home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 2

Когда Эми приземлилась в аэропорту Бангор, шофёр уже ждал её с табличкой в руках, на которой значилось её имя.

— Это я, — сказала Эми, улыбаясь.

Пожилой мужчина с седыми волосами не улыбнулся в ответ. Вместо этого он осмотрел её сверху донизу, словно пытаясь понять, что она из себя представляет.

Лицо Эми покраснело, а сама она напряглась, потому что была уверена, что ему известно: она — гостья доктора, имевшим дело с психически больными людьми. Что ей ответить, если он спросит, для чего её отправили сюда? Если она скажет, что никогда не встречалась с психиатром, он поверит ей? Конечно, нет!

Когда они проходили мимо касс, ей захотелось убежать и улететь обратно домой. Только мысли об ухмылке свёкра и разочаровании мужа удержали её от этого шага.

Я смогу это сделать, твердила она себе. Она взрослая женщина тридцати двух лет, и она может владеть ситуацией. Она сумеет пройти через всё это.

— Дженни попросила, чтобы я передал вам вот это, — сказал мужчина, когда она садилась на заднее сиденье чёрного автомобиля.

Эми взяла конверт и распечатала его, как только водитель закрыл дверь. В конверте лежал единственный листок с фотографией небольшого очень симпатичного домика, а ниже, под снимком, несколько абзацев посвящались истории дома. Она просмотрела текст. Дом был построен корабельным плотником в 1820 году, и в нём обитали только две семьи перед тем, как Дженни Хайтауэр с мужем купили его в 1962. С помощью старых фотографий они восстановили дом, пытаясь, насколько это возможно, придать ему первоначальный вид.

В самом конце заметки нашлось кое-что, что заинтересовало Эми. В 2000 году Дженни предоставила дом пациентке, чтобы та отпраздновала свой сороковой день рождения. Женщина пригласила присоединиться к ней двух своих подруг. Исключительный жизненный успех всех этих женщин, ставший результатом того уикэнда, воодушевил Дженни продолжить приглашать в этот дом и других своих подопечных. К тому же два года назад дом перестроили так, что в нём теперь было три спальни вместо двух.

— Больше комнат для сумасшедших, — пробормотала Эми.

— Аа? — спросил шофёр, глядя на неё через зеркало заднего обзора. Этот звук мог издать только человек, который прожил всю жизнь в штате Мэн. — Вы в порядке?

— Да, в порядке. Спасибо, — ответила Эми. — Скажите, это вы подвозите всех тех женщин, которые приезжают в дом миссис Хайтауэр?

— Обычно это делаю я. Некоторые из них приезжают на своих машинах.

— Выходит, она многим предоставляет дом?

— Думаю, только тем, кому это необходимо, — ответил он.

Эми хотела спросить, были ли эти люди буйнопомешанными, но не знала, как задать вопрос вежливо. Она снова заглянула в лист бумаги, который держала в руках. Там не было больше никакой информации, только то, что в доме имелась немного еды, но гостям предлагалось прогуляться пешком или прокатиться по городу и найти что-нибудь для себя.

Эми выглянула в окно, но была так возбуждена, что на самом деле не в состоянии была замечать что-либо вокруг.

Маленький городок выглядел старым, и ей подумалось, как было бы восхитительно, приехать сюда с семьёй. Они проехали мимо нескольких магазинов, в которых можно было бы купить сувениры для мальчиков. Она искала что-нибудь образовательное.

Или кровожадное, тут же подумала она. Вот, что им действительно нравится. Интересно, а здесь продают пиратскую экипировку? Разве Стивен не говорил что-то о мече? Возможно, она бы достала один для него. И возможно, она пошла бы в книжный магазин, купила бы полдюжины романов и, сидя в своей комнате, погрузилась бы в чтение. По истечении достаточного количества времени, она вернется домой и восторженно расскажет о том, что увидела и узнала.

Водитель остановил машину перед восхитительным домиком, будто сошедшим со страниц сказок братьев Гримм. У неё возникло непреодолимое желание вытащить фотоаппарат и сделать пару снимков для мальчиков.

Шофёр вытащил сумку и поставил перед дверью, Эми дала ему чаевые — пять долларов. Он кивнул и, всё ещё не улыбаясь, произнёс:

— Ключи под ковриком, — затем он уехал.

Она остановилась на мгновение, не решаясь войти. Если ключи под ковриком, значит, она была первой. Если она собиралась убежать, то сейчас самое подходящее время. Она могла взять свою сумку, вызвать такси и вернуться в аэропорт. Тогда она была бы…

Эми сникла при мысли о том, что последует за этим её поступком. Вернуться к Стивену и признаться в своей трусости?

Нагнувшись, она приподняла уголок коврика и заглянула под него. Ключей не было. Убрав полностью коврик, она осмотрела всё крыльцо, когда дверь открылась.

— Ты та, другая? — спросила молодая девушка. Ей было чуть больше двадцати. Глаза её были ярко накрашены, ногти покрыты чёрным лаком, а волосы были чёрными и блестящими. — Мне показалось, что я слышала шум машины, но никто не постучал… — она замолчала и уставилась на Эми, которая всё ещё держала в руках коврик.

— Полагаю, ты одна из сумасшедших Дженни? — девушка задала вопрос медленно, словно взвешивая каждое слово.

Все страхи Эми были сформулированы одним предложением.

— Я … я никогда не встречалась с нею, — только и смогла она пробормотать.

— Действительно? Заходи, и я расскажу о ней.

Эми заколебалась. Неужели этот маленький городок считает их «сумасшедшими Дженни»?

— Идём, — позвала девушка снова, широко открывая дверь. — Мы не кусаемся. Мы можем только обработать электрическим током, но не кусаться.

— Ты пугаешь её, — прозвучал голос изнутри. Эми взглянула поверх плеча девушки на приближающуюся женщину, которая была старше, вероятно, лет пятидесяти с небольшим.

— Пожалуйста, заходите, — сказала женщина становясь впереди той, которая открыла дверь. — Меня зовут Фэйт, а это Зои. Я здесь всего несколько часов, но уже успела заметить, что её чувство юмора весьма необычно.

— У меня? — усмехнулась Зои.

Схватив ручку чемодана, Фэйт покатила его к задней части дома.

— Я надеюсь, вы не возражаете, что мы распределили все комнаты до вашего приезда.

— Мы тянули жребий, — вставила Зои.

Эми вопросительно взглянула на Фэйт, и та кивнула.

— Могу вас обрадовать: вам досталась новая комната со смежной ванной. Мы с Зои делим одну ванну.

Эми едва успела осмотреть дом, декорированный антикварными вещами и старой мебелью. Всё было просто прекрасно, но немножко потрёпано. У неё возникла мысль, что домом часто пользовались последние несколько лет. Перед ней встала картина психотерапии, которую, возможно, здесь практиковали. Был ли этот реабилитационный дом тем местом, где их будут заставлять подыматься в четыре утра и совершать пешие прогулки?

— Она прекрасна, — сказала Эми, когда Фэйт открыла дверь в прелестную маленькую комнату, декорированную розоватым узорчатым ситцем. Комната оказалась как раз во вкусе Эми, и у неё появилась надежда, что это поможет ей выжить в течение нескольких дней.

Обернувшись, она взглянула на Фэйт.

— Думаю, что дальше справлюсь сама.

С сильной проседью волосы Фэйт были уложены в низкий пучок на шее, а одета она была в хлопчатобумажное в цветочек платье с небольшим белым воротничком. Она выглядела милой и очаровательной. Эми стало интересно, не была ли она серийной убийцей.

— Разумеется, — медленно произнесла Фэйт, — дайте нам знать, если вам что-нибудь понадобиться. Мы подумали о совместном ужине. Как насчет шести часов?

— У меня мигрень, скорее всего я останусь в комнате.

Фэйт не смогла скрыть хмурый взгляд, но затем улыбнулась.

— Конечно. Если мы с вами не увидимся больше сегодня, тогда — спокойной ночи.

— Мне она не нравится, — заявила Зои — Я имею в виду, что мне она действительно не нравится.

Они сидели в местном рыбном ресторане. Перед ними стояли тарелки, полные моллюсков и омаров. Зал с одной стороны ограничивали огромные окна, позволяющие видеть прекрасную береговую линию Мэна. Деревянный пирс выступал в море.

Они были совершенно неподходящей парой. Зои, с её блестящими чёрными волосами, толстым слоем косметики и в чёрной одежде — от кончиков туфель до шнурка на шее — привлекала внимание окружающих. Фэйт не привлекала внимания. Она была ниже, толще, а её согбенная спина наводила людей на мысли, что всю свою жизнь она провела в согнувшемся положении, что, впрочем, соответствовало действительности.

— Не думаю, что тебе следует так поспешно судить о ней, — ответила Фэйт, — Дженни сказала, что все мы трое пережили эмоциональную травму, и полагает, что мы сможем помочь друг другу.

— Расскажи об этом, — попросила Зои, макая кусочек омара в тёплое топлёное масло. — Какова твоя травма?

Улыбка Фэйт дала понять Зои, что её визави не станет ничего рассказывать.

— Но Маленькая Мисс Совершенство отрицала своё знакомство с Дженни.

— Когда она тебе это сказала?

— Когда я открыла ей дверь. Она стояла с ковриком для ног в руках и смотрела на меня так, словно я насекомое, которое ей хочется придавить.

— Разве ты не рада теперь, что я уговорила тебя вынуть кольцо из носа?

— Не совсем, — ответила Зои. — Если бы я знала, что третья заключённая будет осуждающей и пугливой соплячкой, я бы сделала кучу пирсинга.

— Я на самом деле считаю, что тебе не стоит делать выводы, пока не познакомишься с ней поближе.

— Почему нет? — спросила Зои, сделав глубокий глоток содовой. — Она сделала свои выводы в отношении меня. Я в смогла прочитать почти все её мысли. Фактически, я смогла прочитать её жизнь.

— Да ладно тебе, — Фэйт нахмурилась. — Ты не совсем честна. Никто не может читать жизнь человека.

— Хорошо, — Зои салфеткой вытерла руки. — Давай я расскажу о тебе, — она не стала дожидаться ответа Фэйт. — Ты выросла в маленьком городке, любила всех, ходила всё время в церковь, у тебя были любящие родители… Что? — смех Фэйт прервал её речь.

— Думаю, тебе стоит почистить свой кристаллический шар. Ещё дальше от правды ты уже не можешь быть.

— Так, насколько я ошиблась?

Фэйт начала говорить, но затем улыбнулась.

— Нет, ты не ошиблась. Я не расскажу свою историю, пока все мы трое не соберёмся вместе.

— Ты полагаешь, что мисс Совершенство выйдет из своей комнаты? Нет. Она собирается остаться там, пока не решит, что уже может безопасно уехать. Потом она вернётся в свою любящую семью, которая будет оберегать её от любых ужасов, какие только она сможет вообразить.

— Возможно, Дженни следовало послать тебя в лагерь, где обучают вежливости, — Фэйт пристально посмотрела на неё. — Мы не знаем, что случилось в её жизни и не думаю, что тебе следует изображать из себя судью и всех присяжных. А если бы тебя судили по твоему внешнему облику?

— Но обо мне так и судят. Да и о тебе тоже. Нас всех так оценивают поначалу.

— Ты хочешь, чтобы люди узнали что ты… — она внезапно замолчала, глядя на макияж и волосы Зои.

— Я что? — спросила Зои смело.

— Если ты так настроена на разговор, так давай. Расскажи мне о своём гнилом детстве, в котором ты ненавидела всех и вся из-за случившегося с тобой кошмара. Что это было? Дяденька нанёс визит ночью?

Зои на мгновение поражённо уставилась на неё.

— И как, выговорилась?

— Ты имеешь в виду, что я могу быть такой же злобной как и ты? Ты можешь думать, что всё знаешь обо мне, но это не так. К твоему сведению, когда я была подростком, меня считали самой необузданной девчонкой. Я слишком много пила, слишком часто превышала скорость и занималась сексом со всей страстью и необузданностью.

— Что изменило тебя? — тихо спросила Зои.

— Брак с хорошим человеком, — быстро ответила Фэйт, затем взяла счёт с дальнего конца стола. — Пойдём? Или ты хочешь сидеть здесь и разносить всех в пух и прах?

Не перекинувшись больше друг с другом ни словом, они оплатили счёт в кассе и пешком отправились обратно в летний домик. Фэйт молча шла впереди Зои. Она отперла входную дверь и вошла внутрь, всё ещё продолжая хранить молчание. В своей спальне за закрытой дверью Фэйт выждала, пока Зои включит душ, затем, выскользнув через заднюю дверь, очутилась в небольшом саду.

Как только она оказалась снаружи, то сразу открыла сотовый и позвонила Дженни.

— Это не работает, — без вступлений сказала она.

— Что не работает? — спросила Дженни с набитым ртом.

— Не притворяйся, будто не понимаешь, о чём я говорю. Это. Всё это. Три травмированные незнакомки, остановившиеся в одном доме.

— Хорошо, расскажи мне обо всём, — ответила Дженни.

Фэйт рассказала о том, что прибыла первой, и о том, какими прекрасными ей показались городок и дом. Она не понимала, как это всё может помочь, но, тем не менее, питала большие надежды.

— Пока не прибыла Зои. Как ты могла подумать, что я смогу ужиться с этой агрессивной и самовлюбленной девчонкой?

— Она не рассказала о себе? — спросила Дженни.

— Ни слова.

— Это потому что она немногое о себе знает. Она попала в автомобильную катастрофу, в которой получила открытую травму головы. Она не помнит ничего, что с ней происходило с шестнадцатилетнего возраста. Всё, что она знает, так это то, что она проснулась в больнице, а весь город ненавидит её.

— Почему?

— Она не знает.

— Естественно, ты могла найти кого-нибудь, кто знаком с ней, и расспросить обо всем.

— Конечно, я это сделала.

— И что они ответили? — спросила Фэйт.

Дженни молчала.

— Ну?

— Врачебная тайна. Почему бы тебе самой не спросить у Зои?

— Ловко, — сказала Фэйт. — Ты хочешь вызвать у меня симпатию к ней.

— Не симпатию, а терпение.

— Это нелегко, — заметила Фэйт. — Зои сказала, что не может выносить Эми и ничего не хочет делать вместе с ней.

— Как она?

— Эми? Зои открыла ей дверь и до смерти испугала. Эми отнесла чемодан в свою новую спальню, и мы больше её не видели.

— Этого я и боялась. Она не желает общаться с теми, с кем не знакома двадцать лет.

— Сумасшедшие Дженни, — спокойно сказала Фэйт.

— Что?

— Зои назвала нас сумасшедшими Дженни.

Дженни рассмеялась так сильно, что чуть не подавилась.

— Думаю, мне стоит вырезать табличку с этими словами. Думаешь, мне следует повесить её на дверь?

— Замечательная мысль, — бросила Фэйт. — Уверена, что захочу быть гостьей такого дома.

— Хорошо, я не стану этого делать, — ответила Дженни. — Но каждый раз, стоит мне теперь посмотреть на дом, перед глазами будет стоять эта табличка, — её голос стал серьезным: — Послушай, Фэйт. Никто из вас не является сумасшедшим. Я не собрала вместе подавленных людей. Каждая из вас пережила свою глубокую личную травму, и я думаю, что было бы лучше, если бы вы поговорили друг с другом о том, что с вами случилось, нежели с профессионалом. Это проще.

Фэйт вздохнула.

— Мой муж умер после долгой болезни. Я до сих пор не считаю это травмой. Не то, чтобы его смерть была ожидаема или спланирована.

Дженни молчала.

— Прекрати это! — приказала Фэйт. — Я подразумеваю именно то, что говорю! Прекрати это прямо сейчас! Ты хочешь сказать, что если это не была травма, почему я проглотила пузырёк таблеток? И почему на похоронах я напала на свекровь?

— Ты расскажешь мне, — сказала Дженни.

— Я рассказывала тебе, — голос Фэйт повышался и наполнялся гневом. — Я целый год рассказывала тебе, почему я сделала всё это, но ты ни разу не поверила ни единому моему слову.

— Фэйт, — перебила её Дженни. — Сколько тебе лет?

— Ты знаешь, сколько мне лет, — когда Дженни ничего не ответила, она вздохнула: — Мне тридцать восемь лет.

— Когда ты прекратишь выглядеть на пятьдесят лет, а не на свои тридцать восемь, я начну считать, что мы сдвинулись с мёртвой точки. Судя по всему, не думаю, что мы чего-то добились. Как твоя бывшая свекровь?

— Мертва, я надеюсь, — не подумав, ответила Фэйт.

— На этом у меня аргументы закончились. Фэйт, правда заключается в том, что я за меньший срок добилась большего прогресса с людьми, которые были признаны сумасшедшими преступниками. Весь год я каждую ночь ожидаю звонка, сообщающего мне о твоем самоубийстве.

— Это абсурд.

— Так ли? А что находится в твоей сумочке?

Когда Фэйт ничего не ответила, Дженни продолжила:

— Я надеюсь, что Зои заставит тебя так разозлиться, что ты расскажешь ей о таких вещах, о которых никогда не рассказывала мне.

— Думаю, что уже могу, — тихо ответила Фэйт, вспомнив, как поведала Зои о том, что была трудным подростком в школе. Она не рассказывала об этом Дженни во время их сеансов.

— Хорошо! — констатировала Дженни, а затем понизила голос: — Фэйт, мне не следует тебе это говорить, но все вы трое очень похожи друг на друга.

— Они тоже имели дело с продолжительной болезнью?

— Нет, — ответила Дженни, — вы все прячете свои чувства и никому не рассказываете о них. Я думаю, ты сможешь разговорить их.

— Если намекаешь на то, что мне как самой старшей, придётся собрать этих девочек вместе и играть в психиатра, то я уезжаю сегодня же ночью.

— Да, Зои молода, но, к твоему сведению, между тобой и Эми не такая уж и большая разница. Она выглядит молодой, поскольку у нее потрясающе красивый муж и ей приходиться за собой следить. Ты выглядишь старой потому…

— Почему? — поинтересовалась Фэйт.

— Я заставляла тебя платить мне целый год, так что ты можешь сама ответить на этот вопрос, но ты не станешь.

Фэйт сделала глубокий вдох.

— Хорошо, давай разберемся с настоящим. Что я должна сделать завтра, чтобы оградить себя и Эми от нападок Зои?

— В доме есть большой голубой кабинет. Там полно художественных принадлежностей. Покажи их Зои, это займет её. Тебе нужно вытащить Эми из комнаты и прошвырнуться с ней по магазинам за покупками для её мужа и детей. Если ты расспросишь о них, она может заговорить.

— Так, а сколько ты будешь платить мне за то, что я выполняю твою работу?

— Если по отъезду из дома ты не будешь удовлетворена тем, что с тобой случилось, я возмещу тебе каждый пенни, что ты заплатила мне. И, Фэйт?

— Да?

— Возьми у всех визитные карточки.

— Что?

— Просто сделай это. Не выбрасывай визитные карточки. Позвонишь мне завтра и доложишь, какие карточки ты собрала.

— Это что, терапия для особо травмированных людей?

— И да, и нет. Просто дай мне знать, хорошо?

— Конечно, — пообещала Фэйт, озадаченная просьбой. Они пожелали друг другу спокойной ночи, и Фэйт вошла в дом. Зои вышла из ванной комнаты, а под её дверью не проглядывала полоска света, значит, она, скорее всего, уже спит. Фэйт решила постучать в дверь Эми, поскольку заметила свет в её комнате, но не стала этого делать. У нее был тяжёлый день, и ей хотелось отдохнуть.

Она зашла в ванную комнату, намереваясь принять душ, но вместо этого наполнила ванну горячей водой. Горячая ванна была одним из её способов релаксации в те годы, когда её муж был жив. Он поощрял её желание проводить в ванной столько времени, сколько она хочет. И каждый раз это был жизнерадостный обряд, включающий в себя горячую воду с восхитительными травяными запахами и свечами. Эдди любил поддразнивать её тем, что когда она принимает ванну, то погружается в мир сказочного королевства.

Но Эдди становилось всё хуже и, боясь, что каждая секунда в его жизни может стать последней, она заменила свои ванные процедуры быстрым душем.

Сейчас Эдди был мёртв. Он скончался больше года назад, и, как она и боялась, её не оказалось дома, когда это случилось. К концу его жизни у Эдди была профессиональная сиделка, которая ухаживала за ним по три часа в день, но по поручениям всё ещё отправляли Фэйт. Несмотря на то, что они жили в доме его матери, в котором на неё работала обслуга из четырёх человек, Фэйт посылали в аптеку, в магазин — всюду, куда хотела её свекровь.

Когда Фэйт вернулась из продуктового магазина, переполненная историями о внешнем мире, то увидела, как сиделка закрывала такое любимое лицо Эдди простынёй. Его мать была с ним в последние минуты. Это она держала его за руку и сказала последнее прости.

Уже было поздно, когда она вышла из ванной комнаты, высушила голову и надела ночную рубашку и халат. Направляясь в спальню, она услышала шум на первом этаже. Грабитель?

Она слегка приоткрыла дверь и увидела их третью гостью, Эми, на кухне. Фэйт хотелось лечь спать, но ещё ей хотелось познакомиться поближе.

— Здравствуйте, — тихо поприветствовала Фэйт, но Эми всё равно подпрыгнула на месте, словно над ней взорвался фейрверк. — Извините, не хотела вас напугать.

— Все нормально, — ответила Эми поспешно. — Извините, что разбудила вас. Я только хотела выпить чаю.

— Вы не ужинали?

— Я купила несколько сэндвичей в аэропорту, так что я сыта. Спасибо, — Эми направилась в свою спальню.

— Я недавно говорила с Дженни.

Эми обернулась и посмотрела на неё.

— Я ни разу не встречалась с ней. Без знакомства со мной она вынудила моего мужа отправить меня …сюда.

Фэйт слегка улыбнулась ей.

— Это похоже на неё. Все мы жертвы душевной травмы, и она полагает, что нам может понравиться общение друг с другом.

— Травмы? — переспросила Эми, мельком взглянув на дверь в тёмную комнату Зои. — Какого рода травмы?

— Вы имеете в виду, не убийца ли кто-нибудь из нас?

Услышав эти слова, Эми подумала, что такая мысль абсурдна, но в то же время, она не знала ни одну из этих женщин.

Фэйт вытащила чайный пакетик из коробки и положила в стакан, затем налила туда кипяток. Она села за деревянный стол, поставив перед собой чашку чая.

— Не знаю, как насчет вас, но совершенно не могу понять, почему меня отправили сюда.

Глаза Эми расширились от удивления, и она сделала несколько шагов обратно на кухню.

— Также как и я.

— Мой муж умер, но он довольно длительное время болел. Его смерть вообще не была травматична для меня. Я ожидала этого. Я не перестаю повторять Дженни, что человеку нужно время, чтобы прийти в себя после смерти близкого человека, но она, кажется, считает, что мне нужно забыть вчерашний день и начать носить красные платья.

— Мне нравится ваша одежда, — сказала Эми, присаживаясь напротив Фэйт. — Она вам подходит.

— Я тоже так считаю, — голос Фэйт звучал рассеянно. — Как насчет вас? Почему вы здесь?

Эми глубоко вздохнула и взглянула в тёмную гостиную, словно проверяя, есть ли там Зои.

— У меня был выкидыш, — тихо ответила она.

— Давно?

— Четыре месяца назад.

— Но этого времени недостаточно, чтобы прийти в себя после и гораздо меньших потрясений, чем смерть.

— Я с вами полностью согласна, — воскликнула Эми, — но никто меня даже слушать не хочет. Меня послали в это место… — она рукой обвела комнату. — Меня отправили сюда жить с незнакомками… без обид… и я не понимаю почему.

— У нас с вами есть что-то общее, — произнесла Фэйт, допивая свой чай. — Но мы должны угодить другим людям, так что обязаны остаться тут.

— Точно.

— Думаю, нам следует воспользоваться преимуществом данного положения.

— Как насчет… неё? — спросила Эми, понизив голос.

— Зои? — Фэйт направилась в голубой кабинет через гостиную и открыла дверь. Включив свет, она увидела, что там было полно художественных принадлежностей: краски, канва, Cray-Pas, мелки, огромные листы бумаги для рисования, акварельные краски и огромное количество кистей.

— Пожалуйста, только не говорите, что мы должны будем рисовать свои тайны.

— Надеюсь, что нет. Дженни сказала, что если я открою эту дверь перед Зои, это надолго её займёт.

— Аллилуйя! — выдохнула Эми, затем улыбнулась Фэйт. — Может, позавтракаем завтра где-нибудь?

— Мне нравится эта идея, — согласилась Фэйт, — Очень нравится.


* * * | Возвращение в летний домик | Глава 3







Loading...