home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



12

15 февраля 2010 г.

– Скажите, Виктор, как долго продолжалась ваша связь с Милой Казанцевой? – Лиза повторила свой вопрос. Сыров смотрел ей в глаза так, словно не мог поверить – все то, что он так долго скрывал, стало достоянием посторонних людей.

– Вы знали, – он обреченно кивнул головой. – Вы знали, когда звонили в мою дверь… Но как вы догадались? Неужели экспертиза? Но я же говорил ей, чтобы она сменила простыни, ведь я, мне казалось, был так осторожен…

– Рассказывайте, Виктор, если не хотите сложностей… Вот все как было, так и расскажите.

– Хорошо. Но хочу напомнить, что вы обещали стать моим адвокатом.

– Ну, положим, я вам еще ничего не обещала. Разве что молчание, если вы помните.

– Да-да, да! Но я повторю, что не убивал пятьдесят человек, и, быть может, меня и защищать-то будет не от чего… Скажите, а экспертиза постельного белья из квартиры Казанцевых… Это официальный документ?

Он спросил и словно сам себе тотчас ответил, где-то на подсознании: да, официальный. Потому что вдруг побелел.

– Нет-нет, – поспешила успокоить его Лиза. – Этим занимается моя помощница. Я не уверена, что официальное расследование оказалось столь расторопным… Тем более что простыни мы изъяли из квартиры Казанцевых… как бы это выразиться… не совсем легально.

Она и сама не ожидала от себя такого великодушия.

– Значит, кроме вас и вашей помощницы, никто и ничего не знает?

– Послушайте, Сыров, вы начинаете меня раздражать! Прекратите допрашивать меня! Расскажите, в чем ваша конкретная вина, а я уж решу, буду заниматься вашим делом или нет.

– Хорошо, – пробормотал Сыров. – Значит, так. Я познакомился с Милой через Тину, ее подружку-одноклассницу. Тина давно встречалась с моим приятелем, она вообще такая… словом, с ней можно переспать за деньги в любое время дня и ночи. Правда, у нее, помимо моего приятеля, да и меня, никого не было. Это было важным условием, поскольку нам заразы не надо.

– Ясно, – усмехнулась Лиза, понимая, что вряд ли Тина соблюдала уговор, особенно когда ей позарез требовались деньги. Однако она почувствовала нечто неприятное – гадливость, наверное, – к сидящему напротив нее мужчине. Встречаться с молоденькой проституткой, а через нее – с Милой… Интересно, ей он тоже давал деньги?

– Так вот. Я увидел их однажды вместе, они сидели на террасе кафе. Было лето, солнце, погожий такой денек. Понятное дело, что я рисковал, подходя к Тине и здороваясь. Однако в этом кафе есть одно преимущество – оно скрыто широкой тенью такого зеленого полотняного тента, и я сразу поднырнул туда и устроился между ними…

Лиза слушала, стараясь не смотреть в глаза говорящего, настолько он был ей неприятен. Когда же он дошел до момента, когда ему пришлось отложить свидание и он позвонил Лене, она вдруг поняла, что, рассказывая, он совершенно не думает о том, что ей, женщине, может быть отвратительна эта ситуация сама по себе. Вероятно, он забыл, что она знакомая Лены Семеновой, к тому же, на сегодняшний день, является именно ее адвокатом и пока что нанята для того, чтобы защищать ее интересы!

Но для него сейчас самым важным было рассказать правду. Однако, подумалось Лизе, если бы он в этой истории ощущал себя преступником, то вряд ли так эмоционально, явно собираясь выставить себя в роли чуть ли не жертвы, рассказывал все подробности. Из чего Лиза сделала вывод, что весь рассказ о знакомстве – не что иное, как предыстория, и уже очень скоро она узнает о романе Сырова с Милой нечто неожиданное, что, по мнению Виктора, и даст ему право надеяться на снисхождение или даже оправдание… Словом, Лиза была заинтригована и слушала, боясь пропустить хоть одно слово.

– Конечно, вам трудно в это поверить, но я влюбился сразу. В нее и невозможно было не влюбиться, поскольку она была девушкой редкой красоты и чистоты. Понимаете, все мои прежние похождения сразу представились какой-то мерзостью… Да и Тина померкла в моих глазах. Нет, я понимал, конечно, что Тину такой, какая она есть, сделал мой приятель… Сволочь, конечно, изрядная. Но ведь все было по согласию…

Лиза, слушая его, даже не удосужилась напомнить Сырову, что все то, чем они с приятелем занимались со школьницей Тиной Неустроевой, тянуло на длительный срок и грозило не столько даже его душе, сколько впоследствии самой жизни… Она была уверена, что он все это знал и нередко просыпался в холодном поту, представляя себя в тюрьме.

– Виктор, давайте без подробностей…

– Но это невозможно! Потому что, говорю же, я влюбился в Милу. И на следующий день, когда они с Тиной пришли ко мне в гости и я начал угощать их тортом, шампанским, понял, что не могу без нее. Чтобы вы осознали всю степень моей зависимости от Милы, скажу, что я, по природе человек далеко не щедрый, скорее даже наоборот, жадный, готов был отдать ей все, что у меня есть. О чем и сказал ей, находясь будто бы под гипнозом…

– Виктор, неужели вы не понимаете, что мне нет особого дела до ваших чувств к Миле?

– Это вам только так кажется. Для того чтобы понять мотив поступков человека, надо знать о его чувствах как можно больше. Тогда многое становится понятным. Еще раз повторюсь – я влюбился в нее так, как об этом пишут в книжках, об этой самой любви снимают фильмы… Думаю, что из-за таких сильных чувств мужчины развязывали войны!

– Ну, хорошо, и что дальше?

– Представьте себе мое удивление, когда спустя примерно час Тина сказала, будто ей надо в туалет, и исчезла. Словно они заранее договорились с Милой. Ушла, оставив нас вдвоем. Сначала я даже обрадовался, но потом испугался, подумал, что в этом поведении может скрываться подвох. А что, если девочки сговорились и решили подставить меня? Тина отправилась в милицию рассказывать о том, что я остался с ее несовершеннолетней подружкой наедине, что я вообще растлитель и все такое… Словом, я тогда сильно испугался. Даже собирался отправить Милу домой, поскольку нервничал страшно. И вдруг она мне заявляет, причем так, словно прочла мои мысли: мол, вы не парьтесь, мужчина, Тина ничего такого не задумала, просто оставила нас вдвоем, и все. И что я, если такой трус, то могу сразу выставить ее, Милу, за порог, но тогда больше никогда не увижу ее. А если я действительно испытываю к ней такие чувства, в которых только что признался, то надо успокоиться…

Словом, я решил, что не могу так рисковать, в смысле, побоялся, что она на самом деле никогда ко мне не придет, и принялся по-настоящему ухаживать за ней. После того как мы выпили еще шампанского, я предложил ей прогуляться по городу. На машине, конечно, чтобы ее не смогли увидеть родители или знакомые, мало ли что… И мы поехали в ювелирный магазин, где я купил ей кольцо с брильянтом. Я старался доказать ей свою любовь.

– Вы что, на самом деле так влюбились?

– А я о чем твержу? Я не собирался лишать ее невинности, мне важно было вызвать в ней ответное чувство.

– Ну и как, она поверила?

– Не знаю… Но мы начали встречаться. Причем наши встречи носили самый невинный характер. Я не сразу позволил себе поцелуи, хотя просто изнемогал от желания. А она вела себя так, словно ждала от меня каких-то решительных действий. Если выразить происходившее со мной в те дни одной фразой, то получится: я сошел с ума. Я не понимал, что со мной происходит. Я вел себя не так, как обычно. Больше того, быть может, я удивлю вас, но я собирался жениться на Миле. И даже готов был познакомиться с ее родителями.

– Ну и как, план удался? – спросила Лиза не без усмешки.

– Нет. Все произошло более прозаично, чем я хотел. В один прекрасный день Мила перебила меня в тот момент, когда я в очередной раз объяснялся ей в любви, и сказала, что я трус, раз не смог за целую неделю сделать ее женщиной. Значит, я не люблю ее. И знаете, что произошло затем? У меня ничего не получилось!!! Я так перенервничал, вероятно, что ничего, ничего не смог!

– Сыров, да увольте меня от этих признаний! – вскричала Лиза в гневе. – Вы что, не понимаете, что мне неприятно слушать о ваших интимных отношениях с Казанцевой? Говорите по существу, пожалуйста.

– Но это и есть, извините за тавтологию, самое что ни на есть существо. Мила хотела близости. Она, невинная девочка, хотела быть со мной. И, конечно, все это произошло. Не в этот день, а на следующий.

– И что? Она заявила на вас в милицию? Стала вам угрожать?

– Нет. Она стала моей любовницей. Знаете, она была как прилежная ученица и в этом. И тоже хотела всему научиться, как если бы и за это давали золотую медаль.

– Сыров!

– Это не цинизм, нет, это голая правда. Я тогда не сразу понял, в чем дело… Сначала подумал, что, быть может, она поспорила с Тиной, что быстро… как бы это сказать… повзрослеет и поймет, чем же так хороши отношения между мужчиной и женщиной. Потом решил, что она играет со мной в некую игру, то есть ей хочется как можно быстрее почувствовать себя настоящей женщиной. Но дело ведь не в том, сколько часов подряд ты можешь заниматься этим, согласитесь…

Лиза отвернулась и принялась разглядывать ветки деревьев за окном.

– Внутри-то она оставалась юной, чистой школьницей. Где-то наивной, где-то еще грубоватой. Да и разговоры тоже детские… А еще она очень часто говорила со мной, как это ни странно, об учебе.

– Стоп. Вот здесь поподробнее. Что именно она говорила?

– Переживала за оценки, говорила, что собирается в Москву, поступать в МГИМО, кажется…

– Она знала, что Лена – ваша невеста?

– Позже узнала, от Тины.

– И как к этому отнеслась?

– Устроила мне сцену ревности! Сказала, что я грязный развратник и все такое.

– Когда это было?

– За пару дней до того, что с ней произошло.

– И как вы думаете, из-за этого покончила с собой?

– Гм… Если бы знать. Ведь я именно так и подумал, когда все произошло, понимаете? А что, если и она успела полюбить меня, а тут Тина говорит ей о том, что у меня другая женщина!

– А почему вы решили, что Тина рассказала ей это именно пару дней тому назад, а не раньше?

– Я позвонил Тине и спросил. Знаете, что она мне ответила?

– Что долго молчала, а когда поняла, что у вас близкие отношения, решила подлить яду?

– Она решила, что нам уже хватит встречаться и что ей неприятно знать, что я предпочел ей Милу.

– Ревность? Тина приревновала вас к Миле? Но разве не она организовала вам этот роман? Разве не с ее легкой руки все так случилось, как случилось?

– Возможно, сначала это ее забавляло, а потом, когда она увидела, какие подарки я начал дарить Миле, приревновала. Вернее, я бы даже не назвал это ревностью. Просто, я думаю, ей стало обидно, что я платил ей какие-то жалкие деньги, а Миле покупал дорогую одежду, украшения, цветы… Думаю, что вот цветов-то она мне и не простила. Ведь с Тиной я никогда не церемонился…

– Что ж, теперь мне многое ясно. Кроме одного: как на самом деле к вам относилась Мила.

– Может, следует обратить внимание на слова Тины… Ведь она звонила мне. Говорила разные гадости…

– Например?

– Она как-то позвонила мне и сказала, что Мила встречается со мной, конечно, не из-за подарков, она не станет врать… У нее другая цель, более циничная и гадкая. Вот так прямо и сказала – «гадкая». Ей хотелось, чтобы ее поскорее лишили невинности. Просто потому, что она уже выросла.

– Получается, что Мила тяготилась своей невинностью? – удивилась Лиза. – А что, такое разве бывает?

– Не знаю… Но то, что Мила не любила меня, это на самом деле так… Я это чувствовал. Вернее, не чувствовал, что меня любят. Иногда мне казалось, что она вообще играет в какую-то игру и представляет на моем месте кого-то другого. И я даже позвонил Тине и спросил, не влюблена ли она в кого. Тина расхохоталась в трубку и сказала, что мир рухнет, если Мила влюбится. Что она – холодная, как лягушка, и прагматичная, все просчитывает… И у нее никого нет. Абсолютно.

– А сама Тина? Может, у нее был мальчик?

– У Тины? Понятия не имею. Мы не разговаривали о таких вещах.

Ну что ж, подумала Лиза, теперь хотя бы понятно, почему, когда Мила умерла, Сыров перестал общаться с Леной. Он и без того, вероятно, уделял ей мало времени и приходил сразу после свиданий с Милой, чтобы побыть в тепле и уюте, поесть, наконец, вкусно и сытно. К тому же продолжение отношений с Леной маскировало существование опасной связи со школьницей. Вдобавок ученицей своей невесты.

– Скажите, Сыров, чего вы боитесь? Что правда выплывет наружу?

– Да. Что Тина не будет молчать, понимаете? Она разозлится, что Мила погибла из-за меня, и все расскажет где и кому надо…

– Но какой ей смысл? Ведь если она затеет все это, то и ее имя пострадает. Если ей, конечно, не все равно. Думаю, если будет процесс, то непременно громкий…

Произнося это, Лиза мельком взглянула на Сырова, который просто позеленел.

– Значит, и в школе все узнают, что Тина – проститутка. Думаю, ей это тоже не нужно. Другое дело, что она может шантажировать вас.

– Нет-нет… Она славная девочка, не станет этого делать. Лиза, так вы согласны защищать меня, если все всплывет наружу?

– Понимаете, официальной экспертизой обнаружено, что Мила вела активную половую жизнь. И следователь наверняка будет искать мужчину, ее любовника.

– О господи… – простонал Виктор. – Но как, как они смогут меня вычислить? По ДНК? Постойте… ДНК. А как вы со своей помощницей раздобыли мою ДНК? Чтобы сравнить с биологическими следами на простыне в квартире Милы?

Лиза поняла, что еще секунда замешательства с ее стороны или неуверенности в голосе, и все пойдет насмарку. Ведь еще недавно она знала ответ, она придумывала его по ходу разговора.

– Дело в том, – медленно начала она, еще не зная, в чем именно дело, – что, как я уже говорила, Лена Семенова – сестра моей одноклассницы… Нади Семеновой…

– Понятно… Вы взяли волосы с моей расчески или исследовали бритву… Подождите. Но как вы могли связать мое имя с Милой?

– Все очень просто, – оживилась Лиза, мысленно благодаря Сырова за подсказку. – Мила оставила предсмертную записку, если вы помните. Вот я и подумала, что между Милой и Леной существует нечто общее… Не физика же, честное слово. Тем более что у Милы с учебой было все в порядке. К тому же вас видели в подъезде дома, где живут Казанцевы…

– Хорошо работаете… Но если вы все это сообразили, то может, и следователь, если окажется таким же толковым, как и вы, пойти по этой же логической цепочке…

– Поживем – увидим, – туманно произнесла Лиза. И чтобы отвлечь его от тяжелых раздумий и предотвратить новые, опасные для нее вопросы, спросила: – Скажите, Виктор, вы что, на самом деле собирались жениться на Миле?

– Я? Да. Только она никогда бы не вышла за меня… Она меня не любила. Она меня использовала так, как я прежде использовал Тину. Было бы куда логичнее, если бы это я покончил с собой, а не она. Вот так.


предыдущая глава | Звезды-свидетели. Витамин любви (сборник) | cледующая глава