home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 8

— О Боже! — негромко произнес Себастьян, обращаясь к Тарквину, когда им удалось выскользнуть из-под жадного взгляда зеленых глаз их хозяйки, герцогини Летбридж. — Я чувствую, как будто меня раздели до нижнего белья.

— Это чувство знакомо здесь многим, — ответил Тарквин. — Скажу больше. Герцогиня, как и ты, — коллекционер. Но она предпочитает добавлять в свою коллекцию молодых мужчин.

— А ты попал в ее коллекцию?

— Я стараюсь держаться подальше от шкафа, где герцогиня держит свои диковинки. И вообще предпочитаю более престижную среду.

Себастьян глянул через плечо в полуиспуге, что попадет в круг интересов этой вызывающей тревогу знатной дамы.

— Пожалуй, мне стоит начать с кого-нибудь, кто не будет столь требователен, — сказал он.

— Мудрое решение. И не забудь: если возникнут затруднения, придумай что-нибудь веселое, когда будешь говорить о погоде.

Десять минут спустя, оставленный на милость двух вдовушек, желавших узнать все связи Себастьяна, включая его мать, он вспомнил о предупреждении Тарквина.

— Я недавно читал, — выпалил он, — что гроза в Санбури сопровождалась таким градом, что птица на женской шляпке была убита насмерть.

Более полная из дам, чьи перья в волосах, как он сообразил слишком, поздно, стали поводом для его замечания, от удивления разинула рот. А что такого он сказал о женщинах и перьях? Вторая смотрела на него как на сумасшедшего. Оказывается, не так просто придумать что-нибудь веселое о погоде. Себастьян пробормотал извинения и направился к собирающейся толпе. Увидев знакомого библиофила, он почувствовал себя как томимый жаждой человек, которому в руки сунули кружку пива.

Эта встреча прошла лучше. Тот представил Себастьяна своей жене и еще нескольким леди. Следуя инструкциям Тарквина, Себастьян не поцеловал руки незамужним женщинам и не произнес комплиментов по поводу внешности дам, с которыми только что познакомился. Да у него и желания такого не было. Женщины в этой группе казались здравомыслящими и, во всяком случае, спокойными и с одобрением слушали, как мужчины обмениваются политическими сплетнями.

Почувствовав твердую опору, Себастьян перестал уделять все внимание легкому обмену репликами и украдкой оглядел комнату. Тарквин уверял его, что герцогиня собиралась пригласить весь Лондон.

Где же Диана?

Хотя был не сезон, на рауте герцогини Летбридж собралась масса гостей. Дом герцогини, один из самых больших особняков Лондона, не был заполнен так, как если бы дело происходило в мае. Тем не менее народу было много, но шумно не было. Диана расслышала, как две дамы делились мнением, что в постели герцогини побывала едва ли не половина мужчин Лондона.

До сих пор Диана ни разу не попадала в список званых гостей и сейчас была польщена, получив приглашение. Видимо, слух об интересе к ней Блейкни распространился достаточно широко. Великосветские хозяйки лондонских салонов могли пренебрегать вдовой нувориша, но не захотели бы нанести обиду женщине, которая, возможно, станет маркизой Блейкни.

Диана не встретила много знакомых, разве что пару охотников за фортуной, от которых удалось избавиться еще на лестнице. Стоя в знаменитом зале Адама, она старалась сделать вид, будто очень занята, приветствуя многочисленных знакомых, а на самом деле пытаясь следить за разговором и угадать, кто из мужчин был любовником герцогини. Она увидела мистера Тарквина Комптона, возвышавшегося над толпой. А не он ли? Однако ей трудно было представить его без одежды. Не то чтобы она много времени проводила, вызывая у себя фантазии в виде обнаженных мужчин, но Комптон явно не подходил для роли любовника герцогини. Ни в коем случае не выглядя женоподобным, он все же был слишком изыскан в своем одеянии. Она никогда не слышала его имени в связи с какой-либо дамой, разве что немного завидовала, когда он благосклонно отзывался о чьем-нибудь наряде. Однажды он похвалил и туфельки Дианы, очень красивую пару расшитых жемчугом розовых туфель для танцев, а если бы сейчас подошел на минутку и обратил внимание на ее прическу, то вызвал бы неудовольствие леди Джорджины Харвилл, которая с сестрой стояла совсем недалеко от Дианы, но она не решилась подойти к ней и поговорить: леди Джи не была ее близкой, подругой, и Диане не хотелось выглядеть навязчивой.

— Кого-нибудь ищешь, Диана?

Помощь пришла со стороны Марианны Макфарленд, ее ближайшей лондонской подруги.

— Пытаюсь представить мистера Комптона раздетым, и мне интересно, что он думает о моей прическе.

Диане нравилась одна черта Марианны — ее нельзя было шокировать. Однако сегодня подруга не склонна была обсуждать физические качества молодых мужчин.

— Дорогая, — попросила она, когда обе обменялись поцелуями, — пожалуйста, не давай ему подходить ко мне. Я очень переживаю за свою прическу.

Диана отступила и застыла в изумлении от сооружения на голове подруги. Брови Марианны умоляюще поднялись.

— Боюсь, я совершила ошибку, но миссис Пиншон уверяла меня, что это последний крик моды. Понимаю, что должна была сначала поговорить с Шанталь, но в последний раз, когда я обратилась к ней за советом насчет шляпки, она была в отвратительном настроении.

— Не обращай внимания на ее настроение. В следующий раз слушайся ее, а не модистку.

— Неужели так плохо?

Диана старалась соблюсти такт, но в данном случае это было за гранью ее возможностей.

— Похоже на верхушку ананаса в блюде с малиной.

— То же самое сказал Роберт.

— Тогда забудь о моей служанке и обращайся за советом к мужу. Он лучше тебя разбирается в моде.

— Я страшно огорчена. Блейкни здесь?

— Нет. Он на неделю уехал в Лестершир поохотиться.

— Боже, он никогда не бросит этого занятия. Ты уверена, что хочешь выйти за него замуж?

— Это завидная партия.

— Я спрашиваю лишь потому, — Марианна наклонилась к подруге и понизила голос, — что если ты решила, что не сможешь часами выслушивать, как он рассуждает о благородстве мертвых лис, тебе стоит подумать о том молодом виконте, о котором все говорят.

— Что? — пробормотала Диана, почти не слушая собеседницу, поскольку к ним приближался Комптон.

Ей очень хотелось, чтобы он обратил внимание на красную бархатную ленту в ее волосах, усыпанную черным жемчугом и украшенную мелкими бриллиантами. Шанталь уверяла, что лента, выглядит эффектно и не вульгарно. А Шанталь никогда не ошибалась.

— Он только что получил наследство. По всей видимости, много недвижимости и большую угольную шахту.

Диана владела акциями пары шахт, но их продукция была не в пример красивее. Она потеребила бриллиантовое ожерелье.

— И еще, — продолжала Марианна, — он очень симпатичный и прекрасно одевается. Высокий. Кроме того, Сьюзен Беллами утверждает, что он прекрасный собеседник. Вся компания смеялась до упаду над его комментариями о шутах из правительства. Она говорила, что хохотала так, что почти не заметила, что он в очках.

— Как, ты сказала, его зовут? — резко спросила Диана.

— По-моему, я не называла его имени. Айверли. Виконт Айверли. Никто никогда не видел старика, который приходился ему каким-то дядей. Он жил на севере затворником и, по слухам, был немного не в себе.

Это неправда. Даже огромная угольная шахта не сделает человека, у которого отсутствует вкус, франтом, а Марианна говорила, что Себастьян Айверли отлично одет. Да и эта способность разговаривать с незнакомыми людьми… Конечно, Себастьян легко говорил с ней, но это другое.

Нет, это не он. Кто-то из других племянников наследовал титул. Другой высокий племянник. В очках, Наверное, в их семье плохое зрение не редкость?

Она взглянула сквозь образовавшийся в толпе коридор.

И с ощущением неотвратимости увидела Себастьяна в отлично сшитом черном вечернем костюме, в красном расшитом жилете, с новой стрижкой. Вместо очков в стальной оправе на нем были роговые. Не было сомнений, что этот образец мужской элегантности ее недавний знакомый, Улыбаясь, Себастьян шел в ее сторону.

— Посмотри на ширину его плеч, — вздохнула Марианна. — А его ноги! Люблю мужчин с красивыми ногами. Прежде я не придавала этому значения, но очки притягивают внимание к его прекрасно вылепленному лицу. У него неповторимые скулы. И обаятельная улыбка, четко очерченные губы.

В отношении губ подруга была совершенно права. Диана заметила это гораздо раньше. Даже больше, чем просто заметила.

В ее груди словно загорелся огонь. Неужели все это превращение предпринято ради нее? Ей пришлось признать, что в нем появилось нечто, способное произвести впечатление на женщину.

Он уже был совсем близко. Она сделала шаг вперед, готовясь приветливо улыбнуться человеку, который в последнюю их встречу поцелован ее.

— Леди Джи, — сказал он с поклоном. И прошел мимо Дианы, не заметив ее. — И леди Фелиция, — продолжал он. — Я так рад снова видеть вас. Много воды утекло с тех чудесных дней, которые мы вместе провели в Мэндевилле.

На лице Джорджины появилась самодовольная улыбка.

— Мой дорогой лорд Айверли — надо запомнить, как мы теперь должны вас называть. Какой приятный сюрприз! Да, это было действительно счастливое время.

Диана слушала и не верила ушам: этот обмен воспоминаниями, мягко говоря, представлял собой радикальное переписывание истории.

Фелиция, эта дура, хихикала и строила глазки человеку, которого — Диана это твердо помнила — объявила чудаком. А Себастьян — лорд Айверли! — говорил спокойно и бегло, как будто всю жизнь совершенствовался в искусстве светских бесед о пустяках.

— Он — прелесть, — промурлыкала Марианна. — Вы вместе были в Мэндевилле? Не могу поверить! Почему ты о нем не рассказывала?

— Тогда он был просто мистером Айверли.

Диана вымученно улыбнулась, хотя никакого желания улыбаться не было. Боже упаси, если он или леди Джи заметят ее разочарование, хотя он вроде бы не обращает на нее внимания.

— Но ведь его внешность с тех пор не изменилась, и она стоит упоминания.

— Сейчас он выглядит иначе, — сказала Диана. — Совершенно иначе.

Она вовсе не была уверена, что преображение Себастьяна пришлось ей по вкусу. Она заметила и по достоинству оценила мистера Айверли, даже когда он был одет нелепо. Теперь, если она не ошибается, лорд Айверли станет одним из законодателей мод.

Беря руку леди Джорджины и без необходимости пылко целуя ее, уголком глаза Себастьян украдкой следил за Дианой. Она повернулась к стоявшей рядом женщине и ответила на какое-то замечание, что вызвало у обеих улыбки. Но Себастьян увидел и успел заметить: мгновенное удивление на ее лице сменилось досадой. Диана ждала, что он подойдет к ней, и, конечно, не испытала удовольствия, когда он заговорил с леди Джи. Как удачно получилось, что они стояли рядом, но не вместе, позволив реализовать одну из составляющих стратегий Тарквина и Кейна. Диана и Джорджина могли не враждовать друг с другом, но Себастьян был достаточно наблюдателен, чтобы заметить, что и подругами они не были.

Несколько минут он провел, беседуя с сестрами. За час пребывания на этом на редкость скучном суаре Себастьян оправился после фиаско в разговоре о погоде и обнаружил, что говорить о пустяках совсем не сложно — просто нудно. Его аудитории, казалось, нравилось все, что он говорил, но у него от скуки едва не сводило скулы.

Так было до этой минуты. Но не потому, что он стал лучше говорить, а потому, что все время ощущал присутствие Дианы Фэншоу, стоявшей в нескольких шагах от него. За три месяца его влечение к ней не уменьшилось ни на йоту. Первый же взгляд на нее в заполненном людьми зале подсказал Себастьяну, что он не преувеличивал ее прелесть. Наоборот, одетая в темно-красное с бриллиантами платье, она была еще более привлекательна, чем прежде. Они долго не виделись, и какие-то подробности ее внешности забылись: блестящие волосы цвета темного шоколада на фоне светлой, как слоновая кость кожи; мягко выступающие ключицы, сейчас прикрытые паутиной из серебра и драгоценных камней. Изгиб локтя между рукавом и краем перчатки. Мог ли он на самом деле определить на таком расстоянии соблазнительный запах ее духов, или этот запах просто возни к в его памяти? Как бы то ни было, этот запах больше всего заставлял его тело вибрировать от воспоминаний и страсти.

И от боли. Он вновь пережил момент ее предательства в Мэндевилле. Глубокая обида смешала в кучу его чувства. До встречи с Дианой он был вполне доволен жизнью.

Его мозг напряженно работал, чувства были обострены и готовы уловить любую ее мысль или настроение. К сожалению, Себастьян не слышал разговора Дианы с женщиной, носившей на голове странное сооружение из листьев.

Гости все прибывали, но никто не думал уходить. Вокруг скопилась толпа, и Себастьян выжидал удобный момент. Он притворился, что его случайно толкнули, и, сделав несколько шагов назад, наткнулся на Диану.

— Прошу прошения, — произнес он, поворачиваясь и стараясь не показать, какое потрясение испытал от прикосновения к ней. — Леди Фэншоу! — воскликнул он — Я вас не заметил. Какой сюрприз вновь встретиться с вами.

Он почувствовал удовлетворение, заметив ее растерянность.

— Мистер Айверли, — пробормотала она. Ее товарка слегка подтолкнула. Диану локтем. — Ой, прошу прощения, лорд Айверли, не так ли? Я должна вас поздравить или выразить соболезнования?

— Вы очень любезны.

Он не мог придумать, что сказать. Но это не имело значения, поскольку, следуя стратегическому плану на этот вечер, они не собирался вступать с ней в беседу.

— Леди Джи, — произнес он, — позвольте проводить вас в буфетную. Как я слышал, там можно перекусить.

Леди Джорджина захихикала не хуже сестры:

— О, лорд Айверли, вы такой забавный.

Несколько минут спустя Диана отыскала Джеймса Лэмбтона.

— Диана, — сказал он и с достоинством поклонился, хотя руки у него были заняты бокалом с вином и пирожным. — Не имел удовольствия встретить вас после Мэндевилла. Видели, кто здесь?

Движением головы он указал Диане на ту часть комнаты, где окруженный многочисленными слушателями Себастьян Айверли исполнял роль души общества.

— Да, — ответила она.

— Не правда ли, трудно поверить в такое превращение?

— Лэмб, — сказала она, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, — вы рассказывали кому-нибудь о нашем пари?

— Как вы можете спрашивать об этом! Я поклялся честью, что буду молчать. А джентльмен всегда держит слово.

— А Блейкни?

— Как вы можете даже предполагать такое?

Диана пожала плечами, не желая подавать повод для слухов, признав, что Себастьян больно ранил ее:

— Я просто хочу быть уверенной, что он никоим способом не узнает об этом.

— Вы посмотрите на него, — продолжал протестовать Лэмб. — Получив титул, он в корне переменился. Разве что зрение у него не улучшилось. Поразительно, как это подействовало на его речь.

Диана улыбалась и даже рассмеялась, пока Лэмб развивал тему, но почти не слушала его. Ее голова была занята разгадыванием головоломки, почему человек, который так страстно целовал ее, больше не предпринимает попыток сблизиться с нею.


Глава 7 | Опасный виконт | Глава 9