home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 13

Гости представляли довольно пеструю компанию, и Диана рассчитывала, что праздничный обед пройдет хорошо. Она подарила сестре на день рождения последнее издание справочника «Дебретт», в котором рассматриваются запутанные иерархические проблемы. Диану как хозяйку дома к столу вел маркиз Чейз, который, согласно этому справочнику, по знатности превосходил лорда Блейкни.

За столом шла оживленная беседа. Реплики гостей летали, как мячики. Роберт Макфарленд, муж Марианны, развлекал самых младших: Минерву и леди Эстер. Джулиана Чейз рассказывала Блейкни о книгопечатании XV века. Тот слушал ее с выражением живого интереса. Диана была бы более довольна, не надень леди Чейз новое платье из серебристой ткани с глубоким декольте, приобретенное по совету Шанталь. С взъерошенными золотистыми волосами она выглядела маленькой очаровательной королевой. Диана вряд ли могла попенять Блейку за то, что тот глаз не отрывал от соседки.

— Сегодня ваша супруга выглядит восхитительно, — прошептала она соседу.

— Блейкни, пожалуй, думает так же, — ответил Чейз.

— Но я не думаю, что Блейкни целиком покорил сердце леди Чейз.

— Я абсолютно уверен, что жена и не подозревает, что он разглядывает ее грудь. Она думает, что Блейкни действительно интересуется Гуттенбергом.

— Все возможно, а если не все, то, допускаю, почти все.

Чейз перестал разглядывать Джулиану и все внимание обратил на хозяйку:

— Она говорит, что интересы Блейкни лежат совсем в другой области. Поэтому я и пригласил его к Маркли-Чейз.

— Это очень мило с вашей стороны, — сказала Диана, с притворной скромностью опустив глаза.

— У нас там достаточно места. А теперь скажите, что вы думаете о преображении Себастьяна. Вы ведь знали его до того, как он получил титул и приобрел новый гардероб?

— Он очень изменился. Я всегда считана его привлекательным, однако понятия не имела, насколько он красив.

— Что вы думаете о его поведении?

— Он стал гораздо более вежливым.

Диана не собиралась признавать, что поведение Себастьяна не вызывала y нее симпатий.

— И он стал прекрасным собеседником. Он всегда был скуп на слова, даже когда рассуждал о книгах. А уж на остальные темы он и вовсе не желал разговаривать. Зато теперь — послушайте-ка его болтовню.

Диана уже слышала. Себастьян почувствовал необычайное воодушевление после приглашения Минервы на ее день рождения. И когда они неделю назад столкнулись в театре, он не извинился обычным вежливым кивком, а завязал с ней разговор. Десять минут они получали удовольствие, обсуждая необыкновенно сухую погоду. И сейчас она слушала, пытаясь уловить, что он говорит Марианне.

— Герцогиня уехала в Девоншир? Удивительно, — проговорил он растягивая слова. Марианна выглядела довольной, но Диана сильно подозревала, что подругу занимает не разговор, а широкая грудь Себастьяна.

— Думаю, он сменил не только одежду, но и мозги, — указала она.

Лорд Чейз рассмеялся:

— Дорогая, возможно, мне не следовало этого говорить, но я знаю, что он ваш друг. У меня сложилось впечатление, что женщинам нравятся мужчины с приятной наружностью и изысканным обхождением.

— То есть вы считаете, мы ставим стиль поведения выше сущности человека? Но такого, например, не скажешь о вашей жене.

— Вы думаете, нет? В конце концов, она вышла за меня замуж.

— Совершенно верно, — сказала Диана, насмешливо разглядывая отлично сшитый костюм маркиза.

Хотя он действительно был очень красив и отнюдь не лишен чувства стиля, Диана также подозревала в Чейзе недюжинный и острый ум. Как иначе мог он привлечь такую эрудированную женщину, как Джулиана?

Она посмотрела через стол на Себастьяна, который с циничной усмешкой отвечал на какое-то замечание Марианны. Она не смогла бы сказать, соответствовало ли этой улыбке выражение глаз, прятавшихся за линзами очков. Его костюм и сорочка были безупречны, а сам он удобно откинулся в кресле и расслабился, словно находился дома среди привычной обстановки. Ей вдруг вспомнился совсем другой Себастьян: в изношенном платье, немного застенчивый, неулыбчивый, невнятно бормочущий, но всегда искренний.

— Должна признать, что его внешность стала много лучше, — сказала она. — Но в прежнем мистере Айверли было что-то, чего мне сейчас недостает.

— Он почти не мог связать несколько слов.

— Верно.

— И этого вам недостает?

— Я легко проживу без его бормотания, — засмеялась Диана. — Но с ним никогда не было скучно.

— Не говорите этого моей жене, — сказал Чейз, — однако я всегда любил его, даже косноязычного.

Он одобрительно посмотрел на Диану, сверкнув небесно-голубыми глазами, таящими явную опасность для любой женщины, чье сердце еще не покорено кем-то другим.

А Диане виделись серебряно-серые глаза с темным ободком, нечасто открывавшиеся миру, которые смотрели на нее с нескрываемым восхищением.

Диана сбросила с себя наваждение. Слуги уже разносили второе блюдо, и настало время обменяться партнерами. Она посмотрела на человека, сидящего слева от нее — бесспорно, самого красивого в комнате, — с темно-синими глазами, не менее прекрасными, чем у Чейза. Блейкни. Он был тем, кого она желала видеть.

Себастьян не знал, сколько еще он выдержит. Ему удалось полчаса проболтать с миссис Макфарленд, призвав на помощь один из его новых методов вежливого общения: придумать высказывание на общие темы и подать его с непоколебимой уверенностью и на грани цинизма.

Наблюдать за беседой Дианы с Кейном уже было тяжело. Он не был уверен, что друг целиком на его стороне. Он знал, что леди Чейз находится во вражеском лагере.

Но теперь Диана повернулась к Блейкни. Увидев их вместе, он почувствовал, как в его груди закипела ярость. Кузен смотрел на нее как на свою собственность, и это вызывало у Себастьяна нестерпимое желание проверить только что полученные навыки кулачного боя. А Диана в ответ улыбалась, отвечая ему сияющим взглядом, который Себастьян слишком хорошо знал. Он мог только надеяться, что ее отношение к Блейкни было столь же фальшивым, как и к нему.

Благодаря приглашению Минервы он перенес боевые действия на ее территорию. Он рассчитывал после обеда оказаться ближе к ней и попытаться оценить, каковы его шансы на то, что она упадет в его объятия. Не надо думать о шансах. Он не имеет права потерпеть неудачу. Он оценит, готова ли она упасть. И на этот раз его язык не онемеет от того, что она находится совсем близко.

Ему не пришлось прибегать к заранее разработанной тактике. Диана сама сделала первый шаг, когда мужчины направились в гостиную выпить кофе.

— Вы не пройдете со мной в библиотеку? — попросила она. — Мне бы хотелось узнать ваше мнение о книге, которую я приобрела.

Несколько мгновений он пребывал в растерянности, поскольку не подозревал, что у нее вообще есть библиотечка. Но судя по меблировке большого современного дома, ee покойный муж был не только богат, но и образован и имел неплохой вкус. Разумеется, у него были книги, пусть даже он не собирал редкие издания, которые, как считал Себастьян, только и оправдывали название «библиотека». Он последовал за ней в большую комнату, все стены которой были заполнены полками с книгами.

Дрожа от волнения, он думал, не является ли просьба Дианы всего лишь поводом. Ее новая подруга, леди Чейз, могла вынести вердикт в отношении любой необычной книги. Минерва рассказала ему о Женском обществе библиофилов и модниц, или они выдумали какое-то другое меленое название?

На столе в центре комнаты лежала открытая книга. Себастьян снял очки и пробежал глазами текст. Это был экземпляр «Книги пэров» Дебретта, открытой на статье, посвященной герцогам Хэмптонам рода Блейкни. Его предчувствия не оправдывались.

— Что вы хотели мне показать? — спросил он.

Вместо того чтобы взять книгу, Диана подошла и встала перед ним так близко, что он ощущал тепло ее тела, так близко, что ей пришлось откинуть назад голову, чтобы встретиться с его глазами.

— Я нанесла вам какую-нибудь обиду? — спросила она.

Себастьян чуть было вновь не начал бормотать.

— С чего вы взяли? — осторожно спросил он.

— Я думала мы стали друзьями. А вы взяли и уехали из Мэндевилла, не сказав ни слова.

— Меня вызвали к умирающему дяде.

Он сильнее сжал в ладони очки.

— Понимаю. Мне очень жаль. — Она дотронулась до его руки. — Но у меня сложилось впечатление, что с той поры вы меня избегаете. Более того, что вы сердитесь на меня. Это было? А сейчас?

Голубые глаза смотрели на него так пристально, словно хотели прочитать, что творится в его душе. Но Себастьян сохранял невозмутимый вид.

— За что мне на вас сердиться? — притворившись удивленным, спросил он. — Разве есть причина?

Он смотрел на ее сладостные, красивые лгущие губы. Они раскрывались так медленно, что казалось, пройдет целый век. Едва дыша, он ждал ответа. Признается ли она в предательстве?

Он надеялся, что нет. Потому что, если сейчас она будет честна с ним, игра закончится, а Себастьян хотел доиграть до конца. Ему грозила только одна опасность: если он будет играть слишком быстро. С бесконечным терпением он дождется удовлетворения от полной и окончательной победы.

Диана первая отвела глаза.

— Нет, я не знаю такой причины, — мягко сказала она, опуская подбородок.

Но не она одна сейчас лгала в этой комнате.

— Мы пофлиртовали в Мэндевилле, и я вам за это признателен. Странно, однако, что вы вообще обратили на меня внимание.

Заливший ее лицо румянец придал ему сил и помог играть более достоверно.

— Каким же неуклюжим идиотом я был тогда, — продолжал он.

— Вовсе нет, — тихо возразила она.

— Да. Мне сейчас противно вспоминать, как я себя вел, как выглядел. Бирюк! — Он театрально вздрогнул. — А моя одежда? Я вынужден был все сжечь.

— Вы изменились.

— Разумеется. Боже мой, ведь я почти не в состоянии был поддержать элементарный разговор! — Себастьян почувствовал воодушевление и начал сознавать привлекательность актерской профессии. — Я отклонял все приглашения, сторонился изысканных людей.

Диана широко открыла глаза. Он жалел, что не может сейчас поцеловать ее — слишком рано. Он уронил очки на стол и так крепко сжал кулаки, что ногти впились в ладони, Терпение.

— Почему вы решили изменить свой образ жизни? — спросила она.

— А как вы думаете почему?

— Не знаю.

Он промолчал: интуиция подсказывала ему, что сейчас он должен быть загадочным. Все еще покрасневшая, Диана изучала его лицо, на котором Себастьян старался сохранять невозмутимость. Она пару раз открывала рот, чтобы что-то сказать, но каждый раз меняла решение.

Он лишил ее душевного равновесия.

— Я должна вернуться к гостям, — наконец сказала Диана.

Себастьян пошел за ней в гостиную, где двое самых молодых из собравшихся играли дуэт на фортепьяно, а Кейн сидел на диване между женой и Блейкни. Себастьян кивком позвал приятеля, и маркиз, извинившись, последовал за ним на террасу, выходившую в сад.

— Сигару? — предложил Кейн.

— Спасибо, не буду.

— Я думал, ты перенял все пороки светского общества.

— Нет, это не для меня.

— Ты говоришь почти как прежний Айверли, — сказал Кейн, облокачиваясь на каменную балюстраду, не обращая внимания на октябрьскую прохладу.

А Себастьяна трясло.

— Если бы я снова мог стать таким. Я тоскую по нему.

Он также тосковал по фланелевому жилету, который носил прежде.

— Не ты один.

— Что ты имеешь в виду?

— Леди Фэншоу тоже тоскует о нем.

— Да мне-то что за дело?

Хотя было уже темно, чтобы заметить, как он вздрогнул, голос мог выдать его. Себастьян с трудом удержался, чтобы не потребовать от Кейна объяснений, однако ему было стыдно выдавать свои чувства.

— Ах, оставь, Себастьян. Ведь именно на нее ты больше всего хочешь произвести впечатление. Ты долго морочил головы мне и Тарквину, а мы ожидали чего-то более дерзкого. А Диана Фэншоу и вправду хороша. Мне почему-то представлялось, что тебе нравится совсем другой тип женщин. Поздравляю, у тебя отменный вкус.

Себастьян уже готов был поблагодарить Кейна за комплимент, но промолчал, поскольку приятель совершенно не знал ее характера. Диана обдурила их обоих, как прежде обдурила его самого. Его друзья не знали, что за прекрасной внешностью таилась бессердечная лгунья.

— Если не ошибаюсь, ты провел с ней время наедине. И как успехи?

— Не знаю. Раз уж ты поинтересовался, я бы хотел попросить, чтобы ты выяснил, как она ко мне относится.

— И как же мне это сделать? — рассмеялся Кейн.

— Тактично. Спроси, нравлюсь ли я ей.

— Я мог бы помучить тебя минут десять-пятнадцать, получив при этом огромное удовольствие. Но, будучи бесконечно добрым человеком, скажу тебе, что знаю это. Ты ей нравишься.

— Ты уверен? Как ты узнал?

— Она сама сказала.

— Значит, сработало? — воскликнул пораженный Себастьян. — План сработал?

— Естественно. Она сказала, что не представляла себе, насколько ты красив и как умеешь одеваться.

«Ну конечно, — подумал Себастьян, — её сразил мой новый гардероб».

— Но… — Было одно «но», о котором непросто сказать. — Но, — решился Кейн, — есть некоторые аспекты твоего нового облика, которые ее смущают.

— Продолжай!

— Ей кажется, ты стал скучным.

— В этом мы оба виноваты, — резко сказал Себастьян.

— Я бы тебе посоветовал по-прежнему элегантно одеваться и сохранить хорошие манеры, но разговоры вести, как прежде.

— Ты имеешь в виду, что я должен вновь бормотать?

— Ни в коем случае. Леди Фэншоу навсегда вычеркнула бормотание из списка черт твоего характера, которых ей недостает.

Он и не собирался снова переходить на мычание. Важно было, что он ей нравится. К его удивлению, ей нравилось то, что было в нем прежнем. В настоящем Себастьяне. В неуклюжем идиоте, в бирюке. На минуту в его сердце зазвучала красивая мелодия, зажегся небольшой чистый огонь, похожий на свет далекой звезды в безлунную ночь. Затем в груди раздался победный гонг, и солнечный восход затмил слабый свет звезды. Он скоро целиком покорит ее, унизив своего кузена.

В остальном же, Себастьян понимал, Блейк намного опережает его. Скорее всего, сейчас он раскинулся на диване рядом с Дианой.

— Почему ты хмуришься? — прервал Кейн его размышления.

— Блейкни. Не понимаю, в чем его притягательность. Если она полагает, что я стал скучным, не может же она не понимать, что он всегда таким был. Я ни разу не слышал от него умного или оригинального высказывания.

— В Лондоне нет мужчины более привлекательной внешности, — ответил Кейн.

Какой же он осел! Диана могла получать удовольствие от бесед с ним, но внешность значила для нее гораздо больше. Не измени он свою внешность, у него бы не было шанса соперничать с Блейкни.

— И со временем он станет герцогом. Хотя если я правильно понял леди, титул для нее не имеет первостепенного значения. Я уверен, — продолжил он с улыбкой, — она довольствовалась бы и титулом виконтессы.

Предположение Кейна, что целью Дианы было замужество, поставило Себастьяна в тупик, и он чуть было не пропустил следующую фразу.

— У меня для тебя плохие новости: в следующем месяце леди Фэншоу и ее сестра будут гостить у нас в аббатстве Маркли-Чейз.

— Что?

— И Блейкни тоже приедет. Он согласился побыть там неделю, перед тем как отправиться в Бадминтон на охоту.

— Ты должен пригласить и меня.

— Меня жена убьет. Она полностью поддерживает Блейкни.

— Пожалуйста, Кейн. Я буду с ней крайне любезен. Поговорю о книгах.

— Когда она торговала книгами, ты был груб с ней, а она не относится к тем женщинам, которые легко забывают обиду.

— Возможно, тогда я был не прав. — Нужно было во что бы то ни стало уговорить Кейна, — Она хорошо разбирается в книгах.

Кейн приподнял бровь.

— Очень хорошо.

Кейн поднял руку, требуя еще большего смирения.

— А я был очень, очень не прав. В корне заблуждался.

— Ладно, приезжай в Маркли-Чейз. Но пока ничего не говори. Я сам выберу подходящий момент, чтобы сообщить об этом Джулиане. Оказавшись в аббатстве скажешь ей то, что сказал сейчас мне. И будешь валяться у нее в ногах.

— Конечно, Кейн. Спасибо, — воскликнул Себастьян, держа за спиной скрещённые пальцы. — Ты не пожалеешь.

— Не забудь о том, что должно последовать. Благородный поступок.

Оказавшись у себя в библиотеке, Себастьян нашел записную книжку и просмотрел список благородных поступков, который продиктовали ему Тарквин и Кейн.

«Пригласить ее на вальс». Он с самого начала решил, что, как бы ни сложились обстоятельства, он ногой не ступит на пол танцевального зала. Крупными буквами он написал «исключить».

«Бриллианты, изумруды, сапфиры». Покойный муж Дианы был весьма богатым человеком и одарил ее превосходными ювелирными украшениями. Правда, Себастьян не видел у нее сапфиров, а они очень подошли бы к ее глазам. Около этого пункта он поставил на полях знак вопроса.

«Собачку или другое домашнее животное». Себастьян в принципе был против домашних животных, потому что они портили книги. У одного из знакомых он видел великолепный экземпляр «Нюрнбергских хроник» с большой дырой в переплете, которую выклевал попугай его жены. «Нет» — и дважды подчеркнуть.

Выручить из какой-нибудь неловкой ситуации. До последнего времени Себастьян сам представлял собой неловкую ситуацию. В его характере произошли изменения, но этого было еще недостаточно.

«Спасти, если понесет лошадь». Трудно, поскольку Диана, отличная наездница.

«Вырвать из лап разбойников». Хм-м.

«Нанять, в конце концов, "разбойников"». Этот пункт звучал абсолютно по-идиотски. С другой стороны, совет его друзей мог оказаться как раз подходящим.


Глава 12 | Опасный виконт | Глава 14