home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 3

Проснувшись, Кассандра долго не могла понять, что же ей так мешает наслаждаться покоем и сном. Но потом до ее сознания дошло, что это все Роза. Квартеронка переставляла вещи в комнате с места на место, упорно производя недопустимый шум, да еще и напевая что-то при этом вполголоса. Касси села на кровати, устремив на свою служанку недовольный взгляд.

— Госпожа что-то слишком долго спит сегодня, — промурлыкала Роза, двусмысленно покосившись на хозяйку. — Время приближается к полудню, и миссис Гортензия уже два раза справлялась, не разболелись ли вы после вечера у подполковника Мейсона.

— Ну, так помоги же мне быстрее привести себя в порядок и одеться! — крикнула Касси, выпрыгивая из постели.

Тетушка Гортензия сидела в гостиной, расшивая замысловатыми узорами свое новое платье. Увидев племянницу, она добродушно пожурила ее, за то, что та так много времени провела в постели.

— Я вижу, дорогая, вечеринка в доме Мейсона порядком утомила тебя, — сказала она. — Ступай скорее завтракать, а потом нас ожидают кое-какие приятные хлопоты. Разве ты забыла, — прибавила она, заметив, что племянница с недоумением смотрит на нее, — сегодня нам предстоит отправиться на благотворительный обед в ратушу?

Кассандра хлопнула себя по лбу. Действительно, волнения прошедшей ночи заставили ее совершенно позабыть о предстоящем торжестве. А ведь именно сегодня господа из правительства устраивают большой званый вечер в пользу американской армии и ожидается выступление каких-то знаменитых певцов. Этого нельзя пропустить, да ведь и Джеральд тоже непременно будет там. Касси невольно бросила на себя взгляд в зеркало. Нет, вроде все в порядке, ни следов усталости, ни темных кругов под глазами.

С половины второго женщины занялись длительными и тщательными сборами к большому празднеству. Но если почтенная миссис Гортензия хорошо знала, что наденет скромное, но представительное платье цвета темной бирюзы с белыми рюшами и кружевами, а также, как всегда, белоснежный парик с соответствующими украшениями, то Касси пребывала в некотором затруднении.

Разложив с помощью Розы и Молли свои наряды на кровати и креслах спальни, она увидела, что у нее осталось только одно новое платье, которое она ни разу не надевала. Оно было совершенно лишено кружев, золотого шитья или какой-либо другой отделки, потому что денег на все это просто не хватило. Но зато пошитое из мягкого узорчатого шелка потрясающе красивого фиалкового цвета, оно подчеркивало все достоинства фигуры. К этому платью у Кассандры была заготовлена наколка для высокой прически, но, вспомнив, что Мейсону не очень нравятся огромные башни из волос, девушка отложила все эти вещи в сторону и задумалась. Не измыслив ничего оригинального, она призвала на помощь Молли, и умудренная солидным опытом в таких делах мулатка нашла выход из положения.

— Я могу сделать вам такую прическу, мисс Касси, какой больше не будет ни у одной дамочки на празднике, — с важностью сказала она, — только должна предупредить, что это не совсем по нынешней моде.

— Ну что ж, мужчины обычно не разбираются в женской моде, — чуть подумав, сделала вывод Касси, усаживаясь в кресло у массивного трельяжа. — Давай, Молли!

— А при чем тут мужчины? — простодушно спросила Роза и тут же прикусила язык под выразительным взглядом пожилой мулатки.

Молли хорошенько начесала волосы своей госпожи, тактично не выказав удивления по поводу того, что они так неимоверно спутаны, и через несколько минут на голове девушки, словно корона, красиво лежала пышная коса, перевитая неприметным шнурочком с жемчужными горошинками, а уложенная кверху челка придавала прическе легкую пикантность, смягчая строгие линии.

Все остались довольны творением темнокожей мастерицы, и даже тетушка Гортензия, одобрительно покачав головой, сказала:

— Простота и благородное изящество — вот чего так не хватает нашим современным красавицам. Уверена, Касси, сегодня ты всех затмишь своим юным очарованием.

Касси улыбнулась и тихонько вздохнула. Знала бы тетушка, что с некоторых пор ей безразлично мнение всех молодых людей, кроме Джеральда Мейсона.

Дополнив наряд букетом фиалок, вставленным в миниатюрную брошку в виде вазочки с водой для сохранения свежести, Кассандра объявила всем, что вполне готова ехать на праздник.

Благотворительный обед, на который получили приглашение Стивенсоны и их племянница, преследовал двойную цель: развлечь доблестных воинов освободительной армии и местное светское общество и собрать средства, в которых эта армия так сильно нуждалась. Каждый приглашенный, за исключением военных, должен был у входа в огромный банкетный зал приобрести билет, стоивший приличную сумму. Все деньги от продажи билетов и должны были пойти на нужды армии. Само собой, все это оговаривалось в приглашении, и можно было от него отказаться. Но все-таки зал оказался набит битком, и мало кто из приглашенных не явился — даже те, кто сам испытывал недостаток в средствах, от души хотели помочь своим защитникам и освободителям. Это было вполне объяснимо, так как в Балтиморе в то время находились почти исключительно одни патриоты и сторонники независимости.

Кроме денег, вырученных за обед, устроители праздника еще надеялись собрать деньги за концерт, который должен был состояться после пиршества в саду, примыкающем к ратуше. Несколько известных в колониях певцов, в том числе итальянских и французских, приехали в Балтимор, чтобы бесплатно выступить в пользу армии, как они это уже делали раньше в других городах. И многие из приглашенных, как сама Кассандра с тетушкой и дядюшкой, выкупили сразу же по приезде в ратушу оба билета, чтобы уже потом об этом не думать и развлекаться весь вечер в свое удовольствие.

Войдя в парадный зал, Касси тотчас привлекла к себе всеобщее внимание. Миссис Гортензия с мистером Томасом направились к своим знакомым, а Кассандру окружили приятельницы, которые принялись разглядывать наряд девушки, осыпая ее при этом комплиментами, за которыми, впрочем, читалась легкая зависть. Поглядев по сторонам, Касси заметила Лору Шелтон, в белом платье с розовыми лентами, одиноко сидевшую на диванчике, и, приветливо улыбнувшись подруге, подошла к ней, оставив дам злословить на свой счет.

— Вот и ты, наконец, пришла, дорогая, — с теплотой проговорила Лора, протягивая девушке руку. — Я уже было совсем заскучала здесь, ведь я почти ни с кем не знакома, а наши мужчины уже с полчаса заседают в курительной. — При словах «наши мужчины» Касси почувствовала, что краснеет. «Интересно, — подумала она, — знает ли Лора о том, что я провела ночь с Мейсоном? Скорее всего, нет». И без долгих размышлений она с каким-то задорным озорством поведала подруге обо всем.

С минуту миссис Шелтон, пораженная услышанным, молчала, широко раскрыв глаза. Но вскоре ее удивление сменилось восхищением и даже радостью.

— О Касси, я так рада тому, что ты рассказала. Так рада за Джеральда! — восторженно произнесла она. — Ведь он… он так страдал все это долгое время, так сильно и почти безнадежно любил тебя, столько времени ждал этого момента! Но теперь в ваших отношениях, наконец, все прояснилось. Наверное, вы хорошенько все обсудили и договорились о дальнейшем?

— Но мы ни о чем не договаривались! — с досадой возразила Касси, чувствуя, как ее охватывает смущение. — И у нас совсем не было времени, чтобы обсуждать наши отношения или что-то еще.

— Как?! Разве вы… Разве ты не сказала ему, что любишь его?

— Нет! Я не сказала ему этого, потому что не знаю и сама, люблю его или не люблю. И потом, с чего ты взяла? Разве я говорила тебе когда-нибудь, что люблю Джеральда Мейсона? Если мне не изменяет память, то ничего подобного! — раздраженно выпалила Касси, чувствуя, что начинает нервничать.

Лора погладила ее по руке.

— Ради Бога, извини меня, дорогая, я вовсе не хотела тебя обидеть или испортить тебе настроение. Просто я спросила то, о чем подумала, и о чем подумал бы всякий на моем месте.

— Ах, это ты не обижайся на меня, милая Лора, — сказала Касси, успокаиваясь и приходя в себя после бурного всплеска эмоций. — То, что ты предположила, вполне естественно. Это я такая глупая, что до сих пор не могу разобраться в своих чувствах.

— Ну, тогда не переживай, а представь событиям идти своим чередом. Живи сегодняшним днем и не забивай голову неразрешимыми проблемами. Рано или поздно все само собой прояснится, — после некоторого раздумья заключила Лора, и подруги заговорили на разные обыденные темы.

К ним поминутно, подходили офицеры из полка Мейсона и Шелтона, друзья мистера Томаса и просто знакомые. Все они не забывали сказать дамам пару любезных комплиментов, весело пошутить или рассказать несколько забавных историй. От Касси не укрылось, что она вызывает искреннее восхищение мужской половины зала, и мало-помалу веселое, беззаботное и игриво-приподнятое настроение вернулось к ней.

Распахнулись двери обеденного зала. Лора, обведя глазами, помещение и не увидев своего мужа, недовольно нахмурилась.

— Что ж, — с угрозой в голосе проговорила Касси, решительно поднимаясь с места, — как видишь, милая подруга, наши мужчины совершенно о нас забыли. Нам остается только найти красивых и остроумных кавалеров на весь оставшийся вечер и отомстить этим невежам, променявшим наше общество на карты и табачные трубки!

В тот же миг за ее спиной раздался взрыв оглушительного хохота. Кассандра в негодовании обернулась и чуть не угодила в объятия Мейсона. Можно было не сомневаться, что он слышал все. Гарри Шелтон стоял рядом и уже обнимал свою супругу, извиняясь за опоздание.

— Давно вы взяли отвратительную привычку подкрадываться и подслушивать чужие разговоры? — возмущенно спросила Касси, с досадой отходя в сторону от Джеральда. Он последовал за ней.

— У меня вовсе нет этой привычки, — тихо оправдывался он, пытаясь взять девушку за руку. — Просто я сегодня очень счастлив, и поэтому мне хочется делать всякие глупости.

Кассандра остановилась и внимательно посмотрела на него.

— Ты действительно счастлив, Джерри?

— Да, любовь моя.

Она ласково улыбнулась ему. Забыв обо всем на свете, он обхватил ее за плечи и порывисто поцеловал, а потом еще раз и еще. Опомнившись, Касси испуганно посмотрела по сторонам, но в зале, кроме них четверых, уже никого не осталось. Тогда она сама осторожно обняла Джеральда, и они снова поцеловались, а потом взглянули друг на друга и одновременно весело рассмеялись. Мейсон предложил девушке руку и повел в соседний зал.

В этот раз они сели рядом, за дальним концом стола, чтобы не привлекать к себе всеобщего внимания. Джеральд старательно ухаживал за Касси, а она ничего не видела перед собой от охватившего ее счастливого, восторженного состояния. На душе у нее было так хорошо, что хотелось петь и смеяться. Временами она украдкой бросала взгляды на Мейсона, и ее словно окатывало волной счастья. Подумать только, никто в этом зале, кроме Лоры Шелтон, даже не догадывается, что всего несколько часов назад они с Джеральдом лежали в одной постели и вытворяли такое, что даже не найдешь слов.

— Поделись, Касси, много комплиментов ты сегодня услышала? — с ласковой иронией спросил Джеральд, пожимая девушке руку под столом.

Она посмотрела ему в глаза и прищурилась.

— Да уж, надо признаться, немало. Но все равно недостаточно.

— Какая ты жадная! И много не хватает?

— Только одного.

Он тоже прищурился на несколько секунд, но потом его темные глаза словно вспыхнули теплым огнем.

— Я скажу тебе их даже два. Один я придумал, когда увидел твой триумфальный вход в зал…

— Так ты увидел меня сразу, как я вошла? Но почему тогда не подошел?

— Хотел, чтобы ты немного поскучала. Так вот, тогда мне захотелось сказать тебе, что ты выглядишь, словно королева или знатная дама из той эпохи, когда женщины царствовали и вызывали желание поклоняться им, а не только любить.

— Но я и так благородная дама! Я ведь настоящая баронесса, — не без гордости заметила Касси.

— Я знаю, и сегодня это вполне почувствовал. И, признаться, мне даже стало немножко боязно находиться рядом с такой важной особой!

Он в очередной раз рассмеялся, и Касси нетерпеливо спросила:

— Ну, это один комплимент, а второй? Джеральд перестал смеяться и посмотрел на нее тем завораживающим, проникновенным взглядом, от которого ей обычно становилось не по себе.

— А второй будет таким: твой наряд и прическа лучше, чем у любой женщины в этом зале, и ты сама здесь самая милая и очаровательная.

Он немного помолчал, не отводя взгляда от смущенного лица девушки.

— И не только в этом зале, ты — самая лучшая женщина в мире!

Если бы вдруг рухнули стены зала, Кассандра испытала бы меньшее потрясение. Да разве хоть один человек на свете, кроме Джеральда Мейсона, мог сделать женщине предложение в такой замысловатой форме? И в то же время его последняя фраза не допускала двух толкований.

А Джеральд молчал, словно потерял дар речи. Касси понимала, что он ждет ее реакции, ответа или хотя бы каких-то слов, но не смогла ничего сказать, потому что вдруг растерялась. В конце концов, он огорченно вздохнул и, отвернувшись, вступил в разговор с окружающими их офицерами и дамами. Впрочем, он продолжал по-прежнему ухаживать за ней, но Касси чувствовала, что между ними что-то произошло, что-то нарушилось. То, что она проигнорировала его, можно сказать, признание, задело самолюбие Джеральда. Девушка почти сразу почувствовала это и испугалась. Что если из-за этого между ними снова возникнет размолвка? Она уже бесконечно раскаивалась в своей глупой нерешительности, но не знала, как поправить дело. Джеральд опять держался с такой убийственно-вежливой отчужденностью, что у девушки не осталось ни малейшей возможности заговорить с ним о личных проблемах.

Когда начался концерт, и все спустились в сад, Кассандре пришлось расстаться с Джеральдом. Женщинам приготовили мягкие стулья на просторной площадке, а мужчины встали позади, чуть поодаль. Поэтому Касси уселась вместе со своей тетушкой Гортензией на отведенные им места и была вынуждена целый час наслаждаться лишь звучанием музыки и пением, не лишенным, впрочем, хорошего вкуса и приятности.

Примерно час спустя объявили антракт. Зазвучала легкая оркестровая музыка, собравшимся принесли напитки и разнообразные закуски. Стоя рядом с Лорой около маленького столика, Касси краем глаза наблюдала за Мейсоном, который в этот момент беседовал с приятелями. Но вот он вместе с Гарри направился к дамам. Посмотрев на Кассандру ничего не выражающим взглядом, Джеральд сказал:

— Я должен проститься с тобой, Касси. Не хочу оставаться на вторую часть концерта. Отправляюсь домой, проведу остаток вечера в тиши своего особняка.

После небольшой паузы, во время которой девушка так и не нашлась, что ответить, он поцеловал ей руку и не спеша, направился по садовой дорожке к выходу. Какое-то время Касси растерянно смотрела ему вслед. Но вдруг осознала, что просто не сможет ночью уснуть, если сейчас они вот так расстанутся. Кассандра собралась с духом и решительно пошла за Джеральдом.

«По крайней мере, объяснюсь с ним, — сказала она себе. — Чем бы не закончился наш разговор, все равно это будет лучше неизвестности».

Она вышла из арки ворот, остановилась на ступеньках небольшой лестницы и сразу увидела его. Джеральд стоял внизу с совершенно невозмутимым выражением лица и ожидал, пока ему приведут лошадь. Однако Кассандре почему-то показалось, что на самом деле он никуда не торопится. Будто ему и оставаться не хочется, но и домой спешить незачем.

— Мистер Мейсон! — громко окликнула она.

Джеральд обернулся и быстро подошел к ней.

— Мистер Мейсон, постойте. Я хочу сказать вам несколько слов.

Она взяла его за руку и отвела в сторону. Веселое настроение, которое было у Касси весь вечер, куда-то испарилось. Джеральд сразу заметил, что Касси находится на грани истерики. Ее пальцы, лежавшие в его руке, мелко дрожали. Было видно, что девушка из последних сил старается сохранять на лице спокойствие и говорить ровным голосом. Ему вдруг стало ужасно стыдно за свою жестокость, захотелось схватить ее в объятия и прижать к себе, приласкать, успокоить, сказать, что он по-прежнему сильно любит ее. Но он усилием воли заставил себя сдержаться.

— Джеральд, скажи мне, куда ты сейчас направляешься? — заговорила она, убедившись, что их никто не может слышать.

— Домой, куда же еще? Ведь я уже сказал об этом.

— И что ты собираешься там делать?

— Пока не знаю.

— Но я имею в виду… у тебя не назначено никакого свидания с женщиной?

— Ах, вот оно что! Нет, дорогая, уверяю тебя, я не собираюсь встречаться сегодня ни с какой женщиной.

— Даже со мной?

Джеральд сделал вид, что удивлен, и Кассандра отвернула чуть в сторону покрасневшее лицо, сосредоточенно расстегивая и застегивая браслет на своей левой руке.

«Хватит ее мучить», — решил он про себя и вслух неторопливо проговорил:

— Но мне показалось сегодня, что ты не хочешь дальнейшего продолжения наших отношений. Иначе я не ушел бы от тебя просто так.

Напряжение спало с ее лица, она снова оживилась, подняла на Джеральда глаза, и в ее взгляде он прочел облегчение и радость, впрочем, еще довольно трепетную и робкую.

— Но если, — осторожно начала она, — тебе самому действительно не хочется со мной расставаться и виной всему на самом деле просто моя нерешительность, то… то, я думаю, может быть, ты захочешь провести и сегодняшнюю ночь вместе со мной?

В ее словах прозвучали одновременно и надежда, и страх, что этот вызов не будет принят.

«Черт возьми, — подумал Джеральд, — и она еще сомневается, любит ли меня или нет!»

— Я, конечно, был бы весьма не против, если бы мне снова представилась такая возможность, — с напускным равнодушием произнес он. — Но, насколько я помню, вчера ты сказала, что хочешь провести со мной ночь, только чтобы рассчитаться за то, что я для тебя сделал.

— Но… но ведь одной ночи недостаточно, чтобы отблагодарить за такое? Я так думаю, Джеральд.

— Ну, если ты так считаешь, Касси, то я, конечно, буду рад провести и эту ночь в твоих объятиях.

— Хорошо. Тогда как ты смотришь на то, чтобы ждать меня у садовой калитки дома Стивенсонов в половине двенадцатого? — спросила она, глядя в сторону, чтобы не выдать своих чувств.

— Я буду там, любовь моя, — ответил он тихо, целуя ее руку и с тайной радостью наблюдая, как невозмутимость сменяется на ее лице смущением и растерянностью.

— До встречи, Джеральд.

Она поспешно упорхнула, а Мейсон медленно направился к своему оседланному коню, раздумывая, чем занять себя в оставшиеся два с половиной часа до встречи, чтобы не известись окончательно от нетерпения.

В одиннадцать часов он уже был у калитки сада, окружающего дом Стивенсонов. В темном плаще и надвинутой на глаза треуголке, как заправский герой-любовник, он нетерпеливо мерил шагами узкую тенистую улочку, привязав коня к забору. Касси появилась почти ровно в назначенное время, с опозданием минут на пять. В сгустившихся сумерках Джеральд ясно различил светлый плащ с белой отделкой и, распахнув калитку, двинулся навстречу девушке. Она была в том же платье, что и на приеме, из-под растрепавшейся челки лихорадочно поблескивали встревоженные глаза.

— Мы задержались чуть дольше, чем я предполагала, — вымолвила она, останавливаясь, чтобы успокоить дыхание.

— Я ждал бы тебя до самого утра, — сказал Джеральд, целуя ее в горячие полуоткрытые губы.

Они не проронили ни слова за всю дорогу, а когда прибыли в особняк, Касси прямиком направилась в спальню, лишь изредка коротко отвечая на вопросы Мейсона. Джеральд понял, что ей хочется вернуть себе уверенность в том, что она, как прежде, любима и так же желанна. И он пошел ей навстречу. Они быстро разделись и занялись любовью, он был так же нежен, заботлив и внимателен, как и вчера. И когда Касси почувствовала это и поняла, что ничего не изменилось, она снова ощутила себя счастливой и принялась с большим пылом отвечать на его ласки.

Когда первый раунд любовной игры был закончен, и они отдыхали в объятиях друг друга, Касси вдруг немного отстранилась, чтобы видеть его глаза, и спросила:

— Джерри, умоляю, ответь мне откровенно: если бы я не предложила прийти к тебе, мы бы не были сейчас вместе? Ты бы так и уехал, не поговорив со мной?

Посмотрев в ее глаза, внезапно наполнившиеся болью, он покачал головой:

— Нет, родная моя, что ты, конечно нет! Да разве я выдержал бы без тебя целый вечер и всю долгую ночь, зная, что ты почти рядом, в этом городе, в нескольких минутах ходьбы отсюда? Я пришел бы в ваш дом и забрал тебя.

— Правда, милый? Ты не обманываешь меня?

— Я могу тебе в этом поклясться всем, чем только захочешь.

— Не надо, я верю тебе. Но почему тогда ты ушел? Обиделся на меня?

— А ты считаешь, есть за что?

Она тяжело вздохнула и села на кровати, обхватив руками колени.

— Я не знаю, почему так получается, Джерри, милый! Я ужасно не хочу, чтобы между нами были размолвки, но постоянно чем-нибудь обижаю тебя. Или сама обижаюсь.

— Наверное, это я стал очень многого требовать от тебя, бедная моя. Но обещаю, что больше не допущу ничего подобного, — твердо заверил он, обнимая ее за плечи.

— Скажи мне, милый, что ты любишь меня по-прежнему!

— По-прежнему? О нет, родная моя, я люблю тебя с каждым днем все сильнее!

Касси вся засветилась от радости и крепко-крепко прижалась к любимому. А потом как-то странно посмотрела на него.

— Джерри, ты знаешь… я ужасно хочу есть!

— Что?

— Я ничего не ела с семи часов вечера, не могла, потому что переживала из-за нашей размолвки, а теперь, когда мы все выяснили, чувствую ужасный голод.

— Что? Ты не могла, есть из-за меня, бедняжка?

— Да.

— Боже мой, Касси! Ну, так в чем же проблема? Подожди немного, милая, я сейчас!

Торопливо натянув свой бархатный синий халат, который он еще ни разу не надевал и который нянюшка Джейн терпеливо раскладывала каждый вечер на кресле, Джеральд бросился вниз в поисках провизии. Оттуда он вернулся спустя десять минут, волоча перед собой огромную корзину, содержимым которой можно было бы накормить несколько человек. Касси восторженно захлопала в ладоши и принялась раскладывать все принесенное на туалетном столике и стульях, заранее придвинутых к кровати. Джеральд раскупорил бутылку с французским шампанским, и они устроили настоящий веселый ужин.

Когда большая часть провизии была уничтожена, Мейсон повел свою ночную гостью в соседнюю туалетную комнату, чтобы вымыть ей руки. Пока он поливал ей из серебряного кувшина, она вертела головой во все стороны, рассматривая изящный интерьер, а потом принялась по своей привычке все внимательнейшим образом изучать и трогать.

В этой комнате, примыкающей к ванной, отделанной мрамором, все дышало интимностью и утонченным комфортом. Стены были затянуты бледно-розовым мягким шелком с белым и бледно-зеленым вертикальным рисунком, а потолок расписан гризайлью, как и в спальне. Мебель тонкой работы казалась невесомой, а мягкий бело-розовый ковер полностью поглощал шаги. Перед изящным и в то же время огромным трельяжем, оправленным в сверкающее серебро, стояло мягкое просторное кресло, которое так и манило поудобнее усесться в него. Кроме этого зеркала, на стенах, одно напротив другого, было еще два, длинные, в серебряных рамах, они доставали до самого пола.

Перед одним из этих зеркал Кассандра застыла, с интересом и некоторым смущением разглядывая свое отражение.

— Мне еще никогда не приходилось видеть себя вот так, целиком, и притом совершенно без одежды, — вполголоса, словно опасаясь, что ее услышат, проговорила она.

— И мне тоже еще ни разу не приходилось рассматривать тебя вот так, — раздался за ее спиной голос Джеральда.

Словно завороженная, она смотрела на то, как его руки скользят по ее волосам, плечам, груди. Но вот их взгляды встретились в зеркале, и она, испуганно вскрикнув, вырвалась из его объятий и убежала в спальню. Джеральд мысленно обругал себя и поспешил за ней.

Но Касси уже оправилась от смущения. Она сидела в кровати, слегка прикрывшись простыней, и обольстительно улыбалась ему. Мейсон приблизился, девушка крепко прижалась к нему и неожиданно сладко зевнула, словно пригревшаяся кошечка. Джеральд понял, что плотный ужин и холодная вода, которой она мыла руки, навеяли на нее сонное состояние. И хотя Касси выражала желание снова броситься в любовный поединок, ему стало жалко ее. Он лег на спину и положил голову любимой себе на грудь, обнял и заботливо прикрыл одеялом, и Касси почти сразу заснула. Несколько минут Джеральд любовался ее прелестным лицом, таким наивным и беззащитным во сне, а потом и сам незаметно прикрыл глаза и крепко задремал.

Когда он проснулся, было уже довольно светло. Мейсон бросил взгляд на часы и обмер: начало седьмого. «Ну и Бог с ним, — мелькнуло в голове. — Если меня заставят жениться на ней, то я и не подумаю упираться». Но все же он решил разбудить Касси, пусть сама решает, что теперь делать.

А она, едва открыв глаза, тут же соскочила с постели и начала поспешно одеваться. Джеральд подумал, что она делает это скорее машинально и по привычке, нежели обдуманно, но не стал возражать. Его это даже слегка позабавило.

«Да, милейшая мисс Гамильтон, — мысленно улыбаясь, подумал он, — похоже, вы совсем запутались в своих чувствах. Ну, мыслимое ли это дело? То сами бросаетесь мне на шею, говорите, что не можете прожить без меня даже вечер, то так же внезапно убегаете от меня прочь!»

Но все-таки он не мог долго сердиться на нее. С той минуты, когда Кассандра отдалась ему, основными его чувствами к ней стали щемящая жалость и желание заботиться о ней. Поэтому Джеральд стал помогать ей собираться. И, прежде всего, извлек из ящика комода две черные бархатные полумаски — необходимую деталь гардероба любого порядочного человека того времени, и просторную черную накидку с капюшоном. В эту накидку он как следует закутал Касси, чтобы спрятать ее нарядное платье и светлый плащ, по которым любой встречный мог опознать ее. Маски же они надели вдвоем, что, впрочем, не являлось таким уж исключительным случаем на улицах города в восемнадцатом веке, да еще в столь ранний час.

Добравшись до калитки, они наскоро простились, не успев даже договориться о следующей встрече или сказать друг другу несколько ласковых слов на прощание. Но Джеральду этого и не требовалось. Он уже успел все обдумать и знал, что и следующую ночь они тоже проведут вместе. Иного он просто не допустит. Ни сегодня, ни завтра. Никогда.


Глава 2 | Заставь меня любить | Глава 4