home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 14

Учитывая необычайную пылкость нашей страсти, я полагала, что она угаснет так же быстро, как вспыхнула. Однако вскоре я обнаружила, что чем чаще встречаюсь с моим любовником, тем больше желаю его. И сколько бы мы ни общались, мне всегда было недостаточно.

Из книги Мемуары любовницы»

Боже милостивый, она действительно не надела панталоны. Каролина старалась сосредоточиться на великолепном пейзаже, в то время как элегантная карета Дэниела двигалась по Парк-Лейн, однако думала только о том, что сидит без нижнего белья напротив своего любовника. Она смотрела на гуляющих в Гайд-парке людей, но ничего не видела. Вместо этого она представляла, что темно-красные бархатные шторки кареты закрыты, создавая интимную обстановку, и она обращается к Дэниелу, чтобы тот утолил ее неуемную страсть, которую пробудил в ней.

Что, черт возьми, происходит? В прошлом она наслаждалась глубоко чувственными отношениями с Эдвардом, но сейчас те отношения казались ей прохладными по сравнению с той страстью, которую она испытывала к Дэниелу и которая граничила с… ненасытностью.

– У меня есть новости для тебя. – Его голос оторвал Каролину от эротических исследований, и она взглянула на него.

– Что за новости? – спросила она, отбросив похотливые мысли.

– Гидеон Мейн приходил сегодня ко мне рано утром. Он и Рейберн обнаружили Толливера в его городском доме. Граф напился до потери сознания в своем кабинете, и от него за версту несло спиртным. При этом в руке у него был пистолет. Они взяли его под арест.

– Слава Богу. – Каролина прижала руки к груди. – Он действительно хотел убить тебя. – Ей стало не по себе при мысли, что лорд Толливер мог осуществить задуманное.

– Да. Но вместо меня он едва не убил тебя.

Каролина вспомнила свист пролетевшей мимо пули и содрогнулась.

– Он признался?

– Нет. Он настаивает, что невиновен. Говорит, что не покидал свой дом в тот вечер. Заявляет, что приготовил пистолет для себя, решив расстаться с жизнью. – На скуле Дэниела пульсировала жилка. – По словам Мейна, слуги Толливера не видели, чтобы тот покидал дом, однако, поскольку все они легли спать около одиннадцати, не могут утверждать, что он не уходил после этого.

– Было бы удивительно, если бы такой безнравственный человек, как лорд Толливер, признался, что стрелял в тебя, – сказала Каролина.

– Согласен. Однако я по-прежнему соблюдаю осторожность, несмотря на то, что главный подозреваемый задержан. Я намеревался сообщить тебе об этом, как только пришел, но… – его глаза потемнели, – ты отвлекла меня.

Каролина насмешливо приподняла брови:

– Хм… Звучит так, как будто ты недоволен.

Дэниел наклонился вперед и слегка сжал ее руку в перчатке.

– Я недоволен только тем, что мы не занимаемся этим сейчас. – Он провел кончиками пальцев по ее чувствительной коже над верхним краем перчатки. – Ты такая… потрясающая женщина.

– Такое определение подходит и для вас, милорд.

Он недовольно поморщился.

– Похоже, ты забыла, что в таком формальном обращении уже нет необходимости. – Как бы в подтверждение своих слов он просунул свой длинный палец внутрь ее перчатки и медленно погладил ладонь.

Каролина на мгновение затаила дыхание от такой интимной ласки, потом покачала головой.

– Я ничего не забыла, – прошептала она дрожащим голосом. Боже, проживи она даже сотню лет, и тогда не забыла бы то, что бросило их в объятия друг друга.

– А если бы забыла, – продолжил он, не отрывая от нее глаз, – я напомнил бы тебе. – Он преувеличенно тяжело вздохнул с драматическим видом, – Надеюсь, я, как мужчина, справлюсь с этой нелегкой задачей.

Каролина наклонилась вперед и положила свою свободную руку ему на колено.

– Уверяю тебя, я нисколько не боюсь быть забывчивой, Дэниел. – Она медленно провела рукой по его ноге. – И с радостью позволю тебе напомнить мне. В любое время. А что касается твоей способности справиться с мужской задачей… – она провела пальцами по его обозначившейся под брюками плоти, с удовлетворением отметив, как он судорожно втянул воздух, – то я хотела бы убедиться, что твои слова не расходятся с делом.

Его глаза потемнели.

– То же самое мне хотелось бы узнать в отношении тебя.

– Как хорошо, что между нами есть согласие.

– По-моему, слово «хорошо» недостаточно отражает то, что мы чувствуем, миледи.

– Миледи? – Она произнесла это, копируя интонацию Дэниела, затем повторила его слова: – Видимо, ты забыл, что в таком формальном обращении уже нет необходимости.

– Я не забыл. Проживи я еще целый век, и тогда не забыл бы то, что существует между нами.

Его слова настолько точно отражали ее собственные мысли, что она с удивлением подумала – может быть, он способен читать их?

– В своей гостиной ты сказала, что хочешь сделать признание, – напомнил он, продолжая медленно поглаживать пальцем ее ладонь под перчаткой – однако так и не сделала. Я хотел спросить, о чем идет речь, но потом… отвлекся.

Каролина провела свободной рукой по внутренней стороне его бедра.

– Я похитила твои брюки.

Его мышцы напряглись от ее прикосновения, и он устремил взгляд на ее руку на своей ноге.

– Но я же пока в них. К сожалению…

Каролина засмеялась:

– Не эти брюки. И не сегодня. Это произошло на вечеринке у Мэтью. Дамы решили поиграть в известную салонную игру «Старьевщик идет на охоту». При этом мне выпал жребий добыть твои брюки: Я вошла в твою спальню, зная, что тебя нет поблизости, и… – она убрала руку с его ноги и щелкнула пальцами, – умыкнула их.

Дэниел схватил ее руку и снова положил на свою ногу.

– Великолепно. Если бы я знал, что ты собираешься прокрасться в мою спальню, то не ушел бы оттуда.

Каролина приподняла подбородок.

– Я не кралась. Я… – Она замолчала, подыскивая более подходящее слово.

– Проникла тайком? – подсказал он. Она подняла подбородок еще выше.

– Просто я выполняла свою обязанность по игре.

– Понятно. А я не заметил пропажу.

– Я вернула брюки до окончания вечеринки. Поэтому вовсе не украла их, а лишь позаимствовала на время.

– Хм… Значит, ты приходила в мою спальню дважды за вечер без моего ведома.

– Да.

– И что ты делала с моими брюками?

Почувствовав необычайную смелость, она решила быть абсолютно честной с ним.

– Я отнесла их в свою комнату. Держала в руках и думала о тебе. О том, как ты выглядишь в этих брюках, и представляла тебя без них. – Каролина ощутила прилив тепла, рассказав правду, которую скрывала долгое время.

В глазах Дэниела вспыхнул огонь страсти. Он вытащил палец из перчатки Каролины, наклонился, обхватил ее лодыжку и, подняв ее ногу, положил себе на колени. Потом снял туфлю и начал массировать ступню в чулке, отчего из горла Каролины вырвался стон наслаждения.

– Я говорила, что обожаю, когда мне массируют ноги? – спросила она, полностью расслабившись.

– Нет, не говорила, но в этом нетрудно убедиться. – Его пальцы творили просто чудеса с ее ногой, и она опять застонала. Дэниел улыбнулся: – Твои стоны говорят сами за себя.

– Я… о да… конечно.

– Скажи, как в твоем воображении я выглядел без брюк, Каролина?

Она посмотрела на него полуприкрытыми глазами, испытывая наслаждение, которое распространялось от ноги по всему телу.

– Великолепно. Однако реальность гораздо лучше, хотя у меня богатое воображение, уверяю тебя.

Лицо Дэниела слегка помрачнело.

– Должен признаться, твое откровение огорчило меня.

Каролину охватило замешательство, и по спине ее пробежала дрожь.

– Я знаю, что поступила неподобающим образом, однако…

– Меня расстроило не то, что ты сделала, а время, которое ты выбрала для признания. Я хотел бы оказаться в моей комнате, когда ты приходила туда. Причем дважды.

Господи, она тоже желала, чтобы он был там, однако в тот момент не могла признаться в этом даже себе.

– А что бы ты сделал, если бы застал меня в своей комнате? – спросила она тихим голосом.

В его глазах вспыхнул огонь, но, прежде чем он смог что-то сказать, карета дернулась и остановилась. Дэниел выглянул в окошко.

– Поскольку мы уже прибыли на место, я отвечу тебе позже, – сказал он, надевая туфлю и осторожно опуская ногу Каролины на пол. – Или еще лучше – покажу.

Она едва сдержала желание потребовать тотчас вернуться домой, чтобы он мог показать ей то, что намеревался. Вместо этого Каролина проявила внешнюю сдержанность, которая никак не соответствовала бушевавшему внутри пламени, и выглянула в окошко кареты. Она сразу узнала место, где они находились.

– Это заведение Гантера? – сказала она, глядя на вывеску знаменитого лондонского магазина кондитерских изделий в доме номер семь на Беркли-сквер. На ее губах заиграла улыбка. – Я обожаю эту кондитерскую!

Дэниел улыбнулся в ответ:

– Я тоже. Мне очень нравится здесь.

– Даже больше, чем в твоем модном ателье? – насмешливо спросила она. – Ведь у тебя репутация самого педантичного человека в отношении своей одежды.

– Это мой самый любимый магазин без всяких исключений, – сказал Дэниел серьезным тоном. – Я питаю слабость к мороженому с фруктами. – Он окинул взглядом Каролину: – Помимо других вещей.

Каролина не могла понять, почему до сих пор краснеет в его присутствии. Ведь они уже стали любовниками. Чтобы скрыть порозовевшие щеки, она наклонилась и взяла свою сумочку, готовясь выйти из кареты.

– Эдвард и я часто… – Каролина замолкла и в замешательстве опустила голову. Конечно, ей не следовало упоминать об Эдварде в присутствии любовника. Это было проявлением своего рода неверности как в отношении покойного мужа, так и в отношении Дэниела. При этом у нее снова возникло чувство вины в связи с тем, что она завела любовника. Чувство, которое она старалась игнорировать.

Каролина откашлялась и закончила:

– Мы часто посещали кондитерскую Гантера, когда бывали в Лондоне.

– Каролина…

Дэниел произнес ее имя так мягко, так нежно, что у нее к горлу подступил ком. Она посмотрела на него и заметила, что в его глазах была такая же теплота, как и в голосе.

– Меня не смущают твои воспоминания об Эдварде, и я не хочу, чтобы ты стеснялась говорить о нем в моем присутствии. – Немного поколебавшись, он добавил: – Я знал, что ты приходила сюда с Эдвардом, так как однажды видел вас здесь.

Каролина не могла скрыть удивления:

– В самом деле? Когда?

– Около пяти лет назад. Я переходил улицу, ты и Эдвард в это время выходили из магазина. Вы оба улыбались и выглядели счастливыми.

– Поэтому ты привез меня сюда? Ты знал, что мне нравится эта кондитерская?

– Отчасти. Но также потому, что на маскараде Разбойнику захотелось сделать Галатее какой-нибудь памятный подарок.

– И это должно быть фруктовое мороженое?

– Да.

– Потому что я такая… сладкая и холодная?

Дэниел не улыбнулся, оставаясь серьезным.

– Нет. Потому что, когда я ласкаю тебя своим языком, ты вся таешь.

О Боже! Она вспомнила восхитительное ощущение от прикосновения его языка, и ее сердце учащенно забилось. Он действительно заставлял ее таять, и ей не только захотелось вновь испытать это волшебство, но и самой ласкать Дэниела подобным образом.

Прежде чем она ответила, он слегка сжал ее руку.

– Может быть, хочешь поехать куда-нибудь еще?

Что ж, он способен заставить ее таять даже без помощи языка. Ему достаточно взглянуть на нее. Прикоснуться к ее руке.

– Нет, Дэниел. Я предпочитаю пойти в кондитерскую Гантера. Я давно не была там и не наслаждалась фруктовым мороженым. Думаю, пора освежить мои воспоминания. – Она пожала его руку в ответ. – Теперь вместе с тобой.

В его глазах промелькнуло нечто вроде облегчения.

– С удовольствием разделю с тобой эти воспоминания. – Затем он лукаво усмехнулся. – И постараюсь сделать все возможное, чтобы не разочаровать тебя.

Дэниел помог ей выйти из кареты, и они вошли в магазин. На них пахнуло восхитительным ароматом сладостей, кондитерских изделий и свежей выпечки.

– Какое мороженое ты хочешь? – спросил Дэниел. – Я вижу, сегодня у них есть черничное. Или ты предпочитаешь какое-нибудь другое?

Каролина улыбнулась:

– Черничное – звучит весьма соблазнительно.

Они сели со своим лакомством за небольшой круглый столик в углу магазина. Зачерпнув ложечкой маленький кусочек мороженого и положив его в рот, Каролина сообщила доверительным тоном:

– Изумительный вкус. Должна сказать, мне с трудом удается сдерживаться, чтобы не застонать от удовольствия.

Дэниел подвинул свою ногу под столом и прижался коленом к ее колену.

– А я готов прямо здесь прижать тебя к прилавку и заставить стонать от наслаждения. Мне ужасно хочется как можно скорее услышать эти восхитительные звуки.

Каролина ощутила внутри такой жар, что казалось, вот-вот воспламенится. Как он мог оставаться таким спокойным и сдержанным, в то время как она испытывает невероятное возбуждение?

Она посмотрела на других посетителей и с облегчением отметила, что никто не обращает на них внимания.

– Если ты будешь так смотреть на меня, люди подумают, что мы…

– Любовники?

– Да.

– А как я смотрю на тебя?

– Так, словно готов лизать меня вместо мороженого.

В его глазах не было и намека на раскаяние.

– Я действительно готов сделать это. – Проглотив еще кусочек мороженого, он добавил: – Думаю, ты не отказалась бы.

Она действительно настолько страстно жаждала его ласк, что это пугало ее.

– Ты растопил даже мое мороженое, – сказала она с тихим смехом.

– Вот и хорошо. Чем скорее ты съешь его, тем быстрее мы сможем уйти отсюда. – Он еще плотнее прижал к ней свое колено. – И тем скорее я смогу заставить тебя снова таять.

Каролина поднесла ложечку с мороженым к своим губам, упиваясь тем, каким жадным взглядом он следил за каждым ее движением. Их внешне приличное поведение резко контрастировало со скрытой внутренней страстью, и это невероятно возбуждало ее.

Проглотив кусочек, она тихо сказала:

– И тем скорее я заставлю тебя таять тоже.

Дэниел замер не донеся мороженое до рта. Потом глубоко вздохнул и осторожно положил ложечку назад в наполовину опустошенную чашку.

– Тогда пойдем.

– Уже? – Каролина приняла невинный вид и захлопала ресницами. – Но я еще не доела свое мороженое.

– Я куплю тебе еще порцию завтра. – Он встал и протянул ей руку. Затаенный огонь в его глазах не оставлял сомнений, что он желал ее так же сильно, как она его. И как можно скорее.

Однако Каролина хотела узнать, насколько хватит его выдержки.

Она изящным жестом приложила несколько раз салфетку к своим губам и только потом не спеша подала свою руку, чтобы он помог ей встать. Затем с видом, исполненным достоинства, позволила ему проводить себя и усадить в карету. Дэниел, не отрывая от нее глаз, занял место напротив, после чего дал сигнал кучеру трогаться. Как только карета двинулась вперед, он быстрым движением задвинул шторки окошек.

– Иди сюда, – сказал он глухим хрипловатым голосом.

Вместо того чтобы подчиниться, Каролина протянула руку и расстегнула его брюки. Дэниел наблюдал за ней из-под полуприкрытых век. Его грудь вздымалась и опускалась. Когда брюки были опущены, она обхватила его возбужденный член и нежно пожала. Дэниел едва не задохнулся.

– Каролина…

На кончике появилась перламутровая капелька, и она пальчиком, медленно размазала ее по головке. Никогда прежде она не вела себя так дерзко. Однако страстная реакция этого мужчины придавала ей смелости, которую она раньше не подозревала в себе. Несомненно, этому способствовало и чтение «Мемуаров», где анонимная леди описывала во всех подробностях прелести занятия любовью в движущейся карете, и Каролина хотела сама убедиться в этом.

Не отрывая глаз от Дэниела, она поднесла палец к своим губам и провела языком по кончику, ощутив резкий солоноватый вкус. Ее лоно вспыхнуло огнем.

– Каролина… – произнес он со страстным стоном. – Иди сюда.

На этот раз она подчинилась и встала с сиденья. В одно мгновение его руки скользнули под платье, обхватили обнаженные ягодицы и притянули ее ближе. Каролина с шумом втянула воздух, ощутив его сильные пальцы. Затем, положив руку на его плечо, она оседлала его бедра, а другой рукой направила возбужденную мужскую плоть к своему отверстию и медленно потерла свои влажные набухшие складки. Воздух наполнился пьянящим запахом возбуждения, и она услышала, как Дэниел застонал от удовольствия.

Не в силах больше ждать, Каролина опустилась ниже на гладкий пульсирующий кол, испытывая острое наслаждение. Когда Дэниел вошел в нее так глубоко, что, казалось, достал до самого сердца, он еще крепче стиснул ее ягодицы, плотнее прижимая к себе.

– Каролина…

Он произнес ее имя с мольбой в голосе, что тронуло ее до глубины души. На это был только один ответ.

– Дэниел. – Она сильнее прижалась к нему. – Ты такой… О… – Ее слова замерли, когда он выгнул бедра, проникая в нее еще глубже.

– А ты просто… потрясающая, необыкновенная, – прошептал он и, подавшись вперед, впился губами в ее шею.

Поощряемая его словами, Каролина начала медленно приподниматься и опускаться. При этом ее движениям способствовало мягкое покачивание кареты. В следующий момент она погрузилась в море наслаждения, ощущая встречные толчки Дэниела. Темп ускорился, они оба были напряжены и тяжело дышали, приближая кульминацию. Мощный оргазм потряс ее тело, и Каролина, не в силах сдержать крик наслаждения, выгнулась дугой. Одновременно Дэниел со стоном неистово прижался бедрами к ее бедрам, и она ощутила его пульсации внутри себя.

Каролина, обессиленная, едва дышащая, прильнула к нему, продолжая испытывать легкую дрожь наслаждения. Она прижалась лбом к его лбу, и их дыхание смешалось, опаляя ее лицо.

– Я думал, – сказал он хриплым, нетвердым голосом, – что буду постепенно соблазнять тебя. Таково было мое намерение, но ты нарушила все мои планы.

– Ты ругаешь меня за это?

– Да, хотя на самом деле ужасно доволен, что так получилось. – Он вытащил руки из-под платья Каролины, обхватил ладонями ее лицо и посмотрел ей в глаза. Потом медленно подался вперед и прильнул к ее губам страстным поцелуем с приятным вкусом черничного мороженого. Он закончил его так же медленно, как начал, затем приподнял край шторки и посмотрел в окошко.

– Скоро мы будем дома.

Каролина тяжело вздохнула и изогнулась, прижимаясь к нему.

– Это значит, что я должна расстаться с тобой.

Его губы слегка дрогнули.

– Не обязательно. Мой слуга знает, что нельзя открывать дверцу кареты, пока я не раскрою шторки.

Его слова успокоили ее. Она понимала – этим он хотел уверить ее, что они не будут застигнуты врасплох, и в то же время стало ясно, что занятие любовью в карете было в новинку лишь для нее, но не для Дэниела.

Каролина ощутила нечто вроде ревности и тут же мысленно выругала себя за это нелепое чувство. Ведь она знала, что до нее у него было много любовниц. Знала также, что и после нее их будет немало. Осознание этого заставило ее сердце сжаться.

Каролина постаралась отбросить эти мысли. Она встала и взяла предложенный носовой платок, чтобы вытереть очевидные следы их страсти. Потом поправила свои юбки, в то время как Дэниел привел в порядок свою одежду.

Неприятные мысли продолжали беспокоить ее, и она наморщила лоб. Не важно, сколько женщин было у него до нее и сколько будет после. И что он занимался с ними любовью в карете. Это ничуть не должно волновать ее. Ведь связь с Дэниелом – временная. Эдвард был ее истинной любовью, а Дэниел и «Мемуары» лишь пробудили ее страсть, которая долгое время подавлялась. Умом она понимала это, однако ощущала на сердце тяжесть.

– Каролина? Что-то не так?

Она отвлеклась от своих размышлений и взглянула на него. Его глаза выражали явную тревогу.

– Значит, ты и раньше делал это, – сказала она, не сдержавшись.

Как только эти слова сорвались с ее губ, она сразу пожалела. Ее не должно это касаться, да ей и не хотелось ничего знать о его прошлых любовных связях.

Дэниел посмотрел ей в глаза, потом медленно, видимо, тщательно подбирая слова, сказал:

– Я не хочу лгать тебе и потому не стану отрицать, что делал раньше в карете нечто подобное. – Он наклонился вперед и крепко сжал ее руки, глядя на нее с серьезным видом. – Однако я никогда не желал ни одну женщину так сильно, как тебя, Каролина. Я обещал, что заставлю тебя таять, но, по правде говоря, ты тоже заставляешь меня таять при каждом твоем прикосновении. – Он поднес ее руку к своим губам и запечатлел на ее ладони пылкий поцелуй. – Пожалуйста, не пытайся сравнивать себя с другими женщинами, потому что ты – это ты. И равных тебе нет.

К стыду Каролины, глаза ее наполнились горячей влагой. Она заморгала, стараясь сдержать слезы, и засмеялась, немного расслабившись.

– Однако, кажется, я нарушила твои прекрасные планы?

Дэниел улыбнулся:

– Да, нарушила, но самым восхитительным образом.

«Он, конечно, говорит так каждой женщине», – язвительно заметил внутренний голос. Каролина не стала слушать его, еще раз напомнив себе, что это лишь временная связь с импозантным мужчиной, который скоро увлечется другой женщиной, поразившей его воображение. Поэтому надо думать лишь о том, что есть в данный момент, наслаждаясь, пока их связь не прекратилась.

– Ну а на ближайший час или более у тебя есть какие-нибудь планы?

– В мои планы на оставшийся день входит только доставлять тебе удовольствие. Чего бы ты хотела?

Каролина не могла удержаться от улыбки, видя похотливое выражение его лица.

– Ты можешь думать о чем-нибудь другом, кроме этого?

– Конечно. Всего минуту назад я подумал о том, что ты надеваешь, ложась в постель?

Она попыталась подавить смех, но безуспешно.

– Боюсь, это все из той же оперы…

– Нет, речь идет только об одежде. – Он окинул ее взглядом. – Так… что ты надеваешь на ночь?

– Я не могу говорить об этом. Женщина вправе иметь свои секреты.

– Но вряд ли я удержусь от соблазна непременно узнать это.

Она насмешливо приподняла брови:

– Насколько я вижу, тебя очень легко соблазнить. Мне все-таки хотелось бы узнать о твоих планах на ближайшее время.

Дэниел протянул руку и провел внешней стороной пальцев по выпуклости ее груди.

– Во всяком случае, я сделаю все возможное, чтобы доставить тебе удовольствие.

– Не зная, что именно я хочу?

– Да.

– А что, если мое требование окажется… не вполне пристойным?

– Я сделаю все, чтобы услужить тебе. Может быть, оно заключается в том, чтобы мы полностью разделись?

Каролина слегка шлепнула его по руке.

– Ты неисправим.

– Нет: Я имею в виду только одежду. Однако, будь уверена, я выполню любую твою просьбу.

В этом веселом добродушном подшучивании она, тем не менее, чувствовала серьезность его намерений.

– Должно быть, ты часто делал такие предложения, чтобы добиться своего?

– Да вовсе нет. – Дэниел произнес эти слова тихим серьезным голосом.

О, этот голос… такой глубокий и чувственный… «Черт возьми, что я хотела сказать? Ах да, свое пожелание». Каролина откашлялась.

– Я хотела бы обсудить с тобой дальнейшую судьбу Кейти. И познакомиться с твоей семьей.

Лицо его приняло настороженное выражение, потом стало непроницаемым;.

– С моей семьей? Боюсь, это невозможно, поскольку все мои близкие отправились на континент.

– Я имею в виду твоих зверюшек. Твоих любимцев.

– Ах, эту семью, – сказал он с облегчением. Потом взял руку Каролины и поцеловал в чувствительное место на внутренней стороне запястья. – Я с удовольствием поговорю с тобой о Кейти или на любую другую тему, какую пожелаешь. А что касается моих подопечных, почту за честь представить их, хотя должен предупредить – это довольно своеобразная компания.

Карета остановилась, и Дэниел откинул шторки.

– Готова? – спросил он с улыбкой.

– Да, – ответила Каролина.

Но так ли это на самом деле? Просто войти в его дом – да. Однако внутренний голос предупреждал, что она совсем не готова к тому, что может повлечь за собой связь с Дэниелом. Она не знала, как может повлиять продолжение их отношений на ее прежнее спокойное существование. И, несмотря на все ее усилия заглушить внутренний голос, он продолжал настойчиво звучать в ее мозгу.


Глава 13 | Тайные признания | Глава 15







Loading...