home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Все не так

Оттепель. Снег почти растаял, оставив на память о себе ноздреватые грязно-белые заплаты. На ветках деревьев прозрачным намеком на елочные шары висят водяные капли. Новогодняя иллюминация, в сумерках расцвечивающая улицы, на фоне всего этого смотрится нелепо и непразднично. А пластиковые Дед Мороз и Снегурочка в человеческий рост, которые стоят под огромной искусственной елкой в центральном сквере, выглядят фриками, случайно забредшими в наш тихий правильный городок.

Все не так. Не складывается, не склеивается, не следует логически.

Прихожу домой – ощущения как обычно. Дом и дом. Мой. Надежный. Но через некоторое время выползает неуютное предчувствие: скоро придет Толик, и обстановка перестанет быть обычной.


Скажи, Лиса!

Словно в старой школе, но в совершенно новом классе. Не знаешь, как себя вести с плохо знакомыми людьми. Надо заново приспосабливаться, притираться, находить общие интересы.

Кажется, Толик тоже чувствует себя не слишком удобно. Когда мы с ним дома вдвоем, сидим каждый в своем углу, стараемся не пересекаться и почти не разговариваем. Иногда только, по делу.

– Алиса, у нас хлеба совсем нет. Может, в магазин сходить? Купить к маминому приходу?

Вроде бы: захотел, так сходи. Чего у меня-то разрешения спрашивать? Будто я запретить могу взрослому мужчине куда-то идти.


Скажи, Лиса!

Но начинаю предполагать, что это Толик так контакты налаживает, старается избавиться от разделяющей нас нелепой напряженности. Поэтому сдерживаюсь и отвечаю вежливо:

– Ну, если нетрудно. Но лучше, наверное, маме позвонить. Вдруг она тоже по дороге с работы в магазин зайдет.

Вот так мы обычно и общаемся. Только с приходом мамы процент неловкости и отчужденности в наших отношениях постепенно снижается, как температура у выздоравливающего, и мы более-менее становимся похожи на нормальную дружную семью.

Мама у нас – связующий элемент, но без нее – полное недоразумение.

Все не так.

По дороге в школу увидела двух людей. Оба – молодые парни, хотя точно утверждать не могу. Я наблюдала издалека, деталей разглядеть не могла, к тому же они оба были в капюшонах, надвинутых чуть ли не на глаза.


Скажи, Лиса!

Парни шли по улице, перпендикулярной моей, навстречу друг другу. Не слишком медленно, но и не очень быстро. Ровно и безучастно. Как все люди в это время суток, направляясь на работу или на учебу. И невозможным казалось предположение о том, что они знакомы или чем-то связаны.

Они поравнялись на мгновение и не сбавили шагу, прошли мимо друг друга. Вроде бы равнодушно. Но я заметила, как в момент встречи соприкоснулись их руки. Молниеносное выверенное движение, даже темп ходьбы не сбился ни на чуточку, но что-то успело перекочевать из одной ладони в другую.

Что-то?

Я словно споткнулась, замерла на секунду и потопала дальше. А на душе стало еще более мерзко, чем было.

Все не так!


Скажи, Лиса!

Светка стала непривычно немногословной. Не трындит целый день о происшествиях и проблемах своей жизни, будто мы стоим на разных берегах, и нет смысла надрывать голосовые связки, чтобы докричаться.

– Свет! Ты чего такая? У тебя что-то случилось?

Светка пожимает плечами, мотает головой.

– У меня? Абсолютно ничего.

Отводит глаза, но потом все равно поворачивается.

– А что это тут Фокина плела о каком-то твоем сводном брате? У Толика есть сын?

Я делаю вид, что готовлюсь к уроку, озабоченно роюсь в сумке.

– У Толика? Сын? Нет у него сына. Женат он вроде был, а вот детей у него не было.

– А чего ж тогда Фокина… – пытается докопаться до истины Светка.

– Словно ты Яну не знаешь? Вечно несет всякую ерунду!

Я пытаюсь возмущаться искренне, убедительно. Светка согласно кивает и отворачивается уже окончательно, убедившись, что правды от меня не добьешься. На этот раз она догадывается: я от нее что-то скрываю. И не понимает почему – мы же подруги! – и обижается, хотя и старается этого не показывать. Но я вижу в ее взгляде, в ее неестественной неразговорчивости ясный упрек:

«Ну ладно! Раз ты молчишь, я тоже буду молчать. Видимо, я недостаточно хороша для твоей искренности».

Нет! Не расскажу! Все равно не расскажу!

Лучше при первой же возможности познакомлю ее с Грачевым. Если он объявится. Нет. Не буду ждать, когда он объявится. Больше не могу. Я сама его найду.


В стране чудес, да? | Скажи, Лиса! | Долгая дорога в учебную часть