home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



а) Начало нового противостояния в Политбюро (1928)

В современной исторической науке «чрезвычайные меры», к которым прибегло высшее руководство страны, традиционно изучаются в отрыве от других важнейших событий того времени, в частности, существенной корректировки планов развития крупного промышленного производства в стране. Хотя целый ряд советских историков (В. Лельчук) совершенно справедливо писал о единстве сталинского подхода и к проблеме ускорения индустриального развития страны, и к проблеме проведения сплошной коллективизации, и к проблеме обострения классовой борьбы по мере продвижения к социализму.

В марте 1928 г. на заседании Политбюро ЦК при рассмотрении бюджета на текущий хозяйственный год председатель СНК СССР А.И. Рыков был неожиданно подвергнут резкой критике за недостаточный уровень внимания к проблемам развития машиностроения и черной металлургии. По итогам обсуждения данного вопроса была создана комиссия в составе председателя ВСНХ СССР В.В. Куйбышева, председателя ЦКК и наркома РКП Г.К. Орджоникидзе и председателя Госплана СССР Г.М. Кржижановского, которой было поручено изыскать дополнительные средства для увеличения объемов капитального строительства и ввода в строй новых промышленных предприятий союзного значения.

В апреле 1928 г. на Пленуме ЦК в ходе обсуждения итогов работы этой комиссии произошел новый раскол внутри Политбюро. Одна правящая группировка в составе Н.И. Бухарина, А.И. Рыкова, М.П. Томского и Н.А. Угланова в резкой форме выступила против другой правящей группировки — И.В. Сталина, В.М. Молотова, К.Е. Ворошилова, В.В. Куйбышева и Л.М. Кагановича, которая выступала за переход к ускоренным темпам индустриального развития страны. До конца в этом споре не определились только два члена Политбюро М.И. Калинин и Я.Э. Рудзутак и председатель ЦКК Г.К. Орджоникидзе. Как явствует из протоколов, в ходе состоявшейся дискуссии большинство членов ЦК поддержали позицию Н.И. Бухарина и его сторонников, однако новый заготовительный кризис, вспыхнувший в мае 1928 г., и введение карточной системы на хлеб серьезно изменили соотношение сил в пользу генсека и его группировки внутри Политбюро.

В июле 1928 г. состоялся новый Пленум ЦК, на котором И.В. Сталин не только заявил о необходимости коренного пересмотра всей промышленной политики, но и прямо указал, что в условиях ограниченных финансовых ресурсов деревня может и должна заплатить так называемую «дань» для ускоренных темпов индустриального развития страны за счет сознательного дисбаланса цен в пользу товаров промышленного производства. Позиция, занятая И.В. Сталиным, была поддержана и многими членами ЦК, в том числе председателем ВСНХ В.В. Куйбышевым, который прямо заявил, что в нынешних условиях «вопрос о темпах индустриального развития страны является важнейшим вопросом нашей партийной политики, по которому партия не должна делать ни малейших уступок».

Более того, на этом Пленуме ЦК И.В. Сталин впервые обосновал свой знаменитый тезис «об обострении классовой борьбы по мере продвижения к социализму», который затем неоднократно будет повторен генсеком в его многочисленных выступлениях и статьях: «О правом уклоне в ВКП(б)», «Политическом отчете ЦК» на XVI съезде партии, «Об итогах первой пятилетки» и т. д.

Очевидный проигрыш в борьбе за сохранение нэповского экономического курса заставил Н.И. Бухарина пойти на абсолютно беспринципный шаг, который, в конечном счете, стоил ему политической карьеры: по информации чекистов в дни работы Пленума ЦК он тайно встретился с одним из лидеров разгромленной «объединенной оппозиции» Л.Б. Каменевым, с которым обсуждал идею создания антисталинского внутрипартийного блока.

В сентябре 1928 г. в центральной партийной газете «Правда», редакцию которой более десятка лет возглавлял сам Н.И. Бухарин, была опубликована его статья «Заметки экономиста. К началу нового хозяйственного года», которая стала продолжением прежней дискуссии по проблемам темпов и источников социалистической индустриализации. Возвращаясь к основным положениям прошедшей внутрипартийной дискуссии и уже не отрицая необходимости более высоких темпов индустриального развития страны, он вновь заявил, что перекачка средств из крестьянских хозяйств не сможет обеспечить максимальных темпов роста промышленного производства в стране.

В исторической науке давно обсуждается вопрос о существовании так называемой «бухаринской альтернативы».

Одни историки (С. Коэн, Р. Такер, И. Горелов) абсолютно уверены, что такая реальная альтернатива была. По их твердому убеждению, Н.И. Бухарин, отказавшись от прежней доктрины большевизма, связывал дальнейшее строительство социализма в СССР с последовательным продолжением нэповского экономического курса, в котором идеи «постепенности» и «реформизма» органически бы сочетались с идеями гражданского мира в стране. Нетрудно заметить, что созданная западными советологами и их советскими клевретами умозрительная доктрина «бухаринской альтернативы» представляла собой некую гремучую смесь марксизма-ленинизма, социал-реформизма и народничества.

Другие историки (Г. Бордюгов, В. Козлов) уверены в том, что принципиальная разница между сталинским экономическим курсом и «бухаринской альтернативой» состояла не в содержании самой экономической политики, а в методах проведения нового экономического курса. Если для И.В. Сталина и его окружения существовавшая система «чрезвычайных мер» была самым удобным и проверенным способом решения всех экономических проблем в стране, то для Н.И. Бухарина и его группировки эта система была неприемлема по самой сути, поскольку в ней они видели чистой воды троцкизм.

Третья группа современных авторов (Ю. Емельянов, С. Кара-Мурза, Ю. Жуков) уверена в том, что никаких принципиальных различий между сталинским и бухаринским курсами в реальности не существовало, и представление о том, что Н.И. Бухарин был искренним сторонником долгосрочной нэповской политики основано на недоразумении. В частности, еще в 1927 г. в своем очередном теоретическом фолианте «Проблемы теории и практики социализма» он откровенно писал, что конечной целью НЭПа является его полное отрицание, то есть «преодоление рыночных отношений на почве самих рыночных отношений».

Наконец, четвертая группа авторов, состоящая в основном из правоверных неотроцкистов (В. Роговин), абсолютно убеждена в том, что реальной экономической и политической альтернативой преступному сталинско-бухаринскому курсу построения основ социализма в СССР была программа «объединенной оппозиции», озвученная ее лидерами Л.Д. Троцким и Г.Е. Зиновьевым в сентябре — декабре 1927 г., в период подготовки и проведения XV съезда ВКП(б).


2.  Основные проблемы индустриального развития страны | Россия — Советский Союз 1917-1945 гг. Полный курс истории России для учителей, преподавателей и студентов. Книга 3 | б) Разработка плана Первой пятилетки, образование и разгром «бухаринской оппозиции» (1928-1929)