурила глаза.

— Впрочем… — протянула она, — теперь фаворитки и любовницы неактуальны. — И добавила после паузы: — Теперь у Ринариона есть вы!

Ответом на это заявление стал новый стон и очередное закатывание глаз. Только Санта отнеслась к моей реакции спокойно и тоже спросила:

— А вы? В смысле, сколько лет вам?

Я непроизвольно поморщилась, ибо с некоторых пор тема возраста воспринималась чуточку болезненно. Сказала помедлив, но честно:

— Двадцать семь.

Собеседница не удивилась и, одарив широкой улыбкой, заключила:

— Прекрасный возраст! Вы с Ринарионом идеально друг другу подходите!

Вот после этого меня отвели в спальню, на тот самый массаж.

Будучи координатором всего действа, Санта, конечно, направилась следом. Некоторое время мы молчали и думали, как понимаю, каждая о своем. Потом я новый вопрос задала:

— А почему мы с вами встречаемся здесь? Просто я вообще-то в покоях Ринара обитаю…

— Покои его величества для посторонних закрыты, — пояснила Санта. — В те комнаты вхожи только помощники и Визо.

Сразу вспомнилась встреча с делегацией храмовниц — ради нее Ринар запрет смягчил. А еще в памяти всплыла застеленная на момент моего появления кровать и огромное неудовольствие, с которым величество вчера в спальню отправлялся.

— Раньше Ринарион редко ночевал у себя, — словно подглядев мысли, пояснила Санта. — Зато в той кровати ни одной женщины не побывало…

Абсурд ситуации заключался в том, что в этот миг я испытала самую неподдельную радость! Но всячески постаралась эту эмоцию скрыть. А Санта оказалась достаточно проницательной, чтобы, выдержав паузу, предложить:

— Если хотите знать о фаворитках и любовницах, я расскажу. Но прежде должна заметить: это уже прошлое, и лично я не вижу никакого смысла в нем копаться.

Первая фраза вызвала живейшее, хоть и очень хмурое, любопытство. Зато вторая… была настолько разумной, что проигнорировать ее я попросту не могла.

Но причиной моего «нет» стало все-таки другое — я не желала культивировать в себе интерес к Ринару. И отдельно — мне жутко не хотелось показывать кому-либо, что интерес этот вообще есть.

Ну а чуть позже, когда все процедуры были закончены, Санта окинула меня долгим взглядом и удовлетворенно кивнула. Пояснила, что завтра утром пришлет мастера, который сделает прическу и макияж. А потом… протянула мне знакомый халат и подарила улыбку, очень похожую на финальную.

Вот тут я сильно напряглась и, взирая на протянутый халат, выдала «глубокомысленное»:

— Мм?..

Санта не поняла и нахмурилась, ее «девочки» тоже. Пришлось вздохнуть и сформулировать доступно:

— А где мои платье и белье?

— Все здесь, — кивнув на расположенное неподалеку кресло, пояснила благодетельница. — Но если не хотите получить сыпь по всему телу, то надевать их нельзя.

Я не просто изумилась — я опешила! Какая такая сыпь? От чего?!

— Депиляция, — глядя в мои поистине круглые глаза, пояснила Санта. — Вы же знакомы с этой процедурой. Вы же знаете, что после нее телу нужно подышать.

Да, но…

— Но платье — не джинсы! — выпалила я. — В платье все дышит!

— Не знаю, что такое «джинсы», — парировала представительница бьюти-индустрии, — но, если не хотите в ближайшие три дня чесаться, надевайте халат.

Санта говорила абсолютно серьезно, и это окончательно шокировало. Предстать в халате на голое тело перед Ринарионом? Да это же самоубийство чистой воды!

— Вы хоть понимаете, на что меня толкаете? — спросила я тихо.

Недавняя собеседница промолчала, но ее глаза не просто сказали, а прямо-таки прокричали: «Да!»

Эмоции Санта умело скрывала, но в тех же глазах читалось — женщине очень и очень весело! Глядя на ее веселье, я невольно вспомнила личного слугу короля и задала новый вопрос:

— Это Визо вас подговорил?

— Да какой тут может быть сговор? — «искренне удивилась» она. И после паузы: — Депиляция всегда предполагает бережное отношение к телу. И да, кстати… — Санта строго погрозила пальцем. — До утра никаких близких контактов. Никакого… трения.

Я вспыхнула вся! От макушки до кончиков пальцев на ногах. Даже открыла рот, чтобы высказать свое возмущение, но тут же захлопнула и смутилась еще сильнее.

Как ей только в голову пришло, что у нас с Ринаром что-то есть? Впрочем, учитывая любвеобильность монарха и мою метку…

Так, ладно. Хватит!

Я глубоко вздохнула и решительно забрала протянутый мне халат. Запахнулась плотнее, покрепче завязала поясок, потом сунула ноги в туфли и, кивнув на сложенную на кресле одежду, сказала:

— Давайте.

— О, не беспокойтесь, — прямо-таки промурлыкала Санта. — Визо сам все отнесет.

Для кого как, а лично для меня эти слова стали окончательным подтверждением заговора. Но уличать и спорить было бессмысленно, поэтому я гневно зыркнула на ушлую представительницу бьюти-индустрии и, поблагодарив ее «девочек» за старания, отправилась к Ринариону.


ГЛАВА 4 | Благословите короля, или Характер скверный, не женат! | ГЛАВА 6